Ветхий завет
- Пятикнижие
- Исторические книги
- Учительные книги
-
Псалтирь
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 - Пророческие книги
-
Послание Иеремии
-
Авдий
- Исторические книги
Новый завет
- Евангелия
- Деяния
- Соборные послания
-
2-е Иоанна
-
3-е Иоанна
-
Иуды
- Послания апостола Павла
-
К Филимону
- Откровение
Быт. 3:6
Прп. Ефрем Сирин¶
И увидела жена, что дерево хорошо для пищи, и что оно приятно для глаз и вожделенно, потому что даёт знание; и взяла плодов его и ела; и дала также мужу своему, и он ел
Она поспешила вкусить прежде мужа, чтобы стать главою того, кто был её главою, соделаться повелительницей того, от кого должна была принимать повеления, быть по божеству старее того, пред кем моложе была по человечеству.
...Искусительное слово не ввело бы в грех искушаемых, если бы руководством искусителю не служило собственное их желание. Если бы и не пришёл искуситель, то само дерево красотой своей привело бы к борьбе из-за их тяги к обладанию. Хотя прародители искали себе извинения в совете змея, но более, нежели совет змея, повредило им собственное пожелание.
Блж. Августин¶
И увидела жена, что дерево хорошо для пищи, и что оно приятно для глаз и вожделенно, потому что даёт знание; и взяла плодов его и ела; и дала также мужу своему, и он ел
Зачем ты бежишь от самого тёмного вопроса о душе? В раю восстание началось с души; отсюда и согласие с советом преступить заповедь. Поэтому и змей сказал: будете, как боги. Но этот грех совершил весь человек. Тогда плоть сделалась плотью греха, и её пороки могут быть исцелены только подобием плоти греха.
Через Христа нам дан пример жизни, то есть указан неложный путь, которым придём к Богу. Ибо мы можем вернуться к Нему только через смирение - мы, преданные гордыне: ведь сказано было первым из нас: вы будете, как боги. И вот Христос дал нам пример смирения, то есть обратного пути, которым надлежало пройти. Сам Искупитель наш соизволил явить нам этот путь: Он не почитал хищением быть равным Богу, но уничижил Себя Самого, приняв образ раба (Фил 2:6-7), чтобы Начало путей человеческих - Слово, через Которое все начало быть (Ин 1:3) - сделалось человеком.
Лопухин А.П.¶
И увидела жена, что дерево хорошо для пищи, и что оно приятно для глаз и вожделенно, потому что даёт знание; и взяла плодов его и ела; и дала также мужу своему, и он ел
Грехопадение прародителей.
«И увидела жена, что дерево хорошо для пищи, и что оно приятно для глаз и вожделенно, потому что даёт познание...» Когда диаволу удалось не только уничтожить в Еве страх смерти, но и пробудить в ней честолюбивые помыслы широкого познания и высокого могущества (как боги), то в душе её, строго говоря, уже совершился процесс мысленного падения; оставалось только, чтобы это греховное настроение обнаружилось вовне, выразилось в преступном деянии. Тут на помощь искусителю пришло непосредственное впечатление от самого запрещённого древа, раздражающе повлиявшее на все её чувства. В этом последнем, так картинно и глубоко-психологично изображённом в Библии, акте грехопадения Евы основательно находят все те три главных типа греха, которые Апостол Иоанн (1 Ин. 2:16) различает, как похоть плоти (хорошо для пищи), похоть очёс (приятно для глаз) и гордость житейская (вожделенно, потому что даёт знание).
«и ела, и дала также мужу своему...» Прельщённая соблазнительной речью диавола и окончательно отуманенная чувственным раздражением от древа, Ева срывает запрещённый плод и вкушает от него (2 Кор. 11:3). Пав сама, она спешит приобщить к своему поступку и мужа, делая это, по мнению большинства толковников, без особенного злого умысла, так как яд греха ещё не успел проникнуть в её душу и отравить спокойствие совести.
«и он ел...» Если Еву в падении, до некоторой степени, извиняла её сравнительная природная слабость, преувеличенно-формальное и чисто внешнее представление о заповеди, наконец, непосредственно-чувственное впечатление от древа, то Адам, получивший от самого Бога грозную заповедь и на самом себе испытавший столько проявлений божественной любви, не имел никаких смягчающих его вину обстоятельств, так что его грех есть чисто духовное преступление и тяжелее греха Евы (Рим. 5:12, 14; 1 Кор. 15:21-22; 1 Тим. 6:14).
И увидела жена, что дерево хорошо для пищи, и что оно приятно для глаз и вожделенно, потому что даёт знание; и взяла плодов его и ела; и дала также мужу своему, и он ел
Что ты сделала, жена? Принявши этот гибельный совет, ты не только попрала данный от Бога закон и нарушила заповедь, и до такой дошла несытости, что не удовольствовалась столь многочисленными плодами, но ещё дерзнула вкусить и оттого одного дерева, которого Владыка повелел не касаться, поверила словам змия, сочла совет его более достойным доверия, чем данную Создателем заповедь, и допустила себя до такого обмана, что не заслуживает и извинения. Разве давший совет был одной с тобою природы? Это был из числа подчинённых, из числа рабов, состоящих под твоею властью. Зачем ты так посрамила себя и, оставив того, для кого ты создана, кому в помощь произведена, кому равна по достоинству, по существу и дару слова, решилась войти в разговор с змеем и чрез этого зверя принять внушение от диавола, и не смотря на то, что (это внушение) явно противоречило заповеди Создателя, не уклонилась, но в надежде на обещание дерзнула вкусить? Пусть так, – пусть ты саму себя ввергла в такую бездну и лишилась высочайшей чести: зачем же делаешь и мужа участником этого ужасного падения, и кому ты назначена быть помощницею, тому сделалась наветницею и чрез вкушение малой снеди лишила его, вместе с собою, благоволения Божия? Какое крайнее безумие довело тебя до такой дерзости? Тебе не довольно было вести беспечальную жизнь, быть облечённой телом и не нуждаться ни в чем телесном, пользоваться всеми райскими плодами, кроме одного дерева? Тебе не довольно было, что все видимое находилось в вашей власти и вы имели господство над всем? Обольщённая надеждами, ты хотела подняться на самую крайнюю высоту? Так вот ты на самом опыте узнаешь, что не только не приобретёшь того (чего ты надеялась), но и всего, уже дарованного вам, лишишь и себя, и мужа, и оба придёте в такое раскаяние, что признаете бесполезным (сделанное), а лукавый демон, давший гибельный совет, будет смеяться и торжествовать над вами, как уже павшими и испытавшими подобное ему. Как он, возмечтав о себе более надлежащего, ниспал из усвоенного ему достоинства и низвергнут с неба на землю, тоже самое захотел он сделать и с вами – чрез преступление заповеди подвергнуть вас наказанию смертью и удовлетворить своей зависти, как и премудрый сказал: «завистью же диавола смерть вниде в мир» (Прем.2:24). «И даде, – сказано, – мужу своему, и ядоста. И отверзошеся очи обема». Велика беспечность и мужа. Хотя (предлагавшая плод) была и одной с ним природы, и жена его, но ему, как живо помнившему заповедь Божию, нужно было предпочесть её неуместному желанию жены, не принимать участия в преступлении, для кратковременного удовольствия не лишать себя стольких благ и не оскорблять такого Благодетеля, который явил ему столько любви и даровал такую безболезненную и безбедную жизнь. Разве не позволено было тебе в избытке наслаждаться всеми другими плодами райскими? Зачем же и ты не захотел соблюсти такую лёгкую заповедь? Но ты, конечно, услышал от жены об обещании лукавого советника тотчас, сам увлёкшись надеждою, принял участие в снеди. Поэтому и наказание простирается на обоих вас, и самый опыт научит вас – не верить внушению злого демона более, нежели Богу.
См. Толкование на Быт. 3:5
Соблазняется жена словами обманщика! Обещания змия воспламеняют её душу, и она возвышает пяту на Создателя. Она идёт к мужу и обращается к нему со словами, горчайшими желчи: "почему это Бог заповедал нам не вкушать от этого дерева? В тот самый день, как мы вкусим от него, отверзутся очи наши и мы будем знать добро и зло". О, злейший совет! О, слова, горчайшие желчи! Не видела она очами своими Света истины, не слышала ушами своими Слова жизни, не вкусила устами сладости Человеколюбца, не осязала руками своими Источника света! Ещё не жила она с мужем, — и уже удалила его от Бога! Не начала сожительствовать с ним, — и из царя сделала его бедняком! Ещё не родила детей, а уже навлекла на них проклятие! Ещё не дала им жизни, а уже заслужила изгнание, вместо помощи мужу лишила его рая! О, злоба! О, безумие! О, обольщение! Своими словами она убеждает мужа и, взяв плод, подносит обольщённому, низводит на дно ада того, кто был поставлен над зверьми и птицами, поражает душу, благороднейшую всего, что под небом, погашает свет очей, ежедневно созерцавших Бога, поселяет робость в душе, входившей смело в общение с Богом, расслабляет руки, благо-словившие птиц небесных и зверей земных и всем им имена нарёкшие. Царь делается бедняком, богач — попрошайкой, друг и собеседник Божий, подобно вору, прячется под деревом, владыка делается слугой, чистый сердцем весь оскверняется, светлый душой становится мрачным. Как ясное солнце помрачается набегающей тучей, так было и здесь. Игралищем демонов становится тот, кто внушал им страх, как раб скрывается тот, кто сотворён свободным; в бесславие повергается и наравне с грязью попирается прежде почитаемый и славный.