Ветхий завет
- Пятикнижие
- Исторические книги
- Учительные книги
-
Псалтирь
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 - Пророческие книги
-
Послание Иеремии
-
Авдий
- Исторические книги
Новый завет
- Евангелия
- Деяния
- Соборные послания
-
2-е Иоанна
-
3-е Иоанна
-
Иуды
- Послания апостола Павла
-
К Филимону
- Откровение
Быт. 6:6
Блж. Августин¶
Ст. 6-7 И раскаялся Господь, что создал человека на земле, и восскорбел в сердце Своём. И сказал Господь: истреблю с лица земли человеков, которых Я сотворил, от человека до скотов, и гадов и птиц небесных истреблю, ибо Я раскаялся, что создал их
Гнев Божий не есть волнение Духа Божиего, но суд, которым налагается наказание за грех. Помышление же и размышление Божие есть неизменная причина вещей, подверженных изменению. Бог не раскаивается в каком- либо поступке, как человек: Его суждение обо всех вещах вообще так же твердо, как верно Его предвидение. Но если бы Писание не употребляло таких выражений, оно не говорило бы так близко сердцу всякого рода людей, для которых оно предназначено быть советом, чтобы устрашать гордых, побуждать нерадивых, упражнять исследующих и давать пищу понимающим. Этого оно не смогло бы сделать, если бы предварительно само не склонилось и некоторым образом не снизошло к немощным.
А что возвещается гибель также всем земным животным и птицам, то этим указывается на величину предстоящего бедствия, а не выражается угроза гибели лишённым разума животным, как если бы и они согрешили.
Лопухин А.П.¶
и раскаялся Господь, что создал человека на земле, и восскорбел в сердце Своём
«и раскаялся Господь… и восскорбел в сердце Своём…» Понятие о свойстве приписываемого Богу раскаяния можно заимствовать из повествования о Сауле, где двукратно приписывается Богу раскаяние (1 Цар. 15:11 и 35) и где, между тем, Самуил говорит о Боге, что Он - не человек, чтобы Ему раскаиваться (29). Из сего видно, что когда говорится о Нем, как о человеке, то это потому, что, по выражению Абен Езры, закон говорит языком сынов человеческих, т. е. языком простого, народного смысла (Филарет). В частности, «раскаяние» Божье - как бы особый способ изменения неизменяемого - есть высшее выражение мысли о крайнем божественном сожалении, доходившем как бы до того, что само неизменяемое Существо, казалось, готово было измениться.
«и восскорбел в сердце Своём…» Подобно предыдущему это - такое же человекообразное выражение. «Скорбь Божия - предвидение невозможности человеку, созданному со свободной волей, сознательно и упорно злоупотребляющему ею, возвратиться на добрый путь; посему там, где говорится о скорби Божией, как, напр., о городах, навлёкших на себя гнев Божий (Мф. 11:20-26; Лк. 10:13), там нужно понимать, что приговор вечной правды Божией совершился, что род этот, или человек, должен погибнуть, чтобы зло не было увековечено» (Властов).
и раскаялся Господь, что создал человека на земле, и восскорбел в сердце Своём
«И помысли, – говорит Писание, – Господь Бог, яко сотвори человека на земли». Заметь и здесь грубость и приспособительность выражения. «Помысли», сказано, вместо: раскаялся, не потому, что Бог раскаивается, – да не будет, – но божественное Писание говорит с нами по-человечески, чтобы научить нас, что чрезмерное множество грехов человеческих привело человеколюбивого Бога в столь великий гнев. «И помысли Господь Бог, яко сотвори человека на земли». Для того ли, говорит Бог, Я создал его, чтобы он, вдавшись в столь великое нечестие, сделался виновником своей погибели? Для того Я с самого начала удостоил его такой чести и явил столько попечения о нем, чтобы он, избрав добродетель, был безопасен от погибели. Но так как он злоупотребил Моим человеколюбием, то лучше уже прервать его злые предначинания.