Ветхий завет
- Пятикнижие
- Исторические книги
- Учительные книги
-
Псалтирь
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 - Пророческие книги
-
Послание Иеремии
-
Авдий
- Исторические книги
Новый завет
- Евангелия
- Деяния
- Соборные послания
-
2-е Иоанна
-
3-е Иоанна
-
Иуды
- Послания апостола Павла
-
К Филимону
- Откровение
2 Кор. 7:2
Свт. Иоанн Златоуст¶
Ст. 2-4 Вместите нас. Мы никого не обидели, никому не повредили, ни от кого не искали корысти. Не в осуждение говорю; ибо я прежде сказал, что вы в сердцах наших, так чтобы вместе и умереть и жить. Я много надеюсь на вас, много хвалюсь вами; я исполнен утешением, преизобилую радостью, при всей скорби нашей
(Апостол) опять говорит о любви, умеряя строгость обличения. Так как он обличил и укорил их в том, что, будучи любимы им, они не отвечают ему такою же любовью, напротив, отпали от любви его, и предались людям зловредным, – то теперь смягчает строгость укоризн своих, говоря: "вместите нас", т. е., "любите нас"; просит у них маловажной милости, которая приносит более пользы оказывающим её, нежели принимающим. И не сказал – "любите нас", но, как бы вызывая сострадание, говорит: "вместите". "Кто, – говорит, – нас удалил? Кто исторгнул из мыслей ваших? Почему вытесняете нас из сердец ваших?" Выше он сказал: "в сердцах ваших тесно" (6:12), а здесь выражает то же самое яснее словами: "вместите нас". И этим опять привлекает их к себе, потому что ничто так не возбуждает любви, как наблюдение любимого, что любящий сильно желает любви его. "Никого не обидели". Смотри, он опять умалчивает о своих благодеяниях, но другим образом и смягчает, и вместе усиливает своё слово. Вместе с тем, говоря: "Мы никого не обидели, никому не повредили, ни от кого не искали корысти", он указывает и на лжеапостолов. Что значит: "повредили"? То есть, никого не обольстили, как и в другом месте говорит: "чтобы, как змий хитростью своею прельстил Еву, так и ваши умы не повредились" (2 Кор. 11:3). "Ни от кого не искали корысти", то есть, ни у кого ничего не похитили, ни с кем не поступали коварно. Не говорит ещё: "мы оказали вам те и другие благодеяния", но чтобы более пристыдить их, говорит: "не обидели". Как бы так говорит: "Если бы мы и никакого не оказали вам благодеяния, и тогда вам не надлежало бы отвращаться от нас, потому что вы ни в малом, ни в большом не можете обвинить нас". Но, чувствуя, что сказанное им может показаться тяжким, он опять смягчает (своё слово). Впрочем и не совсем умолк (от обличения), потому что тогда он не исправил бы их; и не оставил слова своего несмягченным, чтобы не оскорбить их чрез меру. Что же говорит? "Не в осуждение говорю". Из чего же это видно? "Ибо я прежде сказал, что вы в сердцах наших, так чтобы вместе и умереть и жить". Подлинно весьма велика такая любовь, что, будучи даже ими презираем, готов и умереть и жить вместе с ними. "Не просто, – говорит, – вы находитесь в сердцах наших, но так, как я сказал. Можно и любить, и избегать опасностей; но не так любим мы".
Смотри, сколько и здесь дивного благоразумия! Он не упомянул о том, что сделал уже для них, чтоб не сочли этого опять за упрёк, но обещает им благодеяния в будущем. "Ежели бы, – говорит, – постигло вас какое бедствие, то я готов все терпеть за вас. Для меня ни смерть, ни жизнь, сами по себе, не важны; но быть там, где вы, для меня предпочтительнее; с вами и смерть лучше жизни, и жизнь лучше смерти". Что умереть за другого есть дело любви, это несомненно; но жить – кто этого не пожелает, даже и не будучи другом? Почему же он и желание жить выставляет как дело великое? Потому что и действительно оно весьма великое. В самом деле, о страждущих друзьях своих многие соболезнуют; а когда они благоденствуют, то уже не радуются с ними, но ещё и завидуют. "Мы же не таковы, – (говорит апостол). – Если вы подвергнетесь бедствию, мы не устрашимся разделить с вами ваше несчастие; если будете благоденствовать, не станем завидовать". Потом, ввиду того, что выше он непрестанно повторял одно и то же, говоря: "Вам не тесно в нас"; "в сердцах ваших тесно"; "вместите нас"; "распространитесь и вы"; и: "мы никого не обидели"; а все это, по-видимому, клонилось к их осуждению, – то смотри, какой новый способ употребляет он, чтобы смягчить тяжесть (этих укоризн). "Я много надеюсь на вас" (ст. 4). "Потому, – говорит, – я осмеливаюсь на это, что говорю не к осуждению вашему, но по великой надежде на вас". То же самое выражает он и выше, говоря: "много хвалюсь вами". "Не подумайте, что когда я говорю так, то говорю, совсем уже осуждая вас, потому что я весьма горжусь и хвалюсь вами; напротив, говорю это из заботливости, желая, чтобы вы больше успели в добродетели". То же говорит он после многих обличений и евреям: "Впрочем о вас, возлюбленные, мы надеемся, что вы в лучшем [состоянии] и держитесь спасения, хотя и говорим так" (Евр. 6:9). "Желаем же, чтобы каждый из вас, для совершенной уверенности в надежде, оказывал такую же ревность до конца" (6:11). Так точно и здесь говорит: "много хвалюсь вами", т. е. "я хвалюсь вами пред другими". Видишь, как искренно утешает! "И не просто, – говорит, – хвалюсь, но и очень хвалюсь". Потому и присовокупил: "исполнен утешением". Какой же утехи? "Которую получил от вас; вы, исправившись, утешили меня делами своими". Любящему свойственно и делать упрёки, что он не любим, и страшиться, чтобы излишними укорами не опечалить. Поэтому и говорит: "исполнен утешением, преизобилую радостью".
Но скажут: "Это, по-видимому, противоречит сказанному прежде". Нимало; напротив, очень даже согласно, потому что сказанное теперь делает удобоприемлемым то, что было сказано раньше, и настоящая похвала делает более действительной пользу прежних обличений, уничтожая их горечь. Вот почему он весьма кстати и щедро и расточает эти слова. Не сказал: "я исполнен радости", но – "изобилую"; и не только "изобилую", но – "преизобилую", чем опять обнаруживает горячность любви, по которой хотя и столько любим ими, что может радоваться и веселиться, все же, однако не почитает ещё себя любимым в той степени, в какой бы следовало его любить, и не думает, что все от них получил. Так ненасытима была любовь его к ним! И малая взаимная любовь от тех, кого любим, доставляет великую радость, по причине нашей сильной к ним любви. Таким образом, и это послужило новым доказательством его любви. Говоря об утешении, он сказал: "исполнен", т. е. "получил, что надлежало"; а говоря о радости, сказал: "преизобилую", т. е.: "Я много боялся за вас, но вы довольно удовлетворили и утешили меня, и не только отняли у меня предлог к скорби, но ещё доставили мне обильную радость". Показывая затем, как велика эта радость, не только выражает это словами: "преизобилую радостью", но и тем, что присовокупляет: "при всей скорби нашей". "Так велико было доставленное вами удовольствие нам, что оно не затмилось и великою печалью, а напротив, избытком своей великости преодолело все постигшие нас скорби, и не дозволило нам даже почувствовать их".
Прп. Ефрем Сирин¶
Вместите нас. Мы никого не обидели, никому не повредили, ни от кого не искали корысти
Будьте снисходительны к нам, братья, ибо не вам говорим, но в лице вашем другим говорим: поелику никого из тех, кои приходят к вам и хулят нас, мы не обидели, не учинили несправедливости и не обманули, как это они делают с нами ради Евангелия.
Лопухин А.П.¶
Ст. 2-4 Вместите нас. Мы никого не обидели, никому не повредили, ни от кого не искали корысти. Не в осуждение говорю; ибо я прежде сказал, что вы в сердцах наших, так чтобы вместе и умереть и жить. Я много надеюсь на вас, много хвалюсь вами; я исполнен утешением, преизобилую радостью, при всей скорби нашей
Апостол защищается от упрёков в том, будто бы он оскорбляет Коринфян и ищет от них корысти. Ничего подобного он не совершал. И теперь он говорит об этом не для того, чтобы осудить Коринфян: напротив, он любит их от всего сердца. И вообще он о Коринфянах только радуется в настоящее время (когда Тит сообщил ему, как было принято ими его первое к ним послание), даже забывая об угнетающих его всяких скорбях. Как же ему не радоваться, когда он уверен в том, что Коринфяне послушны ему как отцу своему?
Вместите нас. Мы никого не обидели, никому не повредили, ни от кого не искали корысти
Опять говорит о любви. Прежде навёл страх на них, сказав, что они отступили от него и присоединились к неверным и нечистым. Теперь смягчается к ним, говоря: вместите нас, то есть дайте нам пространное место в себе, чтобы нам не было тесно в вас. Намекая же на лжеапостолов, говорит: никого не обидели - в имуществе; никому не повредили, то есть не обольстили, повредив ум нечестивым учением; ни от кого не искали корысти, то есть не искали себе прибыли под предлогом проповеди.