Смотрите так же другие вопросы:
-
Вопрос 4082
Авторитет Диомида растёт или падает в народе? -
Вопрос 1754
Чем, с православной точки зрения, циник отличается от юродивого?
Вопрос на тему «Христос, Бог»
Из книги — Лапкин И.Т. «...открытым оком», том 4
Вы чаще употребляете «Господь», чем «Бог». Есть ли существенное различие?
«Господь» – по-еврейски «Адонай». Это слово часто встречается в Библии и соответствует еврейскому Иегова (вечный, сущий), и Адон (господин). Быт.18:3; 39:2; Исх.4:10. Этому слову в греческом тексте Нового Завета соответствует «Кириос», которое относится как к Отцу, так и к Сыну. Иоан.20:28, Деян.10:36. Откр.1:8. 19:6-16. Слово «Бог» употребляется во всех религиях и даже безбожниками. Слово же «Господь» свойственно было Израилю, это слово более конкретно указывало на единого Бога Иегову.
«Бог». Во всех книгах Ветхого Завета мы находим два главных названия Божественной Сущности – Элохим и Иегова. Элохим есть множественное число от «Эль» или «Элоах» (араб. Аллах). Под этим именем Бог открывался патриархам Быт.17:1 28:3. «Эль-Шаддай» (Бог Всемогущий). Это одно и то же.
Ее побивали камнями во прах,
Ее на кресте распинали.
Гноили в темницах и жгли на кострах
И львам на съеденье давали.
Но в тайные щели как луч золотой,
Как воздух она проникала.
Ей дано великое имя – любовь,
Она ко Христу нас призвала.
То пошлость, то глупость людская стеной
Повсюду ей путь преграждала,
Но в тайные щели как луч золотой,
Как воздух она проникала.
Из мрака неволи и пепла костров
Сильна и прекрасна вставала,
И ржавые цепи срывала с рабов,
От тяжкого сна пробуждала.
И путь на Голгофу во мраке мирском
Она пред людьми озаряла.
И в сердце холодном, порочном людском
Счастливую жизнь создавала.
За правду святую нетленный венец
В подвалах, дворцах предлагала.
И раны разбитых и сирых сердец
Дыханьем своим врачевала.
В молитвах глубоких и в чистых сердцах
За мир она грешный рыдала.
И в селах и в градах, в ущельях, в стенах
Людей ко Христу призывала.
О если б на миг ты оставила нас
Холодных, жестоких, презренных,
Исчезла бы радость, и свет бы погас
В сердцах наших злых и надменных.