Ветхий завет
- Пятикнижие
- Исторические книги
- Учительные книги
-
Псалтирь
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 - Пророческие книги
-
Послание Иеремии
-
Авдий
- Исторические книги
Новый завет
- Евангелия
- Деяния
- Соборные послания
-
2-е Иоанна
-
3-е Иоанна
-
Иуды
- Послания апостола Павла
-
К Филимону
- Откровение
2 Кор. 6:3
И.Л. (Игнатий Лапкин)¶
[И.Л. – Даже богоборческий режим хорошо понял значение проповеди, и не просто проповеди по школьному учебнику, а проповеди по вдохновению, проповеди касающейся душ человеческих. Сатанинско-людоедский режим в нашей стране официально разрешал молиться, превратив религию в культ. Они не боялись ни богослужения, ни треб, ни праздников, но они пристально наблюдали, как змей, чтобы не было проповеди, и чтобы ни одна душа не возродилась для Христа через проповедь. Откр.12:4 – «Дракон сей стал перед женою, которой надлежало родить, дабы, когда она родит, пожрать её младенца». Главное порицание и обвинение шло против проповеди. Как же священнослужителям не понять этого ныне, чем это объяснить? Только одним, что они мёртвые и невозрождённые, только тем, что их не коснулась благодать призывающая и благодать обращающая. Мёртвый не может родить живого.]
Свт. Иоанн Златоуст¶
Ст. 3-6 Мы никому ни в чем не полагаем претыкания, чтобы не было порицаемо служение, но во всем являем себя, как служители Божии, в великом терпении, в бедствиях, в нуждах, в тесных обстоятельствах, под ударами, в темницах, в изгнаниях, в трудах, в бдениях, в постах, в чистоте, в благоразумии, в великодушии, в благости, в Духе Святом, в нелицемерной любви
Далее, как и всегда делает (апостол), выставляя самого себя на сцену, чтобы с него брали пример, так делает он и здесь. Поэтому и присовокупляет: "Мы никому ни в чем не полагаем претыкания, чтобы не было порицаемо наше служение" (ст. 3), – заимствуя убеждение не от времени только, но и от примера тех, которые подвизались как должно. И смотри, как скромно это делает. Не сказал: "Глядите на нас, а мы таковы-то"; но, как бы защищаясь против обвинения, исчисляет свои (подвиги). И полагает два отличительных признака беспорочной жизни, первый: "ни в чем не полагаем претыкания" – не сказал "обвинения", но что гораздо маловажнее – "претыкания", – т. е., никому не подавая и повода к укоризнам против нас, – "да служение наше безпорочно будет", – чтобы кто не стал нападать (на это служение); и не сказал опять, чтобы кто не стал порицать или обвинять, но чтобы оно не подавало и случайного повода к тому, чтобы кто-нибудь мог порицать в чем-нибудь. Второй признак: "но во всем являем себя, как служители Божии" (ст. 4). Это гораздо выше (предыдущего). Действительно, не одно и то же – быть свободным от обвинения, и устроить себя так, чтобы из всего видно было, что мы Божии слуги; и не одно и то же – избежать порицания, и быть достойным похвал. Не сказал: "являясь" (φαινόμενοι), но: "являем себя" (συνιστώντες), т. е. показывая (себя таковыми на деле). Далее говорит и о том, каким образом они сделались таковыми. Каким же? "В терпении, – говорит, – многом". Терпение он положил основанием благ, почему и не просто сказал – "в терпении", но – "в терпении многом", чтобы показать его важность. Действительно, перетерпеть одну какую-нибудь беду или две – ещё не великое дело; потому и перечисляет множество скорбей и искушений, говоря: "в скорбях, в бедах" (ανάγκαις). Но скорбь ещё более увеличивается, когда нельзя уклониться от несчастий, и когда точно неизбежная какая необходимость требует злостраданий. "в тесных обстоятельствах", – т. е., или в теснотах голода и других необходимых потребностей, или просто в теснотах искушений. "Под ударами, в темницах, в изгнаниях" (ακαταστασίαις) (ст. 5). И каждое из них само по себе тяжко: тяжко терпеть бичевание, тяжко быть в узах, тяжко не иметь покоя от гонений – это именно и значит "в нестроениих"; но когда постигают все эти скорби и притом сразу, то подумай, какая для этого потребна душа! Потом ко внешним скорбям присовокупляет и те, которые от него собственно зависели: "в трудах, в бдениях, в постах, в чистоте" (αγιότητι)". Этими словами он указывает на те труды, которыми обременял себя, переходя с места на место; и делая своими руками, – на те ночи, в которые учил, или трудился для себя, и со всем тем не забывая и поста, хотя и одни эти (подвиги) стоили не одной тысячи постов. А под "чистотой" здесь он разумеет или целомудрие, или чистоту во всем, или же нелюбостяжательность, или же то, что он даром проповедовал Евангелие. "В благоразумии" (γνώσει) (ст. 6). Что такое "в благоразумии"? В мудрости, даруемой от Бога, которая истинно есть ведение, а не как мнимые мудрецы, хвалящиеся внешним образованием, а этой истинной мудрости лишённые. "В великодушии, в благости". И это важное свидетельство мужественной и благородной души – великодушно переносить поражения и удары, отовсюду наносимые. Далее, чтобы показать, как он сделался таковым, присовокупил: "в Духе Святом". "Чрез Него, – говорит, – мы все это совершаем". Но смотри, где он поставил помощь от Св. Духа, – после уже исчисления своих подвигов. Мне кажется, он хотел показать этим и нечто ещё другое. Что же такое? То, что "мы обильно исполнены Духа Святого, и своё апостольство оправдываем и тем, что удостоились духовных дарований", так как, хотя это зависит и от благодати, тем не менее, и сам он был причиною, своими делами и подвигами привлекши на себя благодать. Если же кто думает, что сверх сказанного (апостол) выражает этими словами ещё и то, что он, в употреблении благодатных даров, не подавал никому никакого соблазна, – думаю, и тот не погрешит против смысла. Действительно, некоторые (из коринфян), получив дар языков и возгордившись, тем подали повод к осуждению себя, потому что получивший духовные дары может и злоупотребить ими. "Мы же, – говорит, – не таковы, но и "в духе", – т. е. в дарованиях, – пребыли беспорочными. "В любви нелицемерной".
Вот что было причиною всех благ (им приобретённых); вот что сделало его таковым, и сохраняло в нем Духа, действием Которого все у него совершалось.
Прп. Ефрем Сирин¶
Мы никому ни в чем не полагаем претыкания, чтобы не было порицаемо служение
Никакого ни в чем никому не делайте препятствия, дабы не было хулимо служение наше, то есть наша проповедь Евангелия.
Лопухин А.П.¶
Ст. 3-5 Мы никому ни в чем не полагаем претыкания, чтобы не было порицаемо служение, но во всем являем себя, как служители Божии, в великом терпении, в бедствиях, в нуждах, в тесных обстоятельствах, под ударами, в темницах, в изгнаниях, в трудах, в бдениях, в постах
Все, что здесь перечисляет Апостол, представляет собою только разновидности одной добродетели - терпения. Первый вид терпения - перенесение бедствий, т. е. внешних преследований, второй - перенесение нужд, т. е. тягостей, которые сопровождают или являются результатом преследований. На третьем месте стоят тягостные обстоятельства, которые удручают, главным образом, душу преследуемого. Затем он упоминает об ударах, какие получал (Деян. 16:23 и сл.), о заточении своём в темницу, о необходимости часто переселяться из одного места в другое - изгнания (по другому переводу: народные волнения). Наконец терпение своё Апостол показал в своих усиленных трудах на благо Церкви (1 Кор. 3:8), в бдении по ночам, когда это было нужно (Деян. 20:31) и в постах (Деян. 14:23; 13:2 и сл.).
См. также Толкование на 2 Кор. 6:1
Мы никому ни в чем не полагаем претыкания, чтобы не было порицаемо служение
Молим, сказал, и споспешествуем. Каким образом? Беспорочной жизнью. Самым же ходом повествования советует им обратить внимание на него. Ибо, говорит, я так устрояю жизнь свою, что никому не подаю повода - не говорю к обвинению, но и к обыкновенному упрёку, а ещё более к соблазну, чтобы не было порицаемо служение наше. Опять, не сказал: чтобы не подпасть обвинению, но чтобы дело моё и служение моё не получило и случайного порицания. Некоторые же объясняют это так: чтобы порицание не перешло на проповедь, ибо её называет служением своим. Когда я живу худо, то подвергается презрению и порицанию проповедь. Незаметно и им намекает, что когда они живут худо, то хула обращается на Христа и на веру.