-
Анализировать и сравнивать одно с другим,
Несостыковки видя и малую похожесть.
Мы понимаем, Авраам есть Ибрагим,
И в мусульманской вариации он – Божий.
По признакам таким-то, по поступкам,
По качествам, привычкам узнают.
Сморчка трухлявого и за полтинник купят,
А этому дать взятку и послать на юг.
Анализы дают в натуре представленье
По общим признакам, что где-то было так,
Одно с другим не торопясь мы склеим,
Наш опыт и умишко – качеству верстак.
Так иудеи в прошлом просчитались,
Когда исследывали жизнь Христа Иисуса,
И находили, что не был в начале,
Что с доказательствами у Него не густо.
И Авраам Его не видел, видеть и не мог,
Какого-то бомжа из града Назарета.
Сей Иисус не Божий Сын, совсем не Бог,
И Авраам под дубом не Его же встретил.
Анализировать приходится всегда по мелочам,
То здесь, то там следы и отпечатки;
Исследывать пророчества, о них не умолчать, –
Со звёздочки одной рассвету в нас начаться.
В истории Библейской столько слёз,
Страданий непрерывных и несправедливых,
Блажен, кто крест до финиша донёс, –
В конце восторжествует правда, а не кривда.
Страх Божий, страх гееннского огня
Уздой является, суровость – удилами.
Наказывай дитя, как это не понять?
Грех непокорства приведёт их в пламя.
Анализируя себя, свои поступки,
Познал, что грешник я непоправимый.
И только Жертвою Своей меня Христос искупит.
Рожденье свыше дал Христос – отнюдь не херувимы.
01.08.09. ИгЛа (Игнатий Лапкин) - ***
-
Анализировать и сравнивать с прошедшим,
Не только со своим, но и с Библейским,
Они терпели и мотались щепкой
И редко кто закончил битву с блеском.
Суметь бы вычленить пустяшный ритуал,
Деление дилеммы, пусть и к ничтожной пользе.
Разбить бы эгоизм – саманный свой дувал,
И опыт исторический узреть бы при колодцах.
То древо замысла привязывать бы к плану,
Который Вседержитель разнарядил;
Года наслаивались неприметно, плавно,
И вот уж седина повыбелила пряди.
Концовка дня… а дальше выходной,
Без выхода когда-то на работу;
Что дальше высветит: о горнем или дно,
Туда, где без Христа трудился против?
Едва ногой шагну через порог,
Нарушив одиночество разминкой;
Вмешаешься и встретишь недотрог,
И пожалеешь, зря не прыгнул мимо,
Живой – он не сторонний наблюдатель,
Узревший беззаконника в упор,
Он обязательно поймёт – явился кстати,
По силам будет разрешить мне спор.
Не промолчит, желая облегчить
Невеждам путь, где грешное вприкуску,
И к правде вытолкнуть нетрезвого в толчки,
Укажет на Голгофу, на Христа Иисуса,
Проанализировать о плевелах прогноз,
Когда и как их высев ограничить,
Кто между строк те ереси пронёс,
Не ограничился Евангельскою притчей.
Бог, только Он удержит на плаву,
Себе и ближним окажусь на пользу,
Хлеба сорокалетние кружась ко мне плывут, –
Я знал – добро моё ко мне вернётся после.
20.09.07. ИгЛа (Игнатий Лапкин) - ***
-
Анафемой бряцают – в духовном голытьба,
Турецких шапок ряд, точнее – камилавок.
Кого пугают, им ли смелых колебать,
На вас самих в дверях уже пришла облава.
На благовестие никто нигде и ни один,
Антиапостольские пишут решения о ком-то.
Слепцы презренные, вас за руку водить,
Никто из вас на проповеди не заливался потом.
Зачем вам палочки, обозванные жезлом,
Кого пасёте, пажити искусно выбирая?
На Моисеево седалище тщеславно влезли,
Христос в таких узрел разбойников и татей.
Оставьте глупости слепых канонизаций.
Ум, если есть ещё, надмением не тешьте.
Плесень отрясите от безразмерных задниц,
Летите с благовестием, а лучше топать пешим.
Пройдите путь с Христом по Иудее,
С Апостолами так же маршруты пропылите.
Когда в последний раз о ком вы порадели,
Пришли с Евангелием, приползли улиткой?
Вне храма каждый нищ и паралитик,
С любым сектантом встреча – вы погибли.
Ищите всех проколотых, пропитых.
Прочистите об них святые панагии.
Не троньте мёртвых, нагло не пластайте, –
За это вы ответите пред Судиёй Христом.
У Бога есть на вас, архиереи, скальпель, –
И каждый без одежды такой-то уж простой.
Вы судите других, кто не под вами,
Беззубо ляскаете зряшно и бесстыдно.
Опять в отвал Бог проклянет, вас свалит,
И ваша паства вздёрнет вас на дыбу.
Оставьте дрязги… на маршрутах разных
Найдите вы себя и слушающих вас.
Вы некрещёные в моченье грязном,
Креститесь, вашей жизнью не будут вам совать.
08.02.09. ИгЛа (Игнатий Лапкин) - ***
-
Андрея Критского вопящий есть канон,
Из покаяния не выдраться к иным вершинам;
Он исторгает стон и телесам наклон –
Хотя бы чуточку им горизонт расширить.
Когда-то он анафему изрёк
Со всеми прочими Вселенскому собору
Шестому… Просчитался, дал себе зарок:
Точить потоки слёз о деле спорном.
Себе не мог простить архиепископ
Подлейшей подписи своей и заблужденья.
Клобук его склонялся долу низко, –
Веков тринадцать саваном оденет.
Так некогда грехом Давид был сокрушён,
И выдал нам псалом пятидесятый
«Помилуй меня, Боже» – остолбенелый шок
Всем грешникам от головы до пяток.
И Павел помнил Савлово геройство,
Он Церковь гнал, голосовал за смерть;
Стефан побитый о пощаде просит,
Под камнепадом гнева свет его померк.
И Урия-гвардеец, предательски убитый
Вопит: «Доколе, Господи, за кровь не отомстишь!»
И чернецы слезят по кельям скитским, –
Каноном покаяния изгонят блажь и тишь.
Но верующий искренно, не просто прохожанин,
Вникающий в Священное Писание усердно,
Хотя просчёты и грехи зажали,
Но знает он и верит: последний будет первым.
И радостью прощения с неба осиянный
Ступень из благодарности умело оживляет,
И рвётся выше, Господу поёт осанну.
А кто лишь кается, нам искренно так жаль их.
Зову Андрея присоединиться к нам,
Благодаряще Бога за чудный дар прощенья.
На благовестие бежим за виноградник-стан,
Где властвует чекист – архиерей-корчемник..
17.03.09. ИгЛа (Игнатий Лапкин) - ***
-
Андрея Критского критический канон,
Стою и падаю: «Помилуй меня, Боже!»
И уплываю на обломках в непотребный сон,
А в покаяние мой дух совсем не вхожий.
Ударюсь в пол, усиленно таращусь
На тусклый свет чадящего огарка.
И в позвоночнике мой SOS ломает хрящик,
Лёд не растопится в нас без молитвы жаркой.
К событиям любым библейским сунусь,
Мозг с сердцем и душой следить не успевают,
И разве это каждому не есть огромный минус.
А то, что был, молился ли – сужу себя сознаньем.
Ни поп стоящий, ни архиерей сидящий
О состоянии молящихся не думают века,
Репертуар один тот же тысячелетье тащат,
А результат какой – не надо и смекать.
На семь недель покрыто чернотой,
И тёмные фигуры в дыму и в клобуках.
А Библия не вхожа с йотой, с запятой.
Народу тьма и тьмущая давила на бока.
Христос во веки жив, как и вчера,
А разве Он сегодня омертвелый?
И наши отношения с Христом пора сверять,
Что из Библейского по храмам уцелело?
И не колодцы в храмах, только лужи,
Не за водой идут подруги самарянки.
И не по пять мужей у «вдовых» – много хуже.
Но по концовке дел дела свои сверяем.
Бежала, удалялась в город свой Сихарь
Уже без водоноса с временною влагой.
Она оповестила, что здесь Мессия-Царь,
Руками всплескивала, продолжая плакать.
Та речь Иисуса много им открыла,
Где кланяться, кто истинный поклонник.
Вот день сегодняшний: рёв, зёв, тупое рыло,
Куражится попы, народ к причастью ломит.
02.04.09. ИгЛа (Игнатий Лапкин) - ***
-
Андрея Критского откланялись канон,
Плачевные и мудрые напевы;
Но почему же погружает в сон,
Как неучи опять уйдём ни с чем мы.
Тьма исторических событий наплывает
Со скоростью на ленте транспортёра,
Изысканная мудрость скрыта под словами,
Одно «помилуй» следующим стёрто.
Никто из приходящих на канон
Не понимает даже полпроцента,
И потому уходит в пустозвон,
Духовно невоскресшие отпеты.
Но если медленно, по-русски, с разъясненьем
Библейские примеры рассмотреть,
На всё иным тогда посмотрим зреньем,
В «помилуй» каждом ощущая смерть.
Начавши от Адамова безумства
Библейские страницы шелестят;
Запомнить трудно, что приходит устно,
У каждого события сегодня мы в гостях.
Воображение в монашестве Андрей
Довёл до совершенства, даже выше.
Всех к покаянию влача, сумел огреть,
И даже то, что и на ладан дышит.
Со всех сторон разбор по порошинке,
«Помилуй меня, Боже!» тёмным фоном,
Примеры древние нам мелко накрошили,
Доказано стократ, что все мы тонем.
Во всех событиях и я – ползучий гад
Постом зажатый и в земных поклонах;
К ногам Христа, нет выхода назад
И приговор вчерашнему и злому.
К Воскресшему под епитрахиль прощенья
Канон Андрея давит и царей.
Мой фимиам, я жертвой стал вечерней.
Со мною рядом стонущий архиерей.
07.03.06. ИгЛа (Игнатий Лапкин) - ***
-
Антимонашеское видится везде,
В животноводстве, в земледелье трудном,
Куда ни глянь, примеры там и здесь,
Без семени все мы зимою будем трупы.
Без вспашки и без сеянья шикуют сорняки.
И без труда в строительстве жилище не возникнет.
Какая будет песня то смело прореки.
Одежду не сошьешь там без иголки с ниткой.
Словами мудрости снисшедшей с высоты.
Осеменилось поприще в «Апостольских деяньях».
Без жаркой проповеди полигон застыл –
В те времена мы ниточку протянем.
Бог Иегова, Сущий надо всем
Установил один порядок общий;
На все века всегда везде посев,
И земледелец каждый по весне хлопочет.
И вдруг молчальники, затворники монахи,
В четвёртом веке развернулись лихо.
Евангельское семя застопорили взмахом
Широких рукавов и проповедь затихла,
Плоды неблаговестия, монашеских преданий
Нас оккупируют буквально ежечасно.
От неуверовавших плачем и рыдаем, –
Не дали там от семени зачаться.
Куда ни глянь, внимательно всмотрись,
Какой разброд, раздрай и катастрофа,
Всё потому, где мёртвый атеист,
Где не узнаем про Христа с Голгофой.
А все монахи, всё они упрямцы,
На благовестие не вышли из монастырской глуши,
Их Магомед повытрясет из ряски,
И вместо нимба меч и полумесяц глушат.
Неблаговестие в веках – монашеский конёк,
Возникнет самость, дикое упрямство.
Прошли века из тьмы, упрямцам невдомёк,
Плоды монашества и кладбищам не спрятать.
07.08.09. ИгЛа (Игнатий Лапкин)