Ветхий завет
- Пятикнижие
- Исторические книги
- Учительные книги
-
Псалтирь
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 - Пророческие книги
-
Послание Иеремии
-
Авдий
- Исторические книги
Новый завет
- Евангелия
- Деяния
- Соборные послания
-
2-е Иоанна
-
3-е Иоанна
-
Иуды
- Послания апостола Павла
-
К Филимону
- Откровение
1 Сол. 2:3
Свт. Иоанн Златоуст¶
Ст. 3-4,5 ибо в учении нашем нет ни заблуждения, ни нечистых [побуждений], ни лукавства; но, как Бог удостоил нас того, чтобы вверить [нам] благовестие, так мы и говорим, угождая не человекам, но Богу, испытующему сердца наши. Ибо никогда не было у нас перед вами ни слов ласкательства, как вы знаете, ни видов корысти: Бог свидетель!
Видишь ли, что, как я уже сказал, от твёрдости проповедников заимствуется доказательство Божественности их проповеди? Если бы, значит, проповедь наша была не такова, если бы она была обманом, то мы не подвергли бы себя таким бедствиям, которые не дают нам и вздохнуть свободно. Что же из этого следует? Если бы нас не одушевляло нечто, ожидаемое в будущем, если бы мы не уверены были, что надежда наша несомненна, то мы не оставались бы столь бодрыми среди страданий. В самом деле, кто решился бы ради здешних благ потерпеть столько бедствий и проводить жизнь страдальческую и полную опасностей? Да и кого бы убедил такой проповедник? Не достаточно ли было бы для устрашения учеников одного того, что они видели бы учителей своих постоянно в опасностях? Но с вами не случилось этого. "Ибо в учении нашем нет ни заблуждения, ни нечистых [побуждений], ни лукавства". Дело наше, говорит, не обман, не обольщение, в которое бы мы вдались, не из рода дел тёмных, каковы дела чародеев и волшебников, – это выражается словом: "от нечистых побуждений", – не злонамеренное, не мятежническое какое-нибудь, как дело Февды: "Но, как Бог удостоил нас того, чтобы вверить [нам] благовестие, так мы и говорим, угождая не человекам, но Богу, испытующему сердца наши". Видишь ли, что это не тщеславие? "Но Богу" – говорит, – "испытывающему сердца наши". Мы ничего, говорит, не делаем из угождения людям; да и для чего мы стали бы делать что-нибудь такое? Похвалив таким образом самих себя, в словах: не потому, чтобы мы хотели угождать людям, или домогались от людей чести, – апостол продолжает: "Но, как Бог удостоил нас того, чтобы вверить [нам] благовестие". Если бы Бог не знал, как бы так говорит он, что мы совершенно отреклись от всего житейского, то не избрал бы нас. Как Он искусил нас, такими мы и остаёмся. "Испытующему", – говорит, – "сердца наши", то есть, (Бог) искусил нас и вверил нам благовествование. Итак, как оказались мы пред Богом безукоризненными, такими и остаёмся. Доказательством подобного достоинства нашего служит то, что нам вверено благовествование. Если бы в нас было что-нибудь дурное, то Бог не искусил бы нас. Слово же – искусил (…..) употреблено здесь в смысле – нашёл стоящими доверия (…..) и вверил, а не в смысле – испробовал, потому что мы только действуем вследствие испытания, а Бог не имеет нужды в испытывании. Таким образом, мы говорим так, как свойственно искушённым от Бога и признанным достойными благовествования. "И говорим, угождая не человекам", то есть, не ради вас все это делаем.
Поистине, для благовествования недостаточно одного человеческого усердия, а нужна высшая сила. Апостол внёс в дело своего благовестил следующие три качества: пылкую и неустрашимую ревность, душу, готовую претерпеть решительно все, разум и мудрость. Но недостаточно было бы отваги, недостаточно было бы безукоризненной жизни, если бы он не получил силы Духа. Для этого посмотри на него самого или лучше послушай, что он пишет: чтобы не было порицаемо служение (2 Кор 6:3), и ещё: Ибо в учении нашем нет ни заблуждения, ни нечистых побуждений, ни лукавства, ни видов корысти. Видишь ли, как беспорочно служение апостольское? И ещё: пекитесь о добром пред всеми человеками (Рим 12:17)... Без этих качеств он не мог бы иметь успеха. Итак, не через знамения он обращал к вере, не чудеса его были причиною того, и не ими он хвалился, а другими своими качествами.
Прп. Ефрем Сирин¶
ибо в учении нашем нет ни заблуждения, ни нечистых побуждений, ни лукавства
Увещание же, коим увещали мы вас обратиться к Евангелию, исполненное утешения, не было от заблуждения, как доказывают это совершенные нами силы, - ни от нечистоты, как засвидетельствует о сем чистота нашей души, - ни в лести, как удостоверит это чистота и невинность наша.
Лопухин А.П.¶
Ст. 3-4 ибо в учении нашем нет ни заблуждения, ни нечистых побуждений, ни лукавства; но, как Бог удостоил нас того, чтобы вверить нам благовестие, так мы и говорим, угождая не человекам, но Богу, испытующему сердца наши
Ф-цы прекрасно знают это и знают также, что учение благовестников происходить не из заблуждения (в смысле самообмана), и не из желания проповедывать распущенность (akaqarsia), или опираться на лукавство. Это указание на нечистоту (akaqarsia) или же "чувственность", как возможное источное начало проповеди, было весьма важно в виду тех крайне безнравственных форм служения богам, которые часто освящались религиями того времени. Таков, напр., был мистический культ "Kabiri" в самой Ф-ке, сопровождавшийся грубо безнравственными обрядами. Благовестники свободны от этих недостатков. Испытанные Богом, и удостоенные быть носителями Евангелия, они стараются служить и угождать не низким побуждениям и страстям человека, а Богу.
См. также Толкование на 1 Сол. 2:1
ибо в учении нашем нет ни заблуждения
То есть наше учение - не обман. Ибо обманывающие не подвергают себя опасностям, а скорее вдаются в роскошь: я же подверг себя опасностям. Отсюда, таким образом, ясно, что моё учение не обманывает, и что не за человеческие дела я принимаю на себя опасности, а за божественные и непреложные.
ни нечистых побуждений
То есть я не учу чему-нибудь нечистому, как учат маги и волшебники.
ни лукавства
Ни стремления к возмущениям и переворотам, как делают последователи Февды.