размер шрифта

Толкование на книгу Откровение, Глава 8 – Во свете Библии

Новый Завет
с толкованием и комментариями

Содержание

Предисловие к изданиям Святое благовествование
Соборные послания
Послания Апостола Павла
Апокалипсис


Описав в седьмой главе два видения искупленных (144000 запечатленных и великое множество в белых одеждах), Иоанн переходит к описанию вскрытия Христом последней, седьмой печати таинственной книги Божией.

Снятие седьмой печати

Откр.8:1 – И когда Он снял седьмую печать, сделалось безмолвие на небе, как бы на полчаса. Безмолвие означает не только тишину, а именно прекращение зву­ков речи. До этого мы видели, что на небе раздавалась неумолкающая песнь хва­лы четырёх животных и 24-х старцев (4:9-10), Ангелов (4:12) и душ спасённых христиан (7:10). Теперь, слышит Иоанн, прекратилось это пение, и на небе вод­ворилось безмолвие. Что это означает? Число семи печатей соответствует полно­му кругу времён. И вот он окончен, прошла неделя, начинается субботство. Пос­ле времени трудов и страданий на земле водворяется вечное упокоение святых (Евр. 4:9). Это безмолвие, как пишет Андрей Кесарийский, знаменует также ангельское благочиние, благоговение и неведение ими времени второго прише­ствия. Это молчание святых на небе есть также выражение страха и содрогания, которое испытали небожители перед начинающимися страшными казнями. Это затаённое дыхание – свидетельство чрезвычайно напряженного ожидания. «Гос­подь во святом храме Своём: да молчит вся земля пред лицем Его!» (Авв. 2:20). Этим особенно показывается великое значение седьмой печати. После вскрытия седьмой печати – молчание. Теперь больше уже ничего не совершится, история мира дошла до своей цели. Водворяется это безмолвие как бы на полчаса. Как бы означает, что речь идёт не о конкретном промежутке времени, и не надо отыс­кивать в истории соответствующий период. Как проходят полчаса, так кратковременны будут после снятия седьмой печати страдания перед наступлением Цар­ства Христова. Кончился седмеричный круг времён, и через «полчаса», в которые совершаются наказания Божии, начинается вечность. Это и указание на кратковременность самого этого видения святому Иоанну. Это краткое время безмолвия небожителей занято созерцанием таинственного видения.

Откр.8:2 – И я видел семь Ангелов, которые стояли пред Богом; и дано им семь труб. Под этими семью Ангелами можно разуметь определённых высших семь Ангелов, предстоящих перед Богом и несущих особые служения. Так мы читаем и о особых «семи святых Ангелах, которые возносят молитвы святых и восходят пред славу Свя­того» (Тов. 12:15). Возможно, что это те семь Архангелов, о которых писали святые отцы (см. 3:1). Служение этих семи Ангелов означено тем, что дано им семь труб. Трубы употреблялись в древности и для сигнала к сражению (Нав. 6:4), и как звуки торжества и победы (Пс. 46:6; 80:4; 1 Пар. 15:24). В нашем случае через эти семь труб семи Ангелов возвещается суд Божий над грешным миром, они как сигналы к последующим явлениям. Как бы говорит Господь: «Трубу к устам твоим! Как орёл налетит на дом Господень за то, что они нарушили завет Мой и преступили закон Мой» (Ос. 8:1). Предупреждал Христос, что «пошлёт Ангелов Своих с трубою громогласною, и соберут избран­ных Его от четырёх ветров, от края небес до края их» (Мф. 24:31). Писал Апостол Павел, «что Сам Господь при возвещении при гласе Архангела, и тру­бе Божией, сойдёт с неба» (1 Фес. 4:16).

Так здесь после «семерки» печатей начинается «семёрка» труб. Как семь печатей делились на четыре (четыре всадника) и три, так и здесь подобны каз­ни первых четырёх труб и последних трёх («три горя»).

Неверно толкование, что «семь печатей», «семь труб» и «семь чаш» – это три периода великой скорби, которая будет после семи периодов истории («семь посланий»). Уже было показано, что неверно понимание «семи посланий» как семи периодов истории. И дальше речь не о периодах. Это видно хотя бы из рассмотрения снятия семи печатей: Апостольская проповедь, голод, гонения, которые были даже вообще, не во время великой скорби. А значит, «семь печа­тей» никак не есть один из периодов великой скорби.

Откр.8:3 – И пришёл иной Ангел, и стал перед жертвенником, держа золотую кадильницу; и дано было ему множество фимиама, чтобы он с молитвами всех святых возложил его на золотой жертвенник, который перед престолом. Кроме семи Ангелов с семью трубами Иоанн видит теперь ещё иного Анге­ла, который пришёл и стал перед жертвенником. Иоанну всё является в вещественном виде: жертвенник, кадильница, престол. Насколько всё это букваль­но соответствует невидимым небесным реальностям и насколько это их образы, – нам сейчас трудно различить. Мы только знаем, что всё виденное Апостолом соответствует тому, что есть там. Жертвенник, который видит здесь Иоанн, явно совпадаёт с тем, под которым он ранее видел души убиенных (6:9). По срав­нению с устройством ветхозаветной скинии, которую Моисей построил по об­разу, показанному ему на горе (Исх. 26:30), жертвенник, перед которым сна­чала стал Ангел, соответствует жертвеннику всесожжений (Исх. 38:1-2), обло­женному медью и стоявшему во дворе скинии. На этом жертвеннике приноси­лись жертвы за грехи. С этого жертвенника, подобно тому, как ветхозаветные священники (Лев. 16:12) брали горячие уголья для своих кадильниц, с кото­рыми они входили во святилище для каждения (Лк. 1:9), Ангел должен был взять горячих угольев для своей золотой кадильницы. Золотая кадильница – сосуд для сжигания ладана на горячих углях. Фимиам – дым, благовонное курение от сжигания ладана на углях. В соответствии с ветхозаветными священ­нодействиями и действиями Ангела, под золотым жертвенником, который пе­ред престолом, можно разуметь золотой жертвенник курения, который стоял во Святом скинии перед входом в Святая Святых (Исх. 40:5,26). Как и в ски­нии жертвенник курения (в Святом) отличался от жертвенника всесожжения (во дворе) эпитетом «золотой», так здесь через этот эпитет различаются эти два жертвенника, и не надо думать, что здесь речь идёт только об одном жертвен­нике.

Откр.8:4-5 – И вознёсся дым фимиама с молитвами святых от руки Ангела пред Бога. И взял Ангел кадильницу, и наполнил её огнём с жертвенника, и поверг на землю: и произошли голоса и громы, и молнии и землетрясение. Итак, перед нами раскрывается следующая общая картина происходя­щего. Ангел с золотой кадильницей в руках подошёл к жертвеннику всесожже­ния и наполнил её горячими угольями. Тогда же ему было дано множество фимиама, чтобы он, подойдя к золотому жертвеннику святилища, воскурил его на горячих угольях. Когда дым фимиама поднялся и через это было указано, что приняты Господом молитвы всех святых об очищении их крови (6:10; 8:3), тогда Ангел снова возвратился к жертвеннику всесожжения и наполнил снова кадильницу угольями (ст. 5). Но наполнил её уже не для воскурения фимиама во святилище, но чтобы высыпать эти уголья на землю с небесной высоты, где Иоанн видел небесный храм и престол. Эти горячие уголья, высыпанные на землю, должны были означать начало казней Божиих и Его суда над землею и грешным человеческим родом.

Глубоко значение жертвенника в домостроительстве нашего спасения. Вели­кой святыней почитался он уже в Ветхом Завете (Исх. 30:10). Но ветхозавет­ный жертвенник был только тенью новозаветного. Потому и говорит Апостол: «Мы имеем жертвенник, от которого не имеют права питаться служащие ски­нии» (Евр 13:10). Жертвенник Нового Завета – это Крест, на котором был заклан Агнец Божий. Перед этим жертвенником Христу сослужат Ангелы. Крест – всемирный жертвенник. Под крестом покоится тленный прах усопших христиан. Под небесным жертвенником покоятся души святых (6:11). Так и в наших земных храмах устрояется жертвенник (престол), на котором Церковь каждодневно приносит Богу страшную евхаристическую жертву. Как под небес­ным жертвенником – души убиенных, так и евхаристия совершается ныне на мощах святых (в древности на гробах мучеников, теперь – на антиминсах со вшитыми частичками мощей). От небесного жертвенника молитвы святых воз­носятся как благовонный фимиам к престолу Божию. Так встанем и мы с вами перед жертвенником в наших храмах и помолимся со святым Давидом: «Да направится молитва моя, как фимиам, пред лицо Твоё, воздеяние рук моих – как жертва вечерняя» (Пс. 140:2).

Мы видим здесь Ангела, предстоящего престолу Божию с молитвами всех святых. Ранее мы видели 24 старцев, как они предстоят также с молитвами всех святых (5:8). Потому Церковь на земле и призывает Ангелов, как усер­дных о нас ходатаев: «Святой Ангел Божий, хранитель мой, моли Бога о мне». Так Ангелы играют таинственную роль в вознесении нашей молитвы Богу. Потому и не безразлично Ангелам, как мы предстоим перед Богом в молитве, и Апостол Павел, увещевая нас к приличному виду во время молитвы, говорит: «жена должна иметь на голове своей знак влас­ти над нею, для Ангелов» (1 Кор. 11:10). Если какая жена без стыда при­ступает к молитве без покрытия головы, то хотя бы ради Ангела, которому предстоит вознести её молитву Богу, она покрыла бы голову! И опять мы видим, как по образу небесному строится наше богослужение земное. Жерт­веннику и престолу предстоит Ангел с золотой кадильницей, полной фимиа­ма молитв святых, – как и в наших алтарях перед жертвенником и престо­лом предстоит священник, Ангел Церкви (2:1), с кадильницей, воскуряет фимиам и возносит к Богу молитвы своих прихожан об их нуждах, нуждах их близких, о всех христианах. Так по образу служения небесного в Церк­ви есть образ служения земного. И не раз являемо было, как Ангелам зем­ным (священникам) при их служении у престола являлись и Ангелы бесплот­ные. Так преподобный Ефимий Великий (473), палестинский подвижник, часто видел Ангела, совершающего вместе с ним литургию, также преподоб­ному Сергию Радонежскому во время литургии сослужил Ангел Господень, что однажды было открыто его ученикам.

Но вот вопль убиенных святых достигает престола Бюжия, и взял Ангел кадильницу, и наполнил её огнём с жертвенника, и поверг на землю. Так дважды христиане собирают огненные угли на главы своих врагов. Во время земной жизни, по словам притчей Соломоновых: «Если голоден враг твой, на­корми его хлебом; и если он жаждет, напои его водой: ибо, делая сие, ты со­бираешь горячие угли на голову его» (Прит. 25:21-22). Но если через эти угли не вразумится враг, то в кончину века по молитвам святых огненные угли с не­бесного жертвенника обрушатся на их головы. Как только Ангел совершил своё действие, то пре­рвалось краткое, как бы получасовое молчание на небе, снова раздались пре­рванные на время голоса небесных вокруг престола, послышались раскаты гро­ма и заблистали молнии – возобновилась на небе та же бесконечная жизнь и движение, которые наблюдал Иоанн до вскрытия седьмой печати. На земле же, на которую был низвержен огонь с жертвенника, произошло землетрясение, как первое и непосредственное выражение всемогущества Божия. Как на Синае «горе, осязаемой и пылающей огнём», «во тьме, мраке и буре» при «гласе гла­голов» через Ангелов (Евр. 12:18-19; 2:2) был дан закон Моисею, так здесь голоса, громы и молнии небес возвещают начало суда земле, и она содрогается и сотрясается. Всему же этому сослужат Ангелы.

Откр.8:6 – И семь Ангелов, имеющие семь труб, приготовились трубить. Теперь начинается повествование о семи казнях Божиих, которые будут посланы в мир. Каждая казнь возвещается трубным звуком Ангела.

Первый трубный глас

Откр.8:7 – Первый Ангел вострубил, и сделались град и огонь, смешанные с кровью, и пали на землю; и третья часть дерев сгорела, и вся трава зелёная сгорела. Это похоже на казнь, которую навел некогда Господь на Египет. О той казни мы читаем: «Господь произвёл гром и град, и огонь разливался по земле; и послал Господь град на всю землю Египетскую» (Исх. 9:23). Подобное видит здесь Иоанн. И сделались, то есть всё это происходит непосредственно на глазах тайновидца. Разуметь здесь можно буквально такую физическую катастро­фу, которая постигнет мир. Можно себе представить шарики града, смоченные кровью, пахнущие ею, и всё это в сопровождении истребительного огня. Тогда исполнится пророчество Иоиля: «И покажу знамения на небе и на земле: кровь и огонь и столпы дыма» (Иоиль. 2:30). Этот ужасный град и огонь, разливаю­щийся по земле, истребит треть всех деревьев и лесов. Трава же, как нечто более нежное, будет выжжена по всей поверхности.

А можно виденное здесь Иоанном разуметь и как знамение других явлений. Так, пророк Иоиль прямо говорит о «знамении». Град указывает на то, что эти наказания придут с неба, что наказывает Бог. Огонь с кровью – указания на великие бедствия. Это – убийства и кровопролития, войны, бунты, революции, это разорённые города, потоки крови. Все эти несчастья будут нести смерть и самой природе, она обречена на погибель, что мы в значительной степени уже и видим. Кровь, огонь, столпы дыма... Не картина ли это почти каждого совре­менного города? Город с его заводами – не огнедышащая ли печь?! И из бес­численных огромных труб – столпы дыма, застилающие чистое небо, губящие природу. Да от каждого почти человека, не только мужчины, но и многих жен­щин, валит столб табачного дыма! Кровь и огонь и курение дыма... Под гибе­лью деревьев и травы можно разуметь ещё и отпадение многих христиан от веры и истины. Тогда зеленеющие деревья и трава – это сильные и храбрые по духу христиане. Неукреплённые христиане, не преданные всем сердцем Христу, от­падут, сгорят, как вся трава. Но сатана пожелает «прельстить, если возможно, и избранных» (Мк. 13:22) – это и есть гибель третьей части деревьев, чьи корни не были глубоки. Интересно отметить, что подобные катастрофы и со­бытия были немыслимы ещё недавно живущим (лет сто назад) толкователям Апокалипсиса. Теперь же всё это реально представимо.

Второй трубный глас

Откр.8:8-9 – Второй Ангел вострубил, и как бы большая гора, пылающая огнём, низверглась в море; и третья часть моря сделалась кровью, и умерла третья часть одушевлённых тварей, живущих в море, и третья часть судов погибла. Это второе великое бедствие. Само описание таково, что не следует пони­мать его как падение какой-то горы или вулкана или извержение лавы. Во-первых, мы видим, что гора низвергается как бы с неба. А во-вторых, Иоанн видит не гору, а нечто только похожее на неё, как бы большую гору. И здесь можно, с одной стороны, разуметь буквально страшную физическую катастро­фу. В результате низвержения этой огненной массы третья часть воды превра­щается в кровь. Подобное было во время первой египетской казни, когда Мои­сей и Аарон превратили воду реки Нил в кровь (Исх. 7:20), и рыба в реке вымерла. Так и здесь вымирает третья часть живых морских существ. Но не только рыбы, а и корабли, плавающие на них, терпят страшное крушение и треть всех погибает. Таковы будут предсмертные судороги природы перед Страшным Судом.

Под низвержением большой горы, пылающей огнём, можно разуметь низ­вержение дьявола в последнее время, «сатану, спадшего с неба, как молнию» (Лк. 10:18). Образом этого был древний Вавилон, которому говорит Господь через Своего пророка Иеремию: «Вот, Я – на тебя, гора губительная, говорит Господь, разоряющая всю землю, и простру на тебя руку Мою, и низрину тебя со скал, и сделаю тебя горою обгорелою» (Иер. 51:25). В великой ярости, как большая огненная гора, низвергнется сатана в море народов. И треть их будет превращена в кровь. И будет великий плач и стон по земле. Люди, не омытые кровью Христа, вместе с природой будут окунуты в кровь, произведенную са­таной. Но исполнится и пророчество Иеремии: гора огненная, разоряющая пре­вращена будет Господом в гору обагрённую, осрамлённую.

Третий трубный глас

Откр.8:10-11 – Третий Ангел вострубил, и упала с неба большая звезда, горящая подобно светильнику, и пала на третью часть рек и на источники вод. Имя сей звезде «полынь»; и третья часть вод сделалась полынью, и многие из людей умерли от вод, потому что они стали горьки. И здесь бедствие приходит с неба. Падаёт звезда, которая охарактеризова­на тремя качествами:

  1. Она большая.
  2. Она горящая подобно светильнику.
  3. Имя её «полынь», что указывает на её горечь.
Действие звезды такое, что она, упав на реки и источники вод, делает их горькими и смертоносными для людей. Возможно, что это будет такая катаст­рофа, когда на земной шар упадёт некое космическое тело и падение его будет подобно падению метеорита, горящего при прохождении земной атмосферы. Страшно будет, однако, действие этой катастрофы – отравление вод. Пресные воды сделаются горькими. Это напоминает событие в Мерре, когда, наоборот, через древо горькие воды сделались сладкими и израильский народ мог в пус­тыне утолить свою жажду (Исх. 15:22-26). Далее сказано, что горькими сде­лалась третья часть вод вообще, без разделения на реки и источники. Так что можно предположить, что отравленной оказалась не третья часть всех рек и вод, а во всех реках и источниках вода на одну треть пошла горькая. Эта горечь вод оказалась губительной и смертоносной и многие из людей умерли от вод. Так одна за другой катастрофы будут скашивать людей. (Страшный взрыв в Чер­нобыле в 1986 году напомнил о звезде полынь, отравив воды и воздух на ог­ромных пространствах. Кстати, слово «Чернобыль» означает траву полынь. – Ред.)

Виденное Иоанном может быть истолковано и иносказательно. Падение с неба звезды на землю – это образ падения сатаны. «Как упал ты с неба, денница, сын зари!» (Ис. 14:12). Утренняя звезда, сверкающий херувим, Люцифер – Ангел света низвергается с неба за восстание на Бога. Звезда эта большая, ибо велика сила лукавого, он сохранил те задатки могущества, которые имел в прославлен­ном состоянии. Но теперь обращает всё это во вред. Низвергнутый с небес, он как звезда, горящая подобно светильнику, он горит огнём злобы и греха, желая испепелить творение Божие. Падая на воды, на многие народы, он делает их горь­кими, как полынь, ибо и самому ему имя полынь. Это горечь и отвратительность греха. Сатана поит людей бурным и горьким развращением, утехами ада. Прекрасные, светлые и чистые источники вод делаются горькими и смертоносны­ми. Вот разум – источник светлой реки познания. «Источник премудрости – слово Бога Всевышнего, и шествие её – вечные заповеди» (Сир. 1:5). Но горь­кая полынь греха отравила воды познания. И воздыхает теперь Соломон: «пре­дал я сердце тому, чтобы познать мудрость... узнал, что и это – томление духа; потому что во многой мудрости много печали; и кто умножает познания, умножа­ет скорбь» (Ек.1:17-18). Потому и говорит Соломон: «берегись: составлять много книг – конца не будет, и много читать – утомительно для тела» (Ек.12:12). Горечь, полынь лжи и заблуждений отравила воды познаний. Пившие эту воду лжепознания, припадавшие к мутным горьким потокам атеизма, различной греховной светской литературы, сектантских извращений Священного Писания умирают духовно. Таковых – «всегда учащихся и никогда не могущих дойти до познания истины» (2Тим.3:7) – теперь полон мир. Непивший, жаждущий может утолить жажду чистой водой. Пивший горькую воду – отравлен и умира­ет. Излечить его удаётся редко. Возьмём, к примеру, труд, прекрасное, Богом благословленное служение человека! А во что превратила его полынь? «Прокля­та земля за тебя... в поте лица твоего будешь есть хлеб» (Быт. 3:17.19). «Что будет иметь человек от всего труда своего и заботы сердца всего, что трудится он под солнцем?... его труды – беспокойство; даже и ночью сердце его не знает покоя. И это суета!» (Ек.2:22-23). «Видел я также, что всякий труд и всякий успех в делах производит взаимную между людьми зависть. И это – суета и томление духа!» (Ек.4:4). Труд должен был сделать человека владыкой мира (Быт. 1:26), а сделал рабочим, рабом. И в горьких трудах теперь умирает чело­век. Или возьмём семью – полынь греха сделала и её из эдема адом. Прекрасное обращается в ужасное. Горечь плотских половых страстей, блуда, разваленных семей отравляет всё общество. Атеизм, пресловутая свобода от Бога, равноправие мужчин и женщин, истолкованное как свобода друг от друга, подобно звезде по­лынь, упав на семейные отношения, развалили их. И пьют люди горькие воды блуда, разводов, абортов, безотцовщины... Боже, сохрани нас от сей полыни, не лиши потоков чистых!

Четвертый трубный глас

Откр.8:12 – Четвёртый Ангел вострубил, и поражена была третья часть солнца и третья часть луны и третья часть звёзд, так что затмилась третья часть их, и третья часть дня не светла была – так, как и ночи. Катастрофы нарастают и обретают космический вселенский характер. Теперь потрясается уже не только земля, но вся солнечная система и звездные миры. Подобное возвещали ещё древние пророки. Иоиль: «Потрясётся земля, поколеб­лется небо; солнце и луна помрачатся, и звёзды потеряют свой свет» (Иоиль. 2:10). Амос: «И будет в тот день, говорит Господь Бог: произведу за­кат солнца в полдень и омрачу землю среди светлого дня» (Ам. 8:9). С одной стороны, Иоанн видит, как повреждаются светила, и можно представить, что сила их света уменьшится на третью часть. Уму непостижимо, какие великие изменения должны для этого произойти в Солнце и звёздах! Но далее Иоанн пишет собственно не об ослаблении силы света, а о сокращении освещения дня и ночи на треть. Это соответствует особенно пророчеству Амоса (8:9), который говорит, что солнце уже в полдень зайдёт и остальная часть дня будет во тьме. Солнце, луна и звёзды словно закрывают глаза, не в силах более взирать на грехи мира и возвещают кончину века. Тридневную тьму Бог наводил уже на Египет (Исх. 10:21-23), желая вразумить египтян. Но каковы будут эти бед­ствия! Тем, что только третья часть дня и ночи не будет освещаться светилами, указывается ещё и на то, что Господь Свои казни не во всей полноте изливает на землю. Наказывая треть времени, Он в остальное время всё ещё зовёт к покаянию. Так растворяет Господь Свой божественный гнев Своей же милос­тью. Да и кто может перенести чашу божественного гнева не растворенною?! Бедствия всех первых четырёх трубных ангельских гласов приходят с неба: град и огонь, большая пылающая гора, низвергнутая на землю, падение звезды по­лынь и, наконец, катастрофа самих небесных светил. Это всё есть разъясне­ние действия Ангела, бросившего горячие уголья из кадильницы на землю (8:5). С неба бедствия низвергаются на землю.

В каждом из этих бедствий повреждаётся одна треть. Сгорела третья часть деревьев, третья часть моря сделалась кровью и погибла треть одушевлённых морских тварей и третья часть судов, третья часть вод, рек и источников сделалась полынью, затмилась третья часть дня и ночи. Возможно, что всё это так будет буквально, а возможно, имеет образное значение.

Откр.8:13 – И видел я и слышал одного Ангела, летящего посреди неба и говорящего громким голосом: горе, горе, горе живущим на земле от остальных трубных голосов трёх Ангелов, которые будут трубить! Это видение как бы несколько перебивает трубные гласы Ангелов. По­среди неба означает зенит, то есть место, где бывает солнце во время своего наиболее высокого положения, вертикально над го­ловой. Этот высокий полёт Ангела соответствует цели его возвестить всем лю­дям во всеуслышание о предстоящих страшных явлениях божественного гне­ва. Высоко летящему орлу уподобляется этот Ангел, и самый крик его (увы, горе!) представляет собой звукоподражание крику орла. Своим криком Ангел возвещает последние три великих горя, что предстоит пере­жить живущим на земле в кончину века. «Три горя» – это трубные гласы последних трёх Ангелов: горе, горе, горе людям, которым надлежит пере­жить все эти бедствия.

Поэтому и нам не «мир и безопасность» (1 Фес. 5:3) возвещать надо, ибо «тогда внезапно постигнет их пагуба». (Следует напомнить, что тогда, в нача­ле 80-х годов, когда писалось толкование, в контексте церковной миротворчес­кой деятельности многими иерархами и религиозными деятелями возвещалось о наступлении времён, когда в мире прекратятся войны. Оплотом мира во всём мире провозглашался СССР. – Ред.) Но надо предупреждать людей о гряду­щем наказании, не усыплять их, а будить. «Трубу к устам твоим! Как орёл полетит на дом Господень за то, что они нарушили завет Мой и преступили закон Мой» (Ос. 8:1). Мир на грани гибели! Покайтесь люди, ибо «горе, горе, горе» возвещает Ангел миру!