размер шрифта

Толкование на книгу Откровение, Глава 10 – Во свете Библии

Новый Завет
с толкованием и комментариями

Содержание

Предисловие к изданиям Святое благовествование
Соборные послания
Послания Апостола Павла
Апокалипсис


Откр.10:1 – И видел я другого Ангела сильного, сходящего с неба, облечённого облаком; над головою его была радуга, и лицо его как солнце, и ноги его как столпы огненные. Здесь Иоанн видит другого Ангела, ранее ему ещё не являвшегося. Это один из высших Ангелов Божиих, посланников Всевышнего. Определить же точнее, какой именно это Ангел, представляется трудным. Этот Ангел показан другим, или «новым» и сильным. Ангел является сходящим с неба как по­сланник Бога Небесного, возвещающий земле волю и определение Небес. Не надо думать, что Иоанн теперь уже на земле, потому что видит сходящего с неба Ангела. Восхищенному на небо духу Иоанна равно открывались карти­ны и неба, и земли, и преисподних мест. И вот взору тайновидца является вид Ангела, облечённого облаком для обнаружения большей славы и величия. Над головою его была радуга. Но эта радуга была не смарагдовая, как вок­руг престола Сидящего (4:3), а обычная семицветная. Лицо Ангела, как солн­це, поэтому можно и представить себе здесь радугу, как преломление света ангельского лика в окружающем его облаке. Радуга – признак божественно­го милосердия и окончания суда. Так этот Ангел является вестником кончины мира, близости грядущего суда, а по его окончании излияния божественного милосердия на праведных и гнева на нечестивых, что особенно показывают ноги его как столпы огненные. Так что мысль от божественного милосердия (радуга) переводится к мысли о воздаянии, об огне Страшного Суда и геенны (ноги, как столпы огненные).

Откр.10:2 – В руке у него была книжка раскрытая. И поставил он правую ногу свою на море, а левую на землю. Рассмотрев внешний вид Ангела («и видел я...»), Иоанн видит теперь, что в руке у него была книжка раскрытая. Андрей Кесарийский говорит, что «книжка», как небольшая и очень мелко написанная, содержит, возможно, име­на и даже нечестивых, бесчинствующих на земле и море. Определить содер­жание книжки трудно, но нельзя его и считать полностью неизвестным. Таин­ственная книга с семью печатями раскрыта (5:1), и вот теперь в этой книжке содержится ещё то, что осталось нераскрытым после снятия семи печатей. Ука­зание Иоанну после того, как он съел эту книжку, снова пророчествовать (ст. 11) и говорит о том, что дальнейшие главы (с 11-й) являют собой содержание этой книжки. Была большая запечатанная книга (5:1), а теперь уже только маленькая книжка. Это подобно тому, как календарь в начале года толстый, но вот идёт время, отрываются листочки, и к концу года – уже тоненький календарик. Скоро конец.

Ангел яв­ляется как громадный колосс, поставляющий одну ногу на море, другую на сушу. Он всё покоряет наступающему Суду Божию. Ничто и никто не укроется от огня божественного Суда. Иносказательно море означает все племена и на­роды из язычников (ср. 17:15), а земля – израильский народ. И всех покоря­ет Ангел.

Откр.10:3 – И воскликнул громким голосом, как рыкает лев; и когда он воскликнул, тогда семь громов проговорили голосами своими. Это подобно, как у про­рока Осии сказано: «как лев Он даст глас Свой, даст глас Свой, и встрепенутся к Нему сыны с запада, встрепенутся из Египта, как птицы, и из земли Ассирийской, как голуби» (Ос. 11:10). Этот возглас Ангела послужит как бы сигна­лом к суду и к дальнейшему раскрытию пророческих явлений. «Лев начал рыкать, – кто не содрогнётся? Господь Бог сказал, – кто не будет пророче­ствовать?» (Ам. 3:8). Как бы семикратным эхом отозвался возглас этого Ангела во вселенной. Эти семь громов можно представить и как совокупность громов, которыми как бы отозвались на возглас Ангела все семь небес, существующие по еврейскому ве­рованию. Это и семь известных из Пс. 28-го божественных гласов.

Семь громов нельзя себе представлять как обыкновенные раскаты грома, не имеющие ничего общего с членораздельной речью. Громы проговорили, это была речь, которую Иоанн понял, ибо хотел записать, что они сказали (ст. 4). Но речь голосов была подобно небесным громам. Этим указывается, что страшно будет наказание. Если же кроткий Ангел вызвал болезнь пророка Даниила, то каковы действия от этого Ангела! Под семью громами можно разуметь или семь голосов этого самого угрожающего Ангела, или, что более вероятно, это – суть семь голосов других Ангелов, которые предвозвещают о будущем. Этот Ангел воскликнул, а семь иных громогласно вто­рят ему. Во всём этом блаженный Дионисий видит небесную иерархию, подчинён­ность одних Ангелов другим. На небе всё происходит по божественному чину.

Откр.10:4 – И когда семь громов проговорили голосами своими, я хотел было писать; но услышал голос с неба, говорящий мне: скрой, что говорили семь громов, и не пиши сего. Иоанн отчётливо понял сказанное семью громами, пожелал это записать, но небесный голос запретил ему это сделать и приказал скрыть. Тайна эта долж­на остаться до последнего времени, которое своими событиями и изъяснит её. Подобное было некогда сказано и пророку Даниилу: «А ты, Даниил, скрой слова сии и запечатай книгу сию до последнего времени... иди, Даниил; ибо сокрыты и запечатаны слова сии до последнего времени» (Дан. 12:4,9). Так, уходя с земли, Даниил и Иоанн, тайновидцы Божии, унесли с собой эти тай­ны. И только сама кончина века их раскроет.

Откр.10:5-6 – И Ангел, которого я видел стоящим на море и на земле, поднял руку свою к небу и клялся Живущим во веки веков, Который сотворил небо и всё, что на нём, землю и всё, что на ней, и море и всё, что в нём, что времени уже не будет. Иоанн описывает теперь клятву Ангела. Для чего клялся Ангел? Для боль­шего усиления впечатления от откровения о непреложности божественного оп­ределения относительно предстоящего суда над миром. А также по причине нашего неверия поклялся Создателем. Эта картина напоминает нам того мужа в льняной одежде, которого пророк Даниил также видел клянущимся: «И слы­шал я, как муж в льняной одежде, находившийся над водами рек, подняв пра­вую и левую руку к небу, клялся Живущим во веки, что к концу времени и времён и полувремени, и по совершенном низложении силы народа святого, всё это совершится» (Дан. 12:7). Здесь же Ангел поднял одну только руку к небу, ибо в другой находилась книжка, и клялся Живущим во веки веков, то есть Самим Богом. В Евр. 6:13 читаем: «Бог, давая обетование Аврааму, как не мог никем высшим клясться, клялся Самим Собою». И Ангела мы видим здесь кля­нущимся Создателем. Писание дозволяло только клятву именем Божиим: «Гос­пода, Бога Твоего, бойся, и Ему одному служи... и Его именем клянись» (Втор. 6:13). Всякая же иная клятва чем бы то ни было и чьим именем бы то ни было, совершенно запрещается (Мф. 5:34-37). В важных делах дозволитель­но призывать имя Божие во свидетельство истинности своих слов. Ангел клянётся здесь Богом, называя Его Живущим во веки веков и Твор­цом неба, земли, моря и всего, что в них. Указывая именно на эти свойства Божии, Ангел подчёркивает тем самым, что Бог, как всемогущий Творец, может довести Своё творение до конечной цели бытия всякой твари.

Содержание самой клятвы делится на две части.

Первая часть – Ангел клянётся Всевышним, что времени уже не будет. Вполне таинственный смысл этих слов нам, пожалуй, и не раскрыт. Но вот несколько указаний на значение этих слов. Во-первых, этими словами указывается, что после шестого трубного гласа без всякого промедления, скоро последует глас седьмой трубы и тогда непре­ложно наступит конец. Круг земного времени кончится, история всей вселен­ной придёт к концу. Этого земного времени уже не будет, а значит, во-вторых, кончится и возвещённое Спасителем «лето Господне благоприятное» (Лк. 4:19). Сегодня день благодати, сегодня можешь покаяться и совершать своё спасение. Если не сделаешь этого сегодня, тогда будет поздно. Тогда будешь с неразум­ными девами стучать в двери небесного чертога, но они будут закрыты. Време­ни уже не будет. «Прошла жатва, кончилось лето, а мы не спасены» (Иер. 8:20). О грешник, к Иисусу приди!

Во-вторых, здесь можно усматривать указание на вечность. В эту тайну наш разум сейчас ещё проникнуть не может. Сейчас есть время. Всё существует во времени. Собственно, время – это форма существования всего материального. Было, есть, будет – этому подвержено всё. «Мы летим» (Пс. 89:10) во време­ни. Суточный круг, годичный круг – всё указывает на время. И вот – веч­ность. Время не будет формой вечнобытия. Это будет вневременное бытие, не будет самого времени как такового. Какое-то понятие об этом даёт теория от­носительности Эйнштейна, когда говорит о прекращении хода времени при дви­жении со скоростью света. Потому там и не будет солнца и луны (22:5), ибо не будет кругов времени. Всё это великая тайна, непостижимая ра­зумом!

Откр.10:7 – Но в те дни, когда возгласит седьмой Ангел, когда он вострубит, совершится тайна Божия, как Он благовествовал рабам Своим пророкам. Это вторая часть клятвы. Почему времени уже не будет? Потому что совер­шится тайна Божия. Это о домостроительстве спасения, о тайнах Божиих от века утаённых, но открытых пророкам и Апостолам. Дух Святой, «глаголавший в пророках», благовествовал рабам Своим пророкам. Весть о завершении тайны домостроительства спасения называется благовестием по причине покоя и бла­женства, которые имеют наследовать праведные. Для нечестивых труба седьмого гласа, Ангел возвестят конец лета благоприятного и начало Суда и вечных мук. Для них это будет страшная весть!

Откр.10:8 – И голос, который я слышал с неба, опять стал говорить со мною, и сказал: пойди, возьми раскрытую книжку из руки Ангела, стоящего на море и на земле. Иоанн слышит здесь голос, который он уже ранее слышал (ст. 4). Это был голос некоторой высшей ангельской силы с неба. Он повелевает Иоанну подойти к Ангелу, стоящему на море и на земле, и взять у него раскрытую книжку, то есть принять разумение содержания книжки и всего явленного ему в этом ви­дении.

Откр.10:9-10 – И я пошёл к Ангелу, и сказал ему: дай мне книжку. Он сказал мне: возьми и съешь её; она будет горька во чреве твоём, но в устах твоих будет сладка, как мёд. И взял я книжку из руки Ангела, и съел её; и она в устах моих была сладка, как мед; когда же съел её, то горько стало во чреве моём. Интересно и дивно, как маленький человек Иоанн подходит к Ангелу, это­му громаднейшему колоссу, поставившему одну ногу на море, другую на сушу, и дерзновенно просит и принимает от Ангела книжку. Да и книжка эта, казав­шаяся маленькой в руке Ангела-колосса, не была ли весьма велика для челове­ка Иоанна?! Но по небесному повелению Иоанн делает это. Так и мы, малые, ничтожные, по слову и обетованию Божию можем приступить к великому и важ­ному. Ты, малый человек, призываешься вкусить и познать великие таинства и благодеяния Божии. Грешный по небесному гласу приступает к святому, земной – к небесному.

Апостол Иоанн переживает здесь нечто отличное от того, что имел ранее. До этого он все откровения воспринимал глазами (видения) и ушами (слышал го­лоса и речи). Теперь же он призывается получить пророческое ведение посредством вкусового ощущения, ибо должен не прочитать книжку, а съесть её. Это подобно тому, как и древнему пророку Иезекиилю было дано съесть книжный свиток, и было сладко в устах его (Иез. 2:8-3,3).

Что же дано было познать святому тайновидцу Иоанну? Книжка в устах Иоанна была сладка, как мёд; когда же съел её, то горько стало во чреве его.

Что это означает? Через действие книжки во устах и чреве пророка открыто было различное. 1. Сладким было содержание книжки лишь для уст при восприятии, но при дальнейшем усвоении, когда оно стало ясным Иоанну в подробностях, то ста­ло горьким. 2. Это указание на то, что содержание книжки было отчасти сладким, а отчасти горьким. 3. В ощущении сладости – отношение пророка Иоанна к Богу, а в ощуще­нии горечи – его отношение к миру (см. Ис. 6:7; Иер. 1:9; 1 Кор. 6:13).

Более же всего этого разуметь случившееся с пророком надлежит так. Уста Иоанна означают пророка. Как пророку ему сладко было получить новое откровение. «Как сладки гортани моей слова Твои! Лучше меда устам моим» (Пс. 118:103). Но для чрева, для чувств, для человека Иоанна горько было познать содержание этого откровения, говорящего о великих наказаниях и му­чениях, ожидающих людей. 5. И ещё нечто сокрыто в этом. Не зрением и слухом только, а самими ощущениями даётся Иоанну познать действия греха. Когда вкушаем, соверша­ем грех, то бывает сладко, но горьки последствия. Вот сладость греха блудни­ка: сладко ему удовлетворять свою похоть, горьки последствия – разрушенные семьи, слёзы, аборты, безотцовщина. Сладки пьяные ночи, но горьки плоды зачатия в пьяном состоянии. Наполняется мир слаборазвитыми, порочными, дебильными. Сладко было во рту – горько во чреве. А вот другой грех – сладострастие. Сладка во рту роскошная и жирная пища, но горька во чреве – тяжести и боли от объедения, непомерная обременяющая тучность, болезни, плотские страсти, низменные желания. Сладки пляски, увеселения, зрелища, но горьки и тошны их последствия! Избави нас Господь от всех этих «сладостей», дабы не вкусить их горечи!

Откр.10:11 – И сказал он мне: тебе надлежит опять пророчествовать о народах и племенах, и языках и царях многих. Эти слова, сказанные Иоанну, могут быть по-разному понимаемы. Во-пер­вых, это означает, что видение Ангела, клявшегося, что после седьмой трубы времени уже не будет, не последнее. Апостолу Иоанну надлежит получить ещё ряд откровений о судьбах многих народов, племён, языков и царей мира. Эти откровения и записаны в дальнейших главах.

Во-вторых, это означает, что не тотчас же после того, как Иоанн получит своё откровение на острове Патмос, всё виденное и слышанное им исполнится, как это думали многие первые христиане. После получения Откровения свято­му Иоанну надлежало ещё пророчествовать, ещё проповедовать народам и, в частности, написать своё дивное Евангелие.

Есть и ещё иное, таинственное понимание этих слов. Святая Церковь содер­жит такое Предание, что когда настало время отшествия Апостола Иоанна к Богу, он удалился за пределы Ефеса с семью своими учениками и повелел приготовить для себя в земле крестообразную могилу, в которую лёг, сказав ученикам, чтобы они его засыпали землёй. Ученики с плачем целовали своего любимого наставни­ка, но, не решаясь ослушаться, исполнили его повеление. Они закрыли лицо свя­того платом и закопали могилу. Узнав об этом, остальные ученики Апостола при­шли к месту его погребёния и раскопали могилу, но ничего в ней не нашли. Каж­дый год из могилы святого Апостола Иоанна 8 мая выступал тонкий прах, кото­рый верующие собирали и исцелялись им от болезней.

Так родилось поверье, что Апостол Иоанн не умер обычной смертью и что ему надлежит ещё в кончину века, ко времени антихриста снова прийти в мир и опять пророчествовать. Ещё раз исполнить служение пророка, препятствовать прелес­тям антихриста, а потом уже претерпеть истинную мученическую смерть.