размер шрифта

Поиск по сайту



Вопрос 2924

Вопрос на тему «Лапкин, книги»
Из книги — Лапкин И.Т. «‎...открытым оком», том 15

Вопрос 2924:

Враги Павла писали свои послания, вносили ересь и чтобы придать им достоверность и авторитетность, подписывались именем Павла. Не было ли у Вас такого, чтобы под Вашим именем кто-то своё дело проворачивал для выгоды?

Ответ И.Т. Лапкина:

Лично сам я никогда так не поступал, мне моего авторитета вполне хватает и взятые где-то мысли, если они уж вовсе не срослись с моими или по неизвестности источников, всегда подписываю, когда и кто сказал. 2Фесс.2:2 – «не спешить колебаться умом и смущаться ни от духа, ни от слова, ни от послания, как бы нами посланного, будто уже наступает день Христов». Павел учил не обрезываться, а противники утверждали, что он таков, какие и они по этому вопросу. Гал.5:11 – «За что же гонят меня, братия, если я и теперь проповедую обрезание? Тогда соблазн креста прекратился бы». Ко мне привозили центральные издания, где были стихи напечатаны под моими именем и фамилией, но я от них отказываюсь – не помню. Антиплагиат. Допускаю вполне и тому есть причины, я дал тому повод, что мои книги могут очень сильно быть использованы протестантами против сегодняшних «православных». Но это возможно только при условии, что эти книги не читали настоящие православные, а тогда подделка - выдача своих мыслей за мои - обнаружится вполне и книги будут работать за Православие. Ходили печники под моим именем – нанимались печь сделать. Рим.3:8 – «И не делать ли нам зло, чтобы вышло добро, как некоторые злословят нас и говорят, будто мы так учим? Праведен суд на таковых».


Гл.55. Парил я на крылах души моей
Над сонмом живших в мире сем от века,
Но многогрешного меня грешней
Покуда я не видел человека.

Всё это взвесив на весах ума,
Я обратил к себе как порицанье
Нетленный стих Давидова псалма:
«Со мною кто сравнится в злодеянье?»

Так что ж скажу я своему врагу?
Чьё прокляну и чьё ославлю имя?
Я, грешный, лишь себя клеймить могу
Словами беспощадными своими.

И мне, отягощённому виной,
Я верую, даруешь Ты прощенье,
Как ныне я прощаю прегрешенья
Всем тем, кто был виновен предо мной.

Какие б я моленья возгласил,
Какие б воскурил благоуханья,
Чтоб только Ты, о Господи, простил
Людей, которых я порочил бранью!

Чтоб осуждённого Ты оправдал,
Утешил бы скорбящих, удручённых,
Чтоб скорбных духом Ты уврачевал.

Когда добро намереваюсь совершить я –
Чтоб Ты, великий, мне прибавил сил;
Когда намерюсь произнесть проклятье –
Чтоб Ты остановил и вразумил!

Чтобы в моленьях я, страдавший много,
Всем зложелателям своим простил,
Чтоб голос злобы, неугодный Богу,
В ожесточённом сердце усмирил;

Чтоб я забыл вчерашние обиды,
Молясь о примиренье всех людей,
И чтоб возрадовался Ты, увидев,
Каким я стал по благости Твоей.

Вся жизнь – в Тебе, лишь Ты – бессмертье смертного,
Упорство человека неусердного.
Ты – сила слабого, богатство скудного.
Ты – мудрость для меня, для безрассудного.

Я как пловец. Ненастье, тьма и ветер
Мне ощутить мешают силу зла,
Я словно птица, что попала в сети
И гибели своей не поняла.

Не понял я, что страшен мир двуликий,
Что губит он, соблазнами маня.
Как псалмопевец говорил великий:
«Постигли беззакония меня».

Один мудрец назвал в года былые
Смерть без причины явным злом большим.
Хоть он – язычник, я согласен с ним:
Мгновенной смертью правят силы злые.

Как скот бессмысленный и бессловесный,
Мы исчезаем вдруг во мраке бездны,
Не осознав сей жизни пустоту.
Мы умираем и не ужасаемся,
Мы исчезаем и не удивляемся,
Мы даже в час последний не смиряемся.
Отлучены бываем – не терзаемся,
Порокам предаемся и не каемся,
Соблазнов низких не остерегаемся,
Всему предпочитая суету.

Смиренный Иов смерть назвал покоем.
Я с ним согласен днесь и наперёд,
Когда б не зло, содеянное мною,
Что в тайне для меня же сеть плетёт.

На свете настоящее – ничтожно,
Грядущее – темно, былое – ложно.
Я хуже всех, моя греховна суть.
В грязи желаний я погряз по горло.
Земные страсти мне сжигают грудь.
Нетвердый разумом, иду нетвёрдо.

Над глиняной обителью моей
Дожди не утихают проливные,
А слабый дух мой – глины не прочней,
Соблазны мира – не добрей стихии.

Что я скажу пред тем, как умереть?
Мои деянья скудны, страсти – странны.
Из ничего мой скарб, из ветра снедь,
Усилья тщетны, радости обманны.

Когда настигнет смерть, то силы зла
Пред справедливостью должны склониться
И заповедь, что мне дана была
Для жизни – лишь для смерти пригодится.

Как сказано о том в Святом Писанье,
Пришёл посланник зла, мой давний враг,
Он отнял всё, и сердца достоянье
Разграблено, и разум мой иссяк.

Я к Господу, безумный, не взывал;
Чем шёл быстрей, тем глубже увязал,
Стремясь к величию, терял я веру,
К безмерному стремясь – утратил меру.

Терял я большее, чем находил,
Был осторожен – лишь себе вредил.
Идти старался прямо – спотыкался,
Стремясь за лишним – нужного лишался.

Избавился от меньшего из зол,
Но гибельные страсти приобрёл.
То, что искал, считал всего дороже, –
Не стало оправданием моим.
В Тебе одном моё спасенье, Боже,
Я пред Тобой склоняюсь, Всеблагим.

Тебя молю я, раб Твой неусердный:
Моей молитвы в гневе не отринь.
Будь милостив, Отец наш милосердный,
Прибежище души моей. Аминь!

Григор. Нарекаци

179

Смотрите так же другие вопросы:

Смотрите так же другие разделы: