Ветхий завет
- Пятикнижие
- Исторические книги
- Учительные книги
-
Псалтирь
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 - Пророческие книги
-
Послание Иеремии
-
Авдий
- Исторические книги
Новый завет
- Евангелия
- Деяния
- Соборные послания
-
2-е Иоанна
-
3-е Иоанна
-
Иуды
- Послания апостола Павла
-
К Филимону
- Откровение
Деян. 17:22
Свт. Иоанн Златоуст¶
И, став Павел среди ареопага, сказал: Афиняне! по всему вижу я, что вы как бы особенно набожны
Он нашёл жертвенник, на котором написано «неведомому Богу». Кто же был этот неведомый Бог, если не Христос? Ты увидел, как здраво он изменил имя. Ты увидел, как он взял в плен надпись, не для вреда написавшим, но для спасения их и заботы. Что же? Он говорит, что афиняне написали это ради Христа? Если бы ради Христа афиняне написали, то не был бы так удивителен успех Павла, но то удивительно, что они написали это с одной целью, а он имел силу изменить это по-другому. Прежде необходимо сказать, ради кого афиняне написали неведомому Богу. Они имели много богов и ещё больше божеств, ибо все боги народов – идолы (Пс 95:5), и местные, и чужеземные. Вы видите, какая насмешка, потому если есть бог, он не может быть чужеземным, потому что он владыка всей вселенной. Одних богов, которых они имели, они приняли от отцов, других от соседних народов – от скифов, фракийцев, египтян. <...> Что же? Они воздвигли жертвенник и написали «неведомому Богу», говоря такой надписью, что если и есть другой бог, ещё не ведомый нам, давайте мы почтим его. Смотри, какое суеверие! Поэтому Павел сначала говорит: «По всему вижу я, что вы как бы особенно набожны. Потому что вы чтите не только известных вам божеств, но ещё и не известных вам». Те ведь из-за этого и написали неведомому Богу. <...> Ибо неведомый Бог не кто иной, а Христос.
См. также Толкование на Деян. 17:16
Лопухин А.П.¶
И, став Павел среди ареопага, сказал: Афиняне! по всему вижу я, что вы как бы особенно набожны
Речь Павла в Ареопаге к афинянам представляет высокий образец апостольской мудрости и красноречия и применения им всегдашнего своего правила - быть для язычников, как бы язычником, чтобы и язычников приобрести для Евангелия (1 Кор. 9:19-22). Осторожными, в высшей степени тонкими и сдержанными выражениями обходит он все, что могло раздражать языческую гордость этих представителей мировой мудрости, с замечательною находчивостью отыскав точку соприкосновения своего учения с этою мудростью в жертвеннике неведомому Богу, давшую ему столь блестящее начало для блестящей речи, сила духа которой нашла достойнейшее и внешнее выражение, удовлетворявшее всем требованиям стройности светского слова. Постепенно, от более простого к более сложному, с неопровержимою последовательностью раскрывает он систему христианского учения, проповедуя: 1) о Боге едином, Творце мира и человечества (22-26), 2) о цели и законах жизни людей (27-29), делающих столь естественным и учение об искуплении и будущем суде (30-31).
Как бы особенно набожны – ὡς δεισιδαιμονεστέρου... Δεισιδαίμων – тот, кто боится демонов, кто боготворит все – и дерево, и камень, и духов. Представляется, что апостол как бы хвалит афинян, но в то же время и воздаёт им за их иронию - своей, не менее тонкой и горькой иронией, характеризуя их набожность таким словом, которое выражает сущность всякой языческой набожности – суеверие, бесобоязненность. Эта тонкая ирония усиливается ещё более "похвалою" их особенной "набожности", которою они превосходили всех других греков. Об этой сравнительной набожности афинян свидетельствуют и сами греческие писатели, как Исократ, Платон, Софокл, Ксенофонт.
Ст. 22-29 Став же Павел посреде Ареопага, рече: мужие афинейстии, по всему зрю вы аки благочестивыя. Проходя бо и соглядая чествования ваша, обретох и капище, на немже бе написано: неведомому Богу: егоже убо не ведуще (благолепне) чтёте, сего аз проповедую вам. Бог сотворивый мир и вся, яже в нем, сей небесе и земли Господь сый, не в рукотворенных храмех живёт: Ни от рук человеческих угождения приемлет, требуя что, сам дая всем живот и дыхание и вся. Сотворил же есть от единыя крове весь язык человечь, жити по всему лицу земному, уставив предъучиненая времена и пределы селения их, Взыскати Господа, да поне осяжут его и обрящут, яко не далече от единаго коегождо нас суща. О нем бо живём и движемся и есмы: якоже и нецыи от ваших книжник рекоша: сего бо и род есмы. Род убо суще Божий, не должны есмы непщевати подобно быти Божество злату, или сребру, или каменю художне начертану, и смышлению человечу
Аки благочестивыя – называется тот, кто боится демонов, кто боготворит все, и дерево и камень и духов. Представляется, что апостол как бы хвалит их, то есть, боящимися демонов, назвал их вместо того, чтобы назвать благочестивыми. А назвал их так по поводу капища. Капище же поставлено было ими по следующей причине. Однажды у афинян вспыхнула война с неприятелями; потерпев поражение, они удалились. И так как у них было в обычае праздновать игры в честь демонов; то один из демонов явился к ним и сказал, что он не видел ещё от них никакой себе почести; поэтому он осердился на них и был причиною этого их поражения. Этому демону они построили храм, и как бы из опасения, чтобы и ещё когда-нибудь не случилось с ними того же, если они обойдут какого-либо неведомого ими Бога, поставили капище с надписью: неведомому Богу, говоря этим, что если есть ещё какой-либо иной Бог, которого они не знают, то пусть капище это будет посвящено в честь его; быть может, он милостив будет к нам, хотя мы не почитаем его, так как не знаем. Полная же надпись на капище была следующая: "богам Азии и Европы и Ливии: Богу неведомому и чуждому". - Проходя бо и соглядая чествования ваша. Нашёл в городе не книгу божественную, а стоявшее капище; и воспользовавшись надписью на капище, разрушил самое капище. Да что же и оставалось ему делать? Еллины все были неверующими. Если бы он стал беседовать с ними на основании евангельского учения, они стали бы смеяться над ним; если бы - на основании пророков, не имели бы доверия к нему. Он оружие неприятеля покорил его же оружием: вот это-то и есть то, что он говорит: бых со беззаконными, яко беззаконный. Увидел капище, и - надпись на нем обратил в свою пользу; а что ещё важнее, так это - то, что он изменил мнение афинян. На капище, говорится, бе написано: неведомому Богу. Кто же был этот неведомый Бог, как не Христос? Итак афиняне написали это во имя Христа? Если бы они написали это во имя Христа, то успех Павла в их обращении не представлял бы ничего удивительного. Нет, они написали это с иною целию; а Павел сумел придать надписи совершенно новое значение. Но следует сказать, ради какого Бога они написали: неведомому Богу. Много было у них богов и своих и чужих. Об одних из них они получили сведения от матерей, а о других от соседних народов. Итак, поелику сначала не все боги сразу были приняты ими, а вводились мало-помалу, одни их отцами, другие дедами, а иные уже в их время; то, собравшись вместе, они сказали, как этих богов прежде мы не знали, а потом впоследствии узнали их, так, быть может, есть и ещё какой-либо Бог, которого мы не знаем, и так как не знаем его, хотя он и Бог, то делаем ошибку, пренебрегая им и не почитая его. Поэтому они поставили капище и сделали на нем надпись: неведомому Богу, говоря этою надписью, что если и ещё есть какой-либо иной Бог, которого мы не знаем, так и его мы будем чтить. Обрати внимание на избыток бесобоязненности. Поэтому Павел говорит: по всему зрю аки благочестивыя: потому что почитаете не только тех демонов, которые вам известны, но и тех, которых вы не узнали, - и, пленив их умы, направил их умственные взоры на Христа. Егоже убо не ведуще (благолепне) чтёте, сего аз проповедую вам. Афиняне намеревались обвинить Павла, говоря: ты вводишь новое учение, вводишь Бога, которого мы не знаем. Поэтому, желая освободиться от подозрения и показать, что он проповедует не нового Бога, но того, которого они прежде него почтили уже служением, говорит: вы предупредили меня, ваше служение Ему упредило мою проповедь; потому что я возвещаю вам того Бога, которого вы почитаете не зная. Бог сотворивый мир... Сказал одно слово, и подорвал все положения философов. Эпикурейцы утверждают, что все произошло само собою и из атомов; а он говорит, что мир и все, что в нем, - дело Божие. Не в рукотворенных храмех живёт. Чтобы не подумали, что проповедуется один из многих их богов, Павел исправляет сказанное, присовокупляя: не в рукотворенных храмех живёт, но в человеческой душе. Итак что же? Он не жил в иерусалимском храме? Да, не жил, но действовал. Как же иудеи почитали Его при содействии рук? Не при содействии рук, но мыслию; потому что Он не требовал чувственного, как бы нуждаясь в этом: не ем, говорит Он, мяса юнча и т. д. Не требуя что, сам дая всем живот и дыхание. Два доказательства божественности, именно, что Бог ни в чем не нуждается и всем дарует все. Но здесь же Павел показывает и то, что Бог не отец, а творец души. Уставив предъучиненая времена. Уставил взыскати Господа, но не навсегда, а на предъучиненные времена. Павел показывает, что, и не отыскав Господа, они обрели Его. А так как отыскивая Его, они не находили; то он показывает также, что Господь так очевиден, как какой-нибудь предмет, рассматриваемый на видном месте; потому что невозможно, чтобы небо было здесь, а в другом месте его не было; невозможно также, чтобы оно было в это время, а в другое нет. Итак во всякое время и во всяком месте можно обрести Господа. Бог так устроил, что мы не встречаем препятствия в этом ни со стороны места, ни со стороны времени. То, что небо находится везде и установлено на все времена, особенно сильно действовало на слушателей. Господь так близок к нам, говорит апостол, что без Него невозможно жить. О Нем бо живём и движемся и есмы. Близость Господа доказывает посредством чувственного примера: невозможно, говорит, не знать, что воздух разлит всюду, и находится не только близ каждого из нас, но и в нас самих. То, что мы от Бога получили жизнь, что действуем и не погибаем, - все это называет промышлением и попечением Божиим о нас. Якоже и нецыи от ваших книжник рекоша. Один мудрец Арат сказал о Зевсе: того бо и род есмы. А апостол говорит это о Творце, не утверждая, что Творец и Зевс - одно и то же, - да не будет! - но прилагая это выражение собственно к Творцу, как и жертвенник назвал жертвенником Его (Творца), а не того, кого чтили афиняне. Назвал нас родом Божиим, то есть, самыми близкими родственниками; так как от нашего рода Бог благоволил на земле родитися. Не сказал: не должны вы непщевати подобно быти Божество злату, или сребру, но употребил более смиренный оборот: не должни есмы. Заметь, как внёс в свою речь предмет сверхчувственный; потому что с представлением о теле мы соединяем и представление о расстоянии.