Ветхий завет
- Пятикнижие
- Исторические книги
- Учительные книги
-
Псалтирь
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 - Пророческие книги
-
Послание Иеремии
-
Авдий
- Исторические книги
Новый завет
- Евангелия
- Деяния
- Соборные послания
-
2-е Иоанна
-
3-е Иоанна
-
Иуды
- Послания апостола Павла
-
К Филимону
- Откровение
Быт. 8:21
Прп. Ефрем Сирин¶
И обонял Господь приятное благоухание, и сказал Господь в сердце Своём: не буду больше проклинать землю за человека, потому что помышление сердца человеческого - зло от юности его; и не буду больше поражать всего живущего, как Я сделал
См. Толкование на Быт. 8:20
Лопухин А.П.¶
И обонял Господь приятное благоухание, и сказал Господь в сердце Своём: не буду больше проклинать землю за человека, потому что помышление сердца человеческого - зло от юности его; и не буду больше поражать всего живущего, как Я сделал
Завет Бога с Ноем
«И обонял Господь приятное благоухание…» «Не соблазняйся грубостью выражения», - говорит по сему поводу Златоуст, - но, причиной такого снисхождения в словах признав собственную твою слабость, уразумей отсюда, что приношение праведника было приятно Богу… Вот почему и Апостол Павел сказал в послании своём: «Ибо мы Христово благоухание Богу в спасаемых и в погибающих: для одних запах смертоносный на смерть, а для других запах живительный на жизнь» (2 Кор. 2:15-16). Слова «приятное благоухание», по более точному переводу с еврейского - reach hannichoach должны быть переведены так: «запах удовлетворения, успокоения», причём в самом анализе понятий находят сходство с именем Ноя, что значит «успокоение» (Быт. 5:29) и откуда видят как бы исполнение того самого пророчества, которое было вложено в данное ему имя. Эта жертва Ноя, подобно тому, как и раннейшая жертва Авеля, без сомнения, была приятна Богу не по материи самого приношения, но по выраженным в нем чувствам веры, благочестия и смиренной покорности Творцу. Подобным же образом молитве и милостыни верных приписывают сладкий вкус (приятное благоухание) (Флп. 4:18; Откр. 5:8; Откр. 8:3-4; Пс. 140:2).
«и сказал Господь в сердце Своём: не буду больше проклинать землю за человека, потому что помышления сердца человеческого - зло от юности его…» В этих словах, очевидно, даётся торжественное удостоверение самого Бога о неповторяемости подобного общемирового (в смысле универсальном для всего человечества и всех живых тварей) наказания; но самая мотивировка его представляется на первый взгляд несколько непонятной: по-видимому, она представляет повторение того мотива, который послужил главной причиной потопа (Быт. 6:5, 12-13); и здесь тот же самый факт берётся в качестве мотива для противоположного отношения к миру.
Но более внимательное сличение этих двух параллелей, произведённое на почве контекста речи, открывает существенное различие между ними.
В первом случае сказано гораздо общее и сильнее - именно, что «все мысли и помышления сердца их были зло во всякое время» (Быт. 6:5), чем характеризуется не столько наследственная, сколько, главным образом, постоянная личная греховная настроенность, переходящая, как это видно из контекста, в горделивое попрание нравственных устоев и в нераскаянное упорство (Быт. 6:11).
В рассматриваемом же нами стихе речь идёт почти исключительно лишь о наследственной греховной порче, за которую человек сравнительно менее ответственен, чем за сознательную, личную греховность. Принесением же жертвы, о которой только что перед тем говорилось, человек как нельзя лучше доказал, что его личная настроенность значительно улучшилась, что хотя он, в силу греховной немощи своей природы, и продолжал грешить, но каждый раз в сознании своего падения и часто с глубокой скорбью об этом и с просьбой к Богу о помиловании, выражением чего и служили различные жертвы. Такая перемена в настроении человеческого сердца создавала вполне достаточные основания и для перемены к нему божественного отношения. «Прежде правосудие открывалось всеобщим, а милосердие особенным действователем (история потопа и Ноя): отныне правосудие будет являться в частном, как напр., над Содомом, над фараоном, а милосердие во всеобщем» (Филарет). Отсюда, становится вполне естественным и понятным указание на наследственную греховную порчу человека, как на мотив для снисходительного отношения к его греховности, с которой человек выражает (путём жертв) желание бороться по мере своих слабых сил.
И обонял Господь приятное благоухание, и сказал Господь [Бог] в сердце Своём: не буду больше проклинать землю за человека, потому что помышление сердца человеческого - зло от юности его; и не буду больше поражать всего живущего, как Я сделал
Видишь, как расположение приносящего сделало благовонным дым, и смрад, и все, что ни было неприятного при этом (сожжении животных). Вот почему и Павел сказал в послании своём: «яко Христово благоухание есмы в спасаемых и в погибающих: овем убо воня смертная в смерть: овем же воня животная в живот» (2Кор.2:15–16). «Воню благоухания (обоня Господь)». Не соблазняйся грубостию выражения, но, причиною такого снисхождения в словах признав собственную твою слабость, уразумей отсюда, что приношение праведника было приятно (Богу). А чтобы мы из самого опыта могли знать, что сам Господь не нуждается ни в чем, и жертву (Ноеву) благоволил принять не для чего другого, как для возбуждения людей к благодарности, для этого Он попускает все истреблять огню, дабы и сами приносящие познавали отсюда, что все делается для их же пользы. Для чего же, скажи мне, Он и вообще попускает приносить Ему жертвы? Опять по снисхождению к слабости человеческой. Так как люди, мало-помалу предавшись беспечности, имели впоследствии изобресть себе богов и им приносить жертвы, то Бог предварительно благоволил, чтобы жертвы приносились Ему, дабы, по крайней мере, чрез это отклонить от гибельного заблуждения имевших предаться нечестию. А что все это допущено Им действительно по снисхождению, смотри, как впоследствии времени Он благоволил установить и обрезание, не потому, чтобы оно могло сколько-нибудь содействовать спасению души, но для того, чтобы Иудеи носили его на себе, как бы какой знак и печать, в доказательство своей благодарности, и чтобы не могли смешиваться с язычниками.
Вот почему блаженный Павел называет обрезание знамением, говоря: «и знамение дал обрезания, печать» (Рим.4:3). А что оно нисколько не служит к оправданию, доказательством тому вот и этот праведник (Ной), который достиг до такой (высокой) добродетели, когда ещё не было установлено обрезание. И что говорю? Сам патриарх Авраам, ещё до принятия обрезания, был оправдан одною верою. Ещё до обрезания, говорит Писание, «верова Авраам Богу, и вменися ему в правду» (Рим.4:3). «И обоня Господь Бог воню благоухания». Но не так (поступил Он) с неблагодарными Иудеями. Как же? Послушай пророка, который говорит: «кадило мерзость ми есть» (Ис.1:13), указывая на нечистоту внутреннего расположения приносящих. Как там добродетель праведника сделала дым и смрад вонею благоухания, так здесь порочность приносящих сделала и благовонный фимиам отвратительным для обоняния. «И обоня, – сказано, – Господь Бог воню благоухания». Видишь, какова жертва праведника, – как она по внешности незначительна, но по чистоте его расположения является весьма великою? Смотри же теперь на беспредельную благость человеколюбивого Господа.
Какая необычайная важность благодеяния, какое величие человеколюбия, какой неизречённый избыток снисхождения! «и рече Господь Бог, размыслив». И это выражение – «размыслив» – употреблено человекообразно и приспособительно к нашей природе. «Не приложу ктому прокляти землю за дела человеческая». Бог проклял её за первого человека, сказав: «терны и волчцы возрастит» (Быт.3:18), и потом также за Каина. И вот, так как Он, и теперь навёл (на землю) такую всеобщую гибель, то, чтобы утешить праведника и ободрить его, – чтобы, т. е., он не подумал про себя: что за польза от данного (Богом) благословения и от слов: «раститеся и множитеся», если мы, и размножившись, должны будем опять погибнуть, ведь Он и Адаму сказал: «раститеся и множитеся», и однако ж навёл потоп, – чтобы, говорю, Ной не подумал так и от этой мысли не чувствовал в душе своей постоянного беспокойства, смотри, какое Господь являет человеколюбие! «Не приложу, – говорит, – ктому прокляти землю за дела человеческая». Смотри, как ясно показал (Бог), что Он наложил проклятие на землю за нечестие людей. Потом, чтобы мы не подумали, будто Он теперь дал такое обещание потому, что они сделались лучше, говорит: «зане прилежит помышление человеку прилежно на злая от юности». Необыкновенный вид человеколюбия! Так как «прилежит помышление человеку прилежно на злая от юности», поэтому, говорит, «не приложу ктому прокляти землю». Я, говорит, сделал Своё дело, и раз и два; но так как вижу, что зло растёт, то обещаю более уже не проклинать землю. Затем, желая показать великость Своего человеколюбия, присовокупил: «не приложу к тому поразити всякую плоть живущую, якоже сотворих, во вся дни». Смотри, как Бог всем этим подаёт праведнику величайшее утешение, а лучше сказать, не одному праведнику, но, по Своей благости, и всему имевшему произойти от него роду человеческому. Слова: «не приложу убо ктому поразити всякую плоть живущую», и: «якоже сотворих», и: «во вся дни», означают то, что никогда уже не будет такого потопа и не постигнет вселенную такое всеобщее истребление. Вместе с тем (Бог) показывает и непрерывность Своего благодеяния; «во вся, – говорит, – дни», т.е. обещаю во веки не являть уже такого гнева и не производить такого расстройства в порядке времён года и в состоянии стихий.
В Писании говорится, что обонял Господь приятное благоухание (Быт. 8:21), то есть принял жертвоприношения. Ведь у Бога нет органа обоняния, так как Божественное бестелесно. Правда, возносимое есть жир и дым от сжигаемых тел, и нет ничего зловоннее этого жира. Но чтобы ты знал, что Бог взирает на приносимые жертвы и принимает либо отвергает их, Писание называет жир и дым приятным благоуханием.