Быт. 1:26
Прп. Ефрем Сирин¶
И рече Бог: сотворим человека по образу нашему и по подобию, и да обладает рыбами морскими, и птицами небесными, (и зверми) и скотами, и всею землёю, и всеми гады пресмыкающимися по земли
Сказав о сотворении гадов, зверей и скотов в шестой день, Моисей обращается к повествованию о сотворении человека, который создан в тот же день, и говорит: И рече Бог. Кому же говорит Бог и здесь, и в других случаях во время творения? Очевидно, что говорит Сыну Своему. О Сыне сказал Евангелист: Вся тем быша и без Него ничтоже бысть (Ин.1:3). На Него указывает и Павел, говоря: Тем создана быша всяческая, яже на небеси и яже на земли, видимая и невидимая (Кол.1:16).
И рече Бог: сотворим человека по образу нашему, - то есть чтобы властен он был, если хочет повиноваться Нам. Почему же мы - образ Божий? Моисей объясняет это следующими словами: да обладает рыбами морскими, и птицами небесными, и скотами, и всею землёю. Потому господство, какое приял человек над землёй и над всем, что на ней, есть образ Бога, обладающего горними и дольними.
Свт. Василий Великий¶
И рече Бог: сотворим человека по образу Нашему и по подобию, и да обладает рыбами морскими, и птицами небесными, (и зверми) и скотами, и всею землёю, и всеми гады пресмыкающимися по земли
И рече Бог, сотворим человека. Где иудей, который, когда и выше, как бы чрез некоторые окна, просиявал свет Богословия, и второе Лице, хотя показывалось таинственно, но не являлось ясно, восставал против истины и утверждал, что Бог Сам с Собою беседует? Он говорит: Бог Сам сказал, Сам и сотворил. Да будет свет, и бысть свет. И тогда в словах иудея легко было открыть несообразность. Ибо какой кузнец, или плотник, или сапожник, сидя один с орудиями своего ремесла, когда никто не разделяет с ним труда, скажет сам себе: сделаем нож, или сколотим плуг, или сошьём башмак? Напротив того, не молча ли он окончит требуемую от него работу? Подлинно странное пустословие — утверждать, что кто-нибудь сидит и сам себе приказывает, сам над собою надзирает, сам себя понуждает властительски и настоятельно. Но не убоявшиеся клеветать на самого Господа, чего не могут сказать, имея язык обученный во лжи? Однако же настоящее речение совершенно заграждает им уста. И рече Бог: сотворим человека. Скажи мне: неужели и теперь одно Лице? Не написано: да будет человек, но — сотворим человека. Пока не являлся ещё ученик, проповедь Богословия скрыта была в глубине. Но, когда уже ожидаемо стало сотворение человека, обнажается вера, и очевиднее открывается догмат истины. Сотворим человека. Слышишь, христоборец, речь обращена к Участвующему в мироздании, к Тому, Имже и веки сотвори, Иже носит всяческая глаголом силы Своея (Евр. 1:3)!
Но иудей не в безмолвии принимает слово благочестия. А как самые человеконенавистные звери, когда заключены в клетки, грызут колки, и хотя выказывают тем лютость и неукротимость своей природы, однако же не могут привести в исполнение своей ярости, так и враждующий против истины род — иудеи, будучи стеснены, говорят: много лиц, в которых было Божие слово. Ибо Ангелам, предстоящим Ему, говорит: сотворим человека. Иудейский вымысел, иудейскому только легкомыслию свойственное баснотворство! Чтобы не принять одного, вводят тысячи, и отвергая Сына, достоинство советодательства приписывают служителям, подобных нам рабов делают властелинами нашего сотворения. Усовершившийся человек возводится в достоинство ангельское. Но какое создание может быть равно Создателю?
Рассмотри и последующие слова: по образу Нашему. Что скажешь на cиe? Не один ли образ у Бога и ангелов? У Сына и у Отца, по всей необходимости, тот же образ, если только разуметь образ боголепно, то есть состоящим не в телесном очертании, но в Божественном свойстве. Слушай и ты, который принадлежишь к новому обрезанию, и в христианстве берёшься защищать иудейство. Кому говорит: по образу Нашему? Кому иному, как не Сиянию славы и Образу ипостаси Его (Евр. 1:3), Иже есть образ Бога невидимаго (Кол. 1:15)? Итак, говорит собственному Своему Образу, Образу живому, вещающему: Аз и Отец едино есма (Ин. 10:30), и: видевый Мене, виде Отца (Ин. 14:9). Ему говорит: сотворим человека по образу Нашему. А где образ один, там может ли быть неподобие?
«Сотворим человека по образу Нашему и по подобию». Ранее, между прочим, было указано, и притом вполне основательно, что это за слова и к кому они обращены. Церковь даёт им объяснение, более того, она имеет веру, которая сильнее объяснения. «Создадим человека». Именно с этого момента и начинай познавать себя. Такие слова не были обращены ни к одному из созданий. Появился свет, а повеление было простым, Бог сказал: «Да будет свет!» Возникло небо, но без волеизъявления. Стали существовать светила, но не было предписания в отношении их. Моря и бескрайние океаны были вызваны к бытию приказом. По приказу же появились разного вида рыбы. То же и с животными, дикими и приученными, плавающими и летающими: сказал — и они родились. Но тогда не было ни человека, ни волеизъявления о человеке. Он не сказал, как об остальных: «Да будет человек!» Осознай же своё достоинство. Он не провозгласил твоё появление приказом, но выразил размышление Бога о том, как предстоит появиться в жизни достойному существу. «Сотворим!» Мудрый размышляет, Творец обдумывает. Разве Он оставляет без внимания искусство? Не стремится ли Он со всей заботливостью сделать Своё любимое творение совершенным, законченным и прекрасным? Не хочет ли Он показать тебе, что ты совершенен в глазах Бога?
Ты узнал, что есть два лица: Говорящий и Тот, к Кому обращено слово. Почему Он не сказал: «Сотворю», но «Сотворим человека»? Чтобы ты познал высшую власть; чтобы, признавая Отца, ты не отверг Сына; дабы ты ведал, что Отец сотворил через Сына, а Сын создал по велению Отца; чтобы ты прославил Отца в Сыне и Сына — в Святом Духе. Таким образом, ты родился как общее творение, чтобы стать общим почитателем Того и Другого, не проводя разделения в почитании, но относясь к Божеству как к единому. Обращай внимание на внешний ход истории и на глубокий внутренний смысл Богословия. «И создал Бог человека. — Создадим!» И не сказано: «И создали», чтобы у тебя не было основания впасть в многобожие. Если бы лицо было по своему составу множественным, то у людей было бы основание сделать себе множество богов. Теперь же выражение «создадим» употреблено, чтобы ты познал Отца и Сына и Святаго Духа.
«Бог создал человека», чтобы ты признавал (уразумел) единство Божества, не единство Ипостасей, а единство в силе, чтобы ты прославлял Бога единого, не делая различия в поклонении и не впадая в многобожие. Ведь не сказано «сотворили боги человека», но «сотворил Бог». Особая Ипостась Отца, особая — Сына, особая — Духа Святаго. Почему же не три Бога? Потому что Божество одно. Какое Божество я созерцаю в Отце, такое же — в Сыне, и какое в Духе Святом, такое же — в Сыне. Поэтому образ (μορφη) в Обоих один, и власть, исходящая от Отца, остаётся той же в Сыне. Вследствие этого наше поклонение, а также и прославление одинаковы. Предвестие нашего создания — это истинное Богословие.
«Сотворим человека по образу и по подобию Нашему». По образу Бога мы созданы. Как же именно по образу Бога? Очистим своё грубое сердце, невоспитанное восприятие, отбросим невежественные представления о Боге. Если мы сотворены по образу Бога, как об этом сказано, то и строение (συμμορφος) у нас то же самое. У Бога есть глаза и уши, голова, руки, седалищная часть, — ведь и говорится в Писании, что Бог восседает, — также ноги, на которых Он ходит. Разве Бог не таков? Но устрани из сердца непотребные выдумки (представления). Отбрось от себя мысли, не соответствующие величию Бога. Бог не имеет очертаний (ασχηματιστος), Он прост (απλους). Не фантазируй насчёт Его строения; не преуменьшай на иудейский манер Того, Кто велик; не замыкай Бога в свои телесные представления; не ограничивай Его мерой своего ума. Он неограничен в Своём могуществе. Подумай о чем-нибудь великом, прибавь к этому большее по сравнению с тем, о чем ты подумал, а к этому — ещё более великое и убедись, что в своих рассуждениях (мудрствованиях) ты никогда не достигнешь того, что бесконечно. Не пытайся представить. Его внешние очертания (αχημα) — Бог познаётся в могуществе, природа Его проста, величие неизмеримо. Он присутствует везде и над всем избыточествует; Он неосязаем, невидим. Он — то, что ускользает от восприятия твоего разума; Он не ограничен величиной, не имеет (досл.: не охвачен) внешних очертаний, не соразмерен никакой силе, не связан временем, не заключён ни в какие границы. К Богу не приложимо то, что приложимо к нам.
В каком же все-таки смысле Писание гласит, что мы созданы по образу Бога?
Давайте исследуем то, что относится к Богу, и мы познаем то, что касается нас, а именно, что мы не имеем образа Божиего, если понимать его в телесном смысле. Внешние очертания бывают (лишь) у тела, подверженного гибели. Не может в смертном заключаться бессмертное, и смертное не может быть образом бессмертного. Тело увеличивается, уменьшается, стареет, изменяется; оно одно в молодости, другое в старости; одно в добром здоровье, другое в болезнях; одно в страхе, другое в радости; одно в довольстве, другое в нужде; одно в мире, другое в битве. Разный цвет лица у бодрствующего и у спящего: у первого появляется яркий румянец из-за прилива теплоты к поверхности, у второго теплота уходит внутрь, именно поэтому цвет тела у спящих бледноватый.
Как же может изменяющееся быть подобным неизменному? То, что всегда остаётся одним и тем же, уподобится ли тому, что никогда не является устойчивым? Телесное убегает от нас, как нечто текучее, — прежде чем его увидишь, оно ускользает; вместо одного оно оказывается Другим. «По образу Нашему». Неподвижной природы текущий образ? Оформившийся образ бесформенного? Как нам узнать, что значит «по образу»? Из того, что сказал Сам Господь. Если я говорю что-либо от себя, не принимайте; если же я говорю как посланец Господа, примите.
«Сотворим человека по образу Нашему и по подобию, и да владычествует он над рыбами». Телом или разумом? В чем основа власти: в душе или в плоти? Плоть у нас слабее, чем у многих животных. Какое может быть сравнение по плоти между человеком и верблюдом, человеком и быком, человеком и каким-либо диким зверем? Человеческая плоть легче ранима по сравнению с плотью животного.
Однако в чем же основа власти? В превосходстве разума. Насколько (человек) уступает в телесной силе, настолько превосходит устройством разума. При помощи чего человек перемещает огромные тяжести? При помощи разума или физической силы?
«Сотворим человека по образу Нашему». О внутреннем человеке сказано: «Сотворим человека». Однако ты скажешь: «Почему Он не говорит нам о разуме?» Он сказал, что человек (создан) по образу Божию. Разум — это человек. Послушай, что говорит апостол: «Если внешний наш человек и тлеет, то внутренний со, дня на день обновляется». Каким же образом? Я различаю двух людей: одного, кто появляется, и другого, кто скрывается под появившимся, т. е. невидимого; это человек внутренний. Итак, в нас есть внутренний человек, и мы в некотором смысле двойные и, сказать по правде, мы есть бытие внутреннее. «Я» — говорится о человеке внутреннем. То, что находится вне (меня), — это не лично «я», но это «моё». Рука — это не «я», но «я» — это разумное начало души. Рука же — часть человека. Поэтому тело — это (как бы) орудие человека, орудие души; словом «человек» обозначается душа как таковая.
«Создадим человека по образу Нашему», т. е. дадим ему превосходство в разуме.
«И пусть владычествует». Не сказано: «Создадим человека по образу Нашему, и пусть они (люди) проявляют свою страсть, желание, скорбь». Не страсти заключены в образе Божием, а разум, владыка страстей. «И да владычествуют они над рыбами». Едва ты был сотворён; как уже сотворён быть владыкой. «И да владычествуют...» Получив от императора власть на один год, как человек от человека, смертный от смертного, приняв (её) от неимущего, какую власть души приобретает человек? Ты же получил от Бога (власть), которая не записана на дощечках или листах, обречённых на съедение червям, но (сама) природа несёт в себе Божественное слово: «Да владычествуют», — и в этом все, касающееся человеческой власти.
«Пусть владычествуют над рыбами, зверями земными, птицами небесными, скотом, гадами, ползающими по земле». Он не сказал: «Создадим человека по образу и по подобию Нашему, и пусть едят они (люди) от всякого плодового дерева, имеющего на себе плоды». На второе место нужно ставить относящееся к телу, на первое — относящееся к душе.
Главное, что тебе предназначено, — это сила власти. Ты человек, существо, которое властвует. Почему же ты порабощаешься страстями? Почему пренебрегаешь своим достоинством и становишься рабом греха? Почему превращаешь себя в достояние диавола? Ты призван быть владыкой твари, но отбрасываешь благородство своей природы.
«Рабом ли ты призван?» (1 Кор. 7:21) Почему тебя огорчает рабство тела? Почему ты не ценишь данной тебе от Бога власти, того, что у тебя есть разум, владыка страстей? Когда ты видишь, что твой владыка (разум) является рабом наслаждения, а ты сам раб своего тела, то знай, что ты раб только по названию, а он (разум) обладает (тогда) чисто номинальной властью, на самом же деле находится в сугубом рабстве. Ты видишь, как он влачит своё существование с блудницей; разве ты не господин страсти, а — не раб отвергнутых тобою наслаждений?
Поэтому «Сотворим человека, и пусть они владычествуют» (означают): где сила власти, там и образ Божий.
«Да владычествуют они над рыбами». Прежде всего нам дана власть над живущими в иной сфере. Он не сказал: «Да владычествуют они над домашними животными», но «над рыбами»: ведь вода — их стихия. Власть над рыбами дана нам прежде всего.
«Пусть они владычествуют над рыбами морскими и зверями земными». Не видел ли ты свирепого и рычащего льва, даже имя которого невыносимо, чей рёв приводит землю в трепет? У кого найдётся столько выносливости, чтобы выдержать его натиск? Никакое животное не полагается на своё превосходство в силе, чтобы противостоять нападению льва, однако ты видишь, как его заключили в тесную клетку.
Кто заключил его? Кто изобрёл маленькую тюрьму для большого зверя? Кто расчётливо оставил узкое расстояние между деревянными прутьями, как отдушину, чтобы животное не задохнулось от собственного дыхания, имело свободный приток воздуха и чтобы одновременно была обеспечена безопасность? Кто, как не человек? Из самых опасных зверей он делает забаву. Не забавляется ли человек с пантерами, выставляя картонный манекен, изображающий человека, и когда пантера терзает картон, не смеётся ли спрятавшийся под ним человек над глупостью зверя? Не надо всем ли властвует человек благодаря своему превосходству? А что сказать тебе о тех, кто летает? Конечно, человек не поднимается на воздух, но он (как бы) летает наравне с пернатыми благодаря силе разума. Ничто не ограничивает его разум, он исследует то, что в глубине морской, охотится за тем, что на земле, уловляет то, что в небе.
«И да владычествуют они над гадами, пресмыкающимися по земле». Видишь, что значит быть созданным по образу Божию?
Блж. Августин¶
Ст. 26-27 И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему по подобию Нашему, и да владычествуют они над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над скотом, и над всею землёю, и над всеми гадами, пресмыкающимися по земле. И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их
Почему [Бог говорит]: по образу нашему, хотя Сын есть образ единого Отца? Как мы говорили, из-за неравного подобия сказано, что человек создан по образу, а нашему - потому, что человек есть образ Троицы. Он не равен Троице, как Сын равен Отцу, но, как было сказано, сближается с Нею в силу некоего сходства, подобно тому как в отстоящих друг от друга вещах обнаруживается близость, но не по месту, а в силу некоего подобия.
...Не все то, что в творении некоторым образом подобно Богу, следует так же называть “Его образом”, но лишь то творение, выше которого один лишь Бог. Поэтому сказанное непосредственно относится только к тому творению, для которого между ним и Богом нет никакой промежуточной природы.
...Бог сказал: Сотворим человека по образу нашему, по подобию Нашему; а ниже сказано: И сотворил Бог человека по образу Своему. В отношении к Нашему множественное число было бы употреблено неверно, если бы человек был сотворён по образу одного Лица: Отца, либо Сына, либо Святого Духа. Но так как он был сотворён по образу Троицы, сказано: по образу Нашему.
С другой стороны, мы не должны считать, что в Троице три Бога, ибо Троица есть единый Бог: И сотворил Бог человека по образу Бога, то есть по образу Своему.
См. также Толкование на Быт. 1:25
Лопухин А.П.¶
И сказал Бог: сотворим человека по образу Нашему по подобию Нашему, и да владычествуют они над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над скотом, и над всею землёю, и над всеми гадами, пресмыкающимися по земле
«И сказал Бог: сотворим человека…» Из этих слов видно, что прежде чем сотворить человека, это новое и удивительное создание, Бог держал с кем-то совет. Вопрос о том, с кем может совещаться Бог, стоял ещё перед ветхозаветным пророком: «кто уразумел дух Господа, и был советником у Него и учил Его? С кем советуется Он?» (Ис. 40:13-14; Рим. 11:34) и лучший ответ на него дан в Евангелии Иоанна, где говорится о Слове, искони бывшем с Богом и в союзе с Ним создавшем все (Ин. 1:2-3). Это сказал, указывает на Слово, Логос, - предвечный Сын Божий, называется ещё «чудным Советником» у пророка Исаии (Ис. 9:6). В другом месте Писания Он, под видом Премудрости, прямо изображается ближайшим участником Бога-Творца во всех местах Его творения, в том числе и в деле создания «сынов человеческих» (Притч. 8:27-31). Ещё больше поясняют эту мысль те толкователи, которые данный совет относят к таинству воплощённого Слова, благоволившего воспринять телесную природу человека в единстве со Своей божественной природой (Флп. 2:6-7). По согласному мнению большинства святых Отцов, рассматриваемый здесь божественный совет происходил с участием и Святого Духа, т. е. между всеми лицами Пресвятой Троицы (Ефрем Сирин, Ириней, Василий Великий, Григорий Нисский, Кирилл Александрийский, Феодорит, Августин и др.).
Что касается содержания этого самого совета, то именем его, по объяснению митрополита Филарета - следственно и действованием советования, изображается в Священном Писании Божье предвидение и предопределение (Деян. 2:23), т. е. в данном случае - осуществление мысли о создании человека, от века существовавшей в божественном плане Мироздания (Деян. 15:18). Таким образом, здесь мы находим один из самых древнейших следов существования в допотопном мире тайны троичности, но затем она, по мнению лучших толковников, была помрачена в сознании первых людей вследствие грехопадения, а потом, после вавилонского столпотворения, и вовсе надолго исчезла из сознания ветхозаветного человечества, от которого она была даже намеренно скрываема по педагогическим целям, именно, чтобы не подавать евреям, всегда склонным к многобожию, лишнего соблазна в этом отношении.
«человека…» В еврейском тексте стоит здесь слово adam. Когда это слово употреблено без артикля, то не выражает собою собственного имени первого мужа, а служит лишь нарицательным обозначением «человека» вообще; в этом смысле оно одинаково прилагается как к мужчине, так и к женщине (Быт. 5:2). Как это видно из последующего контекста, в таком именно смысле употреблено это слово и здесь - обозначая всю первозданную чету, которой и преподаются божественные благословения к размножению и владычеству над природой (27 с.). Употребляя единственное число нарицательного понятия «человек», бытописатель тем самым яснее оттеняет истину единства человеческого рода, о которой и писатель кн. Деяний говорит: «От одной крови Он (Бог) произвёл весь род человеческий» (Деян. 17:26).
«по образу Нашему, (и) по подобию Нашему…» Здесь употреблены два родственных по значению слова, хотя и заключающие в себе некоторые оттенки мысли: одно означает идеал, образец совершенства; другое - реализацию этого идеала, копию с указанного образца. «Первое (κατ εικονα - по образу) - рассуждает святой Григорий Нисский - мы имеем по сотворению, а последнее (κατ ομοιωσιν - по подобию) мы совершаем по произволению». Следовательно, образ Божий в человеке составляет неотъемлемое и неизгладимое свойство его природы, богоподобие же есть дело свободных личных усилий человека, которое может достигать довольно высоких степеней своего развития в человеке (Мф. 5:48; Еф. 5:1-2), но может иногда и отсутствовать совершенно (Быт. 6:3-23; Рим. 1:23; Рим. 2:24).
Что касается самого образа Божия в человеке, то он отображается в многоразличных силах и свойствах его сложной природы: и в бессмертии человеческого духа (Прем 2.23), и в первоначальной невинности (Еф. 4:24), и чистоте (Еккл. 7:29), и в тех способностях и свойствах, которыми наделён был первозданный человек для познания своего Творца и любви к Нему, и в тех царственных полномочиях, которыми обладал первый человек по отношению ко всем низшим тварям (Быт. 27:29) и даже в отношении к своей собственной жене (1 Кор. 11:7), и, в особенности, в тройственности своих главных душевных сил: ума, сердца и воли, служившей как бы некоторым отображением божественного триединства (Кол. 3:10). Полным и всесовершенным отражением божественного образа Писание называет лишь только Сына Божия (Евр. 1:3; Кол. 1:15); человек же был сравнительно очень слабой, бледной и несовершенной копией этого несравненного образца, но однако он стоял в несомненной родственной связи с Ним и отсюда получил право на название Его рода (Деян. 17:28), сына или чада Божия (Лк. 3:38), а также и прямо - «образа и славы Бога» (1 Кор. 11:3).
И рече Бог: сотворим человека по образу нашему и по подобию, и да обладает рыбами морскими, и птицами небесными, (и зверми) и скотами, и всею землёю, и всеми гады пресмыкающимися по земли
И рече, говорит, Бог: сотворим человека по образу нашему и по подобию. Не опустим этих слов, возлюбленные, без внимания, но разсмотрим каждое речение и, низойдя во глубину, изследуем сокрытую в этих кратких словах силу. Хотя слов и не много, но велико сокрытое (в них) сокровище, а внимательным и разсудительным не следует останавливаться на поверхности. Ведь, и желающие выкопать чувственное сокровище не на поверхности только копают и разыскивают, но, спустившись на большую глубину, изследуют самыя недра земли и таким образом с помощию своего искусства, отделяют от земли золото, и часто с большим трудом и усердием едва успевают найти малыя крупицы. А здесь нет ничего такого; напротив, и труд меньше, и богатство неизречённое: таково все духовное.
Не будем же хуже тех, которые домогаются чувственнаго; но поищем и мы духовнаго сокровища, заключеннаго в этих словах. И во первых, посмотрим, что новаго и особеннаго сказано здесь, и для чего блаженный этот пророк, или - лучше - человеколюбивый Бог, говоривший чрез пророка, употребил такой новый образ речи. Он говорит: сотворим человека по образу нашему и по подобию. Недавно мы слышали, как Он, по сотворении неба и земли, говорил: да будет свет, и: да будет твердь посреде воды; и ещё: да соберётся вода в собрание едино, и да явится суша, и: да будут светила, и: да изведут воды гады душ живых. Видел ты, что вся тварь в течение пяти дней созидаема была одним словом и повелением? Смотри теперь, какая перемена в словах. Уже не говорит: да будет человек; но что? Сотворим человека по образу нашему и по подобию. Что это за новость? Что за особенность? Кто это созидается, что для создания его Создателю понадобился такой совет и разсуждение? Не изумляйся, возлюбленный. Человек есть превосходнейшее из всех видимых животных; для него-то и создано все это: небо, земля, море, солнце, луна, звезды, гады, скоты, все безсловесныя животныя. Почему же, скажешь, он создан после, если превосходнее всех этих тварей? По справедливой причине. Когда царь намеревается вступить в город, то нужно оруженосцам и всем прочим идти вперёд, чтобы царю войти в чертоги уже по приготовлении их: так точно и теперь Бог, намереваясь поставить как бы царя и владыку над всем земным, сперва устроил все это украшение, а потом уже создал и владыку, и таким образом на самом деле показал, какой чести Он удостоивает это животное. Но спросим иудея и посмотрим, что он скажет относительно того, к кому сказано: сотворим человека по образу нашему? Это писание Моисея, которому они, говорят, веруют, а (на самом деле) не веруют, как и Христос сказал: аще бо бысте веровали Моисеови, веровали бысте убо и Мнe (Иоан. V, 46). Так, письмена - у них, а смысл - у нас. К кому же сказано: сотворим человека, и кому Господь предлагает такой совет? Это не потому, чтобы Он нуждался в совете и разсуждении; нет, этим образом речи Он хочет показать нам чрезвычайную честь, какую являет созидаемому человеку. Что же говорят эти (иудеи), которые доселе имеют покрывало на сердцах своих и не хотят понять смысла этих слов? Они говорят, что (Бог) сказал это ангелу или архангелу. О, безумие! О, великое безстыдство! Как это возможно, чтоб ангел вступал в совещание с Господом, создание с Создателем? Дело ангелов состоит не в том, чтобы вступать в совещание (с Богом), а в том, чтобы предстоять и служить. И чтобы тебе увериться в этом, послушай, как велегласнейший Исаия о высших ангельских силах говорит, что видел херувимов, стоящих одесную Бога, и серафимов, покрывавших крыльями лица свои и ноги (Ис. VI, 2). Это потому, что они не могли сносить исходящаго оттуда сияния, но стояли с великим страхом и трепетом. Так прилично тварям предстоять Господу.
Но иудеи, не понимая значения слов, говорят без разбора, что ни придётся. Поэтому, отвергнув их пустословие, надобно показать чадам Церкви истинный смысл этого изречения. Итак, кто это такой, кому говорит Бог: сотворим человека? Кто же другой, если не велика совета Ангел, чудный советник, крепкий, князь мира, отец будущаго века (Ис. IX, 6) Единородный Сын Божий, равный Отцу по существу, имже вся быша? Ему говорит (Отец): сотворим человека по образу нашему и по подобию. Здесь наносит Он смертельный удар и мыслящим по-ариански. Сказал не повелительно: сотвори, как низшему или меньшему по существу, но как к равночестному: сотворим. И последующия слова показывают нам также единосущие: сотворим, говорит, человека по образу нашему и по подобию. Но здесь опять возстают другие еретики, искажающие догматы Церкви, и говорят: "вот Он говорит: по образцу нашему" - и вследствие этого хотят называть Бога человекообразным. Но было бы крайне безумно - Того, Кто не имеет образа, ни вида, и Кто неизменяем, низводить в человеческий образ, и безтелесному придавать черты и члены (телесные). Что может сравниться с этим безумием, когда (еретики) не только не хотят пользоваться учением богодухновеннаго Писания, но и обращают его в величайший себе вред? Они похожи на больных, и на тех, у кого слабо телесное зрение. Как эти последние по слабости своего зрения, не переносят и солнечнаго света, и как больные удаляются и самой здоровой пищи, так и эти люди, больные душею и потерявшие очи ума, не могут пользоваться светом истины. Поэтому мы исполним свой долг и подадим им руку, беседуя с ними с великою кротостию. И блаженный Павел так увещевал, говоря: с кротостию наказующу противныя: еда како даст им Бог покаяние в разум истины, и возникнут от диавольския сети, живи уловлени от него, в свою его волю (2 Тим. II, 25, 26). Видишь, как он показал этими словами, что они как будто погрузились в какое-то опьянение; словом: возникнут дал заметить, что они были погружены в какой-то глубине. И опять, уловлени, говорит, от диавола, то есть, как бы опутаны сетями. Поэтому от нас требуется большая кротость и долготерпение, чтобы можно было их исхитить и извлечь из сетей диавольских. Итак, скажем им: образумьтесь немного, взгляните на света, правды, размыслите об истинном значении слов. Сказав: сотворим человека по образу нашему и по подобию, (Бог,) не остановился на этом, но последующими словами объяснил нам, в каком смысле употребил слово образ. Что говорит? - И да обладают рыбами морскими, и птицами небесными, и всеми гады, пресмыкающимися по земли. Итак, образ Он поставляет в господстве, а не в другом чем. И в самом деле, Бог сотворил человека властителем всего существующаго на земле, и нет на земле ничего выше его, но все находится под его властью.
Если же и после такого раскрытия слов, любящие спорить будут говорить, что разумеется образ наружнаго вида, мы скажем им: так (Бог) значит, похож не только на мужа, но и на жену, потому что тот и другая имеют один и тот же образ? Но это было бы нелепо. Послушай, что говорит Павел: муж убо не должен есть покрывати главу, образ и слава Божия сый: жена же слава мужу есть (1 Кор. XI, 7). Тот обладает, а эта поставлена в подчинение, как и Бог изначала сказал ей: к мужу твоему обращение твоё, и той тобою обладати будет (Быт. III, 16). Так как (человек) получил образ (Божий) в праве на господство, а не во (внешнем) виде, а господствует Над всем муж, жена же поставлена в подчинение, то поэтому Павел говорит о муже, что он есть образ и слава Божия, жена же слава мужу есть. А если бы он, говорил о (внешнем) виде, то не сделал бы такого различия (между мужем и женою), потому что одинаков вид и у мужа и у жены. Видишь полноту истины, как она не оставляет никакого предлога к оправданию любящим пустые споры?
Узнали вы, что значит «по образу», т. е. что им означается не достоинство природы, но подобие господства, и что слово образ Бог отнёс не к виду (человека внешнему), а к господству; потому и прибавил: «и да обладают рыбами морскими, и птицами небесными, и зверми,... и пресмыкающимися по земли».
Но здесь восстают на нас эллины и говорят, что это слово оказывается неистинным, потому что не мы обладаем зверями, как обещает (слово), но они обладают вами. Это однако совершенно несправедливо. Где только человек покажется, звери тотчас обращаются в бегство. А если иногда, когда нудит их голод, или мы раздражаем, нам случается терпеть вред от них, это уже происходит не от того, чтобы они имели власть над нами, но от нашей вины. Так, если и при нападении на нас разбойников, мы не остаёмся праздными, до вооружаемся, то это означает не власть нашу над ними, но попечение о нашем спасении. Но выслушаем, между тем, что сказано. «Сотворим, – говорит Бог, – человека по образу нашему и по подобию». Как «образом» назвал Он образ владычества, так «подобием» то, чтобы мы, сколько возможно человеку, делались подобными Богу кротостию, смирением и вообще добродетелию, по слову Христову: «будите подобны Отцу вашему, иже на небесех» (Мф.5:45).
Из сказанного ясно, что человек вначале имел полную власть над животными, так как сказано: «да обладают рыбами морскими и птицами небесными, и зверми, и гады пресмыкающимися по земли». А что теперь мы боимся и пугаемся зверей, и не имеем власти над ними, этого я не отвергаю; только это не делает ложным обещания Божия. Вначале не так было,но боялись звери и трепетали, и повиновались своему владыке. Когда же он преслушанием потерял дерзновение, то и власть его умалилась. Что все животные подчинены были человеку, послушай, как говорит Писание: «приведе» зверей и всех бессловесных «ко Адаму видети, что наречёт я» (Быт.2:19). И он, видя близ себя зверей, не побежал прочь, но как иной господин даёт имена подчинённым ему рабам, так дал имена всем животным. «И всяко, еже нарече Адам,... сие имя ему»; это уже знак власти. Потому и Бог, желая и чрез это показать ему достоинство его власти, поручил ему дать имена животным. Итак, этого уже довольно бы для доказательства, что звери вначале не страшны были человеку. Но есть ещё и другое доказательство, не менее сильное и даже более ясное. Какое же? Разговор змия с женою. Если бы звери страшны были человеку, то, увидев змия, жена не остановилась бы, не приняла бы совета, не разговаривала бы с ним с такою безбоязненностью, но тотчас бы при виде его ужаснулась и удалилась. А вот она разговаривает, и не страшится; страха тогда ещё не было. Когда же вошёл грех, отнята была и честь и власть. И как между рабами исправнейшие бывают страшны товарищам, а неисправные боятся товарищей, так стало и с человеком. Пока имел он дерзновение пред Богом, дотоле страшен был и зверям; а когда пал, то сам стал бояться и последних из сорабов своих. Если же ты не принимаешь слов наших, то докажи мне, что звери были страшны человеку до падения. Но доказать это не можешь. А если впоследствии явился этот страх, то и это служит важнейшим доказательством человеколюбия Божия. Если бы, и по преступлении человеком заповеди, дарованная ему честь осталась неприкосновенною, ему не легко было бы восстать от падения. Значит Бог отнял у нас власть по Своей о нас заботливости и промышлению.
Сказав: «сотворим человека» и употребив, так сказать, совещание и рассуждение, Создатель всего этим образом речи указал уже на достоинство того, кого намеревался создать, и ещё до создания его показал нам, какую великую власть хотел Он вручить этому будущему творению. Сказав: «сотворим человека по образу нашему и по подобию», (Бог) присовокупил: «и да обладают рыбами морскими». Смотри, как в самом начале открывает нам скрытое сокровище. Говоря Духом Божиим, пророк видит несуществующее, как существующее и совершившееся. Для чего же, скажи мне, Бог, сказав: «сотворим человека», говорит теперь: «и да обладают»? Он открывает нам некоторое сокровенное таинство. Кто такие «и да обладают»? Не ясно ли, что это сказал Он, намекая на создание жены? Видишь, что в божественном Писании ничего не сказано просто и напрасно, но и незначительное слово заключает, в себе скрытое сокровище.
И не изумляйся, возлюбленный, сказанному. Таков у всех пророков обычай – говорить о небывшем ещё, как уже о совершившемся. Они духовными глазами видели уже то, что имело совершиться спустя много лет; поэтому и говорили обо всем так, как будто бы созерцали то пред глазами. И чтобы тебе ясно было это, послушай, как блаженный Давид, за столько поколений, пророчествует и вопиет о крестных страданиях Христовых: «ископаша руце мои и нозе мои» (Пс.21:17), и ещё: «разделиша ризы моя себе», (Пс.21:19). Видишь, как о том, что имело быть спустя много времени, он предсказал, как уже о сбывшемся? Так и этот блаженный пророк (Моисей), намекая нам уже на создание жены, говорит загадочно: «и да обладают рыбами морскими».
Здесь, во-первых, заслуживает рассмотрения то, почему, когда созидаемо было небо, не сказано: «сотворим», но: да будет небо, да будет свет, и так – о каждой части творения; здесь же только прибавлено: «сотворим», (чем выражается) совет, смотрение, и сообщение с другим кем-то равночестным? Кто же такой имеет быть сотворён, что удостаивается такой чести? Это человек – великое и дивное живое существо и для Бога драгоценнейшее всей твари, ради которого небо, и земля, и море, и вся прочая совокупность творения, – человек, спасения которого так восхотел Бог, что не пощадил для него и Единородного; Он до тех пор не перестал все делать и устроять, пока не возвёл его (на небо) и не посадил одесную Себя. И Павел взывает, говоря: «совоскреси, и спосади нас одесную Себе на небесех во Христе Иисусе» (Еф. 2:6). Поэтому (был) совет, смотрение и сообщение, – не потому однако, будто Бог имеет нужду в совете, – этого да не будет, – но чтобы самым способом выражения показать нам достоинство творимого. Но если человек дороже всего мира, то как же он создаётся после этого мира? Именно потому, что он дороже мира. Когда царь намеревается прибыть в какой-либо город, то впереди его идут военачальники, правители, оруженосцы и всякого рода служители, чтобы, приготовив царский дворец и устроив все прочее потребное, можно было принять царя с великою честью. Так и здесь: как бы в ожидании прибытия царя, наперёд явилось солнце, распростёрлось небо, возник свет; и когда все было сделано и устроено, тогда вводится с великою честью и человек. «Сотворим человека по образу». Слушай, иудей. Кому Бог говорит: «сотворим»? Это написал Моисей, которому они, по их словам, хотя лживым, верят. А что они лгут и (на самом деле) не верят, послушай, как Христос обличает их в этом, и говорит: «аще... бысте веровали Моисеови, веровали бысте [убо и] Мне» (Ин 5.46). Теперь у них книги, а сокровище этих книг у нас, у них письмена, а у нас – и письмена и разумение. Кому же, скажи, Бог говорит: «сотворим человека?» Просто говорит Он, скажут, ангелу или архангелу. Как негодные слуги, когда господа выговаривают им, а они не могут дать прямого ответа, говорят все, что ни пришлось, так и вы говорите: Бог сказал это ангелу и архангелу. Какому ангелу? Какому архангелу? Не дело ангелов творить, и не дело архангелов – совершать это. Почему же, когда творил небо, не сказал (этого) ангелу и архангелу, а сотворил (единственно) Сам, а когда создавал живое существо, драгоценнейшее неба и всего мира, т. е. человека, то берет рабов в соучастники творения?
Нет, это не так! Ангельское дело предстоять, а не творить; архангельское – служить, а не участвовать в решении и совете. Послушай, что говорит Исаия о серафимах, которые выше архангелов. «Видех Господа, седяща на престоле высоце и превознесенне, ...и серафимы стояху окрест Его: шесть крил единому, и шесть крил другому: и двема убо крилами покрываху лица своя» (Ис. 6:1–2), то есть, они закрывали свои лица, потому что не могли вынести блеска, выходящего от престола. Что скажешь? Серафимы предстоят и находятся в таком удивлении и изумлении, и это тогда, как видят снисхождение Божие: ангелы же участвуют с Богом в решении и рассуждении. Но это несообразно. Кто же это, кому говорит Бог: «сотворим человека»? Это «чуден, советник, властелин, Бог крепкий, князь мира, Отец будущаго века» (Ис. 9:6), Сам Единородный Сын Божий. Ему-то Он говорит: «сотворим человека по образу... и... подобию нашему». Не сказал: «по моему и твоему», или «по моему и вашему», но: «по образу Нашему», указывая на один образ и одно подобие. А у Бога и ангелов не один образ и не одно подобие. Как действительно может быть один образ и одно подобие у Владыки и у служителей? Таким образом со всех сторон опровергается ваше понимание; и (под образом) разумеется здесь образ господства, как видно и из последующаго. Сказав: «по образу... и... подобию», присовокупил: «и да обладают рыбами морскими»; обладание же не может быть одинаковым у Бога и ангелов. Действительно, как (оно может быть одно и тоже) у рабов и у Владыки, у служителей и у Повелителя? Но нам возражают ещё и другие некоторые, которые, худо понимая сказанное, говорят, что Бог имеет такой же образ, как и мы. (Писание) говорит не об образе существа, но об образе господства, что мы и докажем из последующего. В самом деле, что Божество не человекообразно, послушай слов Павла: «муж... не должен есть покрывати главу, образ и слава Божия сый: жена же мужу слава есть, сего ради должна есть покров имети на главе» (1Кор. 11:7, 10). Если бы под образом разумелся здесь тот неизменный вид, какой имеет Бог, и человек потому назывался бы образом Божиим, что Бог имеет такой же вид, то, согласно с теми, следовало бы назвать образом не только мужа, но и жену, потому что и у жены и у мужа один отпечаток и отличительное свойство, и одно подобие. Так почему же муж называется образом Божиим, а жена нет? Потому что (апостол) говорит об образе не по внешнему виду, а по владычеству, которое имеет один муж, а не жена. Он никому не подчинён, а она подчинена ему, как сказал Бог: «к мужу твоему обращение твоё, и той тобою обладати будет» (Быт. 3:16); потому муж есть образ Божий, что никого не имеет выше себя, как нет никого и выше Бога, но над всем Он господствует, а жена – слава мужа потому, что подчинена мужу. И опять в другом месте говорит: «не должни есмы непщевати подобно быти Божество злату или сребру, или каменю художне начерта́ну, и смышлению человечу» (Деян 17.29). Смысл этих слов такой: Божество не только превосходит видимые образы, но даже и мысль не может представить себе то, каков Бог. Как Бог может иметь образ человека, когда Павел говорит, что даже никакая мысль не в состоянии представить существо Божие, наш же вид и образ все мы легко можем начертать в уме?
«Сотворим человека по образу... и по подобию Нашему, и да обладает зверми». Здесь возражают нам эллины и говорят, что слова эти неверны, потому что не мы обладаем зверями, а они нами, причиняя нам большое беспокойство. Это совсем неправда: достаточно появления человека, чтобы зверь удалился; такой у них страх к нам! А если где-нибудь делают нападение, или будучи вынуждаемы к тому голодом, или потому что мы сами нередко тесним их и доводим до крайности, то это не может служить признаком совершенного господства. Ведь, если кто из нас, увидев приближающихся разбойников, возьмёт оружие и выступит на защиту, то это будет проявлением не власти, а большой заботливости о своей жизни. Однако не этим только я защищаю, но и другим, о чем полезно и вам услышать. Я не отрицаю и признаю сам, что мы боимся и страшимся зверей, что мы потеряли власть над ними. Но это не делает неправым божественный закон. Вначале было не так, а боялись (звери) и трепетали, и склонялись пред человеком, как пред господином но когда мы лишились дерзновения и чести, то сами стали бояться их. Откуда это видно? «Приведе» Бог звери «ко Адаму, видети, что наречёт я» (Быт. 2:19), и Адам не убежал в испуге, но дал им всем имена, как подчинённым ему рабам. Это знак владычества. Потому Бог и поручил Адаму дать имена, что хотел показать чрез это достоинство его власти; и какие он дал имена, те с того времени оставил за ними. «Всяко, еже аще нарече Адам... сие имя» (Быт. 2:19) им, сказано. Это одно доказательство того, что вначале звери не страшны были человеку. Вторым же и более ясным, чем первое, доказательством служит разговор змия с женою. Если бы звери были страшны людям, то жена, увидев змия, не осталась бы на месте, но убежала бы, – не приняла бы совета, спокойно не разговаривала бы с ним, а тотчас, как увидела, испугалась бы и удалилась. Между тем она разговаривает, а не пугается, потому что ещё не было этого страха. А когда вошёл грех, то отнята и честь. И как между слугами исправные страшны для товарищей, дурные же боятся и сослужителей, так случилось и с человеком. Пока он имел дерзновение к Богу, до тех пор страшен был для зверей, а когда пал, то стал уже бояться и последних из сорабов своих. Если это не так, то докажи мне, что до греха звери были страшны людям. Но ты не имеешь (такого доказательства). И если впоследствии вошёл страх, то и это – дело попечения Господа. Если бы данная Богом человеку честь вполне осталась при нем и после нарушения и преступления данной ему Богом заповеди, то ему не легко было бы встать. Когда непокорные люди пользуются одинаковою честью наравне с покорными, то они больше «предаются» злу и не легко «отстают» от порока. Если и теперь люди не хотят вразумиться, когда угрожает им страх, мучения и наказания, то какими были бы они, если бы не терпели никаких наказаний за свои преступления? Отсюда видно, что Бог лишил нас власти, щадя и заботясь о нас. И в том ещё усматривай Его неизречённое человеколюбие. Адам нарушил заповедь и преступил закон, а Бог не вовсе отнял у него честь и не лишил его всей власти. Он отнял власть над теми только животными, которые не особенно ему нужны для устроения жизни; а животные необходимые, полезные и оказывающие много услуг для нашей жизни Он оставил в подчинении нам. Он оставил нам стада волов, чтобы мы могли пахать и обрабатывать землю и сеять семена. Оставил породы рабочего скота, чтобы они помогали нам в трудах при перевозке тяжестей. Оставил стада овец, чтобы мы имели достаточно материала для приготовления одежд. Оставил ещё и другие породы животных, которые доставляют нам в других отношениях большую пользу. Когда Бог, в наказание человеку, сказал: «в поте лица твоего снеси хлеб твой» (Быт. 3:19), то, чтобы этот пот, усилия и труд не были невыносимыми, Он облегчил тяжесть и обременительность труда множеством бессловесных, которые участвуют с нами в этом труде и тяжестях. Как человеколюбивый и попечительный господин, ударив палкой слугу своего, прилагает к ранам его лекарство, так и Бог, определив наказание, всеми мерами стремится облегчить это наказание, когда, осудив нас на постоянный пот и труд, вместе с тем повелел многим породам безсловесных участвовать с нами в труде.
Но заметь, как сам законодатель Моисей в самом рассказе о творении человека указывает на Сына и сообщает познание о Нем. У него сказано: «да будет твердь»; сказано: «да произрастит земля», сказано: «да произведёт вода». Когда переходит к человеку, то говорит: «И сказал Бог: сотворим человека». Спрошу иудея: если Бог один, и нет с Ним Сына, Которого мы проповедуем, нет Духа Святого, Которому мы поклоняемся, то кому сказал Бог: «сотворим человека»? Небо Он творит одним повелением; точно также и землю и все прочее. Когда создаёт человека, то, желая прикровенно дать познание божества Сына, говорит: «сотворим человека», дабы показать, что Он имел Его сотрудником в самом начале творения. Поставляемые в стеснённое положение и будучи не в состоянии извратить ясный смысл изречения, иудеи говорят, что Бог сказал это ангелам. Так, не имея возможности отрицать смысл изречения, проводят отрицание иным способом. Итак, кому же сказал Бог: «сотворим»? Говорят, – ангелам. Спрошу их, кто больше: ангелы или люди? Конечно, ангелы. Когда мы достигнем полной меры добродетели, мы и тогда не будем превосходить их, а будем лишь равны им; теперь же мы много уступаем природе ангелов и их бестелесному состоянию.
Слушай, как об этом свидетельствует Давид: «то что такое человек, что Ты помнишь его? Или сын человеческий, что посещаешь его? ...Ты умалил его малым чем пред Ангелами» (Пс.8:5–6). Следовательно, мы умалены пред ангелами; мы меньше, ангелы больше. Если же, создавая человека, меньшего, Бог нуждался в ангелах, как советниках и помощниках, то насколько более имел в этом нужду, когда творил больших – ангелов, не одного притом, а бесчисленное их множество? Подобно тому ведь, как все светила Бог сотворил зараз, так и ангелов с архангелами Он сотворил зараз, а их так много, что они превосходят всякое число, почему Даниил и восклицает: «тысячи тысяч служили Ему и тьмы тем предстояли пред Ним» (Дан.7:10). Тысячи тысяч ангелов, и тысячи архангелов сотворил Бог и не нуждался в советнике и помощнике, а творя одного человека из земли, совещается, рассуждает, делает совет? «Что такое человек»? Не земля ли, и не от земли ли? Не прах ли и пепел? Авраам, указывая на своё ничтожество, взывает: «я, прах и пепел» (Быт. 18:27). Слушай, как, с другой стороны, Давид говорит: «Ты творишь Ангелов Своих духами и слуг Своих пламенем огненным» (Пс.103:4). Создавая естество огненное, умных и бестелесных духов, Бог не имел нужды ни в советнике, ни в помощнике, ни в каком бы то ни было другом сообщнике, а творя жалкого ничтожного человека, от земли существо, которое немного времени спустя должно прекратить своё бытие, разрушиться во гробе, уничтожиться временем, Он советуется, размышляет? Да, говорят, Владыке, по великой Его благости, прилично было сказать предстоящим рабам: что должно быть? что сделаем? Соглашаюсь и с этим, и, не смотря на высказанное опровержение, допускаю, что «сотворим» сказано было ангелам. Но за словом «сотворим» разве ты не видишь: «по образу ...и ...подобию»? Этим словом я смело могу заградить уста и иудеям и еретикам. (Отожествлять образ Божий с ангельским образом не может) ни иудей, ни еретик, который поистине есть тот же иудей, а пожалуй и хуже ещё, потому что иудеи распяли видимое тело, а еретики восстают против невидимого божества, вернее же – против собственного своего спасения.
Впрочем, первые доказали, что они делали дело невозможное, почему и терпят отчасти в настоящее время казнь за свою дерзость, видя род свой рассеянным по всей вселенной, полное же наказание донесут впоследствии, когда совершится всеобщий суд, так и еретики в надлежащее время получат заслуженное наказание. Но зачем все это я сказал вам? Буду продолжать начатое. Ни еретик, ни иудей не смеет сказать, что у Бога и ангелов один образ и подобие. Разве ангелы, которые произошли, были помощниками Богу? Они были только слугами, которые восхваляли, благодарили Его, зная, что они произошли, что раньше не существовали и явились по благоволению Его благости; они были зрителями, созерцавшими то, что произошло после них. Они видели, как произошло небо из небытия, и ужасались; видели, как отделено море, и удивлялись; созерцали украшаемую землю, и трепетали. А что ангелы не были помощниками, а были дивившимися зрителями, об этом говорит Бог Иову: когда я сотворил звезды, восхвалили меня все ангелы и прославили (Иов.38:7).
«Сотворим человека». Изречение указывает на говорящего и слушающего. Смотри, как всегда сияет луч православной веры; и солнце, блистая, присоединило свой луч. «Сотворим человека по образу Нашему [и] по подобию Нашему». Соблюдён и чин ипостасей, и единообразие существа. «Сотворим человека по образу», – не по образам, потому что иной образ Отца, а иной – Сына. «Сотворим», – чтобы показать множественность ипостасей; «по образу нашему», – чтобы указать на единосущие. Кто был участником этого великого слова и чудного творения? Иудеи возражают (против признания этим участником Сына) и устыжаются, когда им замыкают уста; еретики безумствуют, оспаривая истину; слово благочестия имеет необоримое удостоверение.
Итак, откуда мы узнаем, кому сказал Бог: «сотворим человека по образу», или кто Его советник? «Сотворим» требует присутствия на лицо советника. Блаженный Исаия говорит о Единородном Сыне Божием, пришедшем ради нас в нашем образе: «Младенец родился нам – Сын дан нам» (Ис.9:6). Отрок, раньше не существовавший, «родился»; сущий же Сын «дан». «И нарекут имя Ему: Чудный, Советник» (Ис.9:6), имя отрока, – как Сына по Божеству, как отрока – по человечеству. Велика совета ангел, чуден советник. Но если ты, пророк, называешь того советника, которому Бог сказал: «сотворим человека по образу Нашему и по подобию Нашему», ангелом великого совета, то ты ещё не указал на достоинство советника, о котором ты возвещал. И Моисей ведь был советником, по-видимому и он советовал, говоря: не погуби их, чтобы не сказали язычники: потому, что Он не мог умножить их, погубил их (вероятно приводится место Исх.32:12, Числ.14:15–16). Однако не останавливай с удивлением внимания на слове «советник»; не делай общим имени. Хотя и много советников, пусть не унижается советник единый. Ты ещё, – говорит, – не знал достоинства того, о ком возвещалось. Слушай о чудном советнике Исаию, который изъясняет предыдущее последующим. «Чудный, – говорит, – Советник, Бог крепкий». Хорошо приписал он Богу крепость. Почему? Подобно тому, как было много советников, но достоинство единого советника от этого не должно было страдать, так точно не должен был уничижаться этот проповедуемый Бог от того, что было много богов, – ведь говорится: «Я сказал: вы – боги и все... – сыны ...Вышнего» (Пс.81:6); равно и Моисею говорил Бог: вот, Я положил тебя в Бога фараону (Исх.7:1). И чтобы ты не подумал, что этот советник есть Бог в том же смысле, как Моисей, или как апостолы, пророк присовокупил: «Бог крепкий». Моисей Бог, но не крепкий, а укрепляемый. Иное – укрепляемый, иное – крепкий. Иное – дарующий благодать, иное – принимающий. «Бог крепкий». Моисей – Бог, одарённый крепостию, и хотя является совершителем великих чудес, но получает благодать. Апостолы подвластны, Спаситель – властвующий и даёт власть. «Бог крепкий». И этим пророк не удовольствовался, а прибавил: «Отец вечности, Князь мира» (Ис.9:6), дабы и нас и еретиков научить не называть подвластным начальника власти. Иное – подвластный, иное – властитель.
Название «человек» в еврейском языке значит огонь. Такое имя дано Адаму не без основания. Четыре стихии в мире (опять говорю о природе, хоть этого и не желают): земля, вода, воздух, огонь. Каждая из трёх первых стихий, как существует, так и остаётся (в том же объёме). Например, если ты возьмёшь ком земли, то не можешь увеличить его из содержимого; взятый тобою ком земли остаётся таким, каков есть. Равным образом, если возьмёшь какою-нибудь мерою воду, она остаётся той же самой водой, не увеличивается. Если наполнишь мех воздухом, то тем же воздухом не можешь наполнить другого меха. Между тем огонь не остаётся таким, каков он есть. Зажигается маленький светильник, и ты можешь от него зажечь множество лампад, целую печь, огромный пламень; он не остаётся в собственном своём виде, а увеличивается в той мере, в какой находит вещество. Так как Бог провидел, что от одного человеческого тела наполнятся концы вселенной (один светильник возжигает такое множество лампад – и запад, и восток, и север, и юг), то Он дал соответствующее делу и имя. Потому-то и имя Адам обозначало вселенную. Поскольку от него должны были наполниться четыре страны света, Бог даёт ему имя Адам: альфа – восток, дельта – запад, альфа – север, ми – юг. И имя и буквы свидетельствовали, что человек должен был наполнить вселенную. Итак, на еврейском языке, человек значит: огонь. поелику же человек называется огнём, Писание не находит препятствия называть людьми и ангелов. Так, когда Мария и другие жены пришли ко гробу, то говорится: «предстали перед ними два мужа» (Лк.24:4), а это были ангелы. И ангелы называются огнём: «творишь Ангелов Своих духами, и слуг Своих пламенем огненным» (Пс.103:4). Писание называет их мужами, так как они имеют общее с человеком понятие. И что удивляешься? Сам Бог называется огнём, и потому называется человеком. Спаситель говорит о своём Отце: «был некоторый хозяин дома, который насадил виноградник. ...Послал своих слуг к виноградарям взять свои плоды; виноградари, схватив слуг его, иного прибили, иного убили, а иного побили камнями». Но сокращу: «и сказал человек тот: есть ещё у меня один сын; пошлю его, – может быть обратятся» (Мф.21:33–37). Что имеется в виду обозначить названием «хозяин дома», употребленным вместо имени Божия? Спаситель сказал ведь не притчу; Он не сказал: «подобно есть», а говорит: «был некоторый хозяин дома». Моисей говорит: «Господь, Бог твой, есть огнь поядающий» (Втор.4:24), и Спаситель, пришедши, говорил: «Огонь пришёл Я низвести на землю» (Лк.12:49). Итак, Он прилагает имя, соответствующее делу. Так как огонь, как сказал я раньше, из малого становится большим, и человек от немногого наполнил всю вселенную, то и назван он огнём. Это видно из слов: «сотворим человека», потому что по-еврейски: «сотворим огонь».
«Сотворим человека по образу Нашему». Многие неразумные и невежественные полагали, что человек по образу Божию в том смысле, что Бог имеет нос, имеет такие же глаза, такие же уши, такие же уста. Мысль эта ложна и безумна. И до настоящего времени существует ересь, признающая Божество человекообразным. Слыша изречения Писания: «очи Господни, ...уши Господни» (Пс.33:16), «и обонял Господь» (Быт.8:21), «уста Господни говорят» (Ис.1:20), «рука Господа сотворила» (Иов.12:9), «стояли ноги Его» (Пс.131:7), еретики приписали Бестелесному члены, не постигая безумия мысли. Бог говорит это для того, дабы ты знал, что насколько дело касается телесного вида, человек не имеет никакого сходства с Богом. Я не отрицаю этим выражения: «сотворим человека по образу», а хочу показать только, как говорит Бог: «по образу. Ты сотворил небо и землю» (Ис.44:24); ещё: «небо – престол Мой, а земля – подножие ног Моих» (Ис.66:1). Должны ли мы следовать изречению буквально? Должны ли рабствовать букве выражения? Но буквальное следование обличит меня. Как я представлю небо престолом? Престол объемлет сидящего; но Бог неописуем. Бога ничто не объемлет; напротив – Он все объемлет и окружает. Если небо престол для Бога, то как Он может «измерять... небо пядью» (Ис.40:12)? Как, опять, Он может сидеть на небе? «Небо – престол Мой, а земля – подножие ног Моих». Где Он сидит? На видимом небе? Но внизу тверди звезды, наверху вода. Если Он сидит наверху, то не на небесах, а на горнем небе. Если Он, все-таки, сидит, то ноги Его спускаются до земли. Такой образ ты прилагаешь Тому, Кто не имеет никакого образа? Не нечестиво ли так думать? Наконец, если ноги Его опираются на землю, то как мы сеем, как сбираем жатву, как ходим по земле, не трогая ног Его? Как Он «измерять... небо пядью»? Какие огромные персты должен иметь Он соответственно Божеству? И как Он такими перстами мог написать малые скрижали, и притом – немногими? Мы пишем тремя пальцами; остальные только помогают. Бог написал скрижали одним перстом. Видел ли ты, чтобы кто-нибудь писал одним пальцем? Это скорее мысли, чем слова.
«Сотворим человека по образу Нашему». Бог хочет, чтобы мы были подражателями Ему в добродетели. Что значит: «по образу»? Бог свят; если мы святы, то мы – по образу Божию. «Святы будьте, ибо свят Я Господь, Бог ваш» (Лев.19:2). Бог праведен; если мы поступаем по правде, то мы – образ Божий. «Праведен Господь и правду возлюбил» (Пс.10:7). Если мы человеколюбивы, милостивы, то мы – образ Божий. «Будьте милосерды, – говорит Спаситель, – как и Отец ваш милосерд» (Лк.6:36). Видишь, в чем образ? И Павел показывает, в чем состоит образ, когда говорит: «совлекитесь ветхого человека, ...и облекитесь в нового, созданного по Богу в познание истины, по образу создавшего его» (Кол.3:9–10). Видишь, что «по образу нашему» относится к добродетелям. Далее, в чем образ? Во власти. «И да владычествуют они над рыбами морскими, и над птицами небесными, [и над зверями,] и над скотом, и над всею землёю». Какая последовательность у Бога! Какая точность в словах! «Да обладает рыбами морскими». По порядку творения и порядок господства. Так как первоначально произошли из моря рыбы, а потом из земли четвероногие и другие животные, то Бог сначала говорит о том, что произошло прежде. «Да обладает рыбами морскими, и над птицами небесными, [и над зверями,] и над скотом». Вот почему и три отрока, в пещи славословя Бога, наблюдают тот же порядок: «Благословите, иней и снег, Господа, пойте и превозносите Его во веки. Благословите, молнии и облака, Господа, пойте и превозносите Его во веки. Да благословит земля Господа, да поёт и превозносит Его во веки. Благословите, горы и холмы, Господа, пойте и превозносите Его во веки. Благословите Господа, все произрастания на земле, пойте и превозносите Его во веки. Благословите, источники, Господа, пойте и превозносите Его во веки. Благословите, моря и реки, Господа, пойте и превозносите Его во веки. Благословите Господа, киты и все, движущееся в водах, пойте и превозносите Его во веки. Благословите, все птицы небесные, Господа, пойте и превозносите Его во веки. Благословите Господа, звери и весь скот, пойте и превозносите Его во веки. Благословите, сыны человеческие, Господа, пойте и превозносите Его во веки» (Дан.3:72–82).
Приступая к намерению более важному и желая дать жизнь величайшему из своих творений, Отец светов, сущий и бывший, ум безначальный, нерожденный, держит совет с Единородным, родитель с родившимся от Него безсеменно Сыном, Словом и Мудростью непостижимой, — держит совет богоприличный и таинственный в таких словах: сотворим человека по образу Нашему и по подобию Нашему, и да владычествуют они над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над зверями, и над скотом, и над всею землёю, и над всеми гадами, пресмыкающимися по земле.