Ветхий завет
- Пятикнижие
- Исторические книги
- Учительные книги
-
Псалтирь
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 - Пророческие книги
-
Послание Иеремии
-
Авдий
- Исторические книги
Новый завет
- Евангелия
- Деяния
- Соборные послания
-
2-е Иоанна
-
3-е Иоанна
-
Иуды
- Послания апостола Павла
-
К Филимону
- Откровение
Мф. 16:13
Свт. Иоанн Златоуст¶
Ст. 13-18 Придя же в страны Кесарии Филипповой, Иисус спрашивал учеников Своих: за кого люди почитают Меня, Сына Человеческого? Они сказали: одни за Иоанна Крестителя, другие за Илию, а иные за Иеремию, или за одного из пророков. Он говорит им: а вы за кого почитаете Меня? Симон же Пётр, отвечая, сказал: Ты - Христос, Сын Бога Живаго. Тогда Иисус сказал ему в ответ: блажен ты, Симон, сын Ионин, потому что не плоть и кровь открыли тебе это, но Отец Мой, Сущий на небесах; и Я говорю тебе: ты - Пётр, и на сем камне Я создам Церковь Мою, и врата ада не одолеют её
Для чего евангелист упомянул об основателе города? Для того, что была другая Кесария, именно Стратонова; а Иисус Христос спрашивал учеников не в Стратоновой, а в Филипповой, отведши далеко от иудеев, чтобы они, освободившись от всякого опасения, смело высказали все, что у них было на мыслях. Для чего же Он спросил сначала не об их мнении, а о мнении народа? Для того, чтобы они, сказавши народное мнение, потом, будучи спрошены: вы же кого Мя глаголете быти? - самым порядком вопросов были возведены к высшему разумению, и не стали о Нем так же низко думать, как и народ. По той же причине спрашивает их не в начале проповеди, но когда сотворил много чудес, беседовал с ними о многих и высоких истинах и многократно доказал Свою божественность и единство с Отцом, тогда уже предлагает им этот вопрос. И не говорит: за кого Меня почитают книжники и фарисеи? - хотя они часто приходили к Нему и беседовали; но желает знать непритворное мнение народа: кого Мя глаголют человецы быти? Мнение народа было хотя гораздо ниже надлежащего, но без всякого лукавства; мнение же книжников и фарисеев внушено было сильною злобою. И показывая, как сильно желает, чтобы исповедывали Его воплощение, говорит: Сына человеческаго, - разумея под этим и божество, как нередко и в других местах Он делает. Так говорит: никтоже взыде на небо, токмо Сын человеческий, сый на небеси (Ин. III, 13); и в другом месте: аще убо узрите Сына человеческаго восходяща, идеже бе прежде (Ин. VI, 62). Потом, когда ученики сказали Ему: ови убо Иоанна Крестителя, инии же Илию, друзии же Иеремию, иные единаго от пророк (Мф. XVI, 14), и объявили Ему ложное мнение народа, - тогда присовокупил: вы же кого Мя глаголете быти (ст. 15)? Этим вторым вопросом Он побуждает их думать о Нем выше, и даёт разуметь, что первое мнение весьма мало соответствует Его достоинству. Для того Он требует от них другого мнения, и предлагает другой вопрос, чтобы они не думали о Нем одинаково с народом, который видел чудеса, превышающие силы человека, и почитал Его человеком, хотя таким, который воскрес из мёртвых, как говорил и Ирод. Но Он, отклоняя от таких догадок, говорит: вы же кого Мя глаголете быти, - вы, которые всегда со Мною были, видели Мои чудодействия и сами творили чрез Меня многие чудеса? Что же на это отвечает Пётр, уста апостолов, всегда пламенный, глава в лике апостольском? На вопрос, предложенный всем, отвечает от себя. Когда Христос спрашивал о мнении народа, тогда все отвечали на Его вопрос; когда же о их собственном, то Пётр не терпит, предупреждает и говорит: Ты еси Христос, Сын Бога живаго (ст. 16)! Что же сказал Христос? Блажен еси Симоне, вар Иона, яко плоть и кровь не яви тебе (ст. 17). Конечно, если бы Пётр исповедал Его сыном не в собственном смысле и не от самого Отца рождённым, то это не было бы делом откровения; если бы он почёл Его сыном, подобным многим, то его слова не заслуживали бы блаженства. И прежде ещё бывшие на корабле, после бури, говорили: воистину Божий сын есть (Мф. XIV, 33), однако не были названы блаженными, хотя и истину сказали. Они исповедали Его не таким сыном, как Пётр, но признавали воистину сыном подобным многим, даже превосходнейшим многих, только не из самой сущности Отца рождённым.
И Нафанаил также говорил: равви, Ты еси сын Божий, Ты еси царь Израилев (Ин. I, 49), однако ж не только не называется блаженным, но ещё обличается Господом за то, что много ещё не досказал истины. Потому Христос и прибавил: зане рех ти, яко видех тя под смоковницею, веруеши? Больша сих узриши (ст. 50). За что же Пётр называется блаженным? За то, что он исповедал Его истинным Сыном. По этой-то причине Христос других не назвал блаженными, но, говоря с Петром, показал, кто и открыл ему. Чтобы исповедание Петрово не показалось многим сказанным из дружбы и лести, и в знак особенного к Нему расположения, - потому что он весьма любил Христа, - и указывает Того, Кто внушил ему, чтобы ты разумел, что Пётр только произносил, а научал его Отец, и чтобы ты верил, что слова эти не выражают человеческое мнение, но божественное учение. Но почему Христос не открывает Себя сам, - не говорит: Я Христос, - но достигает этого вопросом Своим и заставляет произнести исповедание учеников. Потому что это и Ему тогда было приличнее и нужнее, и их более побуждало верить сказанному. Видишь ли, как Отец открывает Сына? Как Сын открывает Отца? Ни Отца кто знает, сказано, токмо Сын, и емуже аще волит Сын открыти (Мф. XI, 27; Лк. X, 22). Таким образом не чрез другого кого можно познать Сына, как только чрез самого Отца; и не чрез другого кого можно познать Отца, как только чрез Сына, так что и из этого видно, что Они равночестны и единосущны. Что же говорит Христос? Ты еси Симон, сын Ионин; ты наречешися Кифа (Ин. I, 42). Так как ты проповедал Моего Отца, то и Я именую родившего тебя, и как бы так говорит: как ты сын Ионин, так и Я Сын Моего Отца. Иначе излишне было бы говорить: ты еси сын Ионин. Но когда Пётр назвал Его Сыном Божиим, тогда Христос, чтобы показать, что Он так же есть Сын Божий, как Пётр сын Ионин, т. е. одной сущности с родившим, присовокупил: и Аз тебе глаголю: ты еси Пётр, и на сем камени - т. е. на вероисповедании - созижду Церковь мою (ст. 18). Этими словами Господь показывает, что отселе многие будут веровать, ободряет дух Петра и делает его пастырем: и врата адовы не одолеют ей. Если же не преодолеют её, то тем более Меня. Поэтому не смущайся, когда услышишь, что Я буду предан и распят.
Блж. Иероним Стридонский¶
Придя же в страны Кесарии Филипповой, Иисус спрашивал учеников Своих: за кого люди почитают Меня, Сына Человеческого
Придя же в страны Кесарии Филипповой
Этот Филипп - брат Ирода, о котором мы сказали выше, четверовластник Итуреи и Трахонитской (Лк. 3:1) страны, построивший Кесарию, - ныне называемую Панеас, - в честь Тиверия Кесаря и в честь имени Кесаря, равным образом и своего имени назвавший её Кесарией Филипповой, а находится она в области финикийской: он подражал отцу своему Ироду, который в честь кесаря Августа назвал Кесарией [поселение], которое прежде называлось башней Стратона, а в честь имени дочери его построил за Иорданом Юлиаду. Место Кесарии Филиппа находится там, где у подножия Ливана истекает Иордан; там есть два источника: один по имени Иор, другой - Дан; они после соединения в одно название образуют имя: Иордан.
И спросил Он учеников Своих так: Кем называют люди Сына человеческого
[Quern dicunt homines esse Filium hominis = Кто, по словам, или: по мнению, людей есть Сын человеческий [В греческом тексте стоит: Τίνα με λέγουσιν οί άνθρωποί είναι, τόν υίόν τού ένθρώπου, - что значит: Кем называют люди Меня, Сына человеческого? [или: Кто, по словам людей, Я, Сын человеческий?]. - Он не сказал: "Кем люди называют Меня", но: "Сына человеческого", чтобы не показалось, что Он с тщеславием спрашивает о Себе. При этом обрати внимание, что там, где в Ветхом Завете написано Сын человеческий, в еврейском тексте стоит: сын Адама. Например (ut), то, [или: и то], что мы читаем в псалме: Доколе тяжкие сердцем сыны человеческие (Пс. 4:3), на еврейском языке читается: сыны Адама. И он даёт прекрасный (pulchre) вопрос: Кем называют люди Сына человеческого? потому что говорящие о Сыне человеческом суть люди; а те, которые понимают Его Божество, называются не людьми, а богами.
Лопухин А.П.¶
Ст. 13-16 Придя же в страны Кесарии Филипповой, Иисус спрашивал учеников Своих: за кого люди почитают Меня, Сына Человеческого? Они сказали: одни за Иоанна Крестителя, другие за Илию, а иные за Иеремию, или за одного из пророков. Он говорит им: а вы за кого почитаете Меня? Симон же Пётр, отвечая, сказал: Ты — Христос, Сын Бога Живаго
Мк. 8:29 — просто: “Ты Христос.” Лк. 9:20: “за Христа Божия.” Феофилакт замечает, что Пётр не сказал: “Ты Христос, Сын (υίός) Божий,” т.е. без члена о, но с членом — истинный о υίός, т.е. Он Сам, Единый и единственный, Сын не по благодати, но из самого существа Отчего рождённый, ибо христами (χριστοί) были многие: все ветхозаветные цари и священники, истинный Христос же (о χριστός) — один.” Написание в греческом артикля перед словом Христос почти равнялось тому, что это слово превращалось в собственное имя Христа, каким оно и сделалось в первоначальной церкви. Все другие христы были, таким образом, только нарицательные. Один Спаситель был собственно и истинно Христос. Таков смысл исповедания Петра. Христос есть Сын Бога Живого; Бог называется так в Священном Писании Ветхого Завета (например, Чис. 14:21; Втор. 32:40; 3 Цар. 17:1; Пс. 40:3; 83:3; Ис. 37:4, 17 и др.) и часто в Новом (например, Мф. 26:63; Ин. 6:57; Деян. 14:15; Рим. 9:26; 14:11 и проч.). По мнению Златоуста, Пётр был в это время как бы устами апостолов и не от себя только, а от всех них дал свой ответ. Слова Петра были свидетельством об истинном человечестве Христа и истинном Его Божестве, на признании которых зиждется вся жизнь церкви.
Пришед же в страны Кесарии Филипповой, Иисус спрашивал учеников Своих: за кого люди почитают Меня, Сына Человеческого
Апостол Матфей упоминает о построившем город потому, что есть и другая Кесария - Стратона, но не в этой, а в той спрашивает их Господь. Он далеко от иудеев уводит учеников, чтобы, никого не боясь, они смело могли сказать. Прежде же всего спрашивает о мнении народа, чтобы поднять учеников к большему разумению и чтобы не впали они в ту же скудость понимания, что замечается у многих. И не спрашивает, кем называют Меня фарисеи, но люди. Разумеет искренний народ.