Ветхий завет
- Пятикнижие
- Исторические книги
- Учительные книги
-
Псалтирь
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 - Пророческие книги
-
Послание Иеремии
-
Авдий
- Исторические книги
Новый завет
- Евангелия
- Деяния
- Соборные послания
-
2-е Иоанна
-
3-е Иоанна
-
Иуды
- Послания апостола Павла
-
К Филимону
- Откровение
Мф. 28:1
Свт. Иоанн Златоуст¶
Ст. 1-10 По прошествии же субботы, на рассвете первого дня недели, пришла Мария Магдалина и другая Мария посмотреть гроб. И вот, сделалось великое землетрясение, ибо Ангел Господень, сошедший с небес, приступив, отвалил камень от двери гроба и сидел на нем; вид его был, как молния, и одежда его бела, как снег; устрашившись его, стерегущие пришли в трепет и стали, как мёртвые; Ангел же, обратив речь к женщинам, сказал: не бойтесь, ибо знаю, что вы ищете Иисуса распятого; Его нет здесь - Он воскрес, как сказал. Подойдите, посмотрите место, где лежал Господь, и пойдите скорее, скажите ученикам Его, что Он воскрес из мёртвых и предваряет вас в Галилее; там Его увидите. Вот, я сказал вам. И, выйдя поспешно из гроба, они со страхом и радостью великою побежали возвестить ученикам Его. Когда же шли они возвестить ученикам Его, и се Иисус встретил их и сказал: радуйтесь! И они, приступив, ухватились за ноги Его и поклонились Ему. Тогда говорит им Иисус: не бойтесь; пойдите, возвестите братьям Моим, чтобы шли в Галилею, и там они увидят Меня
В вечер же субботный, свитающи, во едину от суббот, прииде Мария Магдалина, и другая Мария, видети гроб, и се трус бысть велий: ангел бо Господень сшед с небесе, и приступль, отвали камень от двери гроба, и седяше на нем. Бе же зрак его яко молния, и одеяние его бело яко снег (Матф. XXVIII, 1-3). По воскресении приходит ангел. Для чего же приходит он и отваливает камень? Для жён, которые увидели его тогда во гробе. Они видят, что в гробе нет тела, и потому должны были поверить воскресению Его. Вот для чего снят камень; для того было и землетрясение, чтобы они воспрянули и пробудились от сна. Жены приходили для того, чтобы намастить елеем тело, и это было ночью: естественно, что некоторые из них и спали. Но зачем и почему сказал им ангел: не бойтеся вы? Прежде всего он освобождает их от страха, и потом говорит о воскресении. И это слово - вы, с одной стороны, выражает большую честь, а с другой - указывает на то, что ужасные ожидают бедствия тех, которые дерзнули на это злодеяние, если не покаются. Не вам, говорит, надлежит страшиться, а распявшим Его. Итак, освободив их от страха и словами, и взором, потому что показался в светлом виде, как принёсший радостную весть, ангел присоединяет: вем, яко Иисуса распятаго ищете (ст. 5). Не стыдится назвать распятым, потому что это высочайшее наше благо. Воста. Откуда это видно? Якоже рече. Если мне, говорит, не верите, вспомните слова Его; тогда и мне не будете не доверять. Далее и другое доказательство: приидите и видите место, идеже лёжа. Для того отвален камень, чтобы и отсюда они получили новое уверение. И рцыте учеником, яко узрите Его в Галилеи (ст. 7). Повелевает и другим благовествовать о воскресении, что особенно заставляет их верить. И хорошо сказал: в Галилеи; избавляет их от забот и опасностей, чтобы страх не колебал веры. И изыдоша от гроба со страхом и радостию (ст. 8). Почему так? Потому, что видели поразительное и странное дело - гроб пустой, в котором прежде при их глазах положено тело. Для того ангел и привёл их к гробу, чтобы они могли быть свидетельницами того и другого - и гроба, и воскресения. Действительно, они могли понять, что никто не мог бы унести Его в присутствии стольких воинов, если бы Он не восстал сам. Потому и радуются, и дивятся, и получают награду за такое постоянство: первые видят и благовествуют, - благовествуют то, о чем не только слышали, но и что видели.
Итак, когда они вышли со страхом и радостью, - се, Иисус срете я, глаголя: радуйтеся. Оне же ястеся за нозе Его (ст. 9). С великим весельем притекли к Нему, прикосновением твердо уверились в Его воскресении и поклонились Ему. Что же Он? Не бойтеся! Опять и сам прогоняет страх, уготовляя удобнейший путь вере. Но идите, и возвестите братии Моей, да идут в Галилею, и ту Мя видят (ст. 10). Смотри, как и сам Он чрез жён благовествует ученикам, - и, как часто говорил я, униженному полу возвращает честь и добрые надежды, и врачует немощное.
Блж. Иероним Стридонский¶
По прошествии же субботы, на рассвете первого дня недели, пришла Мария Магдалина и другая Мария посмотреть гроб
Что в Евангелиях описываются различно времена появления этих женщин у гроба, это не есть доказательств лжи, как представляют дело люди нечестивые. Это показывает на их частые посещения гроба: они то прибегали, то уходили в нетерпении, не желая надолго оставить гроб Господа.
Блж. Августин¶
По прошествии же субботы, на рассвете первого дня недели, пришла Мария Магдалина и другая Мария посмотреть гроб
Не следует оставлять без внимания вопрос о конкретном часе, в котором жены пришли на место погребения. Если Матфей говорит: По прошествии же субботы, на рассвете первого дня недели, пришла Мария Магдалина и другая Мария посмотреть гроб, то что тогда значат слова Марка: И весьма рано, в первый день недели, приходят ко гробу, при восходе солнца (Мк. 16:2)? Два других Евангелия, от Луки и от Иоанна, не расходятся с Марком; Лука говорит: очень рано (Лк. 24:1), а Иоанн: рано, когда было ещё темно (Ин. 20:1). Оба утверждения согласуются с сообщением Марка о том, что это было рано при восходе солнца, то есть когда небо на востоке светлело. Однако такое бывает только тогда, когда солнце готовится к восходу, - это время обыкновенно называется рассветом. Итак, Марк не противоречит Иоанну, говорящему, что было ещё темно, потому что при наступлении дня тьма рассеивается соразмерно появлению света. Слова же Луки (очень рано) не нужно понимать в том смысле, что солнце уже появилось над горизонтом; скорее, это то выражение, которым мы обычно пользуемся, чтобы обозначить, что что-то должно быть сделано как можно раньше. Ведь когда мы говорим «утром», то, чтобы нас не поняли так, что солнце уже видно, мы обычно добавляем «ранним», чтобы ясно было, что речь идёт о рассвете.
Итак, сказано: «вечером же в субботу», словно бы «ночью в субботу», то есть в ночь, которая следует за субботним днём. Однако у Матфея сказано достаточно: «Вечером же в субботу, на рассвете первого дня недели». Тем самым не представляется возможным понимать этот «вечер» только как первую часть ночи. Ведь не начало же ночи - рассвет первого дня недели, но ночь определяется границей наступающего света. Конец первой части ночи есть начало её второй части, а вот конец всей ночи - свет. Потому мы и не можем сказать, что «вечер» смыкается с рассветом первого дня недели, если под «вечером» не станем понимать ночь, конец которой знаменует свет. Скажем ещё, что для божественного Писания это обычный способ различать часть и целое . Говоря «вечер», оно обозначает всю ночь, концом которой и является рассвет. Итак, жены пришли ко гробу на рассвете, а значит, и ночью, которая в Писании обозначена наименованием «вечер», ибо, как я сказал, в это наименование включена вся ночь. А потому, в какое бы время ночи они туда ни пришли, они пришли ночью; даже если бы они пришли в самом конце ночи, все равно не вызывало бы сомнения, что они пришли ночью.
Лопухин А.П.¶
По прошествии же субботы, на рассвете первого дня недели, пришла Мария Магдалина и другая Мария посмотреть гроб
Мк. 16:2-5; Лк. 24:1-5; Ин. 20:1, 2. Как в настоящем стихе, так и во всех остальных, трудно объединить рассказ Матфея с рассказами других евангелистов, и таким образом согласовать их. “Невероятность, — говорит Альфорд, — что евангелисты знакомы были с рассказами друг друга, становится, в этом отделе их Евангелий, полной невозможностью.” Евангелисты говорят о разных явлениях Христа: очевидно, изменяют порядок, в котором должны были следовать события в их исторической последовательности. Это последнее у Матфея наблюдается с первых же стихов рассматриваемой главы. Если бы он вёл своё повествование в строго хронологическом порядке, то, очевидно, должен был бы сначала изложить то, о чем говорится у него дальше во 2-4 стихах, потому что рассказанные здесь события, несомненно, были раньше прибытия женщин ко гробу.
Если бы мы имели только русский перевод Евангелия Матфея, то первый стих не доставил бы нам особенных затруднений. Когда суббота, перед наступлением которой Спаситель был погребён, миновала, то, на рассвете следующего дня, т.е., по-нашему, рано утром в воскресенье, пришли ко гробу две женщины с целью “посмотреть гроб” (по Марку — “помазать Его”). При таком достаточно ясном изложении оставалось бы лишь одно затруднение: зачем, говоря о “рассвете первого дня недели,” евангелист прибавляет, что это было “по прошествии субботы,” хотя и без того было известно, что этот “первый день” всегда следовал за субботой? Никто не говорит: я отправился в путешествие рано утром во вторник, когда окончился понедельник, потому что если бы было просто сказано: я отправился рано утром во вторник, то такая речь была бы сама по себе понятнее без указанной прибавки, а последняя была бы не только ненужным плеоназмом, но и затемняла бы речь. Если от русского текста обратимся к славянскому, то найдём, что он ещё менее вразумителен: “в вечер же субботний (исправлено: по вечери же субботнем), свитающи во едину от суббот, прииде Мария Магдалина” и проч. В Вульгате столь же темно: vespere autem sabbati, quae lucescit in prima sabbati, venit Maria Magdalene и проч., т.е. вечером же субботы, который рассветает в первый день субботы (vesper — муж. рода — здесь, очевидно, vespera женск. рода, почему и поставлено quae, пришла Мария Магдалина и проч.) Если теперь от этих переводов мы обратимся к греческому тексту, то найдём, что именно от его неясности зависит и неясность переводов. Толкование здесь затрудняется ещё тем, что у евреев день начинался с вечера, и “вечер субботний,” т.е., по-нашему, вечер с субботы на первый день недели (воскресенье), мог бы быть назван просто “первым днём.” Это, во-первых. Во-вторых, если допустить, что евангелист хотел выразиться так же, как выражаемся мы, т.е. “вечером в субботу,” то каким образом возможно было сказать, что этот вечер совпадал с “рассветом” (τη έπιφωσκούση είς μίαν σαββάτων) первого недельного дня? Было предложено много объяснений этого выражения.
1) “В вечер субботы равносильно сказанному у Луки; глубоким утром (очень рано) и у Марка: при восходе солнца” (Феофилакт).
2) "Όψέ — после субботы. Так у Плутарха: όψέ τώέ βασιλέως χρόνων — после времён царя — и Фалострата όψέ Τροϊκών — после троянской войны.” В русском, очевидно, принято это толкование όψέ, когда сказано “по прошествии субботы.”
3) Под “вечером (vespera) понимали звезду Венеру, которая называется Lucifer, по греч. έσπερος, по латыни vesperus. Но "hans stellam non significat graecum όψέ пёс latinum vespere" (эту звезду не означает греческое όψέ и латинское vespere).
4). “Множественное όψέ σαβάτων не имеет смысла.” Поэтому во многих переводах употребляется единственное — суббота.
5) Выражение у Матфея переделано из διαγενομένου του σαβάτου Марка и потеряло всякий смысл.
6). Затруднение исчезает, если мы допустим, что у евреев был “более или менее распространённый обычай” прибавлять не день к ночи, а ночь ко дню, так что существовали два способа счета полных астрономических дней: ночь — день и день — ночь. Если бы так, то выражение Матфея было бы ясно. Но, к сожалению, такой “распространённый обычай у евреев” трудно доказать. Поэтому “должно оставаться, как это ни важно, неизвестным, относится ли όψέ σαβάτων к вечеру субботы или указывает на раннее воскресное утро.”
Самое простое объяснение может заключаться в следующем. Выражение евангелиста όψέ δε σαβάτων относится к разряду тех, которые трудно объясняются грамматически. Тем не менее реальный смысл их бывает ясен, и, конечно, имея в виду именно этот смысл, Блясс (Gramm. с. 96 переводит выражение "spat am sabtah" — поздно в субботу, что почти соответствует русскому переводу и согласно, как с дальнейшими словами евангелиста, так и с показанием Мк. 16:1.
После έπιφωσκούση одни добавляют день (ήμερα) другие час (ώρα). Т.е. поздно в субботу, когда день рассветал в одну из суббот; или когда час рассветал — был день или час рассвета. Подставление ωρα (Цан) вероятнее, потому что дальнейшее μίαν подразумевает ήμέραν, и, следовательно, повторение ήμέραν было бы совершенно излишне. О счёте дней у евреев см. прим. к 21:1. Так как σάββατα употреблялось у евреев в смысле недели, то смысл выражения είς μίαν σαβάτων — первый день недели — понятен. Выражение это употреблялось у раввинов. Общий смысл первых слов рассматриваемого стиха тот, что когда ещё не окончилась полночь, относимая евангелистом к предшествовавшей субботе, и когда только что приближала рассвет следующего дня и т.д. Этим обозначается время, когда женщины подошли ко гробу, без указания, когда они вышли из дому.
По Матфею, эти женщины были Мария Магдалина и “другая Мария.” Марк называет последнюю “Марией Иаковлевой” — мать Иакова меньшего и Иосия, жена Клеопы или Клопы, и упоминает ещё о Саломии (см. прим. к 20:20). По случаю субботнего дня женщины оставались дома и не выходили ко гробу. Указывают на “любопытное совпадение,” что у евреев родственники и друзья умершего обыкновенно ходили на его гробницу в третий день после его смерти (когда предположительно начиналось разложение), чтобы удостовериться, что умерший действительно мёртв. Комментируя факт, что Авраам увидел гору Мориа на третий день (Быт. 22:4), раввины настаивали на важности “третьего дня” в различных событиях истории Израиля и специально говорили о нем в связи с воскресением, ссылаясь в доказательство на Ос. 6:2. В одном месте, ссылаясь на то же пророческое изречение, они выводили из Быт. 40:13, что Бог никогда не оставляет душу праведных томится и мучится более трёх дней. Во время плача по умершим третий день был как бы сроком, потому что думали, что душа витает около тела до третьего дня и в это время окончательно оставляет своё земное жилище.
Лука не называет здесь женщин по именам, а Иоанн говорит об одной Марии Магдалине. Рассказ Иоанна даёт повод думать, что Мария Магдалина пришла первая ко гробу, отделившись от других женщин, которые вышли из разных мест. Основания, по которым это последнее мнение оспаривается, недостаточны. Рассказ Матфея и Марка такому мнению не противоречит. Уходя ко гробу, женщины, очевидно, не знали, что камень запечатан и что ко гробу приставлена стража (Мк. 16:3). Это служит доказательством, что запечатание гроба и постановление стражи были между временем погребения Христа и окончанием субботы, причём подразумевается, что женщины в этот промежуток времени не посещали гроба.
Ст. 1-8 По прошествии же субботы, на рассвете первого дня недели, пришла Мария Магдалина и другая Мария посмотреть гроб. И вот, сделалось великое землетрясение: ибо ангел Господень, сошедший с небес, приступив отвалил камень от двери гроба и сидел на нем; вид его был как молния, и одежда его бела как снег. Устрашившись его, стерегущие пришли в трепет и стали как мёртвые. Ангел же, обратив речь к женщинам, сказал: не бойтесь, ибо знаю, что вы ищете Иисуса распятого, Его нет здесь: Он воскрес, как сказал; подойдите, посмотрите место, где лежал Господь, и пойдите скорее, скажите ученикам Его, что Он воскрес из мёртвых и предваряет вас в Галилее; там Его увидите. Вот, я сказал вам. И вышедши поспешно из гроба, они со страхом и радостью великою побежали возвестить ученикам Его
"В вечер субботы" равносильно сказанному у Луки: "глубоким утром" и у Марка: "при восходе солнца", ибо под солнцем здесь следует разуметь утренние лучи солнца. Когда наступает восьмой час ночи, тогда начало следующего дня, и, как думают, наступает утро; посему-то тогда и был, с одной стороны, вечер субботы, а с другой - начало дня Господнего, каковой день евангелист и называет "единым от суббот", ибо дни седмицы называли субботами, а первый - единым, так что день Господень есть "един от суббот", то есть первый из дней недели; ближайший к этому первому называли вторым, затем - третьим, а потом - остальные. Господь воскрес тогда, когда камень ещё лежал на гробе. По воскресении же Господа и ангел приходит, чтоб отвалить камень и дать жёнам вход в гроб. Землетрясение делается для того, чтоб пробудились стражи и поняли новизну случившегося. Итак, Господь воскрес тридневен. Как насчитываются три дня? В восьмом часу пятка был распят; с этого до девятого - тьма: это считай у меня за ночь; затем от девятого часа - свет: это день, - вот сутки: ночь и день. Далее, ночь пятка и день субботы - вторые сутки. Опять же ночь субботы и утро дня Господня, означенное у Матфея: "во едину от суббот, на рассвете", ибо утро принимается во счёте за целый день, - вот третьи сутки. И иначе можешь насчитать три дня: в пятницу Господь предал дух, это - один день; в субботу был во гробе, это - другой день; ночью Господнего дня воскрес, но от своей части и день Господень считается за иной день, так что вот и три дня. Ибо и об усопших, если кто умер около десятого часа дня, а другой - около первого часа того же дня, то говорят, что оба они умерли в один и тот же день. Имею сказать тебе и иной способ для того, как насчитать три дня и три ночи. Слушай же! В четверг вечером Господь совершил вечерю и говорил ученикам: "Приимите, ядите тело Моё". Так как Он имел власть положить душу Свою по Своей воле, то ясно, что тогда же Он и заклал Себя, как преподавал Своим ученикам тело, ибо никто не ест чего-либо, если прежде не было заколото. Считай же: вечером Он преподал тело Своё, та ночь и день пятницы до шестого часа - вот одни сутки; потом, от шестого часа до девятого - тьма, а с девятого - до вечера опять свет, - вот и вторые сутки; опять ночь по пятке и день субботы, - вот и третьи сутки; в субботу же ночью Господь воскрес: это - трое полных суток. Об ангеле Матфей говорит, что он сидел на камне, Марк же - что, отвалив камень, он сидел внутри гроба на правой стороне. Не говорят ли они противоположное? Нет! По-видимому, сначала ангел явился сидящим на камне, а затем, когда жены входили, он предводил ими и опять явился внутри гроба сидящим на правой стороне. Сказал жёнам: Не бойтесь вы, то есть стражи достойны, чтобы бояться, вы же, ученицы Господни, не бойтесь. После того как освобождает их от страха, благовествует им о воскресении, ибо и следовало сначала изгнать страх, а затем благовествовать. Не стыдится, называя Господа распятым, ибо крестом он хвалится, как неким победным трофеем, доставившим нам все блага.