Ветхий завет
- Пятикнижие
- Исторические книги
- Учительные книги
-
Псалтирь
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 - Пророческие книги
-
Послание Иеремии
-
Авдий
- Исторические книги
Новый завет
- Евангелия
- Деяния
- Соборные послания
-
2-е Иоанна
-
3-е Иоанна
-
Иуды
- Послания апостола Павла
-
К Филимону
- Откровение
Деян. 9:36
Свт. Иоанн Златоуст¶
В Иоппии находилась одна ученица, именем Тавифа, что значит: серна; она была исполнена добрых дел и творила много милостынь
См. Толкование на Деян. 9:26
Лопухин А.П.¶
Ст. 36-37 В Иоппии находилась одна ученица, именем Тавифа, что значит: серна; она была исполнена добрых дел и творила много милостынь. Случилось в те дни, что она занемогла и умерла. Её омыли и положили в горнице
В Иоппии - ныне Яффа, древний торговый приморский город к северо-западу от Иерусалима.
Ученица, т. е. христианка. Была ли она девица, или вдовица, или замужняя, из рассказа не видно. Возможно, что это была вдовица, судя по благотворениям преимущественно вдовицам (39 ст.).
Тавифа, что значит Серна - это было не прозвище, а собственное женское имя, встречающееся и у греков, и у Флавия, и у раввинов. По своей красоте, грациозности и выразительности глаз серна вообще у восточных народов являлась символом женской красоты, почему и сделалась собственным женским именем, подобно мужскому - Лев.
В те дни, когда Пётр находится в Лидде.
Ст. 36-43 Во Иоппии же бе некая ученица именем Тавифа, яже сказаема глаголется Серна: сия бяше исполнена благих дел и милостынь, яже творяще. Бысть же во дни тыя болевшей ей умрети: омывше же ю положиша в горнице. Близ же сущей Лидде Иоппии, ученицы слышавше, яко Пётр есть в ней, послаша два мужа к нему, моляще его не обленитися приити до них. Востав же Пётр иде с нима: егоже пришедша возведоша в горницу, и предсташа ему вся вдовицы плачущя и показующя ризы и одежды, елика творяше с ними сущи Серна. Изгнав же вон вся Пётр, преклонь колена помолися: и обращся к телу, рече: Тавифо, востани. Она же отверзе очи свои: и видевши Петра, седе. Подав же ей руку, воздвиже ю: и призвав святыя и вдовицы, постави ю живу. Уведано же бысть се по всей Иоппии: и мнози вероваша в Господа. Бысть же дни доволны пребыти ему во Иоппии у некоего Симона усмаря
Именем Тавифа. Лука поставляет и имя её, показывая, что она соответствовала своему имени: была так бдительна и бодра, как серна. Потому что часто многие имена даются по божественному домостроительству. Бысть болевшей ей умрети: омывше же ю положиша в горнице, то есть, сделали все, что следовало сделать над умершим. Послаша же бывшие во Иоппии ученики к Петру, моляще его не обленитися приити до них. Заметь простоту прочих и отсутствие всякого высокомерия в Петре. Не сами идут, но просят чрез двоих об исцелении, и он приходит. Почему они не позвали его, пока та не умерла? Считали недостойным утруждать этим учеников и отвлекать их и делать им затруднения в деле проповеди. Поэтому-то Лука и говорит, что было близко. И предсташа ему вся вдовицы плачущя и показующя ризы и одежды, елика творяше с ними сущи Серна. Выражение: с ними сущи, показывает великое смирение её, потому что она находилась с ними, и жила с ними, и обращалась со всеми как одна из них, а не так, как мы теперь. Изгнав же вон вся Пётр, преклонь колена помолися. Для чего он изгоняет всех вон? Для того, чтобы не тронуться слезами и не потерять спокойствие духа. Преклонь колена. Усердную совершает молитву. Потом поддерживает ожившую; потом понемногу возвращаются жизнь и силы её. И призвав святыя и вдовицы, постави ю живу, одним в утешение, а другим в покровительство. Заметь отсутствие всякого высокомерия в Петре. Совершивши такое великое чудо, он ищет пристанища не у ней, и не у другого какого-либо знаменитого человека, но у кожевника Симона; он не стыдится людей ничтожных и не даёт великим повода превозноситься.