Ветхий завет
- Пятикнижие
- Исторические книги
- Учительные книги
-
Псалтирь
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 - Пророческие книги
-
Послание Иеремии
-
Авдий
- Исторические книги
Новый завет
- Евангелия
- Деяния
- Соборные послания
-
2-е Иоанна
-
3-е Иоанна
-
Иуды
- Послания апостола Павла
-
К Филимону
- Откровение
Рим. 9:20
Свт. Иоанн Златоуст¶
Ст. 20-25 Темже убо, о, человече, ты кто еси, против отвещаяй Богови? еда речет здание создавшему е: почто мя сотворил еси тако? Или не имать власти скудельник на брении, от тогожде смешения сотворити ов убо сосуд в честь, ов же не в честь? Аще же хотя Бог показати гнев Свой и явити силу Свою, пренесе во мнозе долготерпении сосуды гнева совершены в погибель: и да скажет богатство славы Своея на сосудех милости, яже предуготова в славу, ихже и призва нас не точию от Иудей, но и от язык: якоже и во Осии глаголет: нареку не люди Моя люди Моя, и невозлюбленую возлюблену
Еда речет здание создавшему е: почто мя сотворил еси тако? Или не имать власти скудельник на брении, от тогожде смешения сотворити ов убо сосуд в честь, ов же не в честь (ст. 20, 21)? Здесь (апостол) не уничтожает свободной воли, но показывает, до какой степени должно повиноваться Богу. В том, чтобы требовать отчёта у Бога, тебе приходится чувствовать себя не более, как брением. И не только не должно тебе противоречить и предлагать вопросы, но даже должно и не говорить, не мыслить, уподобляться той бездушной глине, которая покорна рукам горшечника и употребляется им, как он желает. Для того именно и взят апостолом такой пример, не в образец жизни, но в доказательство покорного и безмолвного повиновения. И должно это наблюдать везде - принимать примеры не все целиком, а выбирать из них нужное, для чего они и приведены, а все остальное следует отбросить. Когда говорится: возлёг почи яко лев (Числ. XXIV, 9), то мы берём лишь понятие о непобедимом и страшном, а не зверское или что-нибудь другое свойственное льву, и опять, когда говорится: срящу их аки медведица лишаема (Ос. XIII, 8), то берём понятие мстительности, а когда говорится: Бог наш огнь потребляяй есть (Второз. IV, 14), то берём понятие об истребительном наказании; так и здесь необходимо понимать слова: глина, горшечник и сосуд. Когда (апостол) присовокупляет и говорит: или не имать власти скудельник на брении, от тогожде смешения сотворити ов убо сосуд в честь, ов же не в честь? - то не думай, что у Павла это сказано в смысле творения или для доказательства необходимости воли, но - для выражения власти и различия в распоряжениях. Если же не в этом смысле мы поймём слова его, то получатся многие нелепые следствия. Ведь если здесь идёт речь о воле, то Бог окажется творцом и добра, и зла, а человек и в том, и в другом ни мало не будет виновен; тогда окажется, что и Павел, увенчивая везде свободную волю, сам себе противоречит. Итак, (апостол) хочет здесь раскрыть не что иное, как убедить слушателя во всей полноте повиноваться Богу и ни в чем не требовать от Него отчёта. Как горшечник, рассуждает он, из одной и той же смеси делает, что ему угодно, и никто ему не противоречит, так и ты не спрашивай Бога и не любопытствуй, почему Он одних из людей одного и того же рода наказывает, а других награждает, но благоговей пред Ним и подражай глине и, как она покорна рукам горшечника, так и ты покоряйся воле Распорядителя вселенной. Он ничего не делает без цели и как случится, хотя сам ты и не постигаешь тайны Премудрости. Ты позволяешь горшечнику из одной и той же смеси приготовлять разные изделия и не порицаешь его за это, а у Бога требуешь отчёта относительно наказаний и почестей, а не предоставляешь Ему знать, кто достоин и кто не достоин, но так как самый состав имеет одну и ту же сущность, то предполагаешь, что и воля у всех одна и та же. Какая неосновательность! Ведь не от горшечника зависит, что из одной и той же смеси иное идёт для почётного, а другое для низкого употребления, а от распоряжения пользующихся изделием, так и здесь дело зависит от свободной воли. Кроме того, как заметил я выше, пример должно брать в том одном отношении, что человек не должен противоречить Богу, а предоставлять все Его непостижимой мудрости. Пример должен быть обширнее того предмета, по поводу которого он приводится, чтобы мог сильнее подействовать на слушателей, так как если бы он не был обширнее и не заключал в себе большого, то и не мог бы тронуть и возбудить возражающего, как должно. Итак, (апостол) в надлежащей мере преградил неуместное упорство (слушателей), а потом даёт и самое решение. Какое же? Аще же хотя Бог показати гнев Свой, и явити силу Свою, пренесе во мнозе долготерпении сосуды гнева совершены в погибель: и да скажет богатство славы Своея на сосудех милости, яже предуготова в славу: ихже и призва нас не точию от иудей, но и от язык (ст. 22-24). Смысл этих слов такой: фараон был сосудом гнева, то есть человеком, который своим жестокосердием воспламенил гнев Божий; многократно испытав на себе Божие долготерпение, он не сделался лучше, но остался неисправимым. Потому (апостол) назвал его не только сосудом гнева, но и совершенным в погибель, то есть готовым к погибели и, конечно, от самого себя и по собственной своей воле. Как Бог не оставил ничего из того, что вело к его исправлению, так и сам он не оставил ничего из того, что служило к его погибели и лишало его извинения. Но однако Бог, зная это, переносил все со многим долготерпением, желая привести его к раскаянию, так как если бы не хотел этого, то и не терпел бы столько времени. А так как фараон не захотел воспользоваться (Божиим) долготерпением для покаяния, но уготовал себя во гнев, то (Бог) употребил его на исправление других, чтобы посредством его наказания сделать других более усердными и показать при этом Своё могущество. А что Бог хочет являть Своё могущество не в наказаниях, но иначе - в благодеяниях и милостях - это (апостол) постоянно выше утверждал. Если и Павел не хочет в этом показывать свою силу, потому что говорит: не яко да мы искусни явимся, но да вы доброе сотворите (2 Кор. XIII, 7), то гораздо более Бог. Но так как (Бог) сперва долготерпел, чтобы привести (фараона) в раскаяние, а он не раскаялся, то не малое ещё время Он терпел его, чтобы вместе показать и Свою благость, и Своё могущество, не пожелает ли он как-нибудь воспользоваться этим великим долготерпением. И как, наказав (фараона), оставшегося неисправимым, (Бог) показал Своё могущество, так, помиловав многих великих, но раскаявшихся грешников, явил Своё человеколюбие.
Но (апостол) не назвал это человеколюбием, а славою, показывая, что это преимущественно составляет славу Божию и что Бог заботился об этом более, чем о всем остальном. Когда же говорит: яже предуготова в славу, то выражает этим, что не все происходит от одного Бога, потому что, если бы это было так, то ничто не препятствовало бы спасаться всем. Вместе с тем (апостол) опять показывает предвидение Божие и уничтожает различие между иудеями и язычниками. А отсюда опять извлекает немалое оправдание для своих слов. Не только из иудеев одни погибли, а другие спаслись, но это же случилось и с язычниками, почему (Павел) не сказал: все язычники, но - от язык, и не (сказал): все иудеи, но - от иудей. Как фараон сделался сосудом гнева по собственному беззаконию, так и спасшиеся сделались сосудом милости по своему благочестию. И хотя большая часть принадлежит Богу, но однако и мы привносим нечто малое от себя. Потому (апостол) не сказал: сосуды заслуг, или: сосуды дерзновения, но: сосуды милости, показывая, что все принадлежит Богу. Также слова: ни хотящаго, ни текущаго, хотя и сказаны в виде противоположения, но, как сказанные от лица самого Павла, не представляют никакого затруднения. Когда он говорит: ни хотящаго, ни текущаго, этим не уничтожает свободы, но показывает, что не все принадлежит человеку, а, напротив, он нуждается в благодати свыше. Должно и желать и совершать подвиги, но надеяться нужно не на собственные подвиги, а на Божие человеколюбие, как и в другом месте (апостол) сказал: не аз же, но благодать Божия, яже со мною (1 Кор. XV, 10). И хорошо сказал: яже предуготова в славу. Так как иудеи укоряли (христиан) тем, что они спасаются по благодати, и думали этим пристыдить их, то (Павел) вполне устраняет такую мысль. Если дело спасения принесло славу Богу, то гораздо более и тем, чрез кого Бог прославился. Заметь же благомыслие и неизречённую мудрость (апостола). Рассуждая о наказаниях, он мог бы представить в пример не фараона, но согрешивших из иудеев, сделать свою речь более ясною, доказать, что даже и там, где были одни и те же отцы, и одни и те же грехи, одни погибли, а другие были помилованы, и убедить их более не недоумевать по поводу того, что некоторые из язычников спаслись, тогда как иудеи погибли. Но (апостол), чтобы не сделать свою речь неприятною, не быть вынужденным назвать иудеев сосудами гнева, в пример наказания представляет варвара, примеры же помилованных заимствует из иудейского народа. И хотя (апостол) достаточно оправдывает Бога, Который, хорошо зная, что (фараон) уготовал себя в сосуд гнева, употребил с Своей стороны все - ожидание, долготерпение и не просто долготерпение, но великое долготерпение, однако же не захотел сказать, что (Бог) также поступал и с иудеями. Почему же одни бывают сосудами гнева, а другие сосудами милости? По собственной своей воле. Но Бог, по безмерной Своей благости, оказывает милость тем и другим. Он миловал не только спасаемых, но и фараона, сколько мог, и те, и этот пользовались одинаковым долготерпением. А если (фараон) не был спасён, то совершенно вопреки воле Божией, так как со стороны Бога (фараон) не имел ничего меньше спасённых. Итак (апостол), представив решение вопроса на основании дел, для большей несомненности сказанного приводит и слова пророков, которые предвозвестили то же. И Осия, говорит он, давно писал об этом так: нapeку не люди Моя, люди Моя, и не возлюбленную, возлюбленну (ст. 25; срав. Осии II, 23). Чтобы не сказали: ты вводишь нас в заблуждение, - говоря это, (апостол) призвал во свидетели Осию, который взывает и говорит: нареку не люди Моя, люди Моя. Кто же это были - не люди Моя? Очевидно, язычники. Кто - не возлюбленная? Опять они же. Однако же о них сказано, что будут народом, возлюбленною и сынами Божиими.
Прп. Ефрем Сирин¶
Ст. 20-22 А ты кто, человек, что споришь с Богом? Изделие скажет ли сделавшему его: "зачем ты меня так сделал?" Не властен ли горшечник над глиною, чтобы из той же смеси сделать один сосуд для почётного употребления, а другой для низкого? Что же, если Бог, желая показать гнев и явить могущество Своё, с великим долготерпением щадил сосуды гнева, готовые к погибели
Отвечает им на вопрос словами Писания: кто возможет противостать ему? О, человек! Ты кто (еси), что о сем возражаешь Богу? (Ис. 45:9; 29:16).
Как кусок (глины) не имеет способности упрекать горшечника, так и вы не можете брать на себя дерзость – порицать достоинство власти Творца. Ведь, если горшечник имеет власть над глиною своею: из той же смеси сделать себе один сосуд - в честь (для почётного употребления), а другой - не в честь (для непочетного употребления), – то так и Бог навёл гнев в долготерпении не на хороший и прекрасный сосуд, – когда это мог бы совершить, – но отнюдь не преступил предела правды, если в великом терпении и навёл гнев на сосуды гнева, годные к погибели.
Блж. Феодорит Кирский¶
А ты кто, человек, что споришь с Богом? Изделие скажет ли сделавшему его: "зачем ты меня так сделал"
Если ты бы не имел свободной воли и не выбирал сознательно, что делать, но был рабом необходимости, согласно воле Божией, то молчал бы подобно бездушным вещам, удовлетворённый собственным устроением. Поскольку же ты почтён разумом, ты и говоришь, и делаешь, что тебе заблагорассудится, и не одобряешь происходящего, но доискиваешься причин Божиих устроений.
Блж. Августин¶
А ты кто, человек, что споришь с Богом? Изделие скажет ли сделавшему его: "зачем ты меня так сделал"
Павел говорит, что пока ты - изделие, подобное куску глины, и ещё не приведён к духовному, дабы как духовный человек мог судить обо всем и не быть судимым никем, то правильно для тебя воздерживаться от такого исследования и не отвечать Богу. Всякий, кто желает узнать Его помышление, должен сначала быть принятым в друзья Его, а это возможно лишь для духовных людей, уже несущих образ человека небесного.
Лопухин А.П.¶
А ты кто, человек, что споришь с Богом? Изделие скажет ли сделавшему его: "зачем ты меня так сделал"
См. Толкование на Рим. 9:19
А ты кто, человек, что споришь с Богом? Изделие скажет ли сделавшему его: "зачем ты меня так сделал"
А ты кто, человек, что споришь с Богом
Видишь ли, как останавливает безвременное любопытство, налагает узду и научает знать различие между Богом и человеком? А ты кто? Разве ты участвуешь с Богом в правлении? Разве ты судья того, что Он должен делать или не делать? Говорить, что это следует сделать так, а это иначе, значит препираться с Богом и действовать наперекор Ему. Но этого отнюдь не должно делать, а должно с покорностью принимать сделанное Богом, как бы оно ни было сделано.
Изделие скажет ли сделавшему его: "зачем ты меня так сделал?" Не властен ли горшечник над глиною, чтобы из той же смеси сделать один сосуд для почётного употребления, а другой для низкого
Пример этот употребил Павел не для того, чтобы уничтожить свободное произволение наше и представить нас недеятельными и неподвижными, но для того, чтобы научить нас, как должно покоряться Богу и оказывать Ему глубокое и безмолвное повиновение. Как горшечник, рассуждает, из одной и той же глины делает, что ему угодно, и ни один из сосудов не противоречит ему, так и ты не спрашивай у Бога, почему Он людей, хотя они одного и того же рода, одних наказывает, а других награждает; напротив, благоговей пред Ним и подражай глине. Как та покорна руке горшечника, так и ты покорствуй определению Распорядителя вселенной. Знай же, читатель, что как в сосудах не от глины зависит, что иное выходит на почётное, а иное на низкое употребление (ибо глина одна и та же), но от употребления пользующихся изделием, так и в людях не от природы зависит, что одни достойны наказания, а другие наград (ибо природа одна и та же), но от произволения.