Ветхий завет
- Пятикнижие
- Исторические книги
- Учительные книги
-
Псалтирь
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 - Пророческие книги
-
Послание Иеремии
-
Авдий
- Исторические книги
Новый завет
- Евангелия
- Деяния
- Соборные послания
-
2-е Иоанна
-
3-е Иоанна
-
Иуды
- Послания апостола Павла
-
К Филимону
- Откровение
Иоил. 1:4
Блж. Иероним Стридонский¶
оставшееся от гусеницы ела саранча, оставшееся от саранчи ели черви, а оставшееся от червей доели жуки
Двенадцать пророков, заключённые в тесных пределах одного тома, предызображают гораздо более, чем даёт буквальный смысл. Осия часто упоминает о Ефреме, Самарии, Иосифе, Израиле, о жене блуднице и чадах блуда, о заключённой в ложе мужа прелюбодейке, которая долгое время сидит как вдова и в одежде плача ждёт возвращения мужа. Иоиль, сын Вафуилов, изображает землю двенадцати колен опустошённою саранчею, червями и хлебной ржавчиной и пророчествует о том, как по их отвержении изольётся Дух Святой на рабов и рабынь Божиих так же, как на сто двадцать верных излился Дух Святой в горнице Сионской.
За вступлением следует изложение. Там, чтобы возбудить внимание слушатели, пророк обещал сказать нечто великое и неимоверное, чего не знала древняя история и чего не было в настоящее время; здесь он говорить о гусенице, саранче, червях и рже, из которых каждое в отдельности является редко, но он указывает на неё это, как на бывшее одновременно, что́ придаёт этому необычайный характер. Под гусеницей, которая по-еврейски называется gezem и по-гречески κἀμπη, евреи понимают ассирииян, вавилонян и халдеев, которые, приходя из одной и той же страны, опустошали всю страну как десяти, так двух колен, то есть народа израильского. Под саранчей они понимают мидян и персов, которые, разрушив халдейское государство, взяли в плен иудеев; а под червями македонян и всех преемников Александра, и в особенности царя Антиоха, именуемого Епифаном, который подобно червю засел в Иудее и доел все, оставшееся от прежних царей, и при котором были войны Маккавеев. Ржу они относят к империи римлян, которые, [пришедши] четвёртыми и последними, довели иудеев до такого угнетения, что изгнали их из своих пределов. Это подробно описывает Иосиф в семи книгах, говоря о триумфах Веспасиана и Тита. Мы читаем также о походе Адриана против иудеев, который настолько разрушил Иерусалим и его стены, что на развалинах и пепле города построил город по своему имени, Элию. Обь этих четырёх царствах, разрушивших Иудеио, Захария пишет, что он видел их в образе четырёх рогов, как говорит ему ангел: сии рози, расточившии Иуду, и Исраиля и Иерусалима (Зах. 1, 19), и ещё: возведох очи мои, и видех, и се четыри колесницы, исходящия из средины двоих гор, горы же те быша горы медяны. В колеснице первей кони рыжы, и в колеснице вторей кони врани, и в колеснице третией кони белы и в колеснице четвертей кони пёстры, сильные (Зах. 6, 1–3). И когда пророк спросил ангела, говорившего к нему: что сия суть, господи? то ангел ответил: сия суть четыри ветри небеснии, иже исходят предстати Господу всея земли (Зах. 6, 4–5). Смысл же этого следующий: это те, кои выходят от лица Господа, чтобы исполнить волю Его. Вместе с жителями земли мы восприняли ушами, что́ означают гусеница, саранча, черви, ржа; теперь вместе с старцами будем слушать сказанное. Все школы философов утверждают, что есть четыре волнения (perturbationes), которыми раcстроивается душевное здоровье. Два относятся к настоящему и противоположны одно другому; два относятся в будущему и находятся в взаимной борьбе. К настоящему относятся скорбь и радость. Скорбию мы называем состояние души; а состоячие тела называется не скорбью (аеgritudo), а болью (аеgrotatio). Таким образом мы или скорбим и удручаемся печалию и наше душевное состояние расстроивается; поэтому и апостол внушает, что брат не может быть поглощаем чрезмерною скорбию (2 Кор. гл 2); или, наоборот, мы радуемся и предаёмся ликованию и не можем с умеренностию переносить своего счастия; но человек твёрдый и правильно действующий ни подавляется несчастием, ни превозносится при счастии, но в том и другом случае соблюдает умеренность. Мы сказали о полнениях, относящихся в настоящему; теперь скажем об относящихся к будущему, о страхе и надежде, Мы опасаемся несчастий, ожидаем счастия, и что скорбь и радость производят в отношении в настоящему, то страх и надежда делают по отношению к будущему; потому что мы или опасаемся будущих несчастий более, чем следовало бы, или настолько предаёмся ликованию из-за ожидаемого счастия, что не соблюдаем меры, в особенности по отношению к тому, что неизвестно, потому что будущее составляет более предмет надежды, нежели обладания.
Ибо окутываемые тьмою волнений не могут видеть яркого света мудрости. Итак нужно остерегаться, чтобы не поедала нас скорбь, подобно гусенице, чтобы не производила опустошений саранча, в радости и упоении весельем направляющая свой полет то в одну, то в другую сторону; чтобы червь, то есть страх и опасение относительно будущего, не подъедали корней мудрости; чтобы ржа и желания относительно будущего не вызывали в нас суетных пожеланий и не приводили нас в погибели; но во всех обстоятельствах мы должны чрез бразды мудрости управлять четырьмя колесницами, четырьмя рогами и четырьмя конями: рыжими, пегими, белыми и вороными, то есть как счастием, так несчастием или соединением того и другого. Я полагаю, что гусеница означает зарождающуюся в душе страсть, которая бывает медлительною и не может быстро переноситься с одного места на другое и вследствие самой медлительности и неподвижности поглощает и высасывает все соки (virоrеm); если мы не умерщвляем её, то она возрастает в нас и улетает, и то пожирает все то, чего она касается, то, оставив полуобъеденное, направляется на другое, и возвращаясь на прежнее место, делается червём, так что постепенно пожирает не только плоды, листья и кору, но и самую сердцевину. Если же случается, – что, впрочем, бывает редко, – что после червя вь нас остаётся некоторая духовная жизненность, то все истребляется ржою, которая покрывает чернотою солому и малоценное сено, так что они делаются непригодными не только для корма, но и для навоза. Об этих четырёх волнениях мы скажем также, если продлится наша жизнь, в начале книги Амоса, где написано: „за три преступления и за четыре Дамаска, Газы, Тира, Идумеи, сынов Аммоновых, Моава, Иуды и Израиля Я не отвращу их, говорит Господь“ (Амос. гл. I и 2). Переведённое нами чрез волнения (perturbаtiоnes) греки называют πάθης; но если, следуя худым образцам (κακοξήλως), перевести это чрез страсти (раssiоnes), то мы более передали бы самое слово, чем смысл слова.
Лопухин А.П.¶
оставшееся от гусеницы ела саранча, оставшееся от саранчи ели черви, а оставшееся от червей доели жуки
Говоря об опустошении земли саранчею, пророк в ст. 4-м употребляет четыре наименования саранчи gasam (гусеницы), arbeh (capaнча, слав. прузи), jelek (черви, слав. мшицы) и chasil (жуки, греч. ἐρυδίβη; слав. сиплеве). В этих четырёх наименованиях многие толкователи (древние иудеи, Кимхи, Кальвин) видели указание на то, что саранча, по мысли пророка, сряду четыре года опустошала иудейскую землю, причём растительность, уцелевшая в одном году, погибла в следующем. По мнению других толкователей (Креднер), пророк имеет в виду не четыре года бедствия, а один: четыре названия саранчи обозначают только степени её развития: gasam – саранча вполне развившаяся, аrbeh и jelek – находящаяся в состоянии личинок и chasil – саранча окрылившаяся. Развития gasam, arbeh, jelek и chasil этимологически не содержат указания на какие-либо характеристические признаки, и едва ли могут обозначать четыре разные вида саранчи или четыре ступени развития её (ср. Иоил II:25). В Библии arbeh, jelek и chasil употребляются, как термины однозначащие (ср. Втор XXVIII:38; Пс СIV:34; Наум III:15; 3 Цар VIII:77; 2 Пар VI:28; Пс LXXVII:46; Ис XXXIII:4). По мнению лучших экзегетов (Генгст., Кейл.) пророк употребляет разные названия саранчи в качестве поэтических эпитетов к обыкновенному названию её – arbeh. Таким образом речи пророк хочет ярче представить картину великого опустошения, произведённого саранчей.
Останок гусениц поядоша прузи крылатые, налетевшие на синагогу израильскую; ибо в землю израильскую вторгались разные войска из Ассирии и из Вавилона, под предводительством четырёх вождей. Первый вторгся Феглаффелассар, это – гусеницы; второй – Салманассар, это – прузи крылатые; третий – Сеннахирим, это – мшицы; четвёртый – Навуходоносор, это – сиплеве. Посему, смысл пророчества таков: останок гусниц, то есть оставленное Феглаффелассаром, поядоша прузи, то есть Салманассар; останок пругов поядоша мшицы, то есть Сеннахирим, и останок мшиц поядоша сиплеве, то есть Навуходоносор.