Ветхий завет
- Пятикнижие
- Исторические книги
- Учительные книги
-
Псалтирь
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 - Пророческие книги
-
Послание Иеремии
-
Авдий
- Исторические книги
Новый завет
- Евангелия
- Деяния
- Соборные послания
-
2-е Иоанна
-
3-е Иоанна
-
Иуды
- Послания апостола Павла
-
К Филимону
- Откровение
Ин. 1:41
Свт. Иоанн Златоуст¶
Ст. 41-42 Обрете сей прежде брата своего Симона и глагола ему: обретохом Мессию, еже есть сказаемо Христос. И приведе его ко Иисусови. Воззрев же нань Иисус рече: ты еси Симон сын Ионин: ты наречешися Кифа, еже сказается Пётр
Андрей, пробыв у Иисуса и научившись от Него, сколько успел, не удерживает у себя этого сокровища, но поспешает, тотчас бежит к брату, чтобы поделить с ним приобретённые блага. Но для чего Иоанн не сказал, о чем беседовал с ним Христос? И откуда видно, что они именно для того и были у Него? Это уже и прежде показали мы; но это можно узнать и из нынешнего чтения. Заметь, что Андрей говорит своему брату. Обретохом Мессию, еже есть сказаемо Христос. Видишь ли, – он здесь показывает, сколько узнал в краткое время? Он выражает этим и силу Учителя, убедившего их в том, и собственную свою ревность, с какою они издавна с самого начала заботились о том. Самое выражение: обретохом показывает душу, томившуюся желанием видеть Христа, ожидавшую сошествия Его свыше, и исполненную радости, когда предмет её ожиданий явился, и, наконец, поспешившую радостную весть об этом сообщить другим. В делах духовных подавать друг другу руку – признак братской любви, родственной дружбы, искреннего благорасположения. Обрати внимание и на то, что и он говорит о Мессии с прибавлением члена. Не сказал просто: Мессию, но: Мессию ожидаемаго. Таким образом, они ожидали одного Христа, не имеющего ничего общего с другими [Т.е. с теми лицами, которые в Св. Писании называются помазанниками в общем значении этого слова.]. Смотри же, и как Пётр с самого начала обнаруживает в себе душу благопокорливую и благопослушную. Он тотчас спешит к Иисусу, нимало не медля. Приведе его, сказано, к Иисусу. Но никто не обвиняй его в легкомыслии, если он принял слова брата без дальних исследований. Вероятно, и брат говорил ему об этом много и обстоятельно, но евангелисты обыкновенно многое представляют вкратце, заботясь о краткости. Притом и не сказано, что Пётр просто поверил, а только – что Андрей привёл его к Иисусу, желая представить Ему брата, чтобы тот все узнал от Него Самого. Притом с ними был ещё и другой ученик и содействовал тому. Если же сам Иоанн Креститель, сказав о Христе, что это – Агнец и что Он крещает Духом, яснейшее учение о Нем предоставил своим ученикам узнать от Него Самого, тем более должен был сделать это Андрей, чувствуя себя не в состоянии объяснить все. Поэтому он и повлёк своего брата к Самому Источнику света, с таким тщанием и радостью, что тот нисколько не колебался и не медлил. И воззрев нань, Иисус рече: ты еси Симон, сын Ионин; ты наречешися Кифа, еже сказается Пётр (ст. 42). Здесь (Христос) уже начинает обнаруживать Своё Божество и мало-помалу открывает его в Своих изречениях. Так Он это сделал в беседах с Нафанаилом и с женою самарянкою.
Пророчества не менее чудес убеждают, и притом не заключают в себе тщеславия. Чудеса ещё подвергались превратным толкам, по крайней мере от людей неразумных: о веельзевуле, говорили они, изгонит бесы (см.: Мф. 12, 24); но о пророчествах ничего подобного не было никогда говорено. Таким образом, для Симона и Нафанаила Христос употребил этот способ научения, а с Андреем и Филиппом Он не так поступил. Почему же? Потому, что они уже в свидетельстве Иоанна получили не малую подготовку; а Филипп, кроме того, увидев предстоящих Христу, принял это за прямое доказательство для веры в Него. Ты еси Симон, сын Ионин; ты наречешися Кифа, еже сказается Пётр. От настоящего достоверным делается и будущее. Назвавший отца Петрова, конечно, провидел и будущее. Предречение соединено здесь и с похвалою; но это не было лестию, а предсказанием будущего, что видно из следующего. Припомни, с каким сильным обличением Он в беседе с самарянкою даёт видеть ей своё прозрение. Пять мужей, говорит Он, имела еси, и ныне, егоже имаши, несть ти муж (Ин. 4, 18). Так и Отец Его, восставая против почитания идолов, много говорит о пророчествовании. Да возвестят вам, что имать на вас приити. И в другом месте: возвестих и спасох, и не бе в вас чуждь (Ис. 47, 13; 43, 12). И это ставит на вид во всем пророчестве. Пророчество есть по преимуществу дело Божие, которому демоны даже подражать не могут, сколько бы ни усиливались. В чудесах ещё может быть и некоторое обольщение; но предсказывать будущее с точностию свойственно только одному вечному существу. Если же когда-либо и демоны это делали, то только для обольщения неразумных; потому и провещание их всегда легко изобличить во лжи. Между тем Пётр ничего не отвечает на слова Христовы, – потому что ещё ничего ясно не понимал, а только поучался. Притом же и самое предсказание было ещё не вполне изречено. Христос не сказал: Я тебя переименую Петром, и на этом камне созижду Церковь мою, а сказал только: ты наречешися Кифа. То переименование означало бы высшее достоинство и большую власть. Но Христос не вдруг и не с самого начала выказал всю Свою власть, а до времени более смиренно беседовал. Когда же Он дал полное доказательство Своего Божества, то уже с большею властию говорит то же: блажен еси, Симоне, яко Отец мой яви тебе. И в другом месте: тебе глаголю: ты еси Пётр, и на сем камени созижду Церковь Мою (Мф. 16, 17, 18). Так Христос наименовал Симона, а Иакова и брата его – сынами грома. Для чего же Он это делает? Он этим показывает, что Он Тот самый, кто и Ветхий Завет дал и тогда имена переменял, назвав Аврама Авраамом, Сару Саррою, Иакова Израилем, а многим ещё от рождения их дал имена, как то: Исааку, Сампсону и лицам, о которых упоминают Исаия и Осия; некоторым же переменил имена, данные от родителей, как то: лицам, выше упомянутым, и Иисусу Навину. У древних также было в обычае давать имена по обстоятельствам, как и Илия сделал. И это было не без цели, а для того, чтобы самое наименование людей было для них напоминанием благодеяний Божиих, чтобы, чрез выражение пророчества в именах, оно тем лучше сохранялось в уме слушающих. Так и Иоанну дано имя прежде его рождения. Так люди, которые имели просиять добродетелию с первого возраста, получали имена и прежде рождения; а тем, которые прославлялись впоследствии, и прозвание после прилагалось.
Лопухин А.П.¶
Ст. 41-42 Он первый находит брата своего Симона и говорит ему: мы нашли Мессию, что значит: Христос; и привёл его к Иисусу. Иисус же, взглянув на него, сказал: ты – Симон, сын Ионин; ты наречешься Kифа, что значит: камень (Пётр)
Удалившись из дома, где пребывал Иисус, Андрей первый случайно встретил своего брата, Симона, который, по-видимому, шёл к Иордану, чтобы послушать Kрестителя. Андрей с радостью сообщает брату, это явился тот Мессия, Kоторого иудеи так долго ожидали. Прибавка, что Андрей нашёл своего брата «первый», заставляет предположить, что и другой ученик несколько позже нашёл своего брата, Иакова. Kогда Андрей привёл своего брата к Иисусу, то Христос устремил на Петра пристальный взор (здесь опять стоит тот же глагол, что и в стихе 36) и сказал ему, что знает, кто он (вместо «Ионин» почти все западные кодексы читают «Иоаннов», см. например, у Тишендорфа). При этом Христос предвозвещает Петру, что он будет со временем – время в точности не обозначено – «называться», т. е. согласно употреблению глагола «называться» в еврейском языке, станет человеком в высшей степени твёрдым и энергичным (ср. Быт.32:28). Таково, действительно, значение греческого слова πέτρος, которым передано данное Христом Петру арамейское имя «Kифа» (точнее, «Kейфа», соответствующее древнееврейскому слову «кеф» – скала, камень), и таковым со временем стал Пётр среди верующих. Христос, стало быть, в настоящем случае не менял Симону имени и не повелевал переменить его со временем: Он этим предсказывал Симону только великое будущее. Поэтому-то Симон, из благоговения к Господу приняв новое имя Пётр, не оставил и прежнего, называясь до конца жизни своей Симоном Петром (2Пет.1:1).
Он первый находит брата своего Симона и говорит ему: мы нашли Мессию, что значит: Христос
См. Толкование на Ин. 1:40