размер шрифта

Поиск по сайту



Вопрос 3992

Вопрос 3992

Из книги — Лапкин И.Т. «‎...открытым оком», том 29

Тема — Царь


Вопрос:

Если бы случилось Вам жить в иную эпоху и встретиться где-то с Распутиным, когда против него уже началась такая травля, то что бы ему сказали, посоветовали?

Ответ И.Т. Лапкина:

Чтобы исследовал больше Слово Божие, занимался своими коровками и лошадями и жил себе тихо и мирно.

«Важно также отметить, что примерно за год до кончины св. Иоанна Кронштадтского названные выше митрополиты, а также епископ Гермоген (Долганов), епископ Феофан (Быстров), епископ Сергий Финляндский (будущий патриарх), на которого ссылаются церковные либералы, считали Григория Распутина человеком Божиим, опытным странником и даже святым (см., например, митр. Вениамин [Федченков]. «На рубеже двух эпох». М., 1994). Отторжение от старца началось сначала с распространения совершенно бездоказательных слухов о том, что он хлыст. Через два года началась новая волна клеветы, распространители которой обвиняли его не только в хлыстовстве, но уже и в разврате и пьянстве. Очень характерно, что в воспоминаниях духовных лиц не приводилось никаких конкретных фактов, по которым можно было доказать, «аморальный характер» Г.Е. Распутина. Чаще всего сообщения о Распутине в записках духовных лиц ограничивались общими рассуждениями о высших и низших силах в человеке или пересказом общеизвестных клеветнических слухов, не подтверждённых никакими конкретными свидетельствами. Не представив никаких серьезных доказательств порочности Г.Е. Распутна, составители доклада сделали главный акцент на исследовании его «хлыстовских» взглядов. Игнорируя заключения Тоболькой Духовной консистории и экспертизы взглядов Распутина, проведенную по поручению Временного правительства профессором Московской Духовной академии Громогласовым, отвергнувших обвинение Г.Е. Распутина в хлыстовстве, современные церковные либералы обвинили старца в «приверженности духовным настроениям и религиозным установкам, распространённым среди «народного» сектантства мистическо-харизматического толка». Нелепость и неграмотность подобной формулировки совершенно очевидна. В докладе полностью отсутствует богословский анализ. Серьёзную проработку сочинений старца подменяет произвольное выхватывание из его трудов отдельных фраз и превратное их толкование. Верхом нелепости является фраза составителей доклада, что «изгнанию беса в «Житии опытного странника» (главное сочинение Г.Е. Распутина), – О.П.) вообще уделено больше внимания, чем стяжанию Духа Святого». Такое впечатление, что составители не знают содержания этой маленькой книжечки. Причем фразу «изгнание беса» они позаимствовали из пасквиля С. Труфанова «Святой чёрт». Главным доказательством хлыстовства Г.Е. Распутина, по мнению церковных либералов, было его отношение к священству. Распутин считал, что если уж ты духовное лицо, то должен отдавать служению Богу всю душу. А получается так, говорил Распутин, человеку урядником надо быть, а он в священники. Вот эту механическую, формальную сторону служения Богу он и не принимал. И такая его притязательность восстанавливала против него священников, для которых Церковь была только организацией, дававшей им службу и деньги на пропитание. По-видимому, именно таким был и священник в его селе о. Пётр Остроумов, который чувствовал на себе взыскательность Распутина, был недоволен тем, что он требует от него больше, чем другие, и не любил его (это видно из его доносов духовному начальству). Ему было бы проще жить, если бы Распутина в селе не был. Наверно, это о нём Распутин говорил: «Поёт и читает резво, громко, как мужик дрова рубит топором». «Впрочем, – оговаривается он, – мы не к духовенству идём, а в храм Божий! Ну да нужно подумать – худой, да батюшка». Распутину также принадлежит фраза: «Пьющий священник – полсвященника, пьющий монах – не монах». Такая строгость испугала наших церковных либералов, которым было бы неплохо почитать труды св. Иоанна Кронштадтского, у которого можно найти много подобных суровых оценок «худых батюшек».

Считаю, что составители доклада совершенно несерьёзно подошли к изучению духовных мыслей старца Григория, вряд ли они прочитали все его труды и письма. А без этого делать какие-то оценки личности старца - просто вредное для Православия злопыхательство. Мировоззрение старца Григория полностью укладывается в традиционные представления русского народа, воплощённые в понятия «Святая Русь». Главное в нём понимание любви как ядра мироздания, как выражение Самого Бога. «Где любовь, тут и Бог. Бог – Любовь». «Любовь – это такая златница, – пишет Распутин, – что ей никто не может цены описать. Она дороже всего, созданного Самим Господом, чего бы ни было на свете, но только мало её понимают. Хотя и понимают любовь, но не как златницу чистую. Кто понимает сию златницу любви, то это человек такой премудрый, что самого Соломона научит. Многие – мы все беседуем о любви». «Если любишь, то никого не убьёшь – все заповеди покорны любви, в ней великая премудрость больше, чем в Соломоне». Любовь – величайшая ценность, но даётся она только опытным людям через страдания и испытания. Любовь «пребывает наипаче у опытных людей, а сама по себе она не придёт к тому человеку, который человек в покое и живётся ему хорошо… У избранников Божиих есть совершенная любовь, можно сходить послушать, будут сказывать не из книги, а из опыта, поэтому любовь не даром достают. Тут-то и мешает враг, всячески старается, как бы человек не захватил любовь, а это ему, врагу, самая есть загвоздка. Ведь любовь – это своего рода миллионщик духовной жизни – даже сметы нет. Вообще любовь живёт в изгнанниках, которые пережили всё, всяческое, а жалость не у всех есть. О любви даже трудно беседовать, нужно с опытным, а кто на опыте не бывал, тот перевернёт её всячески. Вообще, где есть избранные в духовных беседах, те более понимают любовь и беседуют по Новому Завету и живут единогласно, единым духом. Вот в них есть искренняя любовь, и они молятся день и ночь вместе друг за друга. Вот у них-то и пребывает несметная златница любви. Вот, братья, поберегитесь врагов, и сёстры, подумайте о любви златницы чистой». Любовь, в представлении старца, должна быть активной и конкретной, любить надо не вообще, а конкретного человека, который находится рядом с тобой, и вообще каждого человека, с которым ты встречаешься. Когда старец Григорий прекратил носить на теле настоящие вериги, он, по его выражению, – «нашёл вериги любви». «Любил без разбора: увижу странников из храма и от любви питаю, чем Бог пошлёт, у них немножко научился, понял, кто идущий за Господом». В общем, «Любовь – большая цифра, – утверждает старец. Пророчества прекратятся и знания умолкнут, а любовь никогда». Важной часть духовных взглядов старца Григория является стремление жить по совести, как велят Священное Писание и жития святых. «Нужно себя везде и всюду проверять и исследовать». Каждый свой поступок соизмерять с совестью. Такой взгляд также соответствует духовным ценностям святой Руси. «Как ни мудри, а совесть не перемудришь», «Совесть с молоточком: и постукивает и подслушивает» – это народные пословицы. А Распутин говорил так: «Совесть – волна, но какие бы ни были на море волны, они утихнут, а совесть только от доброго дела погаснет». Чтобы достигнуть спасения, нужно «только унижение и любовь – в том радость заключается». В душевной простоте огромное богатство и залог спасения. «Всегда нужно себя в одежде унижать и считать себя низким, но не на словах, а духом действительно. Бриллианты – тоже Божии создания и золото – украшение Царицы Небесной, бисер чтимый, но только нужно суметь его сохранить. Мы одеваемся в жемчуг – делаемся выше городов, подымаем дух, и рождается порок гордости и непокорности ко всему… Не нужно добиваться почёта и учения, а следить и искать Господа, и все учёные послушают глагол твоих или изречения твоего».

Старец рассказывает, как много ему приходилось бывать у архиереев, которые его хотели испытать в вере и посрамить простого малограмотного крестьянина. «Придёшь с сокрушённой душой и смиренным сердцем – их учение остаётся ничтожным, и слушают простые слова твои, потому что ты придёшь не с простым духом, а от милости Божией. Ты одно изречёшь слово, а они нарисуют тебе целую картину. Они, хотя и хотят испытать и ищут что-нибудь, но ты как не с простыми словами, т.е. в страхе – вот тут-то у них замирают уста, и они противоречить не могут». Душевная простота должна соединяться ещё с одной важнейшей духовной ценностью святой Руси – нестяжательством, отсутствием корысти, стремления к приобретательству. «Если не будешь искать корысти нигде и стремиться как бы утешить, призовёшь Господа душевно, – учит старец, – то и бесы вострепещут от тебя, и больные выздоровеют, только бы всё делать не от гнусной корысти. А будешь искать каких-нибудь случаев для брюха, для славы, для сребролюбия, то не получишь ни здесь, ни там, т. е. ни небесного, ни земного… Если будешь себе приобретать, то не украсишь ни храм, ни себя, и будешь живой мертвец, как в Евангелии говорится». Житейской, бытовой, хозяйственной основой святой Руси, придававшей ей общественную устойчивость, служило отношение к труду как к добродетели. Труд для русского человека не сводился к совокупности действий или навыков, а рассматривался как проявление духовной жизни, нравственное деяние, богоугодное дело, причем трудолюбие было характерным выражением духовности. То, чему учит Григорий, полностью соответствует этим представлениям, причём особенно он возвеличивает крестьянский труд (сам до конца своей жизни не переставал трудиться в своём хозяйстве, хотя имел все возможности этого не делать). «Сам Самодержец царь крестьянином живёт, питается от его рук трудящихся, и все птицы крестьянином пользуются, даже мышь – и та им питается. Всякое дыхание да хвалит Господа, и молитвы все за крестьянина… Велик, велик есть крестьянин перед Господом, он никаких балов не понимает, он в театре редко бывает, он только помнит: Сам Господь подать нёс и нам велел – Божий трудовик! У него вместо органов коса в руках; вместо увеселений – соха у сердца; вместо пышной одежды какой-нибудь твёрдый армячок; вместо тройки – усталая лошадка. Он едет и вспоминает от души ко Господу: «Донеси меня с этой долины в своё прибежище или до города». Вот тут-то на нём Христос! А сам пешочком со слезами. Он здесь со Христом, а там уже давно на нём пребывает рай, т. е. он заготовил Житницу Божию». Систему духовных ценностей святой Руси венчала и гармонизировала идея царской власти. Образ Царя олицетворял собой Родину, Отечество. «На родине, – пишет старец, – надо любить родину и в ней поставленного Батюшку царя – Помазанника Божия». Истинное народовластие, по его мнению, заключается в идее царской власти. Царь – наиболее совершенное выражение народного разума, народной совести, народной воли». Сир.39:25 – «Как может сделаться мудрым тот, кто правит плугом и хвалится бичом, гоняет волов и занят работами их и которого разговор только о молодых волах1Макк.10:61 – «И собрались против него мужи зловредные из среды Израиля, мужи беззаконные, чтобы оклеветать его; но царь не внял им». 2Макк.10:13 – «Поэтому он был оклеветан любимцами».


Открытия, как «эврика» внезапны
Под полог тайны заглянуть не просто,
Иначе эту тайну мог невежда сцапать,
И сыпануть открытия, как просо.

За каждым, как покажется, ничтожным
Изобретением, наитием, новинкой
Стоят труды, заботы и подножки, –
Но кто-то первый снимет пенку в кринке.

Кузнец был первый с наковальней дружен,
Стрелу и нож оттачивал и плуг,
Так добрались до пушек и до ружей,
До атома, что страшно молвить вслух.

Кто первый гнул деревья в колесо,
И ось додумался воткнуть как раз в серёдку,
С довольством потное утёр затем лицо
И в тракт расширил пешехода тропку.

Вот первый музыкальный инструмент –
Звук необычный голому в подмогу.
Потом в хорах при храме им греметь, –
Прорыв за полог шире год от году.

Стремились мысль свою отпечатлеть
На глиняных табличках и на скалах;
От уязвимости кольчугу и жилет…
И время книг и дисков вдруг настало.

О, если бы всё Богу посвятили,
Не забывая сути ненадёжность,
Тогда бы разум – на высоте светильник
Не мыслили в угоду зла корёжить.

Мне стало ясно: семя – Слово Божье,
И благовестники – посланцы Иисуса;
В Христа уверовать, что может быть дороже!
Ввести открытия в Евангельское русло!

Я приоткрыл монашескую ширму.
Там самоправедность воюет с чистой верой.
И в книгах это осветил обширно,
Благодарю Создателя за всё безмерно.

17.07.08. ИгЛа

152

Смотрите так же другие вопросы:

Смотрите так же другие разделы: