- Молодые люди, это вам02.08.2003. ИгЛа (Игнатий Лапкин)
Всё, что накопили наши предки.
Гордым, непокорным головам
Ставятся эпохою отметки.
Постараться разом растранжирить,
Или приумножить во сто крат?
Проповедывать о мире во всём мире,
Разукрасить Соломонов третий храм?
Судя по всему вам всё равно,
Ничего, похоже, вам не нужно!
Выпивка, наркотики, порно,
Бесконечный и последний ужин.
Молодые люди, вы не жили,
Изблудились лет до тридцати.
Жеребцы и жадные кобылы
Могут только мерзостью трясти.
Ни стыда, ни смысла в этой жизни,
Наглость беспредельная и хамство.
Ваши торжества – сплошная тризна;
В слове, в деле – дерзость и нахальство.
Слово Божие уже провозвестило,
Что живущий так - давно мертвец.
В полдень закатилось их светило, Иов.5:14
Под котлом геенским слышен треск. Еккл.7:6
Не желайте мира нечестивым, Иер.48:10
Им здоровья незачем просить. Ис.48:22
Кто отверг и пренебрёг Мессию, 1Цар.10:19
Обречён бояться и трястись. Евр.10:27
Только единицы молодых Еккл.7:28
Ценят целомудрие и трезвость. Тит.2:12
Сад засохший, сгнившие плоды - Иуд.1:12
Всюду отвратительная мерзость. Откр.21:27
Молодёжь состарилась в грехах; 1Цар.2:33
Если бы вы знали об Иисусе! Деян.17:23
Новое вино да в ветхие меха? Матф.9:17
Вкус его неведом честолюбцам. Мрк.14:25
- ***
- Молоток и гвозди – строим мостик,
Топоры и пилы - здесь серьёзный мост.
Постоянно ждём кого-то в гости,
Кухней тешимся или уважим пост?
Всё готово, подано к столу -
На застолье родственников ищем?
Сам прислуживаешь или ищешь слуг,
Не с ворованным ли ароматом пища?
Знай, блаженнее давать, а не просить,
Принимая спонсорскую помощь.
Много могут жёны растрясти -
Есть такой неэкономный «овощ».
В нашу пристань правят корабли,
Шлейфом пыль – всё к нашему двору.
Отдохнёт усталый пилигрим,
С новой силой выйдет поутру.
Нужно обогреть и обстирать,
На дорогу положить в котомку,
Афоризм запишут пусть в тетрадь:
«Кто с Писанием - тот в море не утонет».
Из гостиницы на память им гостинцы,
Библии и Новые Заветы;
Дали бы другим они напиться -
Немощным духовные советы.
На бесплодье, как на месте лобном.
Кружит коршуньё из отговорок;
«Хорошо, я помогу сегодня,
Ну, а мне поможет кто-то скоро?»
Делая, взамен не ожидай.
В вечности награда замаячит.
Угости чеченца и жида,
Даже тех, о ком секира плачет.
Наводи мосты или мосточки,
К сердцу недруга, хотя б через желудок;
С завязи плоды, приметы с почек,
Приготовь скамейки и посуду.
02.07.2004.ИгЛа (Игнатий Лапкин) - ***
- Молчанье – золото», – мы, каясь, утверждаем.
Но так ли это, всюду и всегда?
Есть нарушители, милиция, жандармы,
Поступки разные, - кто прав, не нам гадать.
Пророк Иезекииль (в три, восемнадцать) пишет,
Что если согрешающего ты не обличил,
Молчал, был незаметным, всё тише, тише:
Не наши дети, мол, сиди и не ворчи.
Тот, согрешающий, погибнет, кровь на нём,
И на тебе – за безразличье к брату,
Что данною возможностью лукаво пренебрёг,
Хотя и подойти, сказать мог многократно.
Но если бы ты смог и всё же обличил,
Остановить пытаясь согрешивших
(Хотя и промолчать немало есть причин),
Ты душу спас свою – не будет это лишним.
А тот упрямец, сущий лиходей,
Похотствуя, блудивший или хуже,
Погиб навек, он – изверг из людей,
Живя в грехе, о том совсем не тужит.
Мы все как пассажиры на корабле одном,
И нам не безразличны те, кто рядом с нами.
Иначе вместе с хищником и мы пойдём на дно, -
Про это всё из Библии святой познаем.
Ты обличи - и грех не понесёшь.
Конечно, обличают мужи – не жёны, дети.
Слова евангельские – это острый нож.
Одень грехом израненных, раздетых.
Ищу всю жизнь, кто мог бы научить
И в духе кротости бунтующих наставить;
Но жёны лезут, давят на мужчин,
И что ни слово – всё не по уставу.
Смиренье-мать рождает добродетель,
Слова подыскивает к месту, соразмерно.
Хам согрешил, хотя и мог одеть бы,
Одежду-стих подать по нужной мерке.
ИгЛа (Игнатий Лапкин), 10.09.2010 г. - ***
- Молчать об истине считаю преступленьем,
Об истине, в которой польза всем;
Да было бы поменьше жирной лени,
Нужду избыть и множество проблем.
А за молчаньем в слове – окаянство,
Нет дела нам, небрежны и ленивы,
Не экономны, утонули в пьянстве,
Считали – не беда – стаканчик пива.
Молчать о том, что церковь молчалива,
И патриарх, превыспренний молчун?
Не стоит ахать, что нас сносит кривда,
Нам всем хана, каюк и карачун.
А нужно было бить набатным звоном,
Колоть колокола на колокольнях;
Не многим высветилось - этот шаг резонный;
Стонали, ахали, кому досадно, больно.
Так не молчите же, попы, учителя,
В ком вера не проявлена доселе,
Вам льгот полтысячи, опять молчать велят –
Пир при чумном застолье и в похмелье.
Голосовые связки не жалейте, –
Связать преступное не всё нам по плечу.
Брюзжать начнут епископы-калеки,
И самый главный в куколе молчун.
Пусть слово Иеговы прорастёт нескоро –
Жнецы другие подоспеют к сроку;
За утаённое страшись небес укоров –
Легко стать истинным, гнусавым лжепророком.
Не облака, а пена в Божьей чаше
Кипит вином, возмездием достойным;
Пусть и немой, благовествуя, машет,
На пальцах высветит, как собеседник тонет.
В молчанье скрыта гробовая тень,
Неслышащим, что скажет Иегова;
Дилемма вечная – соединиться с кем,
Быть благовестником, молчальником ли новым.
09.09.2005. ИгЛа (Игнатий Лапкин) - ***
- «Молчите, подлые!» – стращают журналистов,
И толпы киллеров расселись за забором,
Как раз момент – усердно помолиться,
Зарплату пулей обещают правдолюбцам скоро.
Угрозы тяжкие не всем сегодня по плечу,
И многие попятятся с испугу, ради ближних,
Отстрелы непослушных яростно начнут,
Волна прибоя неподкупных слижет.
Припомним первый век и смуту в Иудее,
Апостольская проповедь повсюду будоражит,
В судах мирских никто о них не порадеет,
Орудуют сексоты и порядков стражи.
Хватать, тащить и бить непокоривых,
Дробить им зубы, резать языки!
Но не молчат те неучи, вот диво,
Со всех сторон в милицию летят звонки.
Чем кончилось – теперь мы это знаем:
Нашествием римлян и крахом государства.
Повергнуто, сожжёно национализма знамя,
Растиражируют послания Апостола из Тарса.
«Молчите вы, защитники святыни,
Правдоискатели, в бессмертие не тщитесь!»
Припомни, кровь на эшафотах стынет,
И нет от смертных никакой защиты.
Дымятся тяжкие, кровавые столетья,
И благовестие заглушено подкупленным священством.
Вожди церковные оглохли и ослепли,
Превратно говорят, не чисто и бесчестно.
Неверие Захарии рты засмолило прочно,
И в образец молчание сумели возвести;
Монахи – главные друзья молчанью впрочем,
В потёмках киллер-демон молчальников настиг.
Молчаньем предаётся всемогущий Бог,
Его Писание монахи благовестить не смеют.
Дорогу проповедникам, для их священных ног,
Стучать в сердца свободных и семейных.
02.09.2009. ИгЛа (Игнатий Лапкин) - ***
- Молюсь за здравие усопшего раба,
Что во время он съехал – так грозился!
Детей его пусть пощадит арба,
Хочу, чтоб на постели не разлился.
Молитвой молочу со всех сторон,
Мешаю, путаю им мысли, злодеянья,
Прореживаю их ряды – чуть тронь,
Заголосят как с голодухи спьяну.
Враг ухищряется сто полчищ окрутить,
Бесовских рекрутов, наймитов кровожадных,
С цепи науськав, на меня спустить,
Хвосты поджавших ошалевших шавок.
Молитвы смерч и столп благословений
Над нашим станом светит к облакам.
Что из того, что враг исходит пеной –
Нас мало – каждый кто с руки лакал.
Библейские сраженья вспоминаем,
И всполохами плещется надежда;
Уверены, что те герои с нами,
Они за истину, такие же, как прежде.
Не заказной молебен - от души.
От глубочайшей веры в справедливость;
Мы просим, чтобы враг нас не зашиб,
Бесплодным стало зло, как в климакс.
Друзья хлопочут, силятся помочь,
Пост объявляют строгий, чуть не в меру,
Молитва общая проносится, как смерч –
Исполнится просящему по вере.
Молитвой небо некто заключил -
Пророка Илию Ахав боялся.
Прошенья праведных страшнее чем мечи,
Смиряют волн неистовую ярость.
О, Господи, спаси и сохрани
От тех, чьи пятки бьют сильней ослиных.
Ты Сам, как знаешь, глубже схорони.
Обиды недругов под слоем жирной глины.
15.03.2005. ИгЛа (Игнатий Лапкин) - ***
- Монархию хотят восстановить.
Но добровольно кто же согласится?
А значит снова море крови лить,
И в первый класс стране идти учиться?
Неужто ничему не научились.
Белогвардейские рассеянные толпы?
Бессильным только накопить бы силы.
Ударить красных, чтоб не собрать осколков.
Монархи им мерещатся на троне
В непобедимом православном духе;
В Константинополе ждут мусульман с поклоном…
Какой им дух то нашептал на ухо?
Христианин любой есть царь по вере,
Он царствует над плотью, над грехами.
Цари же все, козявки, то есть черви.
И черви съеденные, как мы не раз слыхали.
Доверься Богу, а уж Он нам даст
Пигмея лысого, усатых людоедов;
Саул и на священников издаст приказ,
И страшная звезда взойдёт на нас кометой.
Как Иегове будет то угодно
Благословить правителем бесправным.
Из прежних полукровок сверхпородных,
Или Иного – кто явно сядет в храме.
Мгновенно обрушенье без опоры -
Не сберегли готового монарха.
Защитники царя по заграничным нормам,
Порастеряли спесь фамильную от страха.
Так, верующий быть царём не может;
Царь должен быть и деспот, и тиран,
Железные натягивая вожжи,
Порядок навести в стране и не бояться стран.
Кто из сектантов, мусульман, буддистов,
Захочет православного царя?
Свободы жаждут люди, звери, птицы -
И все раскаются, что воцарили зря.
04.08.2004. ИгЛа (Игнатий Лапкин)