Ветхий завет
- Пятикнижие
- Исторические книги
- Учительные книги
-
Псалтирь
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 - Пророческие книги
-
Послание Иеремии
-
Авдий
- Исторические книги
Новый завет
- Евангелия
- Деяния
- Соборные послания
-
2-е Иоанна
-
3-е Иоанна
-
Иуды
- Послания апостола Павла
-
К Филимону
- Откровение
Ин. 6:26
Свт. Иоанн Златоуст¶
Ст. 26-27 Отвеща им Иисус и рече: аминь, аминь глаголю вам, ищете Мене, не яко видесте знамение, но яко яли есте хлебы и насытистеся: делайте не брашно гиблющее, но брашно пребывающее в живот вечный, еже Сын Человеческии вам даст: Сего бо Отец знамёна Бог
Снисходительность и кротость не везде полезны; бывают случаи, когда учителю нужна и строгость. Так, когда ученик ленив и упрям, нужно употребить против него и наказание, чтобы возбудить его от лености. Так поступил и Сын Божий, и во многих других случаях, и в настоящем. Когда народ пришёл и, найдя Иисуса, стал с лестию говорить Ему: Равви, когда где бысть? – то Он, чтобы показать, что не ищет чести у людей, а имеет в виду одно только – спасение их, отвечал ему со строгостию. Он хотел этим не только исправить народ, но и открыть и обнаружить его мысли. Что же Он говорит? Аминь, аминь глаголю вам (определительно и утвердительно), ищете Мене, не яко видесте знамение, но яко яли есте хлебы и насытистеся. Поражает словом и обличает, но не жестоко и сильно, а с большим снисхождением. Не сказал: о, сластолюбцы и чревоугодники! Я совершил столько чудес, но вы никогда не последовали за Мной, и не подивились совершенному; но – с некоторою кротостию и спокойствием: ищете Мене, не яко видесте знамение, но яко яли есте хлебы и насытистеся, указывая не на прежние только чудеса, но и на чудо настоящее. Он как бы так говорит, чем и обличает их: не чудо над хлебами поразило вас, а то, что вы насытились. А что Он это говорил о них не по догадке, это они сами тогда же показали. Они, действительно, затем снова и пришли, чтобы насладиться тою же пищею, а потому-то и говорили: отцы наши ядоша манну в пустыни (ст. 31), опять привлекая Его к пище плотской, что и заслуживало обвинения и величайшего осуждения. Но Христос не останавливается на обличении, а присоединяет к нему и наставление, говоря: делайте не брашно гиблющее, но брашно, пребывающее в живот вечный, еже Сын Человеческий вам даст: сего бо Отец знамёна Бог (ст. 27). А эти слова имеют такое значение: не заботьтесь нисколько об этой пище, но – о той, духовной. Но так как некоторые из людей, желающих жить праздно, злоупотребляют этими словами, как будто бы Христос отвергал в них трудолюбие, то теперь благовременно ответить и им. Они порочат целое, так сказать, христианство и подвергают его осмеянию за праздность. Но прежде надобно обратиться к изречению Павла. Что же он говорит? Поминайте Господа, рекшего: блаженнее есть паче даяти, нежели приимати (Деян. 20, 35). Но из чего было бы давать тому, кто сам ничего не имеет? Как же Марфе сказал Иисус: печешися и молвиши о мнозе, едино же есть на потребу. Мария же благую часть избра (Лк. 10, 41, 42); и ещё: не пецытеся на утрей (Мф. 6, 34)? Необходимо теперь все это разрешить не только для того, чтобы отвратить людей праздных, если только захотят, но и для того, чтобы показать, что слова Божии не противоречат между собою. Вот и в другом месте Апостол говорит: молим же вы избыточествовати паче и любезно прилежати, безмолвствовати и деяти своя, да ходите благообразно ко внешним (1 Сол. 4, 10–12); и ещё: крадый ктому да не крадёт, но паче да труждается, делая своима рукама, да имать подаяти требующему (Еф. 4, 28). Здесь Павел заповедал даже не просто заниматься делом, но с таким трудом, чтобы было из чего подать и другому. И в другом месте опять он же говорит: требованию моему и сущим со мною послужисте руце мои сии (Деян. 20, 34). И в Послании к Коринфянам говорил: кая убо ми есть мзда? Да благовествуяй без мзды положу благовестие (1 Кор. 9, 18). И когда он был в том городе (в Коринфе), то находился у Акилы и Прискиллы, и трудился (Деян. 18, 3): бяху бо скинотворцы хитростию. Все это по видимому находится в большом противоречии с сказанным, и потому необходимо представить на это разрешение.
Что же нам ответить? Что не пещись не значит не трудиться, но – не привязываться к вещам житейским, то есть не заботиться о покое на завтра, но считать эту заботу излишнею. Можно и трудиться – и не собирать ничего на завтра, можно и трудиться – и ни о чем не пещись. Попечение и труд не одно и то же. Иной и трудится не для того, чтобы полагаться на труд, но чтобы подать нуждающемуся. Равным образом и слова, сказанные к Марфе, относятся не к труду и занятию делом, а к тому, что надобно знать время (для труда) и времени, определённого для слушания, не употреблять на дела плотские. Значит, Он сказал те слова не с тем, чтобы вовлечь Марфу в праздность, но чтобы привлечь к слушанию. Я пришёл, говорит Он, научить вас необходимому; а ты беспокоишься об обеде? Ты хочешь Меня принять и приготовить дорогую трапезу? Приготовь другой пир, предложи Мне усердное слушание и подражай ревности сестры. И не с тем это Он сказал, чтобы запретить гостеприимство, нет, совсем нет, – но чтобы показать, что во время слушания не должно заниматься другими делами. А словами: не делайте брашна гиблющего – не то даёт разуметь, будто должно жить в праздности (это-то по преимуществу и есть брашно гиблющее, так как всякому злу научила праздность – Сир. 33, 28), но то, что должно трудиться и подавать. Вот это брашно уже не гиблющее. Кто, живя праздно, предаётся чревоугодию и роскоши, тот делает брашно гиблющее. Напротив, если кто, трудясь, питает, напаяет и одевает Христа, то не найдётся никого столько бесчувственного и несмысленного, кто сказал бы, что такой человек делает брашно гиблющее, потому что за это брашно обещано будущее Царство и те блага. Это брашно остаётся навсегда. С другой стороны, так как иудеи вовсе не заботились о вере, не старались узнать, кто совершает такие дела и какою силою, а хотели только одного – насыщаться, ничего не делая, то Христос справедливо назвал такую пищу брашном гиблющим. Я напитал ваши тела, говорит Он, чтобы вы отселе искали пищи другой, пребывающей, питающей душу; а вы опять бежите к пище земной. Значит, вы не понимаете, что Я веду вас не к этой несовершенной пище, а к той, сообщающей не временную жизнь, но вечную, питающей не тело, но душу. Потом, так как Он выразился о Себе столь возвышенно и сказал, что Он даёт ту пищу, то, чтобы сказанное опять не показалось им странным, Он подаяние этой пищи относит к Отцу, сообщая тем достоверность Своим словам. Сказав: еже Сын Человеческий вам даст, Он присовокупил: сего бо Отец знамёна Бог, то есть послал с тем, чтобы Он принёс вам эту пищу. Впрочем, это изречение допускает и другое толкование, потому что Христос говорит и в другом месте: кто слушает Мои слова, сего знамёна Отец, яко Бог истинен есть (3, 33), то есть показал очевидно. Это же, мне кажется, и здесь означает вышеприведённое изречение. В самом деле, знамёна Отец значит не другое что, как – показал, открыл Своим свидетельством. Правда, Христос и Сам Себя показал, но так как говорил с иудеями, то поставил на вид свидетельство Отца.
Лопухин А.П.¶
Ст. 26-27 Иисус сказал им в ответ: истинно, истинно говорю вам: вы ищете Меня не потому, что видели чудеса, но потому, что ели хлеб и насытились. Старайтесь не о пище тленной, но о пище, пребывающей в жизнь вечную, которую даст вам Сын Человеческий, ибо на Нем положил печать Свою Отец, Бог
Христос не отвечает на вопрос народа, а как Сердцеведец раскрывает пред Своими слушателями состояние их собственных сердец, так как этим состоянием и объясняется предложенный народом Христу вопрос. Народ, говорит Господь, ищет Его не потому, что видел в чуде насыщения знамение, но ради самого этого чудесного насыщения. Народ не склонен видеть в чудесах Христа доказательства Его божественного происхождения и свидетельство о Его призвании стать Искупителем человечества от греха, проклятия и смерти. Народ смотрит на чудо только как на средство удовлетворения тех надежд и ожиданий, какие иудеи связывали с пришествием Мессии. «Теперь-то, – думал народ, – настала, наконец, пора счастливого Царства Мессии! Христос объявит Себя царём земным и даст нам всё, чего мы ни пожелаем». Но Христос далёк от этих мечтаний. Он указывает народу на непрочность той пищи, которой тот ищет: эта пища не может продлить жизнь навеки для тех, кто её вкушает. Есть другая пища, которая не исчезает и питательность которой простирается на всю вечность (эта пища то же, что и вода, о которой Христос говорил самарянке в Ин.4:14). Вероятнее всего, под этой пищей Христос разумеет Себя Самого как посланного от Отца и раздателя небесных благ (ср. стих 35). И пищу эту может дать только Сам же Христос, ибо Его «запечатлел» Отец, т. е. дал относительно Христа Своё удостоверение (Ин.3:33) как относительно раздателя этой вечной небесной пищи. Запечатление же совершилось посредством дел вообще, какие совершал Христос (Ин.5:36 и сл.), и особенно через чудо насыщения пяти тысяч.
«Бог». Слово это поставлено в самом конце предложения для того, чтобы оттенить особую важность Этого Свидетеля о Христе.
Иисус сказал им в ответ: истинно, истинно говорю вам: вы ищете Меня не потому, что видели чудеса, но потому, что ели хлеб и насытились
См. Толкование на Ин. 6:22