Ветхий завет
- Пятикнижие
- Исторические книги
- Учительные книги
-
Псалтирь
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 - Пророческие книги
-
Послание Иеремии
-
Авдий
- Исторические книги
Новый завет
- Евангелия
- Деяния
- Соборные послания
-
2-е Иоанна
-
3-е Иоанна
-
Иуды
- Послания апостола Павла
-
К Филимону
- Откровение
Авв. 2:1
Лопухин А.П.¶
На стражу мою стал я и, стоя на башне, наблюдал, чтобы узнать, что скажет Он во мне, и что мне отвечать по жалобе моей
Вводное замечание о получении пророком излагаемого в этой главе второго Божественного ответа
Высказав пред Богом свои недоумения или жалобы по поводу господства язычников над избранным народом Божиим (I:12-17), пророк желает от самого же Бога "пророческими очами узреть решение изыскуемого" (блаж. Феодорит, с. 27). "Он говорит: на страже своею я стану, т. е. в восхищении Духом пророческим, и буду смотреть, что последует затем после плена народа и после падения города и храма... нужно заметить и то, что пророческое видение и слово Божие было пророку не внешним, а внутренним способом и было обращено к внутреннему человеку. Посему и пророк Захария говорил: И Ангел, который говорил во мне (Зах I:9), и в Псалмах говорится: Я услышу, что скажет во мне Господь (Пс LXXXIV:9)" (блаж. Иероним, 154-155). Понятия "стража" (евр. мишмерет) и "укрепление" (евр. мацор) в данном случае имеют не буквальное значение, а переносное, именно представляют символическое обозначение (как в Ис XXI:8) отправления пророческого служения; таким образом, первая половина ст. 1 может быть перифразирована так: "(Пророк говорит) пребуду в том чине, в который возведён, и не оставлю твердыни" (блаж. Феодорит). Пророки вообще были стражами дома Израилева (Иез III:17; Иер VI:17; Ис LII:8; LVI:10), которых Бог Иегова, верховный Пастырь и Страж Израиля (Пс LXXIX:2; СХХ:4), воздвигал для охранения целости и святости завета и теократии среди народа Божия - ввиду частых его уклонений от этих начал. (См. P. Laur. Die Prophetennamen des Alten Testamentes. Freiburg. 1903. s. s. 103-107). "Возвышаясь всегда и во всех отношениях над своими современниками, постоянно изрекая им наставления, обличения, угрозы, угнетения и для сего просвещаясь от Духа Божия, испытующего самые глубины Божий, - эти люди, в случаях особенно важных и сомнительных, особенно усиливали свой подвиг стояния на вверенной им духовной страже стен Иерусалимских (Ис LXII:6) и сами молитвенно вопрошали Бога о воле Его, дабы возвестить её народу. Сия молитва вообще признавалась одною из особенных обязанностей пророков (Иер XXXII:16, 26; Дан IX:3, 20), иногда же прямо заповедывалось им Богом" (проф. Голубев, с. 863). Так и пророк Аввакум, желая получить новый Божественный по высказанным им недоумениям, по жалобе (евр. токахат) его (гл. I), собирает все своё внимание, восходит на некоторый "камень, т. е. на некоторую возвышенную и безопасную твердыню мыслей" (св. Кирилл Александр. ) и ожидает откровения Божия для передачи его людям. Таким образом, "настоящее место весьма важно в психологическом отношении - для суждения о состоянии лиц, сподоблявшихся пророческого дара. Из начальных слов места открывается, что он не был постоянно присущ душе пророков, требовал предварительно некоторого особенного к получению его настроения души, что пророки постоянно нуждались в божественном озарении и получали его только по временами по частям, как учащиеся, получив сведение о началах учения, нуждаются ещё в научении о каждом из них в частности (Ис L:4). Из слов последних, что этот дар не был самомечтанием, пророчеством от сердца своего (Иер XXIII:16, 26; Иез XIII:2, 3), но словом, исходящим из уст Божиих (Ис LV:11), даром подлинно божественным" (проф. Голубев, с. 866).
Независимо от этих особенностей, речь пророка в ст. I имеет для себя параллели у Мих VII:4, 7: и в псалмах: LXXXV:9; СХХ:1; CXXII:1.
На стражу свою я стану и утвержду ступень на укрепление, и буду созерцать, что бы видеть, что будет сказано мне, и что я буду отвечать обличающему меня
Симмах перевёл более ясно: «Как сторож я буду стоять на каланче и буду стоять, как прикованный, и буду внимательно смотреть, чтобы видеть, что будет сказано мне и что я отвечу и возражу против обличающего меня.» – Вместо «укрепления» и «камня» – что́ Симмах перевёл словом: «прикованный» (inclusus, conclusus), – в Еврейcком стоит masur (םצזר), которое Феодотион перевёл «круг», Акила и Пятое издание переводят: «место окружённое циркулем».
На первый вызов со стороны пророка Господь отвечал: ,,Присмотритесь к народам и смотрите, и удивляйтесь, и изумляйтесь“. В свою очередь пророк на это как бы в раскаянии о прежде сказанном, правда, смягчил свой вопрос словами: Господи Боже мой, святый мой! и мы не умрём (Авм. 1, 12); тем не менее вместе с почтением и прославлением Бога он настойчиво спрашивал у Него: Очи Твои непорочны для того, чтобы не видит зла и смотреть на беззаконие Ты не можешь (Авм. 1, 13). Почему не посмотришь Ты на делающих беззакония, и безмолвствуешь, когда нечестивый поглощает того, кто более праведен по сравнению с ним. А в чем состоит поглощение праведного, это он указал подробнее по частям: люди бывают, как рыбы морские и как пресмыкающиеся; и все влекутся к погибели удою, сетью и неводом, и нет конца их избиению. Итак поелику он пророк, то он настоятельно вопрошает, но говорит, что он сомневается, чтобы после ответить всем то, что́ будет ему отвечено: Он говорит: На страже своей я стану, т. е. в восхищении Духом пророческим, и буду смотреть, что́ последует за тем после плена народа и после падения города и храма. Или же иначе: ,,Со всяким тщанием я буду охранять сердце своё и стоять на камне – Христе; и этим или кругом, или укреплением я буду ограждён, чтобы на меня не мог броситься лев рыкающий, и я увижу, что́ ответит мне Господь на второй вопрос. А после того, как Он ответить мне и обличит меня за мой настойчивый вопрос, я увижу, что́ должен и я с своей стороны отвечать ему“. Он превосходно и с удивительным знанием описывает человеческое нетерпение, которое мы привыкли всегда иметь в спорах, т. е. попытки приготовиться отвечать, прежде чем противник возразит нам и прежде чем мы узнаем, в чем он обличает нас. Откуда ясно, что ответ является следствием не разумного основания, но стремления к словопрению; потому что, если бы ответ был следствием основания, тогда спорящий должен был бы ожидать ответа противника и потом уже смотреть: должен ли он делать возражение, или же должен согласиться с разумным ответом противника. С другой же стороны из его выше приведённых слов: «Что бы видеть, что будет сказано во мне», нужно заметить и то, что пророческое видение и слово Божие было к пророку не внешним, а внутренним способом и было обращено ко внутреннему человеку. Посему и пророк Захария говорит: И ангел, который говорил во мне (Зах. 1, 9); и в Псалмах говорится: Я услышу,что́ скажет во мне Господь (Псал. 84, 9).