размер шрифта

Противосектант­ские материалы - Был ли апостол Пётр главою апостолов и наместником Христа? – Во свете Библии

Был ли апостол Пётр главою апостолов и наместником Христа?

 Был ли апостол Пётр главою апостолов и наместником Христа?

1. Учение православных и католиков об Апостоле Петре.

Среди заблуждений римско-католической церкви первое и главное место занимает, несомненно, учение о главенстве и непогрешимости папы. А с точки зрения практической, с точ­ки зрения возможности так называемого «соединения Церк­вей»*, это учение можно считать, пожалуй, не только важней­шим, но и единственным препятствием к этому соединению. Если бы можно было предположить, что в один прекрасный день римские католики сознали свою ошибку в этом пункте, или если бы, что еще труднее допустить, сам папа понял бы свое вековое заблуждение и имел бы достаточно мужества от­крыто заявить об этом – тогда можно было бы немедленно же приступить к переговорам о восстановлении нарушенного де­вять веков тому назад мира церковного, и эти переговоры, ко­нечно, скоро привели бы к желанному результату. На осталь­ных разностях – догматических и обрядовых – католики едва ли будут настаивать*

И не только потому, что они считают их второстепенными, но и потому, что, при современном состоя­нии церковно-исторической науки, нужно иметь слишком большую смелость, чтобы утверждать правильность католи­ческих отступлений. Замечательно, что, в то время как мы считаем католиков еретиками, ибо они исказили не только об­ряды, но и догматическое учение Церкви, католики признают нас только схизматиками, т. е. раскольниками, так как мы, с их точки зрения, догматов не нарушили и виновны лишь в упорном нежелании подчиниться Римскому престолу. Но за учение о главенстве и непогрешимости папы они держатся крепко, и, по их понятиям, всякое христианское общество, будь оно во всех отношениях правоверно, но если только оно не подчинено Римскому папе – оно есть «безжизненное тело», «раскольнический сонм», а всякий христианин, принадлежа­щий к такому обществу, есть «мертвый член, предназначен­ный к вечному отвержению».

На чем же основывают римские католики свое учение о гла­венстве и непогрешимости папы? Основывают они его на том, что, будто бы, Ап. Петр был главою апостолов и апостоль­ской Церкви и свои права, как главы Церкви, передал, будто бы, рукоположенному им Римскому епископу, а тот, в свою очередь – своим преемникам. Из этого видно, какое огромное значение имеет для католиков вопрос о положении Ап. Петра среди других Апостолов. Это, поистине, вопрос жизни и смер­ти, так как с падением первой предпосылки – о главенстве Петра – падает, естественно, и весь католический силлогизм: если Ап. Петр не имел тех исключительных привилегий, ко­торые приписывает ему современное католичество, то, само собой разумеется, он не мог никому и передать их, а, следова­тельно, Римские папы должны отказаться от своих гордели­вых и властолюбивых претензий.

Прежде чем приступить к разбору римско-католического учения об Ап. Петре, необходимо установить точно и опреде­ленно, в чем, собственно, состоит различие между нами и ка­толиками в этом вопросе...

Мы верим, что тело Вселенской Церкви имеет и может иметь только одну Главу, Самого Господа нашего Иисуса Хри­ста, Который обещал пребывать с нею до скончания века (Мф.28:20); другой главы никогда не было и быть не могло (1Кор.3:11 – «Ибо никто не может положить другого основания, кроме положенного, которое есть Иисус Христос»; Ефес.1:22-23 – «и все покорил под ноги Его, и поставил Его выше всего, главою Церкви, которая есть Тело Его, полнота Наполняющего все во всем». и мн. др.). Мы верим, что ап. Петр, как Апостол, обладал всеми правами апостольства, данными ему и другим Апостолам их Божественным Учителем и Господом: правом, со властью непогрешимого учительства, проповедывать Евангелие всей твари, совершать Таинства, постав­лять епископов, основывать Церкви во всех странах мира, управлять основанными Церквами с апостольским полномо­чием... Ввиду его исключительно твердой и пламенной веры в своего Божественного Учителя, не отвергаем мы и первенства его среди других апостолов: наряду с Ап. Павлом мы именуем его «первоверховным»; но это первенство не прибавляло к его апостольству никаких особенных, ему только свойственных, прав и привилегий: он был первый между равными.

Католики не отрицают того, что Христос есть Глава Церк­ви, но прибавляют, что Он, кроме того, для видимой, земной Церкви поставил еще главу в лице Ап. Петра, который есть, таким образом, наместник, викарий Христа и князь Апостолов; главенство Петра понимается не только в смысле власти над Апостолами и Церковью, но и в более глубоком, сакра­ментальном смысле – будто Ап. Петр был единственным ор­динарным вселенским пастырем Церкви, а прочие Апостолы были лишь экстра-ординарными пастырями, получившими свои права и дары апостольства не непосредственно от Хри­ста, а через Петра, или, по крайней мере, пользовавшиеся ими в безусловной зависимости от него.

Таким образом, различие в учении Православия и католи­чества о положении Ап. Петра среди других Апостолов весьма существенно, и примирение невозможно. Как же узнать, на чьей стороне истина?

2. Евангельское повествование об апостолах и в особенности об Апостоле Петре

Единственным источником для суждения об истинном положе­нии Ап. Петра являются Новозаветные Писания. Предание церков­ное лишь повторяет и разъясняет данные Нового Завета, но не при­бавляет ничего нового. Следовательно, для правильного ответа на спорный вопрос нужно внимательно и беспристрастно перечитать повествование Евангелистов и прочих новозаветных священных пи­сателей, останавливаясь особенно на тех местах, где говорится об Апостолах, об отношениях их между собою и к их Божественному Учителю. Нужно вникнуть во все эти места в их взаимной связи, а не вырывая отдельные фразы, как нередко делают католические писатели: Священное Писание есть нечто целое, единое, есть живой ор­ганизм, все части которого занимают каждая свое место, играют свою роль; Евангелие есть книга жизни, где ни одно слово не может быть исключено или вставлено, не может быть в противоречии с другими словами; Евангелие может быть правильно понято лишь в общем контексте, в общей картине. Наконец, нужно понимать сло­ва Писания при свете Свящ. Предания, т. е. руководясь толкова­ниями свв. отцов и учителей, признанных и православным востоком, и католическим западом*.

О том, как учат об Ап. Петре отцы и учители первых веков христианст­ва, см.: Никанор (Боровков), Архиеп. «Разбор римского учения о види­мом главенстве в Церкви». СПб., 1856. Здесь приведено множество ссы­лок из святоотеческих творений, которые доказывают, что ни один из отцов и учителей Церкви не признавал Ап. Петра главою апостолов и наместником Христа.

И вот, если мы, руководствуясь этими правилами, рассмотрим интересующий нас вопрос с точки зрения данных Свящ. Писания, то для нас не может быть ни малейшего сомнения в истине учения Православной Церкви. Напротив, при внимательном и беспристра­стном чтении священных книг, кажется странным и непонятным, как могла возникнуть нелепая мысль о наместничестве и викариатстве Петра, и как эта мысль, укрепившаяся в темное средневеко­вье, может еще держаться в наш просвещенный век. Ведь отказал­ся же католический запад от других вымыслов этой мрачной эпо­хи, тесно связанных с идеей папского главенства (Лжеисидоровы декреталии, сказание о даре императора Константина и пр.). Поче­му же у него не хватает смелости отказаться и от мысли о каких-то особенных полномочиях Ап. Петра? Не объясняется ли это упорное заблуждение, с одной стороны, необычайно строгой дисциплиной среди католической иерархии, а с другой – крайним неведением в области богословских вопросов, какое царит в массе католическо­го населения, мало знакомого со Свящ. Писанием и с Преданием древней, неразделенной Церкви?

Прежде всего, для беспристрастного читателя новозаветных книг не может подлежать сомнению то, что все двенадцать учеников, избранные Спасителем, были абсолютно равны между собою в от­ношении дарованных им прав и возложенных на них обязанностей.

Возьмем хотя бы первый акт апостольской жизни – призвание их к апостольству. В обстоятельствах этого призвания мы не ви­дим никакого существенного различия между апостолами: все они призваны были одинаково и непосредственно Самим Божествен­ным Учителем. Правда, по рассказу евангелиста Иоанна (Ин.1:35-42), который писал позднее других евангелистов и во многих слу­чаях добавлял недостающие у них подробности, первым призван был Андрей, бывший доселе учеником Иоанна Крестителя; он привел к Иисусу своего брата Симона, которого Господь наименовал Петром. Но это первенство не имеет ничего общего с главенством, и Православная Церковь, называя Андрея Первозванным, никогда не приписывала ему никаких преимуществ по отношению к Петру или к прочим Апостолам.

Точно также, когда Господь послал учеников Своих для пропо­веди Евангелия Царствия Божия – по двое в разные стороны – то Он не только дал им одинаковые наставления в путь, но и совер­шенно одинаковые права, одинаковые дары. «И призвав двенадцать учеников Своих, Он дал им власть над нечистыми духами, чтобы изгонять их и врачевать всякую болезнь и всякую немощь... Сих двенадцать послал Иисус и заповедал им...» – Мф. 10:1-5. «Они пошли и проповедывали покаяние, изгоняли многих бесов, и мно­гих больных мазали маслом и исцеляли» – Мр.6:12-13; Лк.9:1-2. И когда Апостолы возвратились и дали отчет Господу о своей деятельности, то из их слов не видно, чтобы у кого-либо из них ока­залось больше духовной силы, чем у других (Мр.6:30 – «И собрались Апостолы к Иисусу и рассказали Ему все, и что сделали, и чему научили»; Лк.9:10).

На тайной вечери присутствовали все двенадцать учеников; всех их Он причастил Своего Тела и Крови и всем одинаково дал право совершать таинство евхаристии «в Его воспоминание», т. е. уже после Его Вознесения. И опять-таки, если обращать внимание на некоторые слова и подробности, то в рассказе о тайной вечери мож­но видеть некоторое преимущество Ап. Иоанна пред другими апо­столами: он здесь, как и в других местах Свящ. Писания, называ­ется возлюбленным учеником Господа, он занимал на вечери бли­жайшее место к Учителю, возлежа «на перси Его», и к нему обратился Ап. Петр с просьбой узнать у Господа, кого из учеников Он имеет в виду, называя предателем. Но, конечно, и это преимущест­во Иоанна не дает еще права считать его главою других апостолов.

Наконец, пред вознесением Своим, посылая одиннадцать уче­ников Своих во все концы мира для распространения возвещенно­го Им учения и для совершения таинства, Он всем одинаково даро­вал необходимые для этого силы (Мф. 18:19 – «Истинно также говорю вам, что если двое из вас согласятся на земле просить о всяком деле, то, чего бы ни попросили, будет им от Отца Моего Небесного»; Мр.126:15; Ин.20:19).

И таких мест, доказывающих равные права апостолов и непо­средственное подчинение всех их Христу, очень много в Новом За­вете; приводить их все – значило бы переписывать целые главы новозаветных писаний.

Но будучи равны между собою в смысле апостольского досто­инства, ученики Христа, конечно, различаются в отношении своих личных свойств. Пылкий, увлекающийся Петр, ангельски чистый юноша Иоанн, скептик Фома-близнец и другие, отдельно упоми­наемые в Евангелиях апостолы, представляют собою более или ме­нее ярко очерченные, различные человеческие типы. И не только своими характерами отличались друг от друга Апостолы, но и сво­ей подготовкой к делу христианства, к предстоящему им апостоль­скому служению, степенью понимания и усвоения проповедуемого Христом Евангелия Царствия Божия. И хотя все они до самого дня сошествия Св. Духа на них не могли еще вполне отрешиться от иудейского понимания царства Мессии и неоднократно, даже по­сле Воскресения Христова, навлекали на себя праведные упреки своего Божественного Учителя в неверии и жестокосердии, тем не менее, Господь явно выделял между ними некоторых, более подго­товленных к пониманию тайн Царствия Божия. Особенно выделя­ются три Апостола: Петр, Иаков и Иоанн. Их Господь приближает к Себе в важнейшие моменты Своей жизни – при Преображении, в Гефсиманском саду, при воскрешении дочери начальника синагоги и пр. (Последний случай особенно характерен, так как Спаситель не позволил никому следовать за Ним, кроме Петра, Иакова и Ио­анна. Мр.5:37). И между этими тремя первое место занимает, несомненно, Ап. Петр: его имя встречается в Евангелиях значительно чаще, чем имена других апостолов; в списках учеников Христа он обычно называется первым; в тех случаях, когда дело касается всех апостолов, он нередко выступает на первый план и говорит за всех. И Сам Спаситель очень часто беседует с ним, очевидно, видя в нем наиболее способного и наиболее готового к выполнению той вели­кой миссии, к которой Он предназначал Своих учеников. Это перенствующее положение ап. Петра всецело объясняется высокими свойствами его души, так ярко отразившимися в Евангелиях. Пре­жде всего – его пламенная, живая вера в своего Божественного Учи­теля и в Его мессианство – вера, которая чувствуется в каждом его слове, в каждом поступке; правда, вера это иногда ослабевала и в тяжкие дни страстей Господних ослабела даже до отречения от Учи­теля, но омытое слезами покаяния отречение это не помешало ему вновь достигнуть близости к Распятому и Воскресшему Госпо­ду. Далее – изумительная непосредственность, искренность и вме­сте пылкость, порывистость его характера, побуждавшая его без раздумья, без тени сомнения, сразу говорить и делать то, что у него было на душе – в то время, как другие ученики еще раздумывали, как поступить и что сказать. Хотя и здесь необходимо прибавить, что эта порывистость, эта поспешность иногда вводила его в за­блуждение и вызывала упреки Господа, вроде известных слов: «отойди от Меня, сатана, ты Мне соблазн» – Мф.16:23.

Но если нельзя сомневаться в известного рода первенстве ап. Петра, то не может быть сомнения также и в том, что это первенст­во не имеет ничего общего с тем главенством, которое с некоторых пор приписывают ему римские католики, чтобы оправдать главен­ство своего папы, как его преемника. О главенстве ап. Петра или другого какого-либо апостола над остальными апостолами нет в Евангелиях ни одного слова, ни одного намека. Напротив, во вза­имных отношениях учеников Христа явно чувствуется полное ра­венство и братство, и к этому равенству и братству призывает их неоднократно и Сам Божественный Учитель: «...вы знаете, что по­читающиеся князьями народов господствуют над ними, и вельможи их властвуют ими. Но между вами да не будет так...» – Мр.10:42-43;Мф.20:25-26. «А вы не называйтесь учителями, ибо один у вас Учитель – Христос, все же вы – братья... И не называйтесь наставниками, ибо один у вас Наставник – Христос...» – Мф.23:8,10. Из приводимых римско-католическими богословами мест Свящ. Писания, будто бы подтверждающих их учение, лишь два заслуживают в данном случае некоторого внимания, потому что, взятые отдельно, без связи с другими местами, они действительно могут смутить людей, неопытных в экзегетике. Остальные же мес­та или, в лучшем случае, доказывают лишь первенство Петра, или же понимаются католиками совершенно превратно. Для примера можно указать известное выражение в Евангелии Иоанна: «...и бу­дет едино стадо и един Пастырь» – Ин.10:16, которое католики любят относить к Ап. Петру и к папе; в действительности же, стоит только прочитать это выражение в контексте, чтобы понять, что здесь говорится только о Христе и будущем распространении хри­стианства.

3. Разбор двух изречений Священного Писания, на которые ссылаются католики в доказательство главенства Апостола Петра.

Классическое место, приводимое обычно римскими католиками в подтверждение их учения об Ап. Петре, есть: «Ты – Петр, и на сем камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют ее. И дам тебе ключи Царства Небесного; и что свяжешь на земле, то будет связано на небесах; и что разрешишь на земле, то будет разрешено на небесах»  – Мф.26:18-19.

Первое впечатление, которое мы получаем от чтения этого мес­та, это то, что о главенстве Ап. Петра здесь ничего не говорится, а также и вообще об отношении его к другим апостолам. Говорится только об основании Церкви. Но католические богословы уверяют нас, что основание или фундамент по отношению к какому-либо зданию – это то же, что глава по отношению к телу. Не будем вхо­дить с ними в схоластические словопрения и допустим пока, что основание для Церкви и главенство в Церкви – понятия тождест­венные. Перейдем к самому тексту. «Ты – Петр, и на сем камне»... Хотя «Петр» по-гречески означает камень, но, очевидно, Спаситель полагает некоторое различие между двумя словами, или, точнее, употребляет одно и то же слово в разных значениях. Здесь своего рода игра слов, которой и пользуется католическая схоластика. Соб­ственное имя смешивается с нарицательным. Для того, чтобы нам, русским, была вполне понятна мысль Христа, необходимо передать ее по-русски, перенести рассказ, так сказать, в русские условия. На русском языке есть также собственные имена, смысл которых для каждого русского совершенно ясен, как «Петр» для грека, или «Кифа» для еврея – например, женские имена: Вера, Надежда, Любовь. И вот, представим себе такой случай. Русская женщина поступает в монастырь; при пострижении ей меняют имя; так как она отлича­ется любвеобильным характером, добротой, отзывчивостью, то ей дают имя «Любовь», и предположим, что епископ, совершающий пострижение, говорит ей: «ты – Любовь, и на этой любви основы­вается всякий монашеский подвиг». Ясно, что здесь слово «любовь» в двух случаях понимается различно: в первом случае – в смысле собственного имени, прилагаемого к данной личности, во втором – в смысле нарицательном, для указания одной черты характера этой личности. Точно так же и в словах Спасителя: в первом случае Си­мон называется Кифой, или Петром, или Камнем (с большой бук­вы) в смысле собственного имени, во втором случае имеется в виду его твердая, как камень, вера, которую он проявил в словах: «Ты – Христос, Сын Бога Живого», и на которой Христос и обещает осно­вать Свою Церковь. Так понимает это место православное бого­словие, следуя разъяснениям знаменитейших отцов Церкви. Но сделаем и здесь уступку католической догматике и предпо­ложим, что слово «камень» в обоих случаях должно понимать оди­наково, т. е. что Христос обещает сделать Церковь на Ап. Петре. Но тут возникает самый существенный вопрос: на одном ли Петре созидается Церковь, или он является лишь одним из оснований Церкви?

Из сравнения с другими местами Свящ. Писания ясно, что воз­можно лишь последнее толкование. Так, Ап. Павел в Послании к Ефесянам, обращаясь к христианам, говорит: [вы] «утверждены на основании апостолов и пророков, имея Самого Иисуса Христа крае­угольным камнем, на котором все здание, слагаясь стройно, воз­растает в святой храм в Господе, на котором и вы устрояетесь в жилище Божие Духом» – Еф.2:20-22; а в Послании к Коринфя­нам, говоря о создании Церкви Христовой, выражается так: «Я, по данной мне от Бога благодати, как мудрый строитель, положил ос­нование, а другой строит на нем; но каждый смотри, как строит. Ибо никто не может положить другого основания, кроме положен­ного, которое есть Иисус Христос» – 1 Кор.3:10-11. В Апокалип­сисе, где Церковь сравнивается с городом, говорится: «Стена горо­да имеет двенадцать оснований, и на них имена двенадцати апо­столов Агнца» – Откр.21:14. Сам Ап. Петр в первом Послании своем называет христиан «живыми камнями, устраивающими из себя дом духовный»  – 1 Петр.2:5; а Спасителя называет «кам­нем, который сделался главою угла»  – 1 Петр.2:7. Очевидно, во всех этих местах Церковь Христова сравнивается с неким строени­ем, основанном на скале или краеугольном камне, Самом Иисусе Христе, на Котором покоится, так сказать, фундамент Церкви, ос­новные камни, пророки и апостолы, в том числе и Ап. Петр, а еще выше – прочие верующие христиане. К такому именно пониманию слов Спасителя, обращенных к Ап. Петру, т. е., что слова эти не дают Петру никаких исключительных преимуществ, побуждает нас и связь речи. Проходя по селениям Кесарии Филипповой с учени­ками Своими, Господь спрашивает их, за кого принимают Его лю­ди; они отвечали, что одни принимают Его за Иоанна Крестителя, другие за Илию, или за Иеремию, или за одного из пророков. Тогда Господь неожиданно для них задает им вопрос: «А вы за кого Меня считаете?» И прежде чем апостолы сообразили, что ответить, пла­менный Петр предупредил их, как это часто бывало и в других слу­чаях, и сказал за всех: «Ты Христос, Сын Бога Живого»  – Мр.8:27-29. Ясно, что он говорил от имени других Апостолов, высказал их общую мысль, а потому и ответ Спасителя, обращенный к Пет­ру, нельзя относить исключительно к нему одному.

Совершенно подобный же случай рассказывает евангелист Лу­ка. На озере Генисаретском Господь, войдя в одну из лодок, велел Симону и другим рыбакам закинуть сети, и они не поймавшие ни­чего в истекшую ночь, в этот раз поймали так много, что наполни­ли рыбой две лодки. При виде такого чудесного лова, они ужасну­лись, и Симон, припав к ногам Иисуса, в трепете и восторге вос­кликнул: «Отойди от меня, Господи! потому что я человек греш­ный». И Господь в ответ сказал ему: «Не бойся, отныне ты будешь ловить человеков»  –Лк.5:1-10. Несомненно, что здесь, отвечая Петру, Спаситель имел в виду и других рыбаков, которые, очевид­но, так и поняли слова Христа, так как немедленно оставили и се­ти, и лодки и последовали за Ним.

Что же касается упоминания о ключах Царства Небесного и пра­ве вязать и решить, то, очевидно, и здесь в лице Ап. Петра Господь дает обещание всем апостолам, тем более, что в том же Евангелии Матфея, несколько позднее, Он повторяет то же самое обещание и в тех же выражениях по отношению ко всем ученикам (Мф.18:19); а по Воскресении Своем Он и исполнил это обещание, сказав: «...приимите Духа Святого. Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся»  – Ин.20:22-24.

Другое место евангельское, на которое обыкновенно ссылаются католики в доказательство главенства Ап. Петра, это известный троекратный вопрос: «Любишь ли Меня?», с которым Господь обратился к Петру во время третьего явления Своего ученикам по Воскресении на море Тивериадском и затем, повеление пасти агн­цев Его и овец Его (Ин.21:15 и др.). В этих словах католики видят исполнение Господом того обетования, которое дано было Им прежде Ап. Петру, т. е. действительное предоставление Петру власти и главенства в Церкви, причем под «овцами» они разумеют апостолов, а под агнцами – остальных верующих.

Но и здесь связь речи опровергает католическое толкование. Сло­ва Спасителя произнесены были вскоре после Воскресения, т. е. то­гда, когда Ап. Петр все еще находился под тяжким гнетом своего малодушного поступка во дворе первосвященническом, своего от­речения от Учителя. Необходимо было не только для него, но и для других учеников, восстановить его в его апостольском служении. Вот это восстановление его в прежних правах и совершилось в упо­мянутой беседе, и это подтверждается всем построением беседы. Сло­ва: «Любишь ли ты Меня больше, нежели они?» служат, очевидно, напоминанием самонадеянных слов Петра: «Если и все соблазнят­ся о Тебе, я никогда не соблазнюсь» – Мф.26:33. «С Тобою я готов и в темницу, и на смерть идти»... Троекратный вопрос: «Лю­бишь ли Меня?» соответствует троекратному отречению Петра; а то, что Петр после третьего вопроса Господа опе­чалился – совершенно необъяснимо, если допустить, что здесь идет речь о предоставлении Петру главенства и наместничества; и, на­оборот, печаль эта вполне понятна, если Ап. Петр усмотрел в сло­вах Господа напоминание его отречения.

И дальнейшие слова Спасителя трудно примирить с главенст­вом Ап. Петра. Следуя за Учителем и увидав Иоанна, Ап. Петр спро­сил: «А он что?» и в ответ услыхал: «Если Я хочу, чтобы он пре­был, пока прииду, что тебе до того? ты иди за Мною» – Ин,21:21-22. Трудно предположить, чтобы Спаситель сказал так тому, кого Он назначил Своим наместником и князем апостолов.

Если приводимые римскими католиками места из Евангелий не подтверждают, как мы видели, того, что они хотели бы доказать, т. е. главенства Ап. Петра, то, с другой стороны, есть целый ряд таких мест, которые показывают невозможность допущения мыс­ли об этом главенстве. Достаточно остановиться только на двух местах. Евангелист Матфей повествует, что однажды ученики приступили ко Иисусу и спрашивали, кто больше в Царстве Небесном, и что Господь по этому поводу дал им наставления и, между про­чим, учил, как нужно поступить, когда возникнет между ними рас­пря: сначала надо попытаться уладить эту распрю между собою; если не удастся, то обратиться к посредничеству одного, двух или трех свидетелей; если же и это не удастся, то надо передать дело на суд Церкви. Церковь, по слову Господа, есть последняя инстанция; не послушавший Церкви становится для ученика Христа, как языч­ник и мытарь (Мф.18:15-17). Если бы к этому времени Ап. Петр был назначен князем апостолов, наместником Христа и непо­грешимой главою апостольской Церкви, то, кажется, естественно было бы ожидать здесь упоминания о нем; Римский папа, которого католики признают преемником Ап. Петра, считает себя даже вы­ше Соборов, представляющих всю Церковь. Другой случай расска­зывается тем же евангелистом Матфеем (20:20). Мать сыновей Зеведеевых, а затем, по словам евангелиста Марка (10:35), и сами сыновья Зеведеевы, Иаков и Иоанн, может быть, поощренные осо­бенным вниманием к ним и Ап. Петру со стороны Учителя в день Преображения, и в других случаях, просили Господа посадить их в будущем Царстве Своем одного по правую руку, другого по левую, т. е. предоставить им первенствующее положение; остальные де­сять учеников, услышав об этой просьбе, вознегодовали (Мф.20:20-24); подобный же спор о первенстве среди двенадцати апосто­лов, по свидетельству евангелиста Луки, был и на тайной вечери – кто из них должен почитаться большим (Лк.22:24). Само со­бою разумеется, таких споров не могло бы быть, если бы апосто­лам известно было о главенстве над ними Петра.

4. Свидетельство Деяний Свв. Апостолов и Апостольских Посланий.

Приведенными соображениями достаточно доказано то, что рим­ские католики напрасно ищут в Евангелии подтверждения их сред­невекового вымысла об Ап. Петре, как викарии и наместнике Хри­ста. Евангелие свидетельствует против них. Но, может быть, гла­венство Петра не проявлялось при земной жизни Христа? Может быть, по Вознесении Господа Петр вступил в роль Его наместника и князя апостолов?

О том, что произошло после Вознесения, повествуют нам Дея­ния Свв. Апостолов и Апостольские Послания. Изучая вниматель­но эти новозаветные писания и в особенности те места в них, где говорится о взаимоотношении между апостолами, мы видим совер­шенно ту же картину, что и в Евангелии т. е. прежде всего – полное равенство учеников Христа в правах апостольства. Нет даже и на­мека на то, чтобы кто-либо из них повелевал, а другие подчиня­лись, чтобы кто-либо был учителем, главою, начальником, а дру­гие – его учениками, помощниками. Каждый действовал совершен­но самостоятельно, а подчинялись они все только собранию апо­стольскому. Первым делом апостолов, когда они остались одни, без Своего Божественного Учителя, было избрание вместо Иуды двенадцатого апостола; избрание и поставление двух достойнейших кандидатов было, несомненно, делом всех одиннадцати, а избрание достойнейшего из этих двух представлено было жребию, т. е. воле Божией: «И поставили двоих: Иосифа... и Матфия, и помолились... и бросили о них жребий, и выпал жребий Матфию, и он сопричис­лен к одиннадцати апостолам»  – Деян.1: 23-24,26. В день Пятиде­сятницы все апостолы без исключения одинаково исполнились Ду­ха Святого, на всех почили огненные языки, все начали говорить на иных языках. Все одинаково совершают знамения и чудеса, и великая благодать была на всех их. Поставление диаконов было также делом всех двенадцати апостолов: «...и избрали Стефана,.., и Филиппа, и Прохора, и Никанора, и Тимона, и Пармена, и Нико­лая Антиохийца... Их поставили пред апостолами, и сии, помолив­шись, возложили на них руки» – Деян.6:5-6. Правда, и в период апостольский, как и при земной жизни Спа­сителя, некоторые апостолы по своей деятельности и по своему по­ложению выделяются из среды своих собратьев: Петр, Иоанн, Иа­ков – брат Господень, проявляют усиленную деятельность и, по-видимому, пользуются особенным почетом и уважением среди хри­стиан и навлекают на себя особенно непримиримую злобу со сторо­ны врагов Христовых. Позднее к ним присоединяется и, можно ска­зать, превышает всех их своею неутомимою и плодотворною мис­сионерскою работою ап. Павел. Что касается Ап. Петра, то верный своему пламенному характеру, он по-прежнему обычно выступает вперед и часто говорит от лица всех или нескольких апостолов: по его предложению был избран двенадцатый апостол вместо Иуды; он за всех говорит в день Пятидесятницы; он осуждает Ананию и Сапфиру; он обличает Симона; он обращает ко Христу первого из язычников – Корнилия сотника и т. д.

 Но еще яснее, чем в Евангелии – в Деяниях и Посланиях под­тверждается православное учение о том, что в Иерусалимской хри­стианской общине и вообще в век апостольский, как и при земной жизни Христа, не было и не могло быть никакого наместника Хри­ста, никакого князя апостолов. Не мог быть таким наместником и князем и Ап. Петр, как показывает вся история его отношений к другим апостолам. Вот несколько примеров.

 Филипп – один из семи диаконов, проповедывал в Самарии и многих обратил ко Господу и совершил над обращенными таинст­во крещения. Но так как он был диакон, то он не мог совершить второго таинства, и для этой цели находившиеся в Иерусалиме Апо­столы послали к самарянам Петра и Иоанна, которые и возложили руки на крещенных, и они приняли Духа Святого (Деян.8: 12-17). Таким образом, Петр, наравне с Иоанном, исполняет поруче­ние Иерусалимского собрания, является простым делегатом апо­столов, что едва ли мирится с идеей его главенства. Трудно предпо­ложить, чтобы католические епископы на своих собраниях могли давать какие-либо поручения папе и посылать его куда-либо для совершения таинств.

 Ап. Петр обратил ко Христу Корнилия сотника и бывших с ним; это был первый случай крещения язычников. Об этом узнали апо­столы и братия, бывшие в Иудее, и когда Петр возвратился в Иеру­салим, христиане из иудеев упрекали его в этом поступке; только когда апостол, в оправдание свое, рассказал чудесные обстоятель­ства указанного события, они успокоились, найдя, что он поступил правильно. (Деян.10: XI). Подобный же упрек, только в обратном смысле, получил Петр от Ап. Павла. В Антиохии Петр и Павел не чуждались общения с христианами из язычников; но когда прибы­ли из Иерусалима посланные Ап. Иаковом христиане из иудеев, то Петр «стал таиться и устраняться», опасаясь этих последних. Вме­сте с ним лицемерили и прочие иудеи, так что даже Варнава был увлечен их лицемерием. Тогда Павел при всех сказал Петру: «Если ты, будучи иудеем, живешь по-язычески, а не по-иудейски, то для чего язычников принуждаешь жить по-иудейски?»  – Гал.2: 6-21. Такого рода упреки также едва ли мирятся с положением Ап. Пет­ра, как наместника Христа и князя Апостолов.

 Наиболее ясным доказательством того, что Ап. Петр не был на­местником Христа и главою апостолов, служит Апостольский Со­бор, по образцу которого созывались и все последующие Соборы. В Антиохии возник спор, должны ли язычники, желающие принять христианство, исполнять Закон Моисеев. Антиохийские христиа­не не осмелились сами решить этот высокой важности вопрос, имев­ший значение для всей судьбы христианства. Они посылают Ап. Павла и Варнаву в Иерусалим к апостолам и пресвитерам, а не к «наместнику Христа и главе апостолов», хотя в это время Ап. Петр, несомненно, был в Иерусалиме. Там они были приняты Церковью, апостолами и пресвитерами и возвестили все, что Бог сотворил с ними и как отверз дверь веры язычникам. Апостолы и пресвитеры собрались для рассмотрения этого дела, и по долгом рассуждении, т. е. после того, как уже многие высказали свое мнение, произнес речь Ап. Петр, затем говорил Павел и Варнава и, наконец, в заклю­чение выступил Иаков и именно в предложенной им редакции со­ставлено было решение апостолов и пресвитеров со всей Церковью (Деян.15:1-31).

 После Апостольского Собора 51 года ученики Христа разошлись во все концы мира с проповедью Христова учения. Всё, что сохра­нили нам об их деятельности новозаветные писания и древние пре­дания, доказывает с несомненностью, что никакой земной главы, никакого начальника или наставника среди них не было; никаких предписаний ни от кого они не получали и ни за какими советами или инструкциями ни к кому не обращались. Если же христиане времен апостольских всех мест и народов составляли всё же еди­ную, нераздельную Церковь Христову, то это потому, что их всех связывало единство неидимого, но всегда с ними пребывающего Главы-Христа, единство веры, единство таинств, единство благо­дати Духа Святого, одушевлявшее всех верующих.

Проходя с проповедью Евангелия по городам и весям, апостолы основывали всюду первые христианские церковные общины и ставили там епископов. Так, Ап. Петр, несомненно, основал Церковь в Антиохии и рукоположил там первого епископа Еводия. Был он и в Риме, где и скончался мученическою смертью. Но, по всей вероят­ности, еще раньше его был в Риме Ап. Павел, который, собственно, и является основателем Римской Церкви; он же, вероятно,  рукоположил и первого Римского епископа Лина.  

 («Православие и католичество». Протоиерей Николай Сахаров Париж 1926-1997).


332