Ветхий завет
- Пятикнижие
- Исторические книги
- Учительные книги
-
Псалтирь
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 - Пророческие книги
-
Послание Иеремии
-
Авдий
- Исторические книги
Новый завет
- Евангелия
- Деяния
- Соборные послания
-
2-е Иоанна
-
3-е Иоанна
-
Иуды
- Послания апостола Павла
-
К Филимону
- Откровение
Зах. 14:20
Блж. Иероним Стридонский¶
Ст. 20–21 В день тот будет святым Господу то, что находится на узде коня, и котлы в доме Господа будут, как чаши пред алтарём. И всякий котёл в Иерусалиме и Иудее будет посвящён Господу воинств
Еврейское слово mesuloth (מעולות) Акила и Феодотион перевели βυδόν, т. е. глубокое, Симмах: περίπατον σύσκιον, т. е. тенистое место для прогулки. Только Семьдесят перевели: узда (χάλινον); и мы в этом месте последовали им, чтобы не показалось, что мы хотим сказать нечто новое касательно народного издания Св. книг [Вульгаты]. Ибо кого из Евреев я ни спросил бы: «Что это значит?», мне говорят, что следует читать не mesuloth, а mesaloth, имеющее значение конские попоны [чепраки] и военное украшение, и что слово это кроме настоящего места не встречается ни в одной из Священных книг. А узда на Еврейском языке называется resen (רםן), а не mesaloth, как это слово перевели Семьдесят. И значение этого места такое. Во время вечного празднества, после наступления [1000-летнего] царства Иерусалима, когда все будут жить в мире и спокойно, не будет уже нужды в коннице, которая составляет главную силу войска; и всякое украшение и воинский снаряд конницы будет назначен на благолепное служение Господу. Так говорят они (иудеи). Мы же «глубину» коней и «тенистую прогулку» относим к таинственному знанию, обладанием которого похваляется и лучший из коней Давид, говоря: Неизвестное и тайное премудрости Твоей, Ты сделал мне явным (Пс. 50:8), и Апостол восклицает: О глубина богатства премудрости и познания Божия! Как неиспытаны суды его и не исследованы пути его? (Рим. 11:33). Из этой глубины пророк восклицал ко Господу, и Он услышал его. В этой глубине и мраке Бог устроил покров Себе (Пс. 17:12); в этот таинственнейший мрак вступил и Моисей, чтобы видеть Бога в облаке на горе Синай (Исх. 19:18–20), об этом и Давид говорит в другом Псалме: Суды Господни – бездна многая (Пс. 35:7). Все эти сокровеннейшие тайны – святы пред Господом; их знал Евангелист Иоанн, дерзавший говорить о том, о чем, может быть, не знали даже ангелы: В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Богом (Ин. 1:1). Потому он и возлюблен Господом, что владел глубочайшей тайной, ибо он возлежал на персях Господа и оттуда черпал премудрость (Ин. 21:20). Если же мы захотим принять «узду», как перевели LXX, т. е. слово Божие, то под уздой должны понимать того, кто обезумевших от похоти коней и бесплодных, во похотливых лошаков взнуздывает и удерживает от пороков и не позволяет им идти в пропасть, – о чем говорится: Не будьте, как конь и лошак, у которых нет разума. Уздою и удилами укроти челюсти тех, которые не приближаются к Тебе (Пс. 31:9). Об этой узде говорит и Иаков: В уста коней мы влагаем удила и окружаем упряжью все тело их (Иак. 3:3) с тем, чтобы они шли правильным путём, и могли подать Господу удобные для возседания хребты. Таковая узда, и таковое слово, составленное из разнообразного сочетания золота и серебра, диких коней приготовляет Спасителю для возседания, делает их святыми, которые посвящают себя преимущественно на служение Ему. От некоего [проповедника] я слышал нечто, сказанное под влиянием благочестивого чувства, но смешное. Гвозди от креста Господа, из которых император (Augustus) Константин сделал удила для своего коня называются святыней Господней. Я предоставляю благоразумию читателя принять или не принять это; а мы перейдём к котлам, которые в доме Господнем будут, как бы чаши алтаря. Действительно, всякий котёл в Иерусалиме и в Иудее будет посвящён Господу всемогущему. Медные котлы пусть любят те, которые полюбили Египетские сосуды, мясо, дыни, чеснок, лук и огурцы (Чис. 11:5). А мы обратим те Иудейские котлы, в которых варилось жертвенное мясо, в чаши благоуханий перед алтарём Господним, о которых невеста говорит жениху: Брат мой спускается в сад мой к чашам благоуханий, чтобы пасти в садах и собирать лилии (Песн. 6:2). Сад и рай, в который сходит жених к невесте, есть чтение Священных Писаний; от них он собирает лилии, розы, фиалки и разнообразные благоухания, чтобы наполнить чаши душ верующих и совершить от них жертвенное приношение Господу. Когда котлы этого рода будут обращены в сосуды для Господа и будут говорить: Мы – благоухание Христово (2Кор. 2:15), и вместо тучных мяс начнут приносить в жертву разнообразные цветы добродетелей, тогда в Иерусалиме и у Иуды они будут священными для Бога всемогущего; мы уже неоднократно говорили, что Иерусалим значит видение мира, а Иуда – доверяющийся [полагающийся на Бога].
И придут все, приносящие в жертву, и возьмут их и будут варить в них; и не будет уже больше купца в доме Господа воинств в день тот
Вместо Хананеянина Акила, которому в настоящем случае последовали и мы, перевёл купца. Когда котлы обратятся в чаши, тогда все окрестные народы или те, которые останутся от всех народов, придут, чтобы приносить жертвы; и возьмут они котлы и будут варить в них жертвенное мясо, чтобы вкушать не сырое мясо ягнёнка, а только то, что после сожжения на огне всего жирного, подготовлено будет огнём для вкушения. Что такое чаши перед алтарём Господа, в которые обратятся Израильские котлы, об этом мы сказали и выше, скажем отчасти и теперь. Невеста в книге Песнь Песней восхваляет жениха своего: Щеки его – чаши благовонные (Песн. 5:13). Под щеками разумеется речь, льющаяся от Господа и распространяющая благовония разного рода; а распространение благоухания будет столь велико, что Господь сплетёт Себе бич из свидетельств Писания и выбросит из храма всех продающих и получающих и скажет им: Дом Отца Моего будет назван домом молитвы для всех народов; а вы сделали его домом торговли (Мф. 21:13). Некоторые к этому месту приспособляют слова пророка Даниила: Семя Ханаана, а не Иуды (Дан. 13:56) – хотя в Еврейском тексте и нет этого места, – а также слова пророка Осии о Ефреме: Причастник идолов Ефрем, положил начало соблазна у себя, призвал Ханаанитян, блудодеи предались блуду (Ос. 4:17–18); эти толкователи желают называть хананеянином и чужестранцем всякого блудодея, который, по их утверждению, должен быть изгнан из дома Божия.
Лопухин А.П.¶
Ст. 20-21 В то время даже на конских уборах будет начертано: "Святыня Господу", и котлы в доме Господнем будут, как жертвенные чаши перед алтарём. И все котлы в Иерусалиме и Иудее будут святынею Господа Саваофа, и будут приходить все приносящие жертву и брать их и варить в них, и не будет более ни одного Хананея в доме Господа Саваофа в тот день
Наступление времени всеобщего освящения
В заключение, пророк кратко изображает то время, когда исчезнет различие между священным и не священным, когда наступит время всеобщего освящения и полное уничтожение всего нечистого. Тогда на таких предметах, как конские уборы, можно будет начертать то же, что на первосвященнической повязке: святыня Господу (Исх XXVIII:36). Котлы при доме Господнем, в которых варилось жертвенное мясо, будут не менее священны, чем жертвенные чаши пред алтарём; и не только храмовые сосуды, имевшие различное назначение и различную степень святости, не будут более различаемы, но и вообще вся домашняя утварь в Иерусалиме и во всей Иудее сделается священною, и её позволительно будет употреблять при совершении священных обрядов. Таким образом, в ст. 20-21 изображается отмена левитского служения, которое все основано на различении между священным и не священным. Пророк Захария изображает здесь то время, когда точные предписания закона Моисеева о священном и не священном и о различных степенях святости, усвояемых предметам храмовой утвари, потеряют своё значение; когда наступит пора всеобщего освящения (Руж., Keil. 656-657). Вместе с тем, к дому Господа будет заграждён доступ упорствующим в язычестве или верующим только на словах, а по существу не отличающимся от хананеев. По св. Кириллу, "не будет хананея, т. е. иноплеменника и идолослужителя" (с. 232); по Феодориту, "не будет тот, кто мыслит по-хананейски, живёт в нечестии, поступает беззаконно" (с. 127). – Первую половину ст. 20 гл. XIV св. Ефрем Сирин кратко изъясняет так: "будет не война и раздражение, но святыня и мир" и сопоставляет это пророчество с Ис II:4 (с. 264, ср. Кир. 227). Этого понимания держатся и новейшие западные комментаторы. По выражению Велльгаузена, "кони – предмет досады для пророков" (цит. соч с. 203), но настанет время, когда они не будут более служить военным целям, а будут посвящаемы на служение Богу (Marti 455). - Некоторые из отцов исполнение пророчества Зах XIV:20а относят к определённому историческому факту из жизни Константина Великого. Григорий Турский, сообщая о судьбе гвоздей, найденных св. Еленою при кресте Спасителя, говорит относительно тех двух, которые были употреблены на устроение узды императорского коня: "небезызвестно, что о них предсказал Захария пророк, говоря: будет святынею Господнею то, что влагается в уста коня (Erit, quod in os equi ponitur, Sanctum Domini, – S. Georgii Florentii Gregorii Turoneusis episcopi opera omnia, ed. Migne, Patrol. 1. LXXI. Paris, 1849. Libri miraculorum, lib. I, cap. VI, col. 7:10; здесь же col. 7:10, g см. ссылку на других отцов). И по толкованию св. Кирилла, "ничего... нет несообразного, если... пророк Захария упоминает о достопамятном событии, и о боголюбивом, истинном и благочестивом царе, и о временах, посвящённых любви ко Христу; ибо украшение царских коней гвоздём, взятым от честного Креста, на что другое может указывать нам, как не на величайшее и истинно достославнейшее благочестие властителей?" (с 228). Блаж. Иероним, наоборот, подобное истолкование пророчества, хотя и приписывает влиянию благочестивого чувства, но называет смешным, предоставляя "благоразумию читателя принять или не принять" его (с. 193, ср. Luth. 360).
В день он будет еже во узде коня, свято Господу: будет не война и раздражение, но святыня и мир. О сем предвозвещал Исаия говоря: раскуют мечи своя на орала, и копия своя на серпы, и невозмет язык на язык меча (Ис. 2:4). Так, оба Пророка провидели пришествие Господа нашего. Конём именует Пророк, в смысле духовном, всякого раба Христова; уздою – божественные заповеди, которые, обуздывая сердца верующих, не дают им устремляться ко греху, как и узда удерживает коня и подчиняет его воле господина, то есть всадника.