Ветхий завет
- Пятикнижие
- Исторические книги
- Учительные книги
-
Псалтирь
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 - Пророческие книги
-
Послание Иеремии
-
Авдий
- Исторические книги
Новый завет
- Евангелия
- Деяния
- Соборные послания
-
2-е Иоанна
-
3-е Иоанна
-
Иуды
- Послания апостола Павла
-
К Филимону
- Откровение
Быт. 14:18
Прп. Ефрем Сирин¶
Ст. 18-20 и Мелхиседек, царь Салимский, вынес хлеб и вино, - он был священник Бога Всевышнего, - и благословил его, и сказал: благословен Аврам от Бога Всевышнего, Владыки неба и земли; и благословен Бог Всевышний, Который предал врагов твоих в руки твои. Аврам дал ему десятую часть из всего
Потом Кедорлаомер (Ходоллогомор), царь Еламский, с тремя союзниками своими пришёл на брань с царём Содомским и четырьмя союзниками его, обратил в бегство царя Содомскаго с союзниками, захватил все богатство содомское, а также и Лота с имением его, и удалился. Аврам же тогда взял триста восемнадцать рабов своих и вместе с Анерой и его союзниками погнался вслед за царём Еламским, поразил его и возвратил пленных с имением их, а также и Лота, племенника своего, со всем достоянием его. Поскольку же имение Содомлян перемешано было с имением побеждённых царей, то Аврам отказался от добычи, отнятой у царей, им побеждённых.
И Мелхиседек царь Салимский изнесе хлебы и вино: бяше же священник Бога Вышняго. И благослови Аврама, и рече... благословен Бог Вышний, Яже предаде враги твоя под руки тебе. И даде ему десятину Аврам от всего. Этот Мелхиседек был Сим; он по величию своему был царём, как родоначальник четырнадцати племён, но также и первосвященником, потому что по преемству приял священство от отца своего Ноя. Сим жил не только до времён Аврама, как говорит Писание, но даже до Иакова и Исава, сынов Аврамова сына. Его ходила вопрошать Ревекка, и Сим сказал ей, что два народа во чреве её, и старший поработает младшему (Быт. 25:22-23). Но Ревекка не пошла бы вопрошать его мимо мужа своего, который так чудесно спасён от заклания, и мимо свёкра своего, которому так часты были Божественные откровения, если бы не знала о величии его от самого Аврама и сына его.
И Аврам не принёс бы Мелхиседеку десятины, если бы не знал, что он несравненно выше его. Нельзя подумать, что кого-либо из Хананеев или Содомлян вопрошала бы Ревекка, и что кому-нибудь из них Аврам принёс бы десятину возвращённого им достояния. Поскольку дни жизни Мелхиседека простирались до времён Иакова и Исава, то вероятно сказанное, что Сим и являлся им. Отец его Ной жил на востоке, Сим же обитал среди двух поколений, то есть среди сынов Хамовых и своих сынов, составляя как бы преграду между тем и другим племенем, ибо опасался, чтобы потомки Хамовы не увлекли его сынов в идолопоклонство.
Блж. Иероним Стридонский¶
Ст. 18-19 и Мелхиседек, царь Салимский, вынес хлеб и вино, - он был священник Бога Всевышнего, - и благословил его, и сказал: благословен Аврам от Бога Всевышнего, Владыки неба и земли
До финикийского города, который сейчас называется Паней. Но Дан – это и название одного из [двух] истоков Иордана. А другой исток называется «Иор», что переводится как ῤεῖτρον, то есть «ручей». Итак, Иордан в своём последующем течении называется от двух, объединённых в одно русло истоков, недалеко отстоящих друг от друга.
Блж. Августин¶
и Мелхиседек, царь Салимский, вынес хлеб и вино, - он был священник Бога Всевышнего
Здесь впервые совершилось жертвоприношение, которое ныне приносится Богу христианами по всему миру. Выполняется то, что много позднее через пророка говорится Христу, Которому ещё только предстояло прийти во плоти: Ты священник вовек по чину Мелхиседека (Пс. 109:4). То есть не по чину Аарона, поскольку его чин должен был упраздниться, коль скоро явились сами предметы, которые предвосхищались этими тенями.
Лопухин А.П.¶
и Мелхиседек, царь Салимский, вынес хлеб и вино, - он был священник Бога Всевышнего
Мелхиседек благословляет Аврама
«И Мелхиседек, царь Салимский…» Из числа других лиц, выходивших на встречу Аврама, священный историк останавливает наше внимание на выдающейся и совершенно исключительной личности Мелхиседека, царя салимского.
То обстоятельство, что Моисей не даёт нам никаких биографических сведений о Мелхиседеке, а Псалмопевец и Апостол Павел ставят его в таинственную связь с самим Господом Иисусом Христом (Пс. 109:4; Евр. 7:1-3), породило множество самых разнообразных взглядов на личность Мелхиседека и на достоинство его служения: одни видят в нем престарелого патриарха Сима (таргумы, Лютер и др.), другие - Ангела (Ориген), иные - Святого Духа (Иеракс египтянин)… Но ни одно из этих толкований, ввиду их неустойчивости и произвольности, принято быть не может. На личность Мелхиседека должны быть твердо установлены две основные точки зрения: несомненно, во-первых, что это была строго определённая историческая личность, жившая и даже царствовавшая в эпоху Аврама, но столь же несомненно, что эта историческая личность получила впоследствии прообразовательное значение, которое и раскрывают отчасти Псалмопевец, а главным образом Апостол Павел (Евр. 7:1).
Самое имя «Мелхиседек» - чисто семитического происхождения и в дословном переводе значит «царь правды» (malach-sedek); оно очень близко и родственно имени «Адониседек», которое носил царь Иерусалима в эпоху завоевания земли Ханаанской Иисусом Навином (Нав. 10:1, 3, 5, 23). Это последнее обстоятельство сильно располагает нас и в пользу того мнения, что «Салим», где царствовал «Мелхиседек», есть не что иное, как «Иерусалим», в котором царствовал «Адониседек», так как устойчивость и постоянство известных царственных имён для каждой страны и народа составляет один из характерных признаков не только древних времён, но даже и наших дней.
Но кроме этого предположительного (основанного на аналогии) доказательства тождественности «Салима» с «Иерусалимом» существует целый ряд и других, более положительных, опирающихся на данные Библии, на открытиях ориентологии и на авторитет древней традиции. К библейским свидетельствам принадлежит ясное указание Псалмопевца: и было в Салиме место Его (Бога) и обитание Его в Сионе (Пс. 75:3). В клинообразных надписях ассирийских царей Иерусалим обыкновенно известен под формой «Уру-Салима», что, собственно, значит: «город Салим».
В Тель-ель-Амарнской переписке палестинских наместников Египта с двором фараонов найдено письмо одного наместника к фараону Аменофису IV, в котором он, между прочим, говорил, что божеством-покровителем вверенного ему города считается Ель-Елион, который называется также и Салимом. Вероятно, чужеземный наместник, мало осведомлённый с языком, религией и обычаями новой для него страны, ещё плохо разбирался в её особенностях и много здесь понимал по-своему (напр., это чисто египетское отождествление имени города и божества - его патрона); но самое упоминание его о «Салиме» и особенно о почитании в нем «Ел-Елиона» для нас в высшей степени ценно и даёт прекрасное подтверждение Библии. Наконец, за тождество Салима с Иерусалимом говорят древнеиудейские таргумы, И. Флавий и большинство как древних, так новых экзегетов (Абен-Езра, Кимхи, Кнобель, Делич, Кейль, Мёрфи, Буш, и пр.).
Ввиду всего этого, хотя Библия и знает ещё два местечка, носившие также имя «Салима» (Ин. 3:23), отождествление Мелхиседекова Салима с Иерусалимом является почти бесспорным. Этот последний Салим лежал на пути Аврама и отстоял от Содома приблизительно в шести часах пути, в течение которых царь Содома провожал Аврама.
«вынес хлеб и вино…» В зависимости от различия взглядов на самую личность Мелхиседека неодинаково смотрят и на это его действие - изнесение хлеба и вина: одни видят здесь простую доставку провианта для подкрепления и освежения отряда Аврама; другие усматривают бескровное жертвоприношение, имеющее ближайшую, прообразовательную связь с новозаветным таинством евхаристии. Всецело удовлетвориться одним последним объяснением не позволяет уже одно то, что дары, употреблённые здесь Мелхиседеком, приносятся не Богу, а человеку (Авраму), что противоречит основной идее божественной жертвы.
Но нельзя признать состоятельным и первого объяснения, так как ниоткуда не видно, чтобы отряд Аврама нуждался в подобном подкреплении и чтобы последнего доставлено было такое количество, которого хватало бы на всех. Гораздо естественнее и ближе к истине будет то объяснение, что «хлеб и вино» - эти два главных жизненных продукта Палестины - употреблены были здесь Мелхиседеком для выражения его гостеприимства и почтения к Авраму, подобно тому, как и у нас практикуется встреча «с хлебом и солью» для высоких и почётных гостей. Этим, разумеется, нисколько не исключается возможность усматривать в данном историческом факте и известное прообразовательное значение, указывающее на его связь с новозаветным таинством евхаристического хлеба и вина.
«он был священник Бога Вышнего…» В первый раз в Библии мы встречаемся здесь со специальным термином, указывающим на жреческое или священническое служение.
Относя его прежде всего к личности исторического Мелхиседека, мы нисколько не должны смущаться тем обстоятельством, что здесь в одном лице совмещается служение «царя и священника:» это было в обычае у многих народов древности (напр., rех Romanorum был вместе и pontifex maximus), в особенности в ту отдалённую эпоху, которая ещё жила преданиями патриархального быта, где старший в роде одновременно был и царём, и жрецом, и законодателем, и судьёй. Впрочем, всем контекстом речи «священство» Мелхиседека поставляется в качестве особого, сакраментального служения; но и с этой своей стороны оно неоднократно и ясно отличается в Библии от последующего, подзаконного священства и даже как бы противополагается ему (Пс. 109:4; Евр. 5:6). Отсюда можно заключать, что Мелхиседек был последним представителем того первобытного священства, некоторые намёки на которое мы находим в истории Еноса и Ноя (Быт. 4:26 и Быт. 9:9); это было универсальное, мировое священство, служение религии первобытного откровения, остатки которого, как звезды на тёмном горизонте, продолжали ещё сохраняться и среди мрака языческого суеверия и идолопоклонства.
Что именно таково было священство Мелхиседека, об этом, помимо особо уважительного отношения к нему Аврама, свидетельствует и имя Бога, служителем Которого он был, - «Бог Всевышний», или, как стоит в еврейском тексте - «Ел-Елион». Это именование истинного Бога, встречающееся в некоторых других местах Священного Писания (Чис. 24:16; Втор. 32:8; Пс. 7:18; Пс. 9:3; Пс. 57:3; Пс. 20:8 и пр.), изображающих Его, как Высшую Мировую Силу и Верховное Господство, простирающееся на всю вселенную. Небезызвестно, по-видимому, это именование было и хананеям-язычникам, как это можно видеть из того, что тем же самым именем (Ел-Елион) называлось и верховное божество у финикиян, очевидно, по смутной памяти их об истинном Боге.
В таинственном священстве Мелхиседека по особому чину и в соединении этого священнического служения с царским достоинством наиболее полно и ясно выражается прообразовательная параллель между Мелхиседеком и Христом, подробно раскрытая Апостолом Павлом (Евр. 7:1).
и Мелхиседек, царь Салимский, вынес хлеб и вино, - он был священник Бога Всевышнего
Что значит это замечание – «царь Салимский» и «священник Бога вышнего?» Был он, сказано, «царь Салимский». Его описывает нам и блаженный Павел в послании к уверовавшим евреям (Евр.7:1–2), и обращая внимание на его имя и город, истолковывает значение имени его с помощию словопроизводства, говоря, что Мелхиседек значит – «царь правды», так как на еврейском языке «мелхи» значит «царство», а «седек» – «правда». Потом, перешедши и к имени города, называет Мелхиседека «царём мира», так как «салим» значит «мир». Священник же он был, вероятно, саморукоположенный (таковы тогда были священники), или ближние его предоставили ему (эту) честь по его престарелому возрасту, или сам он заботился о принесении жертв, как Ной, как Авель, как Авраам, которые приносили жертвы. С другой стороны, ему предстояло быть и образом Христа, каковым изображает его и Павел, говоря: «без отца, без матере, без причта рода, ни днём, ни животу конца имея: уподоблен же Сыну Божию, пребывает священник выну» (Евр.7:3). Но как, скажешь, возможно человеку быть без отца, без матери, и не иметь ни начала дней, ни конца жизни? Ты слышал, что он был образом; итак, не изумляйся и не ищи в образе всего: он не был бы и образом, если бы имел все, что только свойственно самой истине. Что же, однако ж, значит сказанное об нем? То, что как он, поскольку не помнил своих родителей, называется не имеющим ни отца, ни матери, и поскольку не имел родословной, – безродословным, – так и Христос, поелику не имел ни матери на небесах, ни отца на земле, называется и есть безродословным. Смотри же, как чрез почесть, оказанную патриарху внушается нам некоторая тайна. «Изнесе хлеб и вино» (Мелхиседек). Видя образ, помышляй об истине, и дивись силе божественного Писания, как оно заранее и задолго открыло нам то, чему надлежало быть впоследствии.
Когда Мелхиседек, царь салимский, вынесши хлеб и вино, предложил ему (так как он был, сказано, «священник Бога вышнего»), он (Авраам) принимает от него предложенное, и желая возблагодарить его за полученное от него благословение и за прославление Бога (так как Мелхиседек сказал, как написано: «благословен Аврам Богом вышним,... и благословен Бог, иже предаде враги твоя под руки твоя») даёт ему десятину от всего, что получил из добычи. Видишь, как во всем открывается благочестие праведника; от царя содомского он не хотел взять ничего – «от нити до ремня», а предложенное от Мелхиседека взял, взаимно воздав ему и от себя. Этим он научает нас наблюдать большую разборчивость, а не просто без разбору принимать от всех. Царь содомский, хотя дарами выражал свои добрые чувства, но был неверный и имел нужду в назидании. Поэтому (Авраам) дары его отверг, но употребил все старание привести его к истинному богопознанию, и тем самым, что отказал принять дары, и тем, что ему говорил. От Мелхиседека же он принимает (дары) справедливо, потому что божественное Писание свидетельствует о добродетели этого мужа, говоря: «бяше же священник Бога вышнего». С другой стороны, это событие было прообразованием Христа, и даже то самое, что было принесено (Мелхиседеком), предзнаменовало нечто таинственное. Потому так и надлежало быть, чтобы и Авраам, приняв (дары) и взаимно вознаградив (Мелхиседека), показал величие своей добродетели. Дал Мелхиседеку десятину, выражая и в этом мысль благочестивую.