Ветхий завет
- Пятикнижие
- Исторические книги
- Учительные книги
-
Псалтирь
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 - Пророческие книги
-
Послание Иеремии
-
Авдий
- Исторические книги
Новый завет
- Евангелия
- Деяния
- Соборные послания
-
2-е Иоанна
-
3-е Иоанна
-
Иуды
- Послания апостола Павла
-
К Филимону
- Откровение
Суд. 11:30
Блж. Иероним Стридонский¶
Ст. 30-31 И дал Иеффай обет Господу и сказал: если Ты предашь Аммонитян в руки мои, то по возвращении моем с миром от Аммонитян, что выйдет из ворот дома моего навстречу мне, будет Господу, и вознесу сие на всесожжение
И поскольку он [Иовиниан] отдаёт предпочтение верности отца Иеффая [обету], а не слезам девственной дочери, то это соответствует нашему взгляду. Ведь мы не столько проповедуем девственниц мира, сколько дев Христа ради. И большинство Иудеев порицают отца за опрометчивость обета: если Ты предашь Аммонитян в руки мои, то по возвращении моем с миром от Аммонитян, что выйдет из ворот дома моего навстречу мне, будет Господу, и вознесу сие на всесожжение. А если бы, говорят они, это была собака, а если осёл, то что бы он стал делать? Их мнение таково, что Бог так устроил события, чтобы давший опрометчивый обет осознал свою неправоту через смерть дочери.
Блж. Августин¶
Ст. 30-31 И дал Иеффай обет Господу и сказал: если Ты предашь Аммонитян в руки мои, то по возвращении моем с миром от Аммонитян, что выйдет из ворот дома моего навстречу мне, будет Господу, и вознесу сие на всесожжение
И написано об этом так: И дал Иеффай обет Господу и сказал: если Ты предашь Аммонитян в руки мои, то по возвращении моем с миром от Аммонитян, что выйдет из ворот дома моего навстречу мне, будет Господу, и вознесу сие на всесожжение (Суд. 11:30-31). Этими словами своего обетования Иеффай не обещал какое-либо животное из тех, которые мог принести на всесожжение по закону. И нет также, и не было такого обычая, чтобы победно возвращающимся с войны полководцам выходили навстречу животные. Что же касается тварей бессловесных, то псы часто выбегают навстречу своим хозяевам и заискивающе мчатся им вслед. Но Иеффай не мог помышлять о собаках, поскольку это выглядело бы уже не только как обетование незаконное, но также презренное и нечистое с точки зрения закона. И такая жертва могла бы послужить оскорблением Господу. И также он не говорит: что ни выйдет из ворот дома моего навстречу мне, будет Господу, и вознесу сие на всесожжение. А говорит Иеффай следующее: что выйдет из ворот дома моего навстречу мне, будет Господу, и вознесу сие на всесожжение. Следовательно, не остаётся сомнения в том, что он с самого начала помышлял о человеческом существе; хотя, пожалуй, не о своей единственной дочери. Но кто только смог бы превзойти её в глазах отца, за исключением, разве что, его супруги?
Лопухин А.П.¶
И дал Иеффай обет Господу и сказал: если Ты предашь Аммонитян в руки мои
См. Толкование на Суд. 11:29
Ст. 30-31 И дал Иеффай обет Господу и сказал: если Ты предашь Аммонитян в руки мои, то по возвращении моем с миром от Аммонитян, что выйдет из ворот дома моего навстречу мне, будет Господу, и вознесу сие на всесожжение
Люди подражают тому, кто делает благие дела, однако не из любви к этим благим делам, но по своей выгоде. <...> Царь Моавитский принял к сведению послание от Иеффая. Но из-за того, что он убил первенца, а это был человек, но не животное, Господь сжалился над ним, ибо сделал он это от отчаяния, а не из любви. В случае же Иеффая, если бы ему первым повстречался один из его слуг, он бы убил его. Но для того, чтобы люди не приносили в жертву своих собственных собратьев, он велел своей дочери встретить его, дабы другие, давая обет Господу, опасались, как бы это не коснулось людей.