Ветхий завет
- Пятикнижие
- Исторические книги
- Учительные книги
-
Псалтирь
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 - Пророческие книги
-
Послание Иеремии
-
Авдий
- Исторические книги
Новый завет
- Евангелия
- Деяния
- Соборные послания
-
2-е Иоанна
-
3-е Иоанна
-
Иуды
- Послания апостола Павла
-
К Филимону
- Откровение
2 Пар. 26:16
Лопухин А.П.¶
Ст. 16-20 Но когда он сделался силён, возгордилось сердце его на погибель его, и он сделался преступником пред Господом Богом своим, ибо вошёл в храм Господень, чтобы воскурить фимиам на алтаре кадильном. И пошёл за ним Азария священник, и с ним восемьдесят священников Господних, людей отличных, и воспротивились Озии царю и сказали ему: не тебе, Озия, кадить Господу; это дело священников, сынов Аароновых, посвящённых для каждения; выйди из святилища, ибо ты поступил беззаконно, и не будет тебе это в честь у Господа Бога. И разгневался Озия, - а в руке у него кадильница для каждения; и когда разгневался он на священников, проказа явилась на челе его, пред лицем священников, в доме Господнем, у алтаря кадильного. И взглянул на него Азария первосвященник и все священники; и вот у него проказа на челе его. И понуждали его выйти оттуда, да и сам он спешил удалиться, так как поразил его Господь.
Однако Озия не устоял в своём прежнем (ст. 4–5) благочестии. Благополучие и счастье царствования ослепили Озию: в этом благополучии он не увидел побуждение благодарить Иегову, — как это подобало истинно теократическому царю, — а, напротив, нашёл повод к самопревозношению и к святотатственному восхищению дара священства: имея, может быть, в виду обычай совмещения царской власти и жречества у многих народов, (напр., у древних римлян царь был вместе и pontifex maximus). Озия покусился совершить принадлежащие исключительно первосвященнику и священникам функции — вхождение в святилище (евр. гехал, т. е. «святое» — передняя или большая часть храма) и каждение там. Между тем в законе Моисеевом посторонним, несвященникам, запрещено было под страхом смерти (Исх XXX:7, 34–36; Чис XVIII:7. Ср. Толк. Библия т. I), и фактическим свидетельством действительности подобной угрозы на все века оставались примеры: внезапной смерти Надава и Авиуда (Лев X:1–4. Сн. Толков. Библия т. I), а также поражение проказой Мариами (Чис XII:10. Сн. Толков. Библия I). Участь последней постигла и царя Озию за его превозношение и святотатство. Иосиф Флавий, подробнее Библии — очевидно, по народным преданиям передающий это событие, дополняет рассказ библейский, во-первых, известием, что роковая попытка Озии «облачиться в священническое одеяние» и священнодействовать произошла «в день торжественного всенародного праздника»; во-вторых, сообщением, что, когда Озия на увещания первосвященника Азарии и священников отвечал угрозами, то «вдруг почва содрогнулась от сильного землетрясения, облака разделились, и блестящий луч солнца скользнул между ними и ударил в глаза царю, так что последний мгновенно заболел проказой, а вблизи города, в том месте, которое именуется Ерогой, отделилась половина скалы, обращённой к западу, прокатилась на расстояние четырёх стадий к востоку и навалилась на такое место, где находились царские дороги и парк, и засыпала их» (Древн IX, 10, 4). Дополнение, делаемое И. Флавием к библейскому рассказу о поражении Озии проказой, именно упоминание этого историка о землетрясении, имевшем место в этом случае, — не может считаться за одну из встречающихся у И. Флавия поэтических прикрас в передаче библейского повествования, за попытку ввести натуральный элемент в библейский рассказ о чудесном поражении Озии; скорее землетрясение это — факт исторический: пророк Амос (Ам I:1) говорит о землетрясении при Озии, как общеизвестном событии, считавшемся своего рода эпохой; указание на это же землетрясение, хотя указание неясное и спорное, усматривают и в так называемой Силоамской надписи (открыта Шикком в 1880 г.), где (строка 3-я) упоминается о каком-то появившемся кипении в скале (проф. А. А. Олесницкий . Ветхозаветный храм, с. 813–814, примеч.).
Нравственную сторону проступка Озии раскрывает св. И. Златоуст: «Озия, забывшись вследствие успеха своих дел и возгордившись счастьем, стал превозноситься выше своего достоинства. Быв царём, он подумал, что ему можно священнодействовать, вторгся во храм, вошёл в святое святых, и, когда священник препятствовал и запрещал ему входить туда, он не остановился, но продолжал безумствовать, презирая слова священника. За такое бесстыдство Бог поразил его проказой на челе, так что он, пожелав чести больше надлежащей, потерял и ту, которую имел; ибо не только не получил священства, но, сделавшись нечистым, лишился царства, и со стыда все время проживал тайно в некотором доме». (Толков. на 6-ю главу пророка Исаии, п. 1. Беседы на разные места Священного Писания. Спб. 1861 г., т. I, с. 126).
См. Толкование на 2 Пар. 26:16
Но когда он сделался силён, возгордилось сердце его на погибель его, и он сделался преступником пред Господом Богом своим, ибо вошёл в храм Господень, чтобы воскурить фимиам на алтаре кадильном
«Возгордилось, – говорит Писание, – сердце его». Тяжкая рана; это – гордость, гордость, которая есть источник всех зол. А чтобы тебе скорее понять, как зла эта болезнь, выслушай следующее: прочие грехи ограничиваются нашим естеством, а гордость увлекла и низвергла с неба силу бестелесную; диавола, который прежде не был диаволом, она сделала диаволом. Мы привели бы во свидетели Исаию, который говорит о нем так: «взойду на небо», «буду подобен Всевышнему» (Ис.14:13–14); но не любящие иносказательных выражений не примут нашего свидетельства; если же мы вместе с ним представим обличителем Павла, то уже никто не станет противоречить. Что же говорит Павел в послании к Тимофею? То, что недавно принявшего проповедь не должно возводить в высокое звание епископства: "не должен быть из новообращённых, – говорит, – чтобы не возгордился и не подпал осуждению с диаволом» (1Тим.3:6), – чтобы он, говорит, согрешив так же, как диавол, не подвергся одному и тому же с ним.
Писание обыкновенно показывает и грехи и причины их. Так и здесь, послушай, что говорит оно об Озии. Оно сообщает нам не только то, что «возгордилось сердце его», но прибавило и то, от чего оно «возгордилось». От чего же оно превознеслось? «Когда он сделался силён, – говорит, – возгордилось сердце его». Он не вынес величия власти, но как от пресыщения бывает воспаление, а от воспаления происходит горячка, и потом нередко отсюда приключается смерть, так и здесь от великого изобилия счастливых обстоятельств произошла гордость. Что в телах воспаление, то в душах гордость. Потом от гордости явилось в нем и желание того, что не принадлежало ему.
Об этом мы распространяемся не напрасно, но для того, чтобы вы никогда не завидовали и не приписывали блаженства людям, облечённым властью, зная, как опасно их положение, и чтобы никогда не считали несчастными живущих в бедности и угнетении, зная, что это доставляет большую безопасность. Потому и пророк восклицал: «благо мне, что Ты смирил меня» (Пс.118:71). Посмотри, какое зло произошло от высокого положения. «Возгордилось, – говорит Писание, – сердце его на погибель». Что значит: «на погибель»? Из порочных помыслов одни совершенно не входят в нашу душу, если мы оградим себя великою предосторожностью; другие зарождаются внутри и, если мы будем беспечны, разрастаются; если же против них будут приняты меры, то скоро заглушаются и пропадают; а иные и рождаются, и размножаются, и обращаются в порочные действия, и расстраивают все здоровье нашей души, если мы предадимся великой беспечности. Таким образом слова: «возгордилось сердце его» означают, что гордость его не осталась внутри и не была потушена, но вышла наружу и, обратившись в порочное действие, погубила все его добродетели.
О, дерзость! О, бесстыдство! Осмелился вступить в самое сокровенное святилище, вторгся во святое святых, которое было местом, недоступным ни для кого, кроме первосвященника, решился осквернить его. Такова душа, заражённая гордостью. Однажды оставив попечение о своём спасении, она никогда не перестаёт безумствовать, но, передав бразды своего спасения безумным пожеланиям, носится везде. Как необузданный конь, сбросив узду с своих уст и свергнув всадника с своего хребта, несётся быстрее всякого ветра и бывает неприступным для встречающихся, когда все разбегаются и никто не осмеливается удержать его, так и душа, отвергнув обуздывающий её страх Божий и отбросив управляющий ею разум, бегает по странам нечестия до тех пор, пока, стремясь в бездну погибели, свергнет в пропасть собственное спасение. Потому, нужно постоянно удерживать её и, как бы некоторою уздою, благочестивыми помыслами обуздывать безумное её стремление; этого Озия не сделал, но решился на преступление против власти самой высшей из всех, – потому что священство важнее самой царской власти и есть высшая власть. Не говори мне о багрянице, о диадеме и золотых одеждах; все это – тень и маловажнее весенних цветов. «Всяка слава человеча, – говорит пророк, – яко цвет травный» (Ис.40:6), хотя бы ты указал на самую славу царскую.