Ветхий завет
- Пятикнижие
- Исторические книги
- Учительные книги
-
Псалтирь
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 - Пророческие книги
-
Послание Иеремии
-
Авдий
- Исторические книги
Новый завет
- Евангелия
- Деяния
- Соборные послания
-
2-е Иоанна
-
3-е Иоанна
-
Иуды
- Послания апостола Павла
-
К Филимону
- Откровение
Агг. 2:20
Лопухин А.П.¶
Ст. 20-23 И было слово Господне к Аггею вторично в двадцать четвёртый день месяца, и сказано: скажи Зоровавелю, правителю Иудеи: потрясу Я небо и землю; и ниспровергну престолы царств, и истреблю силу царств языческих, опрокину колесницы и сидящих на них, и низринуты будут кони и всадники их, один мечом другого. В тот день, говорит Господь Саваоф, Я возьму тебя, Зоровавель, сын Салафиилев, раб Мой, говорит Господь, и буду держать тебя как печать, ибо Я избрал тебя, говорит Господь Саваоф
Четвёртая речь - обращение к Зоровавелю, как потомку дома Давидова и носителю данных этому дому обетований
Относительно четвёртой речи пророка, обращённой собственно к одному Зоровавелю, но по содержанию своему представляющей воспроизведение существенной части второй речи (II:1-9, собственно ст. 6-9), в экзегетике ставится, главным образом, два вопроса: 1) почему и в каком смысле пророчество, составляющее раскрытие пророчества II:6 и прежде данное всему народу, теперь сообщается одному Зоровавелю? и 2) какой смысл имеет обетование Божие, Зоровавелю хранить или держать его как перстень или печать? Первый вопрос некоторыми новыми историками-библеистами (Штаде, Велльгаузен) решается в том смысле, что вся четвёртая речь есть выражение политических и мессианских чаяний иудейского народа, сосредоточившихся после плена на Зоровавеле, как представителе общины и отпрыске царского рода Давида, – чаяний, оживившихся, будто бы, благодаря постройке храма или же под влиянием революционных движений в персидской империи, возбудивших в подчинённых Персии народностях надежды на скорый распад Персии и на освобождение их от её ига. Но наличность в иудеях данного времени такого рода надежд и чаяний не подтверждается ни библейскими, ни вне библейскими источниками. Книга же пророка Аггея достаточно ясно свидетельствует, что современные пророку иудеи не только не питали указанного рода смелых надежд и политических тенденций, но и были глубоко подавлены разного рода неудачами и бедствиями до полной почти потери веры в себя, в свою силу, даже в непреложность завета их с Богом и обетований, данных народу Божию Иеговою (ср. II:4-6): в частности же, 4-я речь своим утешительным, ободрительным тоном свидетельствует об угнетённом, подавленном настроении Зоровавеля, а в лице его всего народа. Несомненная связь 4-ой речи со второю, особенно со ст. 6-9, показывает, напротив, что сказанное ранее народу теперь повторяется Зоровавелю, – очевидно, в разъяснение возможных недоумений, – именно как члену царского дома Давида, которому с потомством его были некогда даны высокие, вечного значения обетования (2 Цар VII:13, 15, 18; Пс LXXXVIII:28 и др.). С этим вместе мы подходим к решению и вопроса, в каком смысле обещается Зоровавелю, ст. 23, что Бог будет хранить его как перстень – печать. Аналогия других библейских мест, где говорится о перстне (напр., Иер XXII:24; Песн VIII:6; Сир XVII:18) бесспорно подтверждает, что здесь (ст. 23) говорится об особенном, благодатном охранении Промыслом Божиим Зоровавеля, и именно не столько лично его, а как представителя Богоизбранного царского рода Давидова, из которого имел произойти Мессия. На такой типологический смысл пророчества указывает и сохранённое Иисусом, сыном Сираха, воспоминание о пророчестве Аггея о Зоровавеле: "Как возвеличим Зоровавеля? И он – как перстень на правой руке!" (Сир XLIX:13). То, что в Агг II:22-23, усвояется Зоровавелю, в истинном смысле принадлежит великому потомку Зоровавеля – Божественному Рабу Иеговы – Христу Спасителю (ср. 1 Пар III:16-19; Мф I:12-13; Лк I:27).
Ст. 20–23 И было слово Господне к Аггею вторично в двадцать четвёртый день месяца, и сказано: скажи Зоровавелю, правителю Иудеи: потрясу Я небо и землю; и ниспровергну престолы царств, и истреблю силу царств языческих, опрокину колесницы и сидящих на них, и низринуты будут кони и всадники их, один мечом другого. В тот день, говорит Господь Саваоф, Я возьму тебя, Зоровавель, сын Салафиилев, раб Мой, говорит Господь, и буду держать тебя как печать, ибо Я избрал тебя, говорит Господь Саваоф
У LXX прибавлено [после: небо и землю], море и сушу и нет слов: сокрушу крепость царства язычников, – что более полно познаётся [или: будет узнано] из чтения их. – Необходимо заметить, что в тот же самый день, – двадцать четвёртый девятого месяца, – но без указания месяца, – ибо пророчествовали [или: было пророчество] о пришествии Христа и о царстве Его, – было слово Господне к Аггею во второй раз, и не в руке его, как прежде, и не к пророку Аггею, как в четвёртом видении, но просто к Аггею, т. е. торжествующему праздники Господа, ибо он провозвещает и созерцает не Имеющего придти, но уже Идущего. И как Авраам увидел день Христа и возрадовался (Ин. 8:56), и как Иоанн перстом указал Агнца Божия (Ин. 1:29); так и этот, видя царство Сына Божия имеет в себе все торжества. Касательно этого места у весьма многих мы находим различные понимания. Одни относят это к первому пришествию [Христа], другие ко второму, когда Он имеет придти [или: будет] во всей славе величия Своего. Мы относим это и к первому, и ко второму пришествию, ибо и тогда Он царствовал, когда пришёл, и потом будет царствовать. При этом, если мы захотим понимать это в отношении к концу мира, то скажем, что Апостол говорит Коринфянам: Должно разрушить всякое начальство и власть, и силу, чтобы был Бог для всех все (1Кор. 15:24–28). А так как пророчествуется нечто глубоко таинственное, относящееся к концу жизни всего, то Аггею повелено сказать слово одному только Зоровавелю, которого мы уже изобразили, как прообраз Спасителя по его происхождению от семени Давидова. Итак ему говорится о том, что будет в конце: пройдёт мимо образ внешнего мира и будет небо новое и земля новая; и подвигнет Господь небо и землю, и ниспровергнет всякое начальство власть и силу, и рассеет царей царей или, как в Еврейском: царств, и погубит всю силу вражию, чтобы даже тем, которые прежде царствовали и имели под своим владычеством народы, помогло сокрушение их власти и чтобы по рассеянии всех стремлений к насилию, наступил мир; это и обозначают слова: и ниспровергу колесницу, или колесницы и всадников их, и будут сброшены кони и всадники их. А чтобы вы знали, что ниспровержение колесниц и падение коней обозначает сказанное нами, посмотрите, как говорится о Христе у Захарии: придёт царь кроткий, восходящий на подъяремную и молодого ослёнка и рассеет колесницы Ефремовы (Зах. 9:9–10) и конницу Иерусалимскую, так что будет одно стадо и один Пастырь и оба отряда воинов, как из иудеев, так и из язычников, будут под управлением мирного Пастыря; а чтобы истребить все развращённое, каждый восстанет с мечом против брата своего, отсевая все враждебное (я думаю, что это есть острейшее слово учения, рассекающее все развращённое). Но конец всего этого самый лучший. А именно: по ниспровержении престолов, и низложении силы царствующих и колесниц, и коней, и всадников, вью день тот, говорит Господь Всемогущий, Я приму тебя, раба Моего, Зоровавель, сын Салафииля. Рабом он называется по телу человеческому, так как тогда и Сын покорится Подчинившему Себе всё, и сам Покорявшийся будет видим в покорённых. А когда эго исполнится, то Бог положит Его как бы печать в руке Своей; ибо Его запечатлел Бог Отец (Ин. 6:27). Он есть образ Бога невидимого и обнаружение сущности Его. Так что кто уверует в Бога, тот будет запечатлён как бы сею печатью.
Умоляю тебя, читатель, чтобы ты был снисходителен к тому, который писал столь быстро и не искал в выражениях красоты и изящества, которые я утратил во время столь продолжительного изучения Еврейского языка, хотя Алекто [критик мой] всегда объявляет меня ребячествующим и бессловесным. Ему я скажу: Господь даст слово благовествующему [и] силу многую (Пс.67:12).