Ветхий завет
- Пятикнижие
- Исторические книги
- Учительные книги
-
Псалтирь
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 - Пророческие книги
-
Послание Иеремии
-
Авдий
- Исторические книги
Новый завет
- Евангелия
- Деяния
- Соборные послания
-
2-е Иоанна
-
3-е Иоанна
-
Иуды
- Послания апостола Павла
-
К Филимону
- Откровение
Иер. 31:15
Так говорит Господь: голос слышен в Раме, вопль и горькое рыдание; Рахиль плачет о детях своих и не хочет утешиться о детях своих, ибо их нет.
Лопухин А.П.¶
Толковая Библия.
Так говорит Господь: голос слышен в Раме, вопль и горькое рыдание; Рахиль плачет о детях своих и не хочет утешиться о детях своих, ибо их нет
Рама — город в Вениаминовом колене, на два часа пути к северу от Иерусалима. Место это высокое; с него открывается вид на далёкое пространство. — Рахиль, — мать Иосифа и Вениамина, является и родоначальницею всего 10-ти коленного царства, которое, по имени её внука, называлось Ефремовым. Она является плачущей в Раме, — местности возвышенной, откуда она обозревает опустевшее царство её сыновей, — главным образом землю Иосифа, — хотя она погребена была далеко отсюда — около Вифлеема (Быт. 35:19).
См. также Толкование на Иер. 31:1
Так говорит Господь: голос слышен в Раме, вопль и горькое рыдание; Рахиль плачет о детях своих и не хочет утешиться о детях своих, ибо их нет
Так говорит Господь: голос плача в высоте слышен, рыданье и вопль Рахили плачущей о сыновьях своих, и не хотела она утешиться о сыновьях своих, потому что их нет. LXX: так говорит Господь: голос в Раме слышен: плачь и рыдание и вопль Рахили плачущей о сыновьях своих, и она не хотела успокоиться, потому что их нет. Матфей привёл это свидетельство ни по еврейскому, ни по LXX, ибо у него после описания избиения младенцев читаем: тогда сбысться речённое Иеремием пророком глаголющим: глас в Раме слышан бысть, плачь и рыдание и вопль мног: Рахиль плачущися чад своих, и не хотяше утешитися, яко не суть (Мф. 2:17–18). Из этого видно, что евангелисты и апостолы не следовали чьему нибудь переводу с еврейского, а как евреи из евреев, то, что читали по еврейски, излагали своими словами. Рахиль, мать Иосифа, когда прибыла в Вифлеем, то, застигнутая неожиданно болезнью рождения, родила сына, которого повивальная бабка, так как родильница умирала, назвала Бенони, то есть, сын болезни моей, а отец Иаков переменил имя и назвал его Веньямин, то есть сын правой руки (Быт. 35:18). Итак спрашивается: каким образом евангелист Матфей свидетельство пророка отнёс к избиению младенцев, когда очевидно написано это о десяти коленах? Ефрафа не был главным городом этих колен, и находился не в колене Ефремовом, а в колене Иудином, так как Ефрафа и Вифлеем – названия одного и того же города, почему и оба имени по значению согласны, ибо Вифлеем значит дом хлеба, а Ефрафа – χαρποφορία, что мы можем перевести: плодородие. Итак, поелику Рахиль погребена в Ефрафа, то есть в Вифлееме, как свидетельствует св. Писание и доселе надгробный памятник её, то и говорится, что она плачет о детях, которые убиты были около неё и в её областях. Некоторые из Иудеев это место объясняют так, что по взятии Иерусалима, при Веспасиане, этою дорогою, на Газу и Александрию направлено было в Рим множество тысяч пленных; а другие – что во время последнего плена при Адриане, когда и город Иерусалим был разрушен, было продано на ярмарке Теревинфа безчисленное множество народа разного возраста и обоего пола, и поэтому для Иудеев ненавистно посещать этот знаменитый рынок. Но пусть они говорят что хотят, мы скажем, что евангелист Матвей правильно заимствовал свидетельство обозначая место, на котором погребена Рахиль, и выражая мысль, что она оплакивала детей соседних и окрестных деревень, как своих.