размер шрифта

Поиск по сайту



Вопрос 4018

Вопрос 4018

Из книги — Лапкин И.Т. «‎...открытым оком», том 29

Тема — Интернет


Вопрос:

Нашли ли кого в Интернете, кто с Вами был бы полностью согласен?

Ответ И.Т. Лапкина:

Я сам в Интернете ни разу ещё не был, а мне приносят по темам церковным, и я уже сам выбираю. Недавно нашёл нечто уж совсем мне близкое. Но это только по материалам. Сразу же позвонил в Екатеринбург знакомому, а он говорит, что как раз близ Ганиной ямы и работает. Попросил этого Евгения найти и подарить ему наши книги и вывести на меня. Он может быть мне близок. А наяву не так просто быть единым. Мне вот только что позвонили из Казахстана, как один человек там так многое дал. Начали занятия вестись. Но вот он женился и был повенчан, а люди, приходившие на занятия, решили, что батюшка тамошний его неверно повенчал при двух-то его официальных живых жёнах. Я им сразу же дал укорот: принять и приветить, помня его доброе дело. Без него они и не позвонили бы. Полностью согласны мы будем только в вечности. А на земле мы едины тогда, когда живём во Христе и одинаково понимаем Библию.

О Б Р А Щ Е Н И Е к архипастырям, пастырям, монашествующим и мiрянам Русской Православной Церкви Московского Патриархата. Один старец как-то сказал: Бог ждёт от нас горящих сердец. Но сердца наши холодны, потому вместо них приносим мы Ему горящие свечи”. Это так. Свечи – суррогат, подобно соевым котлетам. Мы вынуждены пользоваться многими заменителями Бога и нашего отношения к Нему, лишь напоминающими нам о Нём и часто граничащими с самообманом. Потому что души наши охладели, а сердца окаменели. Души, как рыбы, которые имеют органы, подобные нашим, и даже кровь. Но эта кровь холодная, и рыбы не чувствуют боли. Также и наши души не чувствуют боли распявшегося за нас Христа и поэтому не хотят взять себе хотя бы самую малую частицу её. А ведь если не нести свой крест, идя вслед за Христом, то никогда и не будешь со Христом (Мф.16:24; Мрк.8:34; Лк:14:27). Никакие другие дела, обряды, ритуалы и поклонения, никакие познания не заменят креста. В христианстве много говорят о покаянии. Но как-то всё время смещая акценты. Покаяние (греч. метанойя) означает не просто осознание своей греховности, и даже не борьбу с ней, а изменение, перерождение. Изменение какое, от чего к чему? В Евангелиях мы найдём не менее сотни высказываний Господа о том, что нельзя быть одновременно с мiром и с Богом: “Никто не может служить двум господам… Не можете служить Богу и мамоне” (Мф.6:24). Т.е. нельзя любить власть, славу, материальную обеспеченность, красоту и телесное здоровье, чувственные удовольствия и развлечения, азарт и т.д. и вместе с этим надеяться на спасение – жизнь в присутствии Бога, собственное обожение. “Вы боги”, – напоминает Христос иудеям слова псалма (Пс.81:6; Ин.10:34). “Мы боги по благодати пришествием в мiр Христа и Его крестной жертвой”, – говорят св. отцы: свт. Афанасий Александриский, прп. Иоанн Дамаскин и др. Но мы забыли об этом и расхотели быть богами, потеряли подобие Божие в себе и не хотим его вернуть. Мы забыли, что “плотские помышления суть вражда против Бога; ибо закону Божию не покоряются, да и не могут” (Рим.8:7).

Церковь предпочитает говорить об этом скупо и сдержанно (не говорить совсем нельзя, ибо это одна из основных тем Нового Завета, одна из главных заповедей Христовых). Она боится растерять остатки своих прихожан, а с ними авторитет и доходы, всё больше и больше сама разворачиваясь в сторону мiра.

Широко и свободно толкуется “икономия” (допущение некоторых отступлений от установленных норм и правил ради сохранения главных направлений и целей), всё чаще не нуждаются в “акривии” (строгом соблюдении установленных норм и правил, неукоснительном следовании заповедям Божиим).

“Традиционное” православие постепенно становится лишь имитацией христианства, готовой “прельстить, если возможно, и избранных” (Мф.24:24). Ну что же, так должно быть, ведь спасётся лишь малый остаток, потому что “тесны врата и узок путь, ведущие в жизнь, и немногие находят их” (Мф.7:14), и во Втором Пришествии “Сын Человеческий пришед найдёт ли веру на земле?” (Лк.18:8). Мартовское 2007г. обращение Диомида, епископа Анадырского и Чукотского, подписанное и членами его паствы, произвело сенсацию и скандал в православных кругах России. Правда, скандал не очень громкий, так как высшее руководство Церкви применило излюбленные и хорошо испытанные приёмы – замалчивание и искажение, т.е. представило через своих апологетов некоторые обличения и измышления, но не ответы и возможные решения указанных в Обращении проблем. А проблемы эти – боль для тысяч, а может быть и сотен тысяч православных. Суть их я бы выразил кратко: Русская Православная Церковь Московского Патриархата утратила начала соборности (общинности), стала Церковью её высшего руководства, её финансово-политической элиты. Все остальные – духовенство, монашествующие, мiряне, воспринимаются ими лишь как продавцы и покупатели ритуальных услуг и одновременно как стадо, которым можно управлять и направлять туда, куда выгодно (в значительной степени это видно даже при сравнении последнего Устава Церкви 2000г. с предыдущим Уставом 1988г.). При этом выгодным и нужным для этой элиты оказывается то, что чуждо и противно русскому православному человеку: участие в глобализации, молчаливое одобрение агрессивного навязывания с помощью многоразличных информационных каналов богопротивных ценностей, всеобъемлющего контроля и слежения за человеком, участие в экуменическом движении с выходом даже за пределы христианского мiра, служение мiрской власти и выполнение её социального заказа.

Но епископ Диомид в своём Обращении не затронул некоторых проблем, о которых, я уверен, нельзя молчать.

1. За последние 20 лет Россия преобразилась. Реставрированы, восстановлены, построены монастыри, храмы, часовни, являющиеся собственностью Московского Патриархата. Можно ли не радоваться этому? Посмотрим. Для православных всегда было чуждо утверждение иезуитов: цель оправдывает средства. Русские святые не брали грязных денег (тому многие свидетельства в Житиях). Но кто же и зачем оплачивает это гигантское строительство, драгоценную утварь, облачения, а заодно и роскошные условия быта некоторых священнослужителей? Ответ известен. Это в основном финансовые олигархи и промышленные магнаты. Но не прихожане, верующие. Многочисленные наблюдения убеждают, что эти “благотворители” не исповедуются, не причащаются, не интересуются церковной жизнью и вообще появляются в храмах крайне редко, как правило, лишь в конце архиерейского богослужения для получения церковных наград. При этом они обыкновенно “помогают” не только Церкви, но одновременно финансируют строительство мечетей, синагог, игорный бизнес, индустрию развлечений, спортивные клубы. Для чего же им нужна Церковь? Даже без всяких доказательств можно с высокой степенью достоверности утверждать, что через Церковь “отмываются” очень большие грязные, а может быть и сверхгрязные деньги (этому очень способствует нынешнее особое, практически бесконтрольное положение Церкви, в отличие от других субъектов экономической деятельности), что Церковь перестала быть разборчивой, готова сообщаться с любым, кто имеет финансовые и имущественные средства, в том числе и с откровенно криминальными структурами. При этом занимает она позицию не партнёра (получает Церковь, вероятно, лишь относительно небольшую часть), а унизительно прислуживающего лакея. Это видел каждый, кто бывал на встречах и банкетах сильных мiра сего с участием архиереев и священников. Серьёзные доказательства, а не предположения и отдельные наблюдения, могут быть получены с помощью профессиональных следственных органов, которые этим сейчас вообще не интересуются. По-видимому, заинтересованность в таком привилегированном положении исходит от самых высших структур государственной и всемiрной власти.

2. Отношения архиереев и духовенства окончательно сложились как отношения хозяев и рабов. Клирик (священник, дьякон) практически абсолютно бесправен: он может быть перемещён куда угодно и когда угодно без всякого учёта семейных и др. обстоятельств, лишён отпусков и выходных дней, наказан совершенно произвольно по усмотрению архиерея (запрет на священнослужение, ношение креста и священнических одежд, получение образования, в том числе духовного, высылка в монастырь на любой срок, т.е. разлучение с семьёй и лишение её средств к существованию, перевод в самые неблагоприятные места, унижение – как правило, архиереи поощряют прилюдное падение в ноги, слёзное вымаливание прощения и др.). При этом для наказания архиерею не нужны какие-либо канонические (законные) основания, это его личный произвол, он обладает в отношении своих подчинённых практически ничем не ограниченной властью. Реальная жизнь клирика полностью зависит от его отношений с архиереем, умения угодить ему. Такое положение является откровенным и грубым нарушением прав человека, оскорблением, а лучше сказать, попранием человеческого достоинства и, естественно, явным нарушением Конституции России и норм международного права. Вместе с тем всё это никак не может быть названо проявлением христианского послушания и смирения, но лишь лжепослушанием и лжесмирением.

3. Подобное же положение, только в ещё более резкой и грубой форме, сложилось в монастырях. Цель и смысл существования монашества, несмотря на разнообразие исторических и региональных форм, сводится к определённой духовной работе, которую нельзя или затруднительно делать в других – мiрских – условиях. Цель эта – соединение с Богом через достижение определённых духовных состояний – стяжания Духа Святого Божьего, соединения со Христом в Духе, пребывания в благодати, достижения Царства Небесного. Монашеские обеты и другие, традиционные для монахов, ограничения и образ жизни, как и сам уход от мiра, суть только средства для этой духовной работы.

Религиозные организации, не признающие надобности в таком делании, требующем особых условий и знаний: христиане-протестанты, мусульмане (некое подобие монашеской жизни являют только дервиши-суфии), индийские джайны — не имеют и монашества. Православное монашество в современной России, по крайней мере в границах церковного устройства Московского Патриархата, на деле даже не ставит перед собой задачи заниматься такой духовной работой или восстанавливать, возрождать её, коль скоро она утрачена, если исчезла преемственность в передаче необходимых знаний и приёмов.

Современный монастырь – это не школа духовного делания и не источник просвещения, благотворительности, милосердия. Это рабовладельческая плантация. Огромная текучесть людского материала объясняется тем, что трудники (люди, приходящие бесплатно, за кров и пищу, потрудиться на монастырь “во славу Божию”) работают, как правило, без какого бы то ни было соблюдения законодательства о труде и правил техники безопасности, проживают в отвратительных антисанитарных условиях, скудно питаются, подвергаются высокомерно-презрительному отношению к себе и оскорблениям. Не удивительно, что обычно через непродолжительное время (от недели до двух-трёх месяцев) они, не выдерживая, сами уходят, или начинают выпивать, или выражают хотя бы малейшее несогласие с начальствующими. В обоих последних случаях они тут же оказываются за воротами, освобождая место новым жертвам. Снисхождения редки.

Но в животно-рабском положении находятся не только трудники, а и братия: послушники, монахи, иеродиаконы, иеромонахи. Это, как правило, запуганные, малообразованные или умственно неразвитые люди, позволяющие унижать себя и издеваться над собой. Во главе монастыря стоит настоятель или наместник. В большинстве случаев это человек, далёкий от всякой духовности, хотя часто и мнящий себя таковым (младостарец, твёрдо усвоивший лишь одно: послушание – конечно ему, а не Христу и его заповедям – “превыше поста и молитвы”), грубый и надменный. Вскоре после назначения он начинает понимать абсолютность своей власти и свою практически полную безнаказанность. Всё это проявляется подчас в самых безобразных формах. При этом приоритетным “послушанием” для такого начальника обычно является не попечение о насельниках монастыря, а приёмы и роскошные банкеты для VIP-персон и прочих “нужных” людей, в лучшем случае – строительно-хозяйственная деятельность. Православный монастырь всё более превращается в тоталитарную секту, причём в самом крайнем выражении. Это не свидетели Иеговы, не пятидесятники и даже не сайентологи. Это гораздо хуже…

Вместе с тем разложение монашества происходит и с другой стороны. Значительное число монашествующих не отошло от мiра, хотя при монашеском постриге все давали обеты (клятвы) послушания, целомудрия, нестяжания (неимения и неприобретения личных материальных благ) во исполнение Христовых заповедей (Мф.19:29; Лк.14:33; Ин.18:36; Иак.1:27;4:4; 2Пет.1:4; 1Ин.2:15-16). Они имеют движимое и недвижимое имущество, финансовые средства и уже в монашестве продолжают умножать их, а некоторые регулярно получают зарплату (конечно, неофициально) или иным образом выраженную часть монастырского дохода, вызывая зависть и раздражение у не имеющих этого. Монахи (а игумены, архимандриты, епископы, митрополиты и патриарх – тоже монахи) не внимают предостережению ап. Петра: “если, избегши скверн мiра через познание Господа и Спасителя нашего Иисуса Христа, опять запутываются в них и побеждаются ими, то последнее бывает для таковых хуже первого. Лучше бы им не познать пути правды, нежели, познавши, возвратиться назад от преданной им святой заповеди” (2Пет.2:20-21). Сам Господь прямо говорит: “кто не отрешится от всего, что имеет, не может быть Моим учеником” (Лк.14:33). Тлетворное влияние мiрских соблазнов и похотений, расслоение в монашеской среде увеличиваются с каждым годом. Да и монастыри в целом всё более превращаются из “домов молитвы” в “дома торговли”, восхищая туристов и паломников лишь наружным благолепием. В отзывах на Обращение епископа Диомида (например, диакона и профессора Андрея Кураева) звучало: епископ Диомид неплохой человек, скромный, трудолюбивый и т.д., но он, к сожалению, не осведомлён в тех вопросах, по которым высказался. Предваряя подобные обвинения, утверждаю, что я достаточно осведомлён в тех вопросах, о которых сообщаю, испытав всё это на себе и общаясь со многими собратьями из разных регионов страны – священнослужителями и монашествующими. Обязательно будут говорить также, что я искажаю истину, либо выполняя заказ врагов Церкви, либо по личным мотивам – от обиды на начальствующих и проч. Отвечу, что проблема не в моих причинах или мотивах, даже если предположить, что подобные утверждения верны, хотя они не верны. Вопрос в сути моих утверждений. Относительно сути также скажут: всё это не так, – у нас есть бескорыстные и верующие богатые люди – церковные ктиторы, меценаты и спонсоры, мудрые и духовные архиереи, хорошие монастыри. Но я говорю не об отдельных случаях, а об общей тенденции, о большинстве случаев.

Главное орудие борьбы с “инакомыслием” у церковной администрации – замалчивание. Делать вид, что ничего не происходит, что среди церковного народа царит полное единодушие и согласие с церковной властью, требования к священнослужителям “не выносить сор из избы” и одновременно запугивание несогласных, давление на них – вот отработанные способы действий Синода, правящих архиереев, многих настоятелей храмов и монастырей. Нужно не допустить такого замалчивания.

В выступлении на Епархиальном собрании г. Москвы 24 декабря 2007 г. Патриарх Алексий II пожурил священнослужителей, начиная с епископов (имея в виду, конечно, епископа Диомида, хотя и не называя его), за высказывание критических суждений в адрес Церкви в средствах массовой информации, способствующих разрушению церковного единства.

В то же время во внутрицерковных дискуссиях критика звучит гораздо слабее. Я согласен с мнением Патриарха. Но он не отметил одно обстоятельство: критиковать вообще берутся лишь те, кому уже нечего терять (запрещены в священнослужении, оторваны от своих прихожан), либо анонимно, так как по своим последствиям для критикующего священнослужителя такое выступление равнозначно критике Политбюро ЦК КПСС в советскую эпоху. Время для нормальных дискуссий и критики в нашей Церкви ещё не наступило. Страх, доносительство, человекоугодие и лицемерие господствуют в церковной среде. Что же делать?

Коль скоро церковная элита, внушая церковному народу мысль о непререкаемости своего авторитета и своей легитимности (законности), забывает, что права власти утверждаются не только законной преемственностью, рукоположением в сан и поставлением на должность, но содержанием и характером самой деятельности лиц, имеющих власть, сводит церковное управление к администрированию и сделала фактически эту свою власть абсолютной, – нужно тем, у кого открыты глаза, открывать их другим. Цель – повторение опыта времён Ферраро-Флорентийской унии (XIV в.) и Киевской митрополии (начало XVII в.), когда простые верующие защитили и отстояли православие, тогда как почти все епископы и большинство священников перешли в унию (союз) с католиками, под власть Римского Папы, открыто предав православие. И именно церковный народ в 20-е годы уже ХХ в. отстоял истину в борьбе с поддерживаемой большевиками “Живой церковью” при отступничестве или попустительстве многих пастырей и архипастырей. Будем помнить, что высшим авторитетом и истиной в Церкви обладает лишь её полнота, народ Божий, тело Христово – мiряне, монахи, клирики, все вместе, а не отдельные люди или группы, пусть даже самые высокопоставленные и авторитетные. Мы слишком превратно поняли смирение и послушание, и нам усиленно помогали в этом.

Мы забыли о ревности, о долге каждого христианина не допустить глумления над святой верой православной, над матерью- Церковью. Осознание сложившегося положения, создание крепких общин на приходах и православных братств (порознь ничего не сделаешь), требование созыва Поместного Собора, который сейчас практически всецело заменён Собором архиерейским (согласно Уставу 2000г., не утверждённому как должно Поместным Собором, которого не было, но тем не менее действующему без утверждения уже почти 8 лет), контроль за тем, чтобы Поместный Собор не стал спектаклем в духе партсъездов советских времён, но выразил действительную волю Церкви – вот путь, по которому мы должны идти. Это наш христианский долг.

Б удем же мужественны, помня слова самого Господа: Не бойся, малое стадо! ибо Отец ваш благоволил дать вам Царство” (Лк.12:32) и ап. Павла: “Если Бог за нас, кто против нас?” (Рим.8:31), и ещё: Господь мне помощник, и не убоюсь: что сделает мне человек?” (Евр.13:6).

Знаменский скит, 3/16 марта 2008г. в день Торжества Православия. Евгений (Пампура). Опубликовано в газете “Дух Христианина”, 2008г., №7, с.9. 1Тим.5:20 – “Согрешающих обличай перед всеми, чтобы и прочие страх имели”. 2Тим.4:2-3 – “проповедуй слово, настой во время и не во время, обличай, запрещай, увещевай со всяким долготерпением и назиданием. Ибо будет время, когда здравого учения принимать не будут”.


Развратники, льстецы и крохоборы,
Не вам Апостолов рассеянных учить!
Они пылили, прах от ног которых
Не вас, молчащих, с тысячью причин.

Так дополняйте ж меру беззаконий,
Своих отцов вы превзойти сумели.
На жён чужих вы ржёте словно кони,
Вас сдергивать пришлось с чужой постели.

Конечно, это слабость по натуре,
И главный грех велик не в крохоборстве,
Не в том, что пьёте и не мало курят,
Ум ограничили в мизинчик и в напёрсток.

Вы Слову Божию дорогу перекрыли,
Другим препятствуете слышать об Иисусе,
О Небе ли учить вам, дряблым и бескрылым,
Вас дьявол свергнутый на проповедь науськал.

Наследники прямые тех жидов,
Гонявшихся без устали за Павлом!
Ведь каждый поп язык вонзить готов –
Тех добиваете, кто без еды отстали.

Во веки грех мирской патриархии
Ни в веке сем, ни в будущем не спишут.
Напыжится в гиганта злой рахитик
И не поймёт, что в стаде Божьем лишний.

Не любят Библию понятно почему,
В ней Дух Святой – плавильня обнаглевшим;
Им свет неведом, восхваляют тьму,
Обряды и традиции давно сотлевших.

Так думаю, что нет врагов страшнее,
Как те, кто внутреннее тайно изгрызает,
Кто в ризах мечется, а не Китай в шинелях,
Не католический молитвенник-розарий.

До времени соседство перетерпим,
Евангельскую веру чистой сохраним.
“Не канонизируйте по иноческой мерке!” –
Из древности кричит святой Иероним.

29.08.08. ИгЛа

243

Смотрите так же другие вопросы:

Смотрите так же другие разделы: