Картину мысленно нередко представляю,
Настолько явственно и живо будто наяву:
Пронёся Божий Дух над смертными полями,
Сухие кости тотчас восстанут, оживут.
Здесь и убитые на всех фронтах и странах,
Погибшие в морях и разных катастрофах,
Дожившие до старости и умершие рано,
Когда расстреливали и в анфас, и в профиль.
В одежде той же, в разуме всё том же
И их правители Нероны, Сталин, Гитлер.
Но здесь они – никто – обтянутые кожей,
И кровь опять пульсирует отмеренные литры.
Так отстранённо, с боку посмотреть бы,
Эксперимент удался ли до общего Суда?
И Грозный Иоанн там не такой уж крепкий,
И Пётр онемеченный финал на двойку сдал.
О прочих причиндалах и лизоблюдах явных
И говорить не хочется, бумагу тратить зря.
Им день один отпущен, раскаяться и в яму.
Какими же они самих себя узрят?
И этим днём, плюсуемым до прежней жизни,
Перечеркнуть грех можно в новом бытии.
Нет армии, армад, с червями только бизнес,
По дню последнему и к Сущему прийти.
Картину ту заснять пора документально,
И надпись совершить, что смерть здесь – режиссёр,
Из воплей страшных звук – исход у всех летальный.
Спасённый тот, где грех Иисусом стёрт.
Но я.. о. счастье, всё ещё живу,
И мне отмеренное время с продолженьем.
Мой чёлн с Иисусом прочен на плаву, –
Потенциал на торжище, когда ты не отшельник.
Экран погас... вокруг сбежавшие из ада.
Мы к вам не достучимся, и вы не вхожи к нам.
Пока есть день, раскаяться всем надо,
Иначе снова всех похитит сатана.
02.09.2009. ИгЛа (Игнатий Лапкин)
***
Карты игральные вон!
Пьяные заполнили купе,
И среди табачных всхлипов дыма,
Карточный угар свой гимн запел,
С хлопанием, вскриком препостылым.
Забубенный туз побит.. и кем же?
Кто у власти, кто козырным стал.
Чья цена - "шестерка", как и прежде, -
Князь из грязи, голь и нищета.
Цвет червей, - прообраз жуткой муки,
От укусов вечного червя.
Вини - знак вины, связавшей руки.
Кто поймет и отбежит скорбя?
Божий враг измыслил эти карты,
"Шубу" снять, и выжечь шесть и шесть,
Список жертв на сотни длинных хартий,
И всегда: подделка, пьянка, месть.
Вот валет, слуга капризной дамы,
Призванный, как паж ее беречь.
Он же, что ни есть, из самых самый,
Совратив, покрыл до голых плеч.
Все в игре и гнусно и презренно,
До бесстыдства повторяет жизнь:
Крик коварства, торжество измены,
Всех побитых подминает вниз.
Охают семерки и десятки,
Преданы надменным королем.
Клином клин, за взяткой снова взятка,
И в конце остаться дураком.
Но в руке, козырный, непобитый,
Туз крестовый и рецидивист.
Обобрать, бежать, навеки квиты..
"Кто в очко?!" -.. и вновь раздался свист.
22.10.1983. Поезд Балашов - Тамбов.
***
Качество лидера
В каждом обществе есть старший, рулевой
Основатель, лидер и наставник.
Знает цель, опасности – он мыслит головой!
Может доказать, - не террорист на танке.
Может в деле быть живым примером.
К цели истинной решительно ведёт.
Говорю о христианах с глубочайшей верой…
Недостатки мелкие не в счёт.
Цель святая ко спасенью душ.
Будут разгильдяи, пустозвоны.
Подкаблучник, охамелый муж,
Легкомысленные властолюбцы жёны.
Он и им по силам даст заданье…
Ну, а если дело им не к спеху.
Беспощадность брошенного камня
Только шире сделает прореху.
Рецидив языческих шатаний
Сам Христос не в силах залатать…
Человек свободен!.. Вот об этом кстати,
Никогда не надо забывать.
Этим людям ничего не нужно.
Их девиз: брюзжать и вольно жить!
В храм сходить на исповедь наружно…
Всем страстям восторженно служить…
Самооправданьем захлебнулись. Льётся через край.
Нужды церкви все за горизонтом.
Созидать не могут, и в душе раздрай.
Бесовщина мерзкая… Что вполне резонно…
Вопль в аду Дафана, Авирона.
С сонмищем служителей Корей.
Против Моисея, Аарона,
Столько породит земля зверей.
22.09.2001 г., п. Потеряевка, ИгЛа (Игнатий Лапкин)
***
Квартиру хочет бабка подписать,
За упокой чтоб спонсор помолился,
Она безродная и хочет в небеса –
Подобие больной, облезлой птицы.
Откуда ни возьмись племянников толпа,
Безвестные племянницы весенней мошкарой.
Считай, с бабулей договор пропал,
Радужных планов более не строй.
Как от змеиного болота отскочи,
Она приветлива отныне только с ними;
Её квартира вспыхнула в ночи,
И в памяти остались только снимки,
А если бы в той старице был Бог,
К Которому уходит безвозвратно,
Она бы к верующим жалась и Господь помог,
Найти ходатаев – сестру и даже брата.
Представь, как после нашего ухода
Здесь будет Ангельское пенье и молитвы;
Добротолюбие тебя признает годным,
И замысел к добру не будет хлипким.
Всё, чем меня Спаситель наделил,
Талантами мой скорбный путь украсил,
Да будут для Него – не для могильных плит,
Да не окажется прожита жизнь напрасно.
Всё до копейки верным раздаю,
Кто ожидает возвращенья Сына.
Нас милостыня наша ждёт в раю,
Она и в вечности с хозяином едина.
Где веры нет глубокой и живой,
Одолевают бурей там сомненья.
Кому подписывать шалашик старый свой,
Иначе быть нетрезвому здесь пенью.
Земле подписываю тело – Божий храм
До обновления в пришествие Владыки;
Неверному рабу наносят много ран,
Что не на камне строится, то зыбко.
08.03.2006. ИгЛа (Игнатий Лапкин)
***
Кичливость, хвастовство никак не украшают!
А если в этом есть народ весь целиком.
Есть Бог! О Нём пространно пел Державин.
Вот перед Богом Этим хвастун всегда слепой.
Да, Бог избрал из всех лишь Авраама,
Да, обещал им выделить земли участок.
И явится молящимся в позолочёном храме.
За непослушание же хлынут к ним несчастья.
И главное в главнейшем, что есть главней всего:
Бог Иегова даст им Сына в искупленье.
И соберёт рассеянных овец Своих в загон,
Единородный явится, вселенной всей Наследник.
Им дал закон по совести, чтоб мёртвых оживить,
Открыл им замыслы и Богом их назвался.
Есть чем хвалиться: Бог их Опора, Щит, –
Израиль же пошёл своим противным галсом.
Закон Всевышнего утерян, и злостно нарушали,
Обетования забыли, сумели пренебречь;
Роднились и братались с разнообразной швалью,
Господне иго доброе сумели сбросить с плеч.
Когда же наконец им Сына дал Отец,
Они Его отвергли, безжалостно распяли,
По всем обетованиям производил им тест.
Во все века за хищность давил в кровавой мялке.
Рекорды зла, хищений и диких грабежей,
Злодейство революций и дьявольских интриг.
Да вразумитесь же, избранники, ужель
Хотите, чтобы Бог вас наголо остриг?
Избранием своим пренебрегли умело,
Поизвратили всё, Талмуд вам вместо Торы.
К антихристу на Запад поворотили стрелку,
К погибели стезю тропили столь упорно.
Вам не кичиться, плакать, во прахе изнывать.
К Иисусу обратиться и Бог ваш грех изгладит,
Отрите лик Христа, весь в жидовских плевках,
Запачканное кровью заменит чистым платье.
13.06.2009. ИгЛа (Игнатий Лапкин)
***
Клеймо своё на живность во дворе,
Для бирок раб быкам кровавит уши;
Трудней теперь присвоить и спереть,
А сохранить своё намного лучше.
«Моё», «твоё» – водораздел гранитный,
И на него никак не стоит посягать,
У каждого свои незримые пожитки,
За личность при наличности считают босяка.
Но есть сокровище, которым дорожим
Не столь умело: опыт, ум, сознанье.
На несогласных злобится режим,
И расправляется в своей кровавой бане.
«Моё» – оно не наше – дал Господь,
Пометил вспышкой, чудным озареньем.
И мудрость слаще, чем капель из сот,
Дороже ордена и Нобелевских премий.
С достигнутым не спят, ведь память коротка
И хочется иной этаж осилить,
И снова с разумом кучкуется рука,
Теорий, аксиом ещё навильник.
Слова пророков бьют наверняка,
Через столетия крошат непокоривых.
Вместят, сроднятся ли мои бока,
По рёбрам рикошетом, может, мимо.
По существу их слово воспринял,
И те слова моим дыханьем стали;
Роса благословений на корнях, –
Не ослабели от великой дали.
Стихи отдельные и главы золотыми
Мы называем и дарим друг другу;
Одним по-русски, прочим по-латыни, –
Звучит литавры, ликованья трубы.
«Моё» – оно конечно не моё,
Но призваны вкушать и пить досыта,
На браке Сына Божия мы пьём.
С Господним я, моё, Его – всё слитно.
16.07.2008. ИгЛа (Игнатий Лапкин)
***
Клуб
Стоит громада камня и гранита.
"Культуры" храм, безбожия каньон.
Здесь стар и мал, - Российская "Элита"
Глазеющая в прошлое свое.
Писал Некрасов: где была молитва-
Курений амбра восходила здесь.
Теперь гудит, как Куликова битва:
Разврат, гордыня, матерщина, спесь.
Клуб атеизма, черный клуб из дыма,
До преисподней жуткая дыра.
Дрожит экран, из савана холстина,
Убийство душ под смертное "Ура".
Поток из лжи и камнепад хулений,
Как селевой обвал несется в зал.
Припомните как ВИЛ (коварный Ленин)
Об этих душегубках предсказал.
Кратчайший путь к людским умам и душам –
Экран вблизи (и Теле издали),
Смертельной хваткой пепелят и душат.
Огонь страстей, безбожья тартар стужи
Россию к катастрофе привели.