Ветхий завет
- Пятикнижие
- Исторические книги
- Учительные книги
-
Псалтирь
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 - Пророческие книги
-
Послание Иеремии
-
Авдий
- Исторические книги
Новый завет
- Евангелия
- Деяния
- Соборные послания
-
2-е Иоанна
-
3-е Иоанна
-
Иуды
- Послания апостола Павла
-
К Филимону
- Откровение
Зах. 1:8
Лопухин А.П.¶
видел я ночью: вот, муж на рыжем коне стоит между миртами, которые в углублении, а позади него кони рыжие, пегие и белые
Видение первое: всадник между миртами и кони различных цветов
Откровение посредством видений происходило ночью, но это были не сновидения, а экстатические созерцания в бодрственном состоянии; это состояние пророческого прозрения было как бы пробуждением от обычного состояния человека, которое сам пророк сравнивает с состоянием сна (IV:1). Можно полагать, что к такому состоянию Захарию привело напряжённое размышление о судьбах избранного народа, как это было с Моисеем в пустыне и с другими пророками. - Пророк видит мужа, восседающего на рыжем коне, между миртами, которые в углублении. Толкователи пытаются выяснить значение миртовых деревьев в смысле образа еврейской Церкви, скромной и неприметной для взора, но цветущей и благоухающей даже в тяжёлые времена каково было время Вавилонского плена (Тарг. Ионаф. имеет: между миртовыми деревьями, которые в Вавилоне; Keil 527:, Ружем. 17:8, Глаг. 17:0). Но вероятнее признать здесь порчу масоретского текста, так как LXX читают здесь (и в ст. 10-11): ana meson twn orewn twn kataskiwn, т. е. вместо hahad-hassim-heharim (горы); чтение LXX, вместе со многими исследователями, можно признать более правильным и на том, между проч., основании, что тогда получится полное соответствие с восьмым видением колесниц, выходящих из ущелья между двумя горами (VI:1; Мarti 402). - За всадником находятся кони рыжие, пегие (Венск.: гнедые) и белые; из дальнейшего (ст. 11) можно заключить, что кони эти имели всадников; хотя можно видеть исполнителей воли Божией и в самих конях. Цвета коней, без сомнения, имеют символическое значение, как указание на те бедствия, которыми поразит Господь народы, живущие в безопасности и благополучии и потому не имеющие страха пред Богом (ст. 15). - Муж на рыжем коне не есть предводитель, находившихся позади его коней; в ст. 10 он не включает себя в число тех, которых Господь послал обойти землю; а из ст. 11 видно, что этот муж есть Ангел Господень, которому кони (или всадники) дают отчёт в исполнении порученной им миссии (см. Глагол. , с. 169, пр. 1). В видении первом выводятся действующими, в образе коней различных цветов, без сомнения, Ангельские силы (Феод. 7:1), низшие Ангела Иеговы и исполняющие волю Иеговы. Среди прочих небесных сил, упоминаемых, в книге пророка Захарии, Ангел Иеговы занимает высшее, преимущественное положение, как видно уже из видения первого. По замечанию проф. Глаголева, в видении четвёртом (гл. III) "Ангел Иеговы является несомненно божественною личностью, имеющею власть, подобно Богу, прощать грехи" (с. 17:1). Составитель особой монографии о ветхозаветном Ангеле Иеговы Ролинг, в начале своего исследования, указывая на то значение, какое имеет ветхозаветное учение об Ангеле Иеговы, приводит выражение Штольберга, по которому "и Церковь ветхозаветная - есть Церковь вочеловечившегося Бога" (Lie. Aug. Roling, Ueber den Iehovaongel des Alten Testaments, Tubingen, 1866. S. 3). Книгою пророка Захарии эта мысль Штольберга подтверждается вполне: Ангел Иеговы здесь является Лицом Божеским, в конце времён вочеловечившимся Сыном Божиим. По толкованию первого видения пророка Захарии у блаж. Иеронима, "муж, восходивший на коня рыжего есть Господь Спаситель, Который, принимая домостроительство плоти нашей, слышит в книге пророка Исаии: Почему красны одежды твои (Ис LXIII:2; с. 12).
Ст. 8–13 Видел я ночью: и вот муж, восходящий на коня рыжаго и стоящий между миртовыми деревьями, которыя были в углублении, а за ним кони рыжие, пегие и белые, и сказал я: «Господи мой! Кто они?» И сказал мне ангел, который говорил во мне: «Я покажу тебе, что это значит». И отвечал муж, стоявший между миртами и сказал: «Это те, которых послал Господь, чтобы они обходили землю». И отвечали ангелу Господню, который стоял между миртами, и сказали: «Мы обошли землю и вот вся земля, населена и находится в мире». И отвечал ангел Господень и сказал: «Господи воинств! Доколе Ты не умилосердишься над Иерусалимом и городами Иуды, на которые Ты разгневался. Вот [уже] семидесятый год». И отвечал Господь ангелу, который говорил во мне, слова благие, слова утешительные
Сначала будем рассуждать об истории. Я видел, – говорят, – ночью, – не днём, как Моисей, видевший Бога лицом к лицу, и Исаия, который говорил: Я видел Господа на престоле высоком и превознесённом (Ис. 6:1); это было ещё прежде, чем народ отводится в плен и разрушены были храм и Иерусалим; а для народа, ещё подверженного бедствиям рабства, [пророк] во тьме созерцает то, что видит относительно его. И вот муж, восходящий на коня рыжего. Под ним Евреи разумеют Ангела Михаила, который есть мститель за неправды и грехи Израиля. А то, что он стоял между миртами, находящимися в глубине [они понимают так]: под миртами хотят видеть пророков и святых, которые ходили среди пленного народа и были в глубине; а за мужем, т. е. Михаилом, следовали кони рыжие, пёстрые и белые в постепенном, как думают они, порядке; так что белые обозначают Мидян и Персов, так как под их властью плен прекратился и восстановлен храм; пёстрые обозначают Македонян, из которых одни были друзьями, другие преследователями (об этом говорит последнее видение Даниила (Дан. 8) весьма подробно); рыжие же обозначают царство жестоких и кровожадных Римлян, которое погубило народ и разрушило храм, – А другие, сохраняя указанный в Писании порядок, под мужем, который восходил на коня рыжего и под конями рыжими, пёстрыми и белыми разумеют четыре царства. Первое и второе – кровавые царства Ассириян и Халдеев, из которых первые при Салманассаре отвели в плен десять колен; а вторые [покорили] Иуду и Вениамина, сжегши Иерусалим и разрушивши храм. Под третьими и четвёртыми, [т.е.] под пёстрыми и белыми, по их мнению, разумеются Мидяне и Персы, из которых одни были снисходительны, как Кир и Дарий, сын Гистаспа, и Ассуер, которого Греки называют Артаксерксом, и при котором совершается история Эсфири; а другие жестоки, как Камбиз и остальные. Итак, пророку, видящему мужа, восходящего на коня рыжего, и за ним коней рыжих, пёстрых и белых, но не знающему, что именно он видел и желающему знать смысл видения своего и говорящему: «Кто они, Господи», Ангел, говоривший в нем, обещает эго сказать; а так как он молчит, то муж, стоявший между миртами, рассказывает. Это суть царства, которым Господь повелел обойти вокруг земли и подчинить се своей власти. Потом ангелы, которые начальствовали над царствами и народами, приходят не к кому либо иному, а к самому истинному Ангелу Господню, Который стоял между миртами; они говорят: Мы обошли всю землю, и вот вся земля населена и спокойна. Смысл такой: Под нашею властью все царства находятся в безопасности и в мире, и никакие [из них] не подвергаются угнетению. Вследствие такого ответа ходатайствовавший за Израиля ангел получает случай просить о народе и говорит Господу: «Так как вся земля находится в спокойствии и мире, то почему, Господи, Ты не умилосердишься над Израилем и городами Иуды, когда время пленения, согласно назначению Твоему, вполне окончилось?» И отвечает Господь ангелу, говорившему в пророке, слова благие, слова утешения: благие об обетованиях будущего, утешительные – о необходимости настоящего. – Это буквальный смысл, чтобы не показалось, что наши скрывают то, чему мы научились от преподавателей иностранного языка. Впрочем, учители Церквей под ночью, в которую получается видение, разумеют неясность таинственного видения, ибо Господь положил мрак покровом Своим (Пс. 17:12), и у Семидесяти о Нем говорится: Бездна, как одеяние покров Его (Пс. 103:6). А муж, восходивший на коня рыжего есть Господь Спаситель, Который, принимая домостроительство плоти нашей, слышит в книге пророка Исаии: Почему красны одежды твои (Ис. 63:2). Тот, Который здесь пленному народу показывается, как красный, в Откровении Иоанна описывается, как одетый в белые одежды и сидящий на белом коне (Откр. 3:5, 6:2). А сказанное о том, что Он стоял между двумя горами тенистыми (хотя в Еврейском не имеется слова двумя) понимают в отношении к ветхому и новому Завету (Instrumentum), который считается покрытым густейшей листвой, лесом и тенистыми рощами, ибо смысл его окутан многой таинственностью. Под миртовыми деревьями, которые были в глубине, и среди которых описывается Он стоящим, понимают ангельские силы, служившие Ему даже в принятом Им теле. Конечно, с другой стороны, под горами (выбросим не находящееся в Писании слово два) вообще и без указания определённого числа мы можем разуметь весьма многих святых, – апостолов и мужей апостольских, – о которых говорится, как об исходивших весь мир, [подобно коням, которые были] рыжие, пёстрые и белые. Из этих мужей одни были увенчаны мученичеством и называются красные; другие, по разнообразию знамений, по делам и учению, называются пёстрыми; третьи приняли награду за девственность, чистоту догматов и непорочность сердца, которое зрит Бога. Затем пророк спрашивает того же мужа и ангела, который стоял между миртовыми деревьями и говорил: Кто они [или: что это] Господи мои, и Ангел, говоривший в нем, т. е. чувство пророческое обещает показать [смысл того] что созерцается [или: созерцает] в видении. И хотя он обещал, но отвечает [на вопрос] не сам, а другой, стоявший между миртами, [который] и говорит: Это те, которых Господь послал, чтобы они обошли вокруг земли. Действительно, апостолы были посланы Господом, чтобы наполнить весь мир проповедью Евангелия, и по совершении [этого] дела возвратились к Ангелу Великого Совета, стоявшему среди тех, которые говорили вместе с Апостолом: Мы есмы Христово благоухание в тех, которые спасаются и в тех, которые погибают (2Кор. 2:15), и среди народов того и другого призывания. И сказали они к нему: «Мы обошли землю, исполнили дело, которое назначено нам, и вот вся земля населена и находится в тишине, – земля, прежде бывшая опустошённою от Бога; она спокойна от войн, от нападений со стороны пороков и грехов; ибо она приняла наследие Господа, возвращающегося ко Отцу и говорящего: Мир Мой даю вам, мир Мон оставляю вам (Ин. 14:27)». А то, что в видении испрашивается полное милосердие, т. е. чтобы с наступлением семидесятого года Господь умилосердился над Иерусалимом и городами Иуды, приводит [нас] к такому пониманию: Прежде чем наступает полный мир и субботствование и исполняется число семи десятков, т. е. [оканчивается] семидесятый год, ни Иерусалим, – обозначающий видение мира, – т. е. церковь не получит полной свободы, ни города Иуды, т. е. души, верующие в Господа. Наконец, Господь обещает в словах благих, в словах утешения то, что ныне мы видим отчасти и отчасти пророчествуем (1Кор. 13:9), а когда наступит совершенное, тогда бывшее отчасти прекратится, и мы освобождённые от Вавилона века сего будем восклицать: Когда Господь возвращал плен Сиона, мы были как бы утешенные (Пс. 125:1).