Ветхий завет
- Пятикнижие
- Исторические книги
- Учительные книги
-
Псалтирь
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 - Пророческие книги
-
Послание Иеремии
-
Авдий
- Исторические книги
Новый завет
- Евангелия
- Деяния
- Соборные послания
-
2-е Иоанна
-
3-е Иоанна
-
Иуды
- Послания апостола Павла
-
К Филимону
- Откровение
2 Кор. 10:1
Свт. Иоанн Златоуст¶
Ст. 1-2 Я же, Павел, который лично между вами скромен, а заочно против вас отважен, убеждаю вас кротостью и снисхождением Христовым. Прошу, чтобы мне по пришествии моем не прибегать к той твёрдой смелости, которую думаю употребить против некоторых, помышляющих о нас, что мы поступаем по плоти
Кончив все, что надлежало сказать о милостыне, показав, что он более любит коринфян, чем они его любят, и вспомянув о своём терпении и искушениях, (апостол) благовременно переходит теперь к обличительной речи, в которой указывает на лжеапостолов, обращается (к коринфянам) с угрозами, и говорит в защиту себя самого. То же делает он и во всем послании, и, сознавая это, часто сам себя поправляет, как, например в словах: "Неужели нам снова знакомиться с вами?" (3:1); далее: "Не снова представляем себя вам, но даём вам повод хвалиться нами" (5:12), затем: "Я дошёл до неразумия, хвалясь; вы меня [к сему] принудили" (12:11), и многие другие в том же роде употребляет оговорки. И не погрешит тот, кто назовёт это послание похвальным словом Павла: так пространно рассуждает он и о дарах благодати (Божией) и о своём терпении! Так как среди коринфян были такие, которые много думали о себе, и, ставя себя выше апостола, говорили о нем, что он только величается, а ничего не значит и ничему здравому не учит (что и было особенным признаком их развращения), то смотри, как он начинает обличать их. "Я же, Павел". Замечаешь ли, сколько тут веса, сколько достоинства? Хочет же сказать он следующее: "Прошу вас, не заставьте и не допустите меня употребить власть мою против тех, которые унижают нас и думают, что мы живём по плоти". Это выражено здесь сильнее, нежели сказанное в угрозу им в первом его послании: "Чего вы хотите? с жезлом придти к вам, или с любовью и духом кротости?"; "Как я не иду к вам, то некоторые [у вас] возгордились"; "приду к вам … и испытаю не слова возгордившихся, а силу" (1 Кор. 4:21, 18, 19). И здесь выражает он то и другое: и власть свою, и любомудрие, и терпение, когда с такою заботливостью просит не доводить его до необходимости придти и показать над ними грозную власть свою, т. е., поразить их, истязать и подвергнуть крайнему наказанию. Это именно даёт он понять словами: "Прошу, чтобы мне по пришествии моем не прибегать к той твёрдой смелости, которую думаю употребить против некоторых, помышляющих о нас, что мы поступаем по плоти". Но обратимся опять к первым словам: "Я же, Павел". Много силы и веса в этих словах. Подобные выражения употребляет он и в других местах, например: "Вот, я, Павел, говорю вам" (Гал. 5:2); или ещё: "как я, Павел старец" (Флм. 1:9); или в другом месте: "ибо и она была помощницею многим и мне самому" (Рим. 16:2). Так и здесь: "Я же, Павел". Важно уже и то, что он сам просит; но гораздо важнее присовокупляемое: "кротостью и снисхождением Христовым". Желая сильнее пристыдить их, но упоминает о кротости и снисходительности, и тем придаёт своему прошению ещё большую силу. Он говорит как бы так: "Устыдитесь самой кротости Христовой, которою умоляю вас". Сказал же это с намерением вместе показать, что, хотя они и тысячекратно вынуждают его к строгости, но сам он более склонен к кротости, и не наказывает их не потому, чтобы не имел силы, но потому, что кроток, и потому, что так делал Христос. "Который лично между вами скромен, а заочно против вас отважен". Что он хочет сказать этим? Или говорит иронически собственными их словами, так как они говорили о Павле, что когда он лично присутствует, то не заслуживает никакого уважения, ничтожен и достоин презрения, а в отсутствии гордится, ведёт себя величаво, нападает на нас и угрожает. На это намекает он и далее, говоря: "Так как [некто] говорит: в посланиях он строг и силён, а в личном присутствии слаб, и речь [его] незначительна" (ст. 10). Итак, или говорит иронически, показывая великое огорчение: "Я человек смиренный и ничего не значащий при личном свидании, как они говорят, а в отсутствии высокий", – или, если и говорит о себе с важностью, то не по высокоумию, а по доверию к ним. "Прошу, чтобы мне по пришествии моем не прибегать к той твёрдой смелости, которую думаю употребить против некоторых, помышляющих о нас, что мы поступаем по плоти". Замечаешь ли, какое негодование выражается в этих словах, и какое ясное обличение? "Прошу вас, – говорит, – не заставляйте меня доказывать, что я, и лично находясь у вас, силён и имею власть. Так как некоторые у вас говорили, что я, не находясь у вас, – выражаясь их же словами, – дерзок и величав, то прошу, не заставьте меня употребить мою силу". Такой именно смысл имею слова: "твёрдой смелости". И не сказал: "которую я приготовил", но – "которую думаю употребить". "Я ещё не решился на это, а вы сами подаёте мне повод; но, несмотря и на это, я не желаю". А так поступал он, не себя только защищая, но и Евангелие. Если же и тогда, когда нужно защитить проповедь (евангельскую), он не является строгим, но уступает, выжидает, и просит не доводить его до такой необходимости, то тем более никогда не поступил бы строго, защищая себя самого.
"Итак, сделайте мне милость, – говорит, – не вынуждайте меня показать вам, что и при личном свидании могу поступить смело, с кем должно, т. е., подвергнуть истязанию и наказанию". Видишь ли, как он был не честолюбив, не делал ничего из тщеславия, как, и при необходимости (поступать строго), называет строгость смелостью? "Прошу, – говорит, – чтобы мне по пришествии моем не прибегать к той твёрдой смелости, которую думаю употребить против некоторых". Главный долг учителя – не тотчас наказывать, но исправлять, и всегда выжидать и быть медленному в наказаниях. Кто же эти "некоторые", которым он угрожает? "Помышляющие о нас, – говорит, – что мы поступаем по плоти. Они клеветали (на Павла), будто бы он лицемерен, лукав и горд.
Прп. Ефрем Сирин¶
Ст. 1-2 Я же, Павел, который лично между вами скромен, а заочно против вас отважен, убеждаю вас кротостью и снисхождением Христовым. Прошу, чтобы мне по пришествии моем не прибегать к той твёрдой смелости, которую думаю употребить против некоторых, помышляющих о нас, что мы поступаем по плоти
Поелику же были некоторые, кои торговали дарами Божиими и так как злословили по поводу производившихся Павлом сборов, говоря, что, под именем святых, он собирает для себя: то начинает писать и против таковых (хулителей), представляя доказательства и удостоверения Коринфянам, дабы те, кои сохранились от нападений (отступничества) преследователей, не потерпели вреда от хулений лжеапостолов.
Умоляю вас, говорит, милосердием Божиим и кротостию Христовою, которую до настоящего времени видите во мне, который в лице-то, то есть, хотя телом далёк я от вас, однако прошу вас, чтобы не ложно на вас полагался я. Ибо если вы не поколебались от речей хулителей наших, то я смело выступаю против тех, кои думают, что мы как бы по плоти ходим: то есть, кроме всего того, что клевещут на нас, говорят также, что дары те мы собираем для себя самих.
Лопухин А.П.¶
Я же, Павел, который лично между вами скромен, а заочно против вас отважен, убеждаю вас кротостью и снисхождением Христовым
Я, Павел, .. убеждаю вас... т. е. я лично убеждаю вас. Очень может быть, что этим Апостол хотел сказать, что далее он будет говорить уже не от лица всех своих сотрудников (ср. 2 Кор. 1:1), а только сам от себя. - Между вами скромен. К этому побуждала Павла жалость, какую он не мог не чувствовать, когда грешники предстояли ему лицом к лицу. За глаза он метал против них громы своего справедливого гнева, а при личном с ними обращении не мог не обнаружить к ним сострадания, которое его противники истолковывали как слабость его характера, как сознание своего низшего положения в лике Апостолов.
Ст. 1-7 Я же, Павел, который лично между вами скромен, а заочно против вас отважен, убеждаю вас кротостью и снисхождением Христовым. Прошу, чтобы мне по пришествии моем не прибегать к той твёрдой смелости, которую думаю употребить против некоторых, помышляющих о нас, что мы поступаем по плоти. Ибо мы, ходя во плоти, не по плоти воинствуем. Оружия воинствования нашего не плотские, но сильные Богом на разрушение твердынь: ими ниспровергаем замыслы и всякое превозношение, восстающее против познания Божия, и пленяем всякое помышление в послушание Христу, и готовы наказать всякое непослушание, когда ваше послушание исполнится. На личность ли смотрите? Кто уверен в себе, что он Христов, тот сам по себе суди, что, как он Христов, так и мы Христовы
С Х-й по ХІІІ-ю главу Апостол защищает пред Коринфянами своё апостольское достоинство и увещевает их к исправлению своей жизни. Во введении Апостол опровергает высказывавшееся в Коринфе и будто бы Павел заочно смел, а по прибытии в Коринф держится весьма скромно. Нет, он имеет достаточно энергии, чтобы покарать всякое непослушание, и только из жалости он не применяет к делу своего апостольского авторитета. Апостол так же близок ко Христу, как и те, кто называет себя Христовыми, и следовательно имеет всю власть и силу истинного Апостола Христова.
Я же, Павел, который лично между вами скромен, а заочно против вас отважен, убеждаю вас кротостью и снисхождением Христовым
Кончив речь о милостыне, теперь начинает говорить со строгостью против лжеапостолов и порицавших его как скудного умом и безрассудно хвастливого, и намеревается отстаивать себя, быв вынужден к сему, чтобы не потеряла уважения проповедь. Указывает и на дела свои, и на данную Богом благодать. Поэтому тот не погрешит, кто назовёт это послание похвальным словом Павлу. Начальные слова, направленные против тех, кои называли его бессильным и самохвалом, содержат как бы такой смысл: прошу вас сам я, Павел - учитель вселенной (ибо слова: я же, Павел, означают достоинство и выражают как бы следующее: вот, я сам, Павел, говорю вам и прошу вас, чтобы не заставили меня порицатели мои употребить власть мою против них). Много значит и то, что апостол просит, а он ещё вводит в посредство кротость Христову, говоря как бы так: устыдитесь кротости Христовой, которой умоляю вас. Вместе с тем показывает, почему щадит их, именно подражая снисхождению Спасителя Христа, а не потому, чтобы не имел силы. Итак, не вынуждайте меня отступить от кротости, которую до того люблю, что представляю и вам в посредничество. Который лично между вами скромен, а заочно против вас отважен. Или говорит иронически, пользуясь словами порицавших его: ибо они говорили, что, когда лично бывает у них, то не стоит никакого уважения, напротив, малозначителен, достоин презрения, а когда находится в отсутствии от них, то надмевается, ведёт себя величаво и угрожает. Или истинно говорил о себе, что он, когда находится у них, бывает смирен и кроток, и если говорит теперь с важностью, то делает это не по высокоумию, но по надежде на них.