Во свете Библии

Вопрос 3102

Из книги — Лапкин И.Т. «‎...Открытым оком», том 17

Тема — Библия

Вопрос:

Рим.1:23 – «и славу нетленного Бога изменили в образ, подобный тленному человеку, и птицам, и четвероногим, и пресмыкающимся». Прокомментируйте, пожалуйста, как это нужно понимать?

Ответ:

Не познав Творца, утеряв связь с Богом, люди всегда искали и будут искать предмет поклонения. Прем.Сол.13:1-2 – «Подлинно суетны по природе все люди, у которых не было ведения о Боге, которые из видимых совершенств не могли познать Сущего и, взирая на дела, не познали Виновника, и почитали за богов правящих миром, или огонь, или ветер, или движущийся воздух, или звёздный круг, или бурную воду, или небесные светила». Как обожествляется человек, видно по культу Ленина, Гитлера, Сталина и других безумцев мира. Но нас более всего касается то, что в нашей православной среде. Как могло случиться так, что Иоанна Кронштадтского стали почитать за Бога? Не сам ли он культивировал свою сверхзначимость? И любая канонизация близ есть обоготворения. И Божию Матерь величают такими неевангельскими словами, что не хватает только слова – богиня. Грушеньку в «Братьях Карамазовых» поляк звал «моя богиня». Иер.10:11 – «Так говорите им: боги, которые не сотворили неба и земли, исчезнут с земли и из-под небес». Деян.17:29 – «Итак мы, будучи родом Божиим, не должны думать, что Божество подобно золоту, или серебру, или камню, получившему образ от искусства и вымысла человеческого». Прем.Сол.14:12 – «Ибо вымысл идолов — начало блуда, и изобретение их — растление жизни». Иконы явно не идолы. Но почтение и обращение к иконам, чудеса от них и празднование им так извращено, что трудно убедить сектантов, что мы не идолопоклонники, ибо по всем параметрам подходим под это определение.


В преддверии любом, где «быть или не быть?»
Застыли, затаились в ожиданье,
Предгрозовая оседает пыль,
К чему карабкались столетия годами.

Страстная пятница закончилась уже –
Растерянность несбывшейся надежды,
Страх поборол воинственных мужей,
Чего не ожидали даже прежде.

К Страстной субботе – постному пространству
Относятся по-разному и ныне.
Единородный в пятницу был распят,
Всё страшное прошло как будто мимо.

В тьме неизвестности такая кутерьма,
Разброд несостоявшихся задумок,
Нет доводов для сердца и ума,
В последней схватке провалились с шумом.

Садятся на минуту помолчать
Перед отправкой дальней и разлукой;
Настала тишина – субботняя печать,
Что предстоит – рассматривать под лупой.

Удастся ли исполниться желаньям,
Гнездо осиротелое вспомянем;
Душа к истоку жаждущею ланью –
Стремясь к вершине, не попасть бы в яму.

Преодолеть предстартовый рубеж,
Перешагнув к рассвету воскресенья.
Ожесточившихся пренебреги невежд,
Мешающих принять Христа ученье.

Удерживают страхи и родня,
Привычки несегодняшние даже.
«С насиженного места стан поднять?» –
В последний миг советом кто подскажет.

Молитва и доверие Христу
На злачных пажитях Писаньем успокоит.
Наш Иисус есть истинный Пастух,
В неведомом готовит нам застолье.

22.04.06. ИгЛа

20