Ветхий завет
- Пятикнижие
- Исторические книги
- Учительные книги
-
Псалтирь
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 - Пророческие книги
-
Послание Иеремии
-
Авдий
- Исторические книги
Новый завет
- Евангелия
- Деяния
- Соборные послания
-
2-е Иоанна
-
3-е Иоанна
-
Иуды
- Послания апостола Павла
-
К Филимону
- Откровение
Втор. 15:9
берегись, чтобы не вошла в сердце твоё беззаконная мысль: "приближается седьмой год, год прощения", и чтоб от того глаз твой не сделался немилостив к нищему брату твоему, и ты не отказал ему; ибо он возопиет на тебя к Господу, и будет на тебе грех;
Лопухин А.П.¶
берегись, чтобы не вошла в сердце твоё беззаконная мысль: "приближается седьмой год, год прощения", и чтоб от того глаз твой не сделался немилостив к нищему брату твоему, и ты не отказал ему; ибо он возопиет на тебя к Господу, и будет на тебе грех
См. Толкование на Втор. 15:1
Ссылка на другое толкование.
Внемли себе: да не будетъ слово тайно в сердцы твоем беззакония, глаголя: близ есть седмое лето, лето отпущения, и возлукавнует око твоё брату твоему требующему, и не даси ему, и возопиет на тя ко Господу, и будет тебе грех велик
внемли себе: да не будет слово тайно в сердце твоём беззакония. Мы человеки удобопреклонны ко грехам, совершаемым мыслью, потому Создавый на едине сердца (Пс.32,15) наши, зная, что большая часть греха совершается в стремлении произволения, прежде всего повелел нам иметь чистоту во владычественном души (В разуме.). Ибо, чем всего чаще и удобнее погрешаем, то и удостоил наибольшего охранения и попечения. Как предусмотрительнейшие врачи заранее приводят в безопасность немощные тела предохранительными предписаниями: так общий Попечитель и истинный Врач душ, что видел в нас наиболее поползновенным ко греху, то и оградил крепчайшими стражами. Ибо действия телесные требуют времени, удобного случая, трудов, помощников и прочих пособий, а движения мысли происходят не в продолжение времени, совершаются без труда, составляются без усилий, всякое время для них удобно. Поэтому блюдись, да не будет слово тайно в сердце твоём беззакония. Ибо воззревший на жену, ко еже вожделети, уже любодействова в сердце своём (Мф.5,28), потому что телесные действия имеют много препятствий, а кто грешит произволением, у того грех совершен быстротою мыслей. Посему, где падение скоро, там дано нам и скорое охранение. Ибо засвидетельствовано: да не будет слово тайно в сердце твоём беззакония. Но обратимся лучше к самому началу слова.
Сказано: внемли себе. Всякое живое существо, от устроившего все Бога, имеет в себе побуждения к охранению своего собственного состава. И если прилежно станешь изучать, то найдёшь, что большая часть безсловесных не учась имеют отвращение от вредного, и опять, по какому-то естественному влечению спешат к наслаждению полезным. Потому и нам обучающий нас Бог дал сию великую заповедь, чтоб в пособии разума нашли мы то, что у них есть от природы, и чтобы то, что безсловесными делается без размышления, у нас совершалось со вниманием, при непрестанном напряжении разсудка, и мы были исправными хранителями данных нам от Бога побуждений, бегая греха, как безсловесные избегают ядовитого в снедях, и гонясь за правдою, как и они отыскивают в траве питательное. Поэтому внемли себе, чтобы мог ты различать вредное от спасительного.
Но поелику внимать можем двояко, или телесными очами всматриваться в предметы видимые, или умною силою души погружаться в созерцание бесплотного, то, если скажем, что заповедь сия ограничивается действием очей, тотчас изобличим её невозможность. Ибо как человеку всего себя обнять глазом? Глаз не может устремить своего зрения сам на себя, он не досязает до темени, не знает ни хребта, ни лица, ни расположения внутренностей в утробе. Но нечестиво утверждать, что заповеди Духа невозможны. Потому остаётся разуметь заповедь сию об умственном действовании. Итак внемли себе, то есть, осмотри себя со всех сторон, для охранения себя содержи неусыпным душевное око. Посреди сетей минуеши (Сир.9,18), врагом во многих местах поставлены скрытые тенёта. Поэтому все осматривай, да спасешися, аки серна от тенёт, и яко птица от сети (Притч.6,5). Серна неуловима тенётами, по остроте зрения, почему и имя получила от свойственной ей острозрительности [греч. слово серна происходит от слова вижу]. А птица, когда она внимательна, по лёгкости крыльев становится выше злоухищрения ловцов. Поэтому смотри, не окажись худшим безсловесных в охранении себя самого, и запутавшись в сетях, не сделайся добычею диавола, будучи жив уловлен от него в свою его волю (2Тим.2,26).
Итак внемли себе, то есть, внемли не тому, что твоё и что около тебя, но одному себе, ибо иное - мы сами, иное - принадлежащее нам, а иное - что около нас. Душа и ум - это мы, поколику сотворены по образу Создавшего, тело и приобретаемые посредством него ощущения - это наше, около же нас - имущества, искусства и прочие удобства жизни. Поэтому что значить слово сие? Не плоти внемли, не за плотскими благами гонись всеми мерами, то есть, за здравием, красотою, наслаждением удовольствиями и долголетием, уважай не деньги, не славу, не владычество, не то почитай великим, что служит для временной жизни, и в попечении о сем не будь нерадив о преимущественной своей жизни. Но внемли себе, то есть, душе своей. Её украшай, о ней заботься, чтобы своею внимательностью предотвратить всякую нечистоту, сообщаемую ей пороком, очистить её от всякого греховного срама, украсить же и просветлить её всякою красотою добродетели. Испытай себя самого, кто ты, познай свою природу, познай, что тело твоё смертно, а душа безсмертна: что жизнь наша двояка: одна, свойственная плоти, скоропреходяща, а другая, сродная душе, не допускает предела. Поэтому, внемли себе, не останавливайся на смертном, как на вечном, и не презирай вечного, как преходящего. Не радей о плоти, потому что преходит, заботься о душе, существе безсмертном. Со всевозможным тщанием вникай в себя самого, чтобы уметь тому и другому дать полезное: плоти - пропитание и покровы, а душе - догматы благочестия, благопристойное образование, упражнение в добродетели, исправление страстей, чтобы не утучнять тебе тела, не стараться о множестве плоти. Но поелику плоть похотствует на духа, дух же на плоть: сия же друг другу противятся (Гал.5,17), то смотри, чтоб тебе, прилепившись к плоти, не уступить большего владычества худшему. Как при взвешивании на весах, если обременишь одну чашку, то непременно сделаешь лёгкою другую противоположную ей, так бывает с телом и душою: избыточество в одном делает необходимым оскудение в другом. Когда тело в добром состоянии и обременено тучностью, тогда уму необходимо быть слабым и недостаточным для свойственных ему действований. А когда душа благоустроена и размышлением о благах возвышена до свойственного ей величия, тогда следствием сего бывает увядание телесных сил.
Одна и та же сия заповедь полезна немощным и всего пригоднее крепким. В болезнях врачи советуют больным быть внимательными к себе самим и не пренебрегать ничем служащим к уврачеванию. Но подобным сему образом и слово, врач душ наших, сим малым пособием исцеляет страждущую грехом душу. Поэтому внемли себе, чтобы по мере прегрешения получить тебе пособие от врачевания. Грех твой велик и тяжек? Тебе нужны долгая исповедь, горькие слезы, усильное бодрствование, непрерывный пост. Грехопадение легко и сносно? Пусть уравняется с ним и покаяние. Только внемли себе, чтобы знать тебе здравие и болезнь души. Ибо многие от чрезмерного нерадения, впав в великие и неисцельные болезни, не знают даже и того, что они больны.
Велика польза сей заповеди и укрепившимся для деятельности, так что она одна и больных врачует, и здоровых усовершает. Ибо каждый из нас, учеников Слова, есть служитель одного какого-нибудь дела из предписанных нам Евангелием. В велицем дому, в этой Церкви, суть не точию всякие сосуды, злати и сребряни, древяни и глиняни (2Тим.2,20), но и всякого рода искусства. Дом Божий, яже есть Церковь Бога жива (1Тим.3,15), имеет своих ловцов, путешественников, зодчих, домостроителей, земледельцев, пастырей, подвижников, воинов. Всем пригодно сие краткое изречение, влагая в каждого точность в деле и ревность произволения. Ловец ты, посланный Господом, сказавшим: се Аз послю многи ловцы, и уловят их на всякой горе (Иер.16,16)? Внемли, же прилежно, чтоб не убежала у тебя добыча, и чтобы тебе одичавших в грехе, уловив словом истины, привести к Спасителю. Путник ты, подобный молящемуся: стопы моя направи (Пс.118,133)? Внемли себе, не совращайся с пути, не уклоняйся направо или налево, иди путём царским. Зодчий полагай надёжно основание веры, которое есть Иисус Христос. Домостроитель смотри, как созидать тебе не дрова, не сено, не тростие, но злато, сребро, камение честное (1Кор.3,12). Пастырь внемли, чтобы не опустить какой обязанности, возлагаемой пастырским званием. Какие же это обязанности? Заблудшее обрати, сокрушенное обвяжи, больное уврачуй. Земледелатель окопай безплодную смоковницу и обложи тем, что помогает плодородию. Воин спостражди благовествованию (2Тим.1,8), воинствуй доброе воинство (1Тим.1,18) против духов злобы, против страстей плоти, восприими вся оружия Божия (Еф.6,11), не обязуйся куплями житейскими, да воеводе угоден будеши (2Тим.2,4). Подвижник внемли себе, чтоб не преступить какого-либо из подвижнических законов, ибо никто не венчается, аще законно не будет подвизатися (2Тим.2,5). Подражай Павлу и текущему, и борющемуся, и подвизающемуся. И сам, как добрый подвижник, имей не развлечённый взор души, те места, в который удар смертелен, защищай, закрывая руками, не своди глаз с противника. В беге простирайся в предняя (Фил.3,13), тако тецы, да постигнеши (1Кор.9,24). В борьбе ратоборствуй с невидимыми врагами. Слово требует, чтобы таков ты был в жизни, не упадал в духе, не предавался сну, но трезвенно и бодрственно стоял за себя.
Не достанет мне дня, если буду описывать и занятия споспешествующих благовествованию Христову, и силу сей заповеди, сколько она пригодна для всех. Внемли себе: будь трезвен, разсудителен, храни настоящее, промышляй о будущем. Не упускай из рук, по безпечности, того, что уже есть, чего же ещё нет, может быть и не будет, не предполагай в том наслаждения, как будто оно уже в руках. Посему слово, останавливая легкомыслие сердца и надмение помыслов и как бы некоторою уздою сдерживая непостоянство мысли, даёт сию великую и мудрую заповедь, говоря: внемли себе, не предполагай несуществующего, но располагай настоящим к пользе своей.
Думаю же, что законодатель употребляет сие увещание и для искоренения следующей обычной вам страсти. Поелику каждому из нас легче любопытствовать о чужом, нежели разсматривать своё собственное, то, чтобы не случилось этого с нами, сказано: перестань со тщанием наблюдать пороки в другом, не давай занятия помыслам испытывать чужие немощи, но себе внемли, то есть, обрати душевное око на собственное исследование себя самого. Ибо многие, по слову Господню, чуят сучец, иже во оце брата, бревна же, еже есть во оце их, не видят (Мф.7,3). Поэтому не переставай исследывать себя самого, точно ли ведёшь ты жизнь по заповеди, но не смотри на внешнее, чтоб можно тебе было найти в ком-нибудь достойное порицания, по примеру этого жестокого и высокомерного Фарисея, который стоял, оправдывая себя и уничижая мытаря.
Итак внемли себе. Если ты благоденствуешь, живёшь светло, и вся жизнь твоя несётся попутным ветром, это изречение будет тебе полезно, как добрый советник, напоминающей о судьбе человеческой. И если ты угнетён обстоятельствами, благовременно будешь им услаждать сердце, чтобы тебе от кичливости не превознестись до непомерной гордыни, и с отчаяния не впасть в малодушное уныние. Гордишься ты богатством, величаешься предками, восхищаешься отечеством, красотою телесною, воздаваемыми от всех почестями? Внемли себе, что ты: смертен, что земля еси и в землю отъидеши (Быт.3,19). Посмотри на тех, которые прежде тебя жили в подобной знатности. Где облечённые гражданским могуществом. Где непреоборимые витии? Где распоряжавшие народными собраниями, знаменитые содержатели коней, военачальники, сатрапы, властители? Не все ли прах? Не все ли баснь? Не малое ли число костей осталось памятником их жизни? Загляни в гробы, возможешь ли различить, кто слуга и кто господин, кто бедный и кто богатый? Отличи, ежели есть у тебя возможность, узника от царя, крепкого от немощного, благообразного от безобразного. Поэтому, помня свою природу, никогда не превознесешься. Будешь же помнить себя, если внемлешь себе.
Если внемлешь себе, то все сие и ещё большее найдёшь около себя, и как насладишься настоящим, так не будешь малодушествовать в скудости. Сия заповедь, повсюду находясь перед твоими глазами, будет подавать великую помощь. Например, гнев овладел твоим разсудком, и раздражительность вовлекла тебя в неприличные речи, в жестокие и зверские поступки? Если внемлешь себе, и усмиришь гнев, как упрямого и не терпящего узды молодого коня, поражая его, как бичом, ударом сего слова, то удержишь и язык, не возложишь и рук на огорчившего. Опять, худые пожелания, распаляя твою душу, ввергают её в неудержимые и нечистые стремления? Если внемлешь себе, и помнишь, что это, в настоящем для тебя сладостное, будет иметь горький конец, это, ныне от удовольствия происходящее в нашем теле, щекотание породит ядовитого червя, который будет безконечно мучить нас в геенне, и что это разжжение плоти будет матерью вечного огня, - то удовольствия, обращённые в бегство, тотчас исчезнут, и в душе произойдёт какая-то чудная внутренняя тишина и безмолвие, подобно тому, как в присутствии целомудренной госпожи умолкает шум резвых служанок. Поэтому внемли себе и знай, что госпожа - разумная и духовная сила души, а служанки - сила страстная и неразумная, и что первой по природе принадлежит господство, а последние должны повиноваться и покоряться разуму. Итак не попускай, чтобы когда-нибудь порабощённый ум стал слугою страстей, и опять, не позволяй страстям возставать против разума и присвоять себе владычество души.
Внемли, если угодно тебе, по разсмотрении души, и устройству тела, и подивись, какое приличное виталище устроил разумной душ наилучший Художник. Из всех животных одному человеку дал Он прямое положение тела, чтобы по самому наружному виду мог ты разуметь, что жизнь твоя ведёт начало свыше. Все четвероногие смотрят в землю и потуплены к чреву, а у человека взор отверст к небу, чтоб не предавался чреву и плотским страстям, но имел всецелое стремление к горнему шествию. Потом, поместив голову на самом верху тела, Бог водрузил в ней наиболее достойные чувства. Там зрение, слух, вкус, обоняние, все они размещены вблизи друг от друга. И при таком стеснении их в малом пространстве, ни одно не препятствует действованию соседнего с ним чувства. Глаза заняли самую высшую стражу, чтобы ни одна часть тела не преграждала им света и, чтобы, находясь под небольшим прикрытием бровей, они могли прямо устремляться с горней высоты. Опять, слух открыт не по прямой черте, но звуки носящиеся в воздух принимает в извитый ход. И высочайшая премудрость видна в том, что и голос проходит безпрепятственно, или, лучше сказать, звучит, преломляясь в изгибах, и ничто отвне привходящее не может быть препятствием ощущению. Изучи природу языка, как он нежен и гибок и по разнообразию движений достаточен для всякой потребности слова. Зубы суть вместе и орудия голоса, доставляя крепкую опору языку, и вместе служат при вкушении пищи, одни разсекают, другие измельчают её. И таким образом, разсматривая все с надлежащим разсуждением, и изучая втягивание воздуха лёгкими, сохранение теплоты в сердце, орудия пищеварения, проводники крови, во всем этом усмотришь неизследимую премудрость своего Творца, так что и сам ты скажешь с пророком: удивися разум Твой от мене (Пс.138,6).