размер шрифта

Поиск по сайту



Вопрос 3746

Вопрос на тему «Священство»
Из книги — Лапкин И.Т. «‎...открытым оком», том 25

Вопрос 3746:

Всегда ли нужно подходить к священнику под благословение, когда видишь его?

Ответ И.Т. Лапкина:

Мне самому было бы интересно выслушать, если бы на этот вопрос ответили разные священники, живущие в разных регионах мира. Большинство из них абсолютно за то, чтобы все подходили и брали у них благословение, когда видят в этот день его первый раз. Я лично подхожу только к тем, кого вижу впервые или очень уж давно не видел. И это делаю не только ради недостающего мне благословения и ради успеха в трудах и безопасности, но и ради его самого, зная, насколько они болезненно переносят, когда к ним не подходят, согнувшись, рука на руку лодочкой и губы трубочкой. В Москве как-то встретился с Володей Седых, а он уже стал священником. Между же нами были недопонимания – он раньше 30 лет стал батюшкой. Он долго терпел в нашем разговоре меня, что я не подхожу, а уже при расставании звякнул об меня кадило гнева разожжённого, заклеймил меня с горьчайшей обидой, что я его унизил, не признав его священства. Тут тоже есть нюансы. Подойти и не подойти и что за этим притаилось. В Новосибирске, в доме Андрея Долгова, - встреча, и там два священника. Один – мой духовник, у которого я причащаюсь. Я к нему в ноги бухнулся: «Благослови, отец Трофим». Он же – кроткая душа, смущённо так: «Ну я же не старший здесь». Старший же по званию был о.Павел Морозов из г.Фрунзе. Я к нему в ноги повалился: «Благословите, отче святый». Он сурово, канонически выверенно по-старообрядчески смерил меня, как козявку в ногах обретшегося, затем на мои сложенные руки и при всём честном народе: «А я тебя не знаю. Может, ты еретик какой». (А он и приехал, чтобы разоблачить меня, как лютого и неисправимого сектанта-баптиста и отлучить навсегда от Церкви Христовой, что успешно и сотворил, нажаловавшись в архиепископию. Позже же сам был запрещён, лишён сана с запретом его даже отпевать). Я так и застыл пред ним, и оглянулся на о.Трофима – он же неделю назад меня исповедовал и причащал. Но тот кротчайше смотрел на меня, ведомого уже на заклание. И тут начал о.Павел мне делать полную диагностику от макушки и до гузна, от кончика языка до дыхательных альвеол, ежели такие были во мне ещё. Чтобы понять психологию священнослужителей и их реакцию на неподход под их благословение рукой, нужно самому побыть в их образе, что мысленно я и сотворил. Для них же это то же самое, как, если бы кто не подал руки при народе кому-то и сделал бы это выборочно, и люди бы это поняли: «Он руки ему не подал!» Значит я его в чём-то зазираю.

Когда наш батюшка о.Иоаким приезжает через неделю сюда в храм, то люди все подходят к нему и берут благословение. Я этого не делаю, ибо знаю, что будет богослужение, и я подойду, как положено, и не менее торжественно, и настрой у меня будет соответствующий. Иные священники страсть как любят покрасоваться перед другими, что вот их так и любят, и уважают прихожане, что даже и во время богослужения стараются пройтись по храму, а привыкшие к преклонению перед святостью и видимостью прихожане, забыв про богослужение, кидаются к нему и кадят его пустому тщеславию. Он же раздаёт милости налево и направо, и прямо, и сзади. И когда благословляет кого-то, то как побирушка возле церкви, не смотрит на подающего милостыню или берущего благословение, а устремлён взором на подходящую к нему очередную жертву. И этим он лучше всего показывает, что ему крайне безразличны эти козявки с рыбьими головами.

2Пар.30:27 – «И встали священники и левиты, и благословили народ; и услышан был голос их, и взошла молитва их в святое жилище Его на небеса».

Евр.7:1 – «Ибо Мелхиседек, царь Салима, священник Бога Всевышнего, тот, который встретил Авраама и благословил его, возвращающегося после поражения царей».

Мал.2:2 – «если вы не послушаетесь и если не примете к сердцу, чтобы воздавать славу имени Моему, говорит Господь Саваоф, то Я пошлю на вас проклятие и прокляну ваши благословения, и уже проклинаю, потому что вы не хотите приложить к тому сердца».


Нынче в ночь, лишь только мрак спустится,
Выйдем мы тихонько на дорогу.
Звёздный мир мерцает и лучится.
Звёздным блеском пение струится:
«Слава в вышних Богу!»

Недостойны мы идти с волхвами,
Нет у нас ни мудрости, ни злата,
Мы пойдём с простыми пастухами,
С овцами, с овчаркою косматой.

Меж волом и робкою ослицей,
И придя, мы станем у порога,
И к земле истоптанной, убогой,
Мы склоним обветренные лица.

И чтоб взгляд трепещущий, нечистый,
Не коснулся яслей озарённых,
Мы затмим глаза покровом мглистым
Слёз смиренных, жгучих, умилённых..

…Таковое, радостное бремя
Нынче в ночь возложим мы на плечи.
Всё забудем – мир, пространство, время,
Засветим сердца свои, как свечи.

И любви причастие принявши,
Позабыв о смертном тесном доме,
Будем славить Свет, нам воссиявший
В бедных яслях, на ржаной соломе.

И во тьме пустынными полями,
Уходя в тяжёлую дорогу.
Воспоём мы детскими устами:
«Слава в вышних Богу!»

Л.Глухова


281

Смотрите так же другие вопросы:

Смотрите так же другие разделы: