Ветхий завет
- Пятикнижие
- Исторические книги
- Учительные книги
-
Псалтирь
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 - Пророческие книги
-
Послание Иеремии
-
Авдий
- Исторические книги
Новый завет
- Евангелия
- Деяния
- Соборные послания
-
2-е Иоанна
-
3-е Иоанна
-
Иуды
- Послания апостола Павла
-
К Филимону
- Откровение
Иез. 1:15
Лопухин А.П.¶
И смотрел я на животных, и вот, на земле подле этих животных по одному колесу перед четырьмя лицами их
Начинается описание новой составной части видения - колёс, - которое займёт немалый (ст. 15-21) отдел главы; отсюда торжественное “и смотрел я”. - Прибавка “на животных”, которой нет у LXX, указывает на тесную связь между животными и колёсами, такую, что колеса только как бы часть животных. - “На земле” в собственном смысле, как показывает 19 ст., по которому колеса иногда поднимались от земли (а не “на базисе небесной арены”, или “на земле, которая виднелась на небе”). Колеса по преимуществу приспособленный к земле способ передвижения (как крылья - воздушный, корабль - водяной), посему на настоящие колеса можно смотреть как на связующее звено небесного видения с землёй, из способов передвижения по которой это самый совершенный. Сходя на землю, Бог должен считаться с бренностью её, не дозволяющею лучшего способа движения. Колеса и имеют целью показать, что Бог движется по самой земле, не над ней. - “Подле этих животных”. “Подле” указывает на полную самостоятельность колёс по отношению к “животным” - херувимам. В книге Еноха офанимы (“офаа” по-евр. “колесо”) исчисляются между ангельскими чинами (LXI:10; LXX:7). - “По одному колесу”. Буквально: “одно колесо”, но X:9 показывает, что колёс было 4; ср. I:16; ед. ч. - разделительное; посему несправедливо некоторые предполагают одно колесо. Между херувимами и носимой ими Славой Господней или престолом Божиим в видении пророка Иезекииля оказывается новый, самостоятельный и судя по вниманию, уделяемому ему пророком, большой важности деятель - колеса. Колеса предполагают позади себя колесницу; но пророк её не указывает, потому что колеса, предназначенные в этом видении, как и в видении Даниила (VII:9), для передвижения престола Божия, не нуждались в вещественной связи с этим последним и должны были без этой связи посредствовать движение столь исключительного предмета; сами херувимы были колесницей в данном случае. Все же предполагая за собою такую или другую колесницу (в данном случае - духовную), колеса придают настоящему богоявлению характер торжественно-величественной и скорой езды взамен простого и медленного шествия, каким до сих пор представлялось всякое богоявление. В действия Божественного промысла отныне не вводится ли особая скорость, обычная при окончании каждого дела, неизбежная и в делах Божиих при скончании времён? “Пред четырьмя лицами их”. Eвp. “леарбагат панав”, букв. “у четырёх лиц его”. Ед. ч. местоимения поставлено по смыслу (вопреки грамматическому согласованию, так как “животные”, к которому местоимение относится, во мн. ч.), потому что речь об одном колесе, которое может находиться у лиц одного лишь животного. После замечания пророка, что колеса находились подле животных, читатель ждёт от него точнейшего указания, с какой же именно своей стороны четырелицое существо имело подле себя колесо. В разбираемых словах и должно даваться такое указание. “У (или “перед”, как в рус. пер.; соб.: “для”) всех четырёх лиц”, отвечает пророк на этот вопрос. Указание уже вполне точное и определённое, но на первый взгляд заключающее в себе нечто немыслимое: одно колесо находилось в одно время в четырёх различных местах. Недаром LXX опустили это “точное” указание! Но не надо забывать, что мы имеем дело с видением. Как 4 крыла и 2 руки могли в одно время находиться на 4 различных сторонах животного, так могло быть и с колесом; в видениях допускается нарушение законов пространства и времени, которые не имеют силы в сфере бытия, затрагиваемой видениями.
Ст. 15-18 И смотрел я на животных, и вот, на земле подле этих животных по одному колесу перед четырьмя лицами их. Вид колёс и устроение их - как вид топаза, и подобие у всех четырёх одно; и по виду их и по устроению их казалось, будто колесо находилось в колесе. Когда они шли, шли на четыре свои стороны; во время шествия не оборачивались. А ободья их - высоки и страшны были они; ободья их у всех четырёх вокруг полны были глаз
Доселе рисуется картина четырёх животных, имеющих по четыре лица и следующих за духом и облаком, бывшим среди духа; теперь к каждому животному прилагаются особые колеса, которые не были соединены с животными, но следовали за ними. Или же явилось на землю одно колесо, которое, разделённое на четыре, имело столько лицевых сторон, за сколькими животными следовало. И такое было сходство в четырёх колёсах, следовавших за четырьмя животными, что с полною вероятностию можно было признать их за одно колесо. И отделка их и устроение были как видение фарсиса, что мы переводим чрез море. Акила поставил яхонт (hуасinthus), каковый камень имеет сходство [по цвету] с небом. И вид их был подобен колесу в колесе, так что можно было признать их не за одно колесо, но за соединение одного с другим. Они шли на четыре стороны и не тянулись и не оборачивались назад. Ибо как возможно им обращаться назад, когда они следуют за животными, постоянно направляющимися вперёд? Также величина и высота колёс были таковы, что возбуждали удивление в видевших. И весь состав их и ободья были полны света вокруг, так что никакой из членов нельзя было видеть неимевшим очей света, но они были такими, каким баснословия поэтов изображают стоглазого или многоглазого Аргуса, которого Юнона за небрежную стражу превратила в павлина, чтобы бывшее чудом Бога Творца послужило осуждению ненаказанного прелюбодеяния. Все небесное и земное и все, доступное для человеческого разумения, обращается на колёсах солнца. Годовое кругообращение солнца проходит луна чрез отдельные месяцы. Утренняя звезда, – она же и вечерняя, – сияя блестящим светом по направлению к востоку и западу и умеряя небольшим светом темноту ночи, совершает один и тот же путь в два года; и другие четыре звезды, называемые блуждающими, и все, сияющее на небе, также перемены жатв, деревьев и трав проходят на своих колёсах четыре времени, и мы не видим ничего, чего не было бы прежде. Обходит окрест, идёт дух, и на круги своя обращается дух. Вси потоци идут в море, и море несть насыщаемо (Еккл. 1, 6–7). Почему? Потому что они из бездонных недр возвращаются в своим источникам. Если же кто обратит внимание на колесо и путь четырёх Евангелий, то есть животных, которые дышат, живут, имеют разумение, тот вскоре увидит, что мир преисполнен слова апостольского. Также колесо в колесе означает или соединение двух заветов, на что указывают лествица Иакова (Быт. гл. 27), и клещи Исаии (Ис. 6, 6), и меч обоюдуострый, или находящиеся во взаимной связи Евангелия, шествие и высота которых простирается к небу и лишь немного касается земли, но, всегда поспешая, стремится горе. О них и в другом месте говорится: камение свято валяется на земли (Зах. 9; 16), из которых созидается небесный Иерусалим. Это самое, по моему мнению, означает и то, что в псалме поётся: глас грома Твоего в колеси (Псал. 76, 19); и в ином месте: паля коло рождения (Иак. 3, 6). Какой смысл имеют эти свидетельства в своих местах, об этом теперь не время [говорить]. А что весь состав и ободья полны очей, это подтвердит тот, кто увидит, что в Евангелиях нет ничего, что не светило бы и своим сиянием не освещало бы мир, так что даже признаваемое малым и ничтожным сиянием величием Святого Духа.
Толкование на пророка Иезекииля.