Ветхий завет
- Пятикнижие
- Исторические книги
- Учительные книги
-
Псалтирь
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 - Пророческие книги
-
Послание Иеремии
-
Авдий
- Исторические книги
Новый завет
- Евангелия
- Деяния
- Соборные послания
-
2-е Иоанна
-
3-е Иоанна
-
Иуды
- Послания апостола Павла
-
К Филимону
- Откровение
Пс. 138:14
Славлю Тебя, потому что я дивно устроен. Дивны дела Твои, и душа моя вполне сознаёт это.
Блж. Феодорит Кирский¶
Исповемся Тебе, яко страшно удивился еси: чудна дела Твоя, и душа моя знает зело
Посему, продолжаю песнословить Тебя, Твоими великими делами озаряемый и возбуждаемый к песнопению.
Лопухин А.П.¶
Исповемся тебе, яко страшно удивился еси: чудна дела твоя, и душа моя знает зело
См. Толкование на Пс. 138:13
Ссылка на другое толкование.
Исповемся тебе, яко страшно удивился еси: чудна дела твоя, и душа моя знает зело
Что это значит? Ты создал меня, говорит, но я не знаю, как создал; Ты промышляешь, но я не могу обнять умом всего Твоего промышления; Ты везде присутствуешь, но я не постигаю и этого; Ты знаешь будущее, и прошедшее, и тайны души человеческой, но я и этого не могу понять умом своим, так как Ты изменяешь природу вещей и устрояешь, что они, сохраняя свою природу, являют действия противоестественные и притом как бы свои собственные и свойственные им по природе.
Соединив все это вместе, вдохновенный пророк громко воскликнул: «буду исповедовать Тебя, ибо Ты явился страшно дивным», т.е. Ты явился дивным, Ты – дивен. «Чудны дела Твои, и душа моя знает (их) близко». Что я говорю, продолжает он, о Тебе, когда и совершаемое Тобою заключает в себе много дивного? Затем, не перечисляя всего и ограничиваясь собственным знанием, говорит: «и душа моя знает (их) близко»; не просто знает, но сильно, крепко. Если знает, то, как же он прежде говорил: «дивно ведение Твоё для меня: мощно! Не могу (постигнуть) его»? Это сказано о самом Боге, а то – о делах Его; если же и то сказано о Нем, то мы так можем понимать: он знает, что Бог дивен, велик, высок, но того, что Он по существу, – я опять повторю тоже, – каково Его величие и как принадлежит Ему все упомянутое, не знает. Между тем такое незнание есть доказательство знания, хотя и странны слова мои. Так и моря мы не знаем, как оно пространно, и, однако, потому самому особенно и знаем море, что не знаем меры его. Если же кто скажет, что он знает, как велико море, тот именно и не знает его. Таким образом, бывает объявление знания, которым обличается незнание, и бывает незнание, которое свидетельствует нам о знании.