Игнатий Лапкин


ОКОМ»

«...ОТКРЫТЫМ

Числ. 24:3,15


ОТВЕТЫ НА ВОПРОСЫ, ПРОПОВЕДИ


Книга двадцать шестая



1

Барнаул 2008


По благословению протоиерея Иоакима Лапкина,

благочинного церквей Алтайского края (РПЦз)

Часть первая: ВОПРОСЫ И ОТВЕТЫ

во свете БИБЛИИ


Двадцать шестая книга серии «...открытым оком» содержит ответы на различные вопросы и проповеди по Слову Божию на богослужениях.


© Лапкин Игнатий Тихонович, 2008

3

Адрес: 656016 г.Барнаул, ул. 2-я Строительная, 62-16, тел.: 24-38-46; 62-81-37. Моб. тел. 8-961-230-70-60.


Глава 1. ВЕРА, БИБЛИЯ, ХРИСТОС


Вопрос 3760: В 25 томе «…открытым оком» в вопросе 3759 внезапно обрывается такое интересное интервью с о. Геннадием Фастом. Есть ли продолжение?

Ответ: Там в конце было сказано, что я задал вопрос о том, как понимать, что в двух вещах Богу невозможно солгать: Евр.6:18

Амвросий Юрасов: Которым открыто Духом Святым. Геннадий Фаст.: Да. И выше инстанции на земле нет по тол-

кованию…(?). Но толкование – это хорошо. Но я, получается, не крещён. А тут за меня доказывают, что не крещён, значит не прощён. Я залетел уже в высшие материи, говорю на ангельских чуть ли не языках, а теперь возвращаюсь к началу: прощён ли мне грех? – вопрос, который я задавал десять лет назад. Прощён ли мне грех? И у меня больше покоя нет: а прощён он мне или нет? И тут пошёл сумбур и каламбур. Приехали домой. Эта бесе- да, конечно, очень сильно подействовала. Сразу стал искать. По- шёл в библиотеку, взял «Песок …(?), серия атеистическая о пра- вославии. Вот эту книжку. И начал искать из атеистических книг, потому что других не имел по православию. Потом люте- ранскую историю церкви взял и из неё стал читать. И как я после той Пятидесятницы, когда читаю, мне всё о Духе Святом, теперь атеизм читаю – и всё о православии говорит. И везде вот это всё всплывает. Потом ещё сильно помог в православии Лев Толстой. У брата есть именно религиозные его труды, там у него есть работа «Критика догматического богословия». Что там очень хорошо, в этой книге, мелким шрифтом берётся из догматическо- го богословия Макария, а крупным он пишет свою критику. Кри-

5

тика, мне ещё в баптизме сразу видно, что это вообще отрицание Троицы Бога, что это ересь из ересей. И даже уже дальше не стал читать всё подробно. А меня интересовало именно мелким шриф- том, я всё это себе переписал. Вот так из атеизма, из Толстого, из лютеранской истории выбирал крупицы о православии. Право- славные книги в глаза не видел. Вот переписал из догматическо- го Богословия. Ну а дальше что? Дальше шли уже поиски – сильные поиски всего этого. То есть наконец я был растормошен до конца: что ж получается, меннонитство, баптизм, пятидесят- ничество, православие... И тут сразу вопрос ставлю сам истории: все религии надо смотреть вкупе, так уже не пойдёт. И настал такой момент, когда я сказал сам себе: «Я ничего не знаю». И оценку: «Никто не знает! Где она, истина, я не знаю. Но какова бы она ни была, Господи, покажи мне: единственная Истина, в которой я никогда не сомневался, что есть…, есть Бог. И вот я говорю: «Вот Ты мне её и открой, где Истина, какова она будет, где она будет? Будет она в пятидесятничестве, в православии, в меннонитстве, – где бы ни была и какой бы ни была, вот какова будет, таковую её и приму». То есть вот какой мой был настрой. Настрой, когда до конца и с корнем была выдернута вся предвзя- тость, которая до этого, конечно, всегда бывала. Бывает, читаешь какое-то место Писания: о, так оно не совпадает с нашими умыс- лами(?). Мне так неприя-я-я-ятно. Потом раз, раз… натолкуешь, перетолкуешь – место хорошее. А вот тут такое состояние. Дол- го всё рассказывать, на разных переводах, теперь скрупулёзно, сотни раз читаешь: Деян.2:38, Колос.2:12, Ефес.4:5 и прочие места о Крещении, о Причащении, о прощении грехов.

Вот вокруг этих вопросов. Иногда до какого-то даже умопом- рачения, ну уже совсем… Читаю: и то не так, и то не так, и ни на чём остановиться не могу. Помимо этого пути познавательного, рационального, шёл параллельно ещё другой. Например, почему- то пошёл и купил Пр…(?). Посмотрел на задней странице, не понравилось, пролистнул, отложил в сторону, но купил. Потом поехал в летнюю школу, в Волгограде была, там всесоюзная шко- ла по квантовой химии. И когда поехал туда, например, был такой момент. Там мы жили в палатках в лесу, на берегу Волги. Как-то пошёл молиться, не знаю, почему, зачем, вдруг встал на колени и перекрестился. Ничего, никаких переубеждений, ничего, а просто взял и перекрестился. Перекрестился совершенно не- правильно. В общем, держал не как староверы, но что-то вроде, два пальцы вытянул как-то вот так и крестился: на лоб, на оба плеча, а потом вниз. И с того времени в тайной молитве всегда

стал креститься. А я проповедую с баптистской кафедры. Никто ничего не знает ни про языки, ни про кресты. Но проповедь постоянно какие-то новые оттенки получает. Вот сейчас даже посмотрел баптистские проповеди, цитаты: Филарет Московский, Ефрем Сирин, Иоанн Златоуст… – они-то всего этого не понима- ют. Если бы они понимали, они бы меня давно остановили. А им, что говорят баптисты, что эти, не понимали просто, не слышали этих имён даже. Мало ли чего, ну брат грамотный, что-то там приводит, цитирует. После этой школы, возвращаясь, я заехал к Игнатию, это была вторая встреча. И.Л.: Когда я красил?

Г.Ф.: Да, да. Когда красили на работе. Времени у него никако- го не было, поэтому он продолжал красить, а я бегал под низом под лестницей, разобрали весь Апокалипсис тогда. Но, слава Богу, как раз оба знали, что (?)секта, оставалось только говорить о толковании. А.Ю.: У нас есть…, он хорошо изучил Священное Писание и подстроился под баптиста-проповедника и там пропо- ведовал и стал у них пресвитером. Эту общину перевоспитал в православном духе, не увёл, а привёл общину в Православную церковь. И.Л.: Меня интересует вот что: Вас не смутило, а это у меня редчайший случай, когда я не смог для человека уделить определённого времени? Г.Ф.: Наоборот, я в этом видел, что люди здесь занимаются делом. Нисколько не смутило. Он красил, я бегал под низом. Причём беседа не носила такой характер, как многие беседы с другими сектантами. В основном было так: за- давал вопрос, например, о Причастии: «Почему вы верите в При- чащение? На основе чего?» - «Сие есть Тело Моё». «Сие» – на основании этого слова», – сказал Игнатий. Всё! Больше у нас никакой беседы не было. Тут иногда тратишь годы, что только ни приводишь… Вот эта вся беседа на эту тему была. И сразу как-то куда-то туда всё вдалбливалось и там крутило и вороши- ло. Потом, помню, от него ушли, я говорю: «А …(?) святых у вас?» Он «Богородице Дево…» мне прочитал. И вот это слово:

«Ублажат меня отныне все роды» (Лук.1:48 – «что призрел Он на смирение Рабы Своей, ибо отныне будут ублажать Меня все роды»). Всё, вся беседа. Когда уже уходил от него, шёл по железной дороге, то вдруг начал призывать Богородицу, прочитал

«Богородицу» вот так, даже бессознательно, хотя и пошёл даль- ше. Вот такие моменты. Но потом приехал в Томск, занимался там в научной библиотеке. В Томске есть религиозная литерату- ра, потому что университет дореволюционный, там восточная пат- ристика практически вся, западной мало. Но что интересно, я стал писать прошения. Сначала, вроде, отказы… Ну не буду рас-

сказывать всё, как к чему, короче, мне книги начали давать. Пер- вая была Амвросия Медиоланского «Слово о пастырях», Тертул- лиана труды и первый том Златоуста – вот эти три книги пер- вые, которые мне дали. Потом и другие, там был и Ириней Лион- ский, Ефим мученик и «Догматическое Богословие» Макария брал, уже теперь не Толстого… Это меня опять потрясло – с той поры и по сегодняшний день я не люблю больше читать сектантские книги, они мне неприятны и неинтересны. Хотя знаю, что мно- гим православным это интересно, а мне это не интересно, потому что я столько нахлебался этих мутных потоков, что когда впер- вые пил из чистого, то больше прежних не захотелось, я был переполнен сими потоками. И тут, конечно, в течение примерно месяца я занимался, приходил утром, уходил вечером и сидел за этими книгами. Передо мной раскрылся совершенно новый мир. Всё в ином свете. Это как магнитом к себе всё тянуло. Ну а потом дальше что было? Пошёл, купил себе иконку Сергия Радо- нежского. А Иисуса Христа ещё раньше купил, она у меня уже лежала. А у вас есть такое проповедование? А вот это всё как-то внутренне, стихийно происходит. Приехала опять эта Катя (Дев- ришадзе) из Барнаула к нам в гости в Томск. И вот говорит, тоже нам ничего не сказала, потом мы узнаем, что она уже в это время была крещённая православно. Она нам ничего не сказала (хотя официально всё ещё была членом барнаульской баптист- ской общины). Она говорит: «Есть один батюшка в Новосибирс- ке, хороший батюшка, у него много книг и с ним стоит встре- титься». Она на клочке конверта написала его адрес и он у меня и сейчас лежит, этот адрес: Пивоваров Александр, священник.

И вот он в Томске, а там в епархиальном управлении он секре- тарь архиепископа Гедеона, еду к нему. Я учусь на пятом курсе, время было, в общем-то, потому что лекционные занятия все кончились, я занимался практикой и дипломной работой. Я по- ехал. И поехал как бы в никуда. Ни меня не знает там никто, ни я не знаю, никогда нигде не бывал, ни одной службы в храме не отстоял. Поехал к нему. Рано-рано утром поезд приходит мос- ковский. Пошёл в храм, первый пришёл туда. И вот тут новый момент: когда я подошёл к храму, я перекрестился и поклонил- ся. А до этого уже видел, как православные крестятся, и уже крестился правильно. Научился совершать правильно крестное знамение, и впервые при людях, первый раз, зайдя в храм, я пере- крестился. Входил в храм, крестился, никто, конечно, меня от православного уже отличить не мог, потому что я стоял и крес- тился. Начинается ранняя литургия, потом поздняя литургия.

Ничего в богослужении не понимаю, бесконечный поток молитв, которые читаются, а поздние служил сам епископ Гедеон. Тут, кстати, ещё интересный такой момент. Владыку я увидел не пер- вый раз. Первый раз видел до этого ещё в Томске. Вдруг я услы- шал, потому что в храм я стал нахаживаться, но там ничего я не мог извлечь, потому что люди не беседовали со мной. Слышу, что Владыка приедет. Мне было интересно, я даже несколько дней ходил, чтобы его выследить, и как раз пришёл, когда он уезжал. Я тоже хорошо помню, что выходит он из этого дома, где батюш- ки живут, машины стоят, его провожают и поют «Спаси, Христе Боже…» И такая щемящая грусть в сердце. Потому что историю всегда любил, читал много по истории. И вот я ощущал каким- то внутренним чувством: вот это епископ, на его голове были руки Апостолов - по непрерывному преемству. И какая-то грусть… А у нас вот есть какие-то пресвитера, они вроде бы как еписко- пы… Но они вроде бы как бы… А вот это епископ! Вот такое вот

– внутренняя тягость. Ну а когда приехал в Новосибирск, то стал спрашивать, где же этот отец Александр? И мне показыва- ют: вот рядом с архиереем батюшка стоит, это он и есть. Отсто- ял я позднюю, все молебны, короче, часов семь, наверное, всё это прошло, они уехали, конечно, а я до них не мог доступиться, они все уехали, а я ни с чем. Тогда я позвонил и приехал в управле- ние. Приехал в управление, прихожу к нему. Он, конечно, меня не знает, я его не знаю, и я говорю: «Я интересуюсь православной литературой святоотеческой». Понятно, ни один батюшка на та- кой вопрос не вынет и не даст ничего. Он: «Ну не знаю, говорит, там в Томске, что у батюшек, поинтересуйся у них».

Так мне даже странно показалось. А потом через некоторое время в отдельную комнату ввёл, никого там не было. И тут у него как…(?) смотрю: любовь, сладко, добро какое-то и начинает со мной беседовать. Побеседовали очень так хорошо, и я ему сказал, кто я такой, чего я ищу. Он тогда взял, посадил меня в машину, отвёз к себе домой и взял, теперь можно сказать, в свою семью, и в ней я пробыл неделю. А там у него богатая литерату- ра святоотеческая, что ни спрошу: «Читай и молись», никаких споров, бесед со мной не имел. Первый вечер, там ещё был Иоаким, теперь батюшка, он был кочегаром тогда. Были мы у отца Алек- сандра и он дал нам Григория Богослова, там 40-е слово Григо- рия Богослова, и я его читал вслух. Это был первый вечер. Когда читал, то оно уже всего меня переворачивало – надо креститься! Надо креститься! Батюшка был сильно уставший, заснул. Я чув- ствую: и неудобно, а не могу, пошёл разбудил, на сундуке там где-

то он прилёг: «Батюшка», - говорю. А там у Григория ещё ска- зано так: если тебе вечером захотелось креститься, не отклады- вай на утро, потому что утром не будет расположения. «Батюш- ка, что мне делать?» Он так безучастно… Я там думал, что вот я бы на его месте покрестил. А он: «Ну читай и молись…» Так неделю я у него просидел, много читал, всё это сильно на меня подействовало. Прошла неделя, он мне покупает билет, даёт мне в руки: «Теперь езжай домой, а когда захочешь креститься…» -

«Так я же хотел, я просил Вас…» Он говорит: «Когда захочешь креститься, скажешь: «Се, вода. Что возбраняет», - и я приеду». Ну и проводил меня на самолёт и я уезжал. Хотя стоило ему ну полслова сказать, и я бы крестился в тот момент, но он этого не сделал. Я опять лечу в самолёте и думаю: «Вдруг упаду? Я же не крещён, а грехи-то не прощённые? А вдруг крещён? А вдруг про- щённые?» И опять борьба. Когда приехал, пошёл опять на Томь под то самое дерево. И опять там долго молился. Никак уже не мог и потом уже наконец иду и крик какой-то изнутри: «Госпо- ди, хоть сколько раз я ещё перекрещусь, но лишь бы я был крещён. Мне же всё равно. Ты мне открой, где надо». Естествен- но, при этом глаза были закрыты, когда открыл глаза, я стоял перед водонапорной башней, здоровая, она и сейчас там стоит. Я пошёл на почту и дал телеграмму, чтобы он приехал и меня крестил. А это было так, что я приехал, и в тот же день, мне кажется, мог бы утром… Нет, дал телеграмму и позвонил потом по телефону. Но он заставил себя ждать две недели. Через две недели, потому что он не мог по телеграмме, он секретарь архи- ерея. Вот у него получилась какая-то возможность, он приехал в Томск и 14 декабря 1977 года я был крещён в Томске. Воспри- нимал отец Николай Белевский (?), сейчас в Белгороде служит, батюшка. Отец Роман, благочинный Томский, присутствовал при этом и отец Александр Пивоваров крестил меня.

И.Л.: Где крестили? Там, в баптистерии? Г.Ф.: Да. Там есть специально. Он в своё время был благочинным в Томске и пост- роил купель для взрослых. Там с полным погружением крестил, на русском языке всё читал. Принял такое Крещение. Это, ко- нечно, изменило всё. Дальше уже пошло всё как-то иным путём, уже не от Писания. Иду по улице и вдруг мне стало понятно, что детей надо крестить. Вот тоже многие упираются. И не дока- жешь, что детей надо крестить… А до меня это дошло после своего Крещения. И после Крещения всё сразу как с глаз спа- дать стало, буквально в короткое время всё стало понятно, всё догматическое богословие - «да» и «нет». То есть принял всё: и

иконы, и кресты, и всё. А крест дать – это интересно. Ещё до крещения, когда из Новосибирска вернулся, две недели, я говорил, заставил ждать, там он дал мне 17-й номер Богословских трудов, там отца Павла Флоренского в начале, о кресте. Когда я прочи- тал про крест, который я сначала отложил, я его надел на себя – ещё не крещён в православии, с крестом на груди проповедовал у баптистов. И.Л.: А когда у Вас было так, что Вы в Новосибирске натолкнулись на настоятеля Димитрия Будько и стали про меня спрашивать, как это было? Вы ещё не знали, что у нас какие-то разногласия с ним? Г.Ф.: Ну когда ещё пришёл(?), я всё тыкался, не знал, где найти этого батюшку. Мне говорят: «Вот батюш- ка…» Я подошёл к нему, не знаю, говорю: «Как отца Александра найти?» «Ну как? Будет служба, приедет, он секретарь у архи- ерея. А что Вы, кто?» Я говорю: «Я интересуюсь православием». И думаю, ещё скажу, что Игнатия знаю в Барнауле. Тогда он сразу среагировал так, что я понял, что говорить этого не надо, что между ними какое-то несогласие. Но это меня совсем не смущало. Многих смущает, что попы такие или другие, а я это знал и это меня не смущало то, что у них какое-то разногласие, это меня опять не смутило. Но опять промыслительно: вот этот отец Димитрий, который встретил меня тогда вот так как-то, ему потом Господь судил меня подводить к престолу на пресвитерс- кую хиротонию, он меня подводил. Так я стал православным. И более, как православным? Когда крестился, я тогда задавал воп- рос: «А какого я вероисповедания?» Я не знал. Я знал, что через крещение я получил прощение грехов и вошёл во Вселенскую Христианскую Церковь, в ту, которую основал Христос, которая Апостольская. Если бы мне кто-нибудь в тот момент сказал:

«Ты православный», - мне бы даже странно и дико как-то это звучало, потому что слово «православный» у меня ещё звучало так, с теми старыми оттенками: православный – это значит чуть ли ни мирской, – грех мне будет. То есть не было у меня выбора вероисповедания, – речь шла именно о спасении, речь шла о по- иске истины и прощении грехов, возрождении благодатью Духа Святого. Речь шла об этом. И я понял, что это я теперь всё получил. Что Бог мне простил, возродил и дал Духа Святого. А какой я церкви, исповедания – это я и не понимал толком, это всё придёт потом. И.Л.: А в это время Вы учились ещё или уже работали? Г.Ф.: Нет, учился ещё на пятом курсе. Через две неде- ли после этого бороду, например, стал отпускать. Как-то сразу всё пошло, уже без научения. Так я получил прощение грехов, благодать Божию и стал верующим. И.Л.: А тоска у Вас какая-

нибудь была, что Вы теперь теряете связь с родственниками, и пятидесятники остаются где-то позади? Теперь непонятно, что же в меня там, может быть, входило, когда я думал, что это пра- вильное - вот это толкование языков? Вот об этом в этот момент, когда приходили к православному крещению… Г.Ф.: Был мо- мент, как и все прочие, как моменты, например, причащения. Вот как, например, к моменту причащения пришёл. Бился несколько месяцев. И вдруг читаю 10 главу Коринфянам: и что причаща- емся одного Тела. 1Кор.10:17- «Один хлеб, и мы многие одно тело; ибо все причащаемся от одного хлеба». (1Кор.12:12 –

«Ибо, как тело одно, но имеет многие члены, и все члены одного тела, хотя их и много, составляют одно тело, - так и Христос»). Но почему вот в этот момент? Вдруг мне стало понятно: но ведь причащаемся телом. И всё. И мне стало так стыдно, что я так долго учил людей иначе, что я этого не пони- мал, что я не дерзнул молиться к Богу. И тогда встал на колени и попросил святых, чтобы они помолились за меня. Так про- изошло моё первое призывание святых. Когда я это ощутил, просто счёл, что я не могу, я не достоин Богу молиться. Да мне стыдно даже, что вот учился, учился, грамотный, грамотный, пос- ле этой грамоты остался самым безграмотным. Самый первый вопрос – вопрос спасения, и ничего не понимаю. И многих вво- дил в заблуждение. И тогда только просил святых: хоть вы за меня помолитесь. Вот так я первый раз пришёл к этому. Авто- матически сразу этот вопрос разрешается. С языками - да, пото- му что сразу же возникает вопрос второй – Таинство миропома- зания: я имею Духа Святого или нет? И даже это было уже на последнем этапе, когда уже понял, что прощения грехов в сектах нет, возрождения нет, а Духа Святого всё-таки ещё, что и Его нет, мне трудно понять. И тут прибег даже к Деяниям 10 главе. А как Корнилий? Возрождения нет, крещения водного нет, а Дух Святой уже сошёл на него: заговорил языками. Я вот под эту марку себя. Значит, ещё этого ничего не имею, но Духа уже имею. И вот это сломить – это было самым последним и, может, самым трудным. Этот момент, что всё-таки и Духа Святого я не имею, и Его я должен получать в Таинстве. И тут даже колебания до самого конца были, до самого Таинства. И.Л.: А о крещении Лида узнала? Г.Ф.: Она узнала, когда я уже был крещён и волосы ещё не высохли. Сразу же: утром было, а в обед узнала.

И.Л.: Как она восприняла это? Г.Ф.: Спокойно так. И.Л.: Но она-то уже была крещёная? Г.Ф.: Нет. Но через две недели она поехала тоже на исповедь. А.Ю.: С этой Катей больше не встре-

чался? Г.Ф.: Как же не встречались? Встречались. Так она рань- ше нас православной стала. И.Л.: Отец Александр в полное по- гружение и на русском языке уже крестил её. Г.Ф.: Да, и мы встречались все. И.Л.: Ну вот проходит время, Вы уже теперь как православные, у баптистов продолжаете проповедовать? Г.Ф.: Ну это уже было, да, уже теперь я крещён, это было, значит, если 14 декабря я крещён, то где-то до весны я ещё у них проповедо- вал. То есть проповеди все строились так, чтобы их мог на рав- ных принять и православный, и баптист по толкованию. Чтобы ни тот, ни другой не мог придраться. А призывание шло, конечно, такое – нравственное уже больше, назидательно-нравственное, а догматически я уже лавировал тут, приходилось очень даже ла- вировать, чтобы и туда, и туда не столкнуться, потому что с ка- федры не стал говорить. Но вскоре всё выяснилось, сам пресви- тер задал вопрос, и когда мы с ним беседовали, я ему открылся. И сразу же все браться собрались. Братья собрались, и я им высказал свои убеждения, и тут же был запрещён в проповеди, запрещён работать с молодёжью. То есть оказался на последней скамейке, сразу же отстранён. Тут же написал пресвитеру Кара- гандинскому. И когда уже летом я поехал в Караганду, там был поднят вопрос. Сразу же, конечно, пошёл к пресвитеру и сказал ему, в каких вопросах я не согласен и в чём дело. Пресвитер должен был ехать на конференцию Всемирную меннонитскую в США, поэтому ему было некогда и всё в страшной спешке, ни одной беседы даже не проведёт в Караганде со мной. Ни одну! А сразу членское собрание, и на этом членском собрании я был отлучён. Отлучён от меннонитства - и принял это как отлучение своё от сектантства. А.Ю.: Отсечение. И привитым к правосла- вию. Г.Ф.: Да-да, привит-то вроде раньше в крещении, а тут уже именно… то есть нисколько меня это не смущало, вот вы спра- шивали меня в начале. С первого дня не смущал меня никогда вопрос взаимоотношения с родителями, с братьями, с прочими и всеми. Другое дело, я не ожидал, что реакция будет такова, како- ва она была. Это было мне неожиданно, ибо я думал, что реакция будет другая. Но это меня всё не волновало, потому что я не переходил из одного исповедания в другое, - я искал Христа, Бога, прощения грехов и спасения. И то, что я это получил, это для меня было всё, другого мне и не было нужно. И никаких смущений в этом деле никогда и не было даже.

И.Л.: И потом как уже православный заканчиваете универси- тет? Г.Ф.: Да, заканчиваю университет. Значит, отлучён из мен- нонитства, от всего сектантства. Оставлен работать при кафедре

в Томском университете, веду семинарские занятия со студента- ми. И тут уже как-то всё внутренне было раскрепощено и начал, стал проводить беседы. Один студент крестился. Беседы прово- дил, об этом я когда-то рассказывал. И.Л.: А как в больнице оказались, по какой причине? Г.Ф.: А военкомат стал брать меня в армию. Не хотел я в армию не потому, что не хотел, а по убеждению, что нельзя этого делать. Ну а недуги физические у меня есть, я их им сказал, ну и меня положили на обследование. Таков был первый этап этой эпопеи. Положили на обследование в межвузовскую больницу, там только студенты, преподаватели всех вузов, с ними приходилось беседовать, проповедовать. После этого мне было сказано, чтобы я ушёл по собственному желанию из университета, потому что продолжать быть преподавателем университета я не могу, потому что я верующий. И я согласился на это, почему? Потому что к этому времени уже полностью со- зрело решение, что наукой я заниматься не буду, а целиком по- свящу себя служению Богу. Только ещё не знал, в какой форме. А то, что служение Богу, – это уже было точно. И поэтому я думаю: я могу опираться на законы, настаивать, что не имеют права увольнять, но это бы только привело к скандалам и всему прочему. А раз уже внутренне я был совершенно готов уйти, ибо я даже думал так, ну, год отработаю, а потом постараюсь как- нибудь открутиться. А тут мне самому предлагают. Я тут же соглашаюсь, подписываю «по собственному желанию» и станов- люсь пономарём. С этого началось служение в церкви.

А.Ю.: Сколько времени были пономарём? Г.Ф.: Десять лет был пономарём в Ачинске. Потом послали меня на клиросное послушание в Кызыл, четыре месяца. Потом дьяконом два с по- ловиной года, теперь священником. А.Ю.: А священником сколь- ко? Г.Ф.: А вот второй месяц будет, два уже будет в августе. И.Л.: Этот вопрос как-то я поднимал уже. Вот Вы всё-таки в вере были свидетелем о Христе, а потом, перейдя из сектантства в православие, стали говорить. Вы, конечно, никогда не забываете, кто вы по национальности, что вы немец, и для вас сектантство близко. Писание Вы знали, и как наблюдательный человек, всё- таки с образованием, Вы наблюдаете всегда реакцию, как люди смотрят на Вас, что вот внешний вид Ваш так резко изменился, бороду не подправляете нигде так, как тот ?) патриарх в моло- дые годы, и как вот люди лучше воспринимают или реагируют, когда раньше Вы говорили им или сейчас, когда в православии? Г.Ф.: Ну разница такая. Раньше еду в поезде, потому и совесть угнетает, что вот я еду, а рядом едут грешники, о Боге ничего не

знают, а я еду и им ничего не говорю. Но как к ним подступить- ся и с чего начать разговор, никак не мог понять. Беседы бывали, но они достигались с трудом, потому что надо было начать ка- кой-то разговор посторонний, а в постороннем разговоре заце- питься за какое-то слово и перевести на духовные беседы, так поступал. То есть, например, раз зайдёт речь о красоте, а что есть истинная красота, или о смерти или ещё что-нибудь. И так при- ходилось уже самому переводить беседу в другое русло. А после крещения всё стало иначе: заходишь в вагон, смотришь, в сосед- нем купе говорят про семинарии, а там с этого заговорили о Боге, там про попов что-то говорят. Потому что беседу начинаю обыч- но не я, а они сами. И.Л.: То есть у них разговор о семинарии уже после того, как на Вас они посмотрят? Г.Ф.: Да, увидели, что молодой человек с бородой. Поезд тронулся – я перекрестился, ну уже тут говорить не надо, беседу они начинают. И.Л.: Время прошлое, Вы в крещении раскаялись, в чём Вас осудила Ваша совесть, в этом Вы не сомневаетесь, что так оно и есть. Но вот теперь уже как рассматривать, меня интересует момент пятиде- сятничества, что это было? Г.Ф.: Говорить о том, что это было, я никогда не буду знать. Знаю, что это было, ну как сказать? Это было не от Бога. Но через это я шёл к Богу. И.Л.: Тогда Ваше мнение, как Вы это рассматриваете, хотя Вы не испытали, не столь компетентен Ваш будет ответ, но всё-таки какие у Вас мысли, что за это время могло быть?

А.Ю.: Но поскольку они вне церкви находятся, Господь, ко- нечно,… старательно выправляет (?) с чем - с прелестью. Как будто Дух Святой сошёл в момент, а это действие сатаны. Г.Ф.: Это явно проявлялось в непотребных словах, когда они получа- ют. Потому что Дух Святой не молится через них(?), непотреб- ство вызывает. А тут только ли непотребство? Чтобы не ушёл(?), тогда человек отшатнётся. Поэтому лукавый обычно говорит бла- гозвучней пятидесятников, но он не может на этом удержаться , так же, как матерщинник, когда среди порядочных людей не ма- терится, но удержаться ему очень трудно: и там, и там всё равно грубости проскочат, и только вышел – начнёт материться. Вот навроде этого и с языками. И.Л.: Если сейчас встретитесь с бра- тьями-баптистами, которые очень близки, и Вы с таким (?), и он вас приветствует лобзанием святым, – Вы с ним поцелуетесь? Г.Ф.: Я могу всякого человека поцеловать как брата, который мне Богом даден, даже ни при чём он, но это не значит, что я признаю его собратом по благодати и что я говорю, что он брат во Христе, – нет. И.Л.: Не об этом. Теперь «поприветствуете его

лобзанием святым», как написано? Г.Ф.: Нет, этого я не могу сделать. Я могу только это сделать с человеком православным, с человеком, который крещён в Церкви. И.Л.: Вот сейчас Вас встре- чает, допустим, знакомый мой - кардинал католиков, я его лично знаю, и он Вас приветствует и протягивает руку и с лобзанием святым, Вы от него откажетесь? Г.Ф.: Католиков, насколько я сегодня разумею, я приемлю, что все Церкви Апостольские, имею- щие непрерывное от Апостолов рукоположение, что в этой церк- вах Таинства совершаются. То, что у них там есть заблуждения и прочее, – это другой вопрос. Но в том, что там совершаются Таинства, – вот в это я верю. В этом смысле я приемлю их как братьев, но канонического общения с ними не имею. И.Л.: Но Церковь это уже признала на соборе в 70-м году, так что… Г.Ф.: Может, (?) канонического вообще никакого нет, она признала только, что это тоже церковь, что это не… И.Л.: А православным разрешено у них причащаться? Г.Ф.: Разрешено, да, кроме собор (?). И.Л.: Если сейчас встречается пятидесятник, конечно, мы сравнить его с баптистом не можем, тем более, знаем, что в нём этот дух. Есть ли опасность, приветствуя его через лобзания, оказаться заражённым этим духом? Г.Ф.: Есть. С пятидесятни- ками надо быть очень осторожным. Пятидесятник и баптист – великая разница. Баптист – это человек, неправильно уверовав- ший в Бога. Хотя и у баптистов есть одержимость. Есть. Их иногда надо не переубеждать, а бесов изгонять. А в пятидесятни- честве, тут уже целиком, это гораздо сложнее. Потому в пятиде- сятничестве уже непосредственный дух – это одержимость. Она в разных степенях. Вот этот пятидесятник, этот, этот, этот… Все говорят на языках. Но не надо думать, что у них всех один дух. У них очень разные (?). Один, может быть, всего лишь лопочет, как ребёнок. Любой из них сейчас может взять и извергнуть из себя поток никому не понятных слов.

А.Ю.: Вы признаете Собор? В каком году был он? В семидеся- том? И.Л.: Да, признаю. А.Ю.: Ошибки от первой, собор, в 61-м году? И.Л.: Повторите, что на нём было, я не помню. Г.Ф.: Че- рез… старых(?), двадцатых…(ничего не слышно) А.Ю.: Нет, не признаю. Я признаю только церковное, а это предательство в Церкви было. Для меня армяне, копты……..(?) Для меня не со- бор! Я сказал: не решение собора, я и до собора признавал, собор

– только теперь мне можно другим об этом говорить, чтобы они не сопротивлялись. А я признавал с первого дня обращения, - у меня широкий взгляд на это, христианин широкого профиля. (Все смеются). И.Л.: Так, теперь скажите, если это так, то с

какого момента Вы считаете: нет опасности лично Вас привет- ствовать лобзанием святым? Г.Ф.: Как? И.Л.: Но так как Вы имели этого самого пятидесятнического духа, а кто имеет, тех опасно приветствовать; то с какого момента нет опасности Вас приветствовать лобзанием святым? Г.Ф.: С крещения. И.Л.: После крещения, значит, Вы не представляете из себя такой опасности? Г.Ф.: Нет. Изгоняется дух, потому что перед крещением совер- шаются четыре заклинательные молитвы: «И непотребного из- гони из меня, Господи, духа нечистого» и там духа прелести, духа лукавства, то есть все эти духи изгоняются. И.Л.: А сами Вы не почувствовали, что что-то изгоняется, или до Вас только достиг- ли эти слова и Вы в них поверили? Г.Ф.: Не почувствовал. Физи- ческого ощущения я не могу сказать, что что-то почувствовал. Но я потом почувствовал, что я совершенно не тот, кто был. И даже сейчас мне иногда очень странно бывает, когда вспомнишь прошлое – и даже не ощущается, что это был ты. И.Л.: Когда Вас тут раньше обижали и сейчас или бывает, что-то не по- Вашему сделали, даже без обиды, или какое-то приходит вдруг смущение, то когда Вы себя спокойнее чувствовали, до принятия православия или после? Сейчас, когда главное искушение бывает в жизни, когда она не слушается? Г.Ф.: В этих вопросах я бы не очень хотел говорить, это не по теме, и скажу так: что чем даль- ше, тем хуже, – тем грешнее. Мне даже кажется, что я раньше лучше был. То есть теперь уже, нет, не могу сказать, что я стал как-то лучше, спокойнее переношу всё, нет. И.Л.: Но внутреннее, допустим, спокойствие: на что-то раньше реагировал бурно или как-то, допустим… Г.Ф.: Это не было для меня характерно, я, в общем-то, по характеру человек спокойный, даже флегматичный несколько. И таковым был. Пётр же и до крещения, и после был бурным. А.Ю.: Скажите, а таким же остался, каким был? И ког- да стал чувствовать себя, что я – грешник? Г.Ф.: Да, я – греш- ник, и я знаю, что мне Господь прощает. А то, что я лучше, нет.

И.Л.: Хотел спросить немножко о том, что как будто к делу не относится: Ваш рост какой? Г.Ф.: Метр семьдесят пять. И.Л.: А вес? Г.Ф.: Шестьдесят один, шестьдесят два. И.Л.: Вот когда все батюшки будут примерно в этом соотношении роста и веса, силь- но сдвинется с места. Г.Ф.: У меня был в баптизме вес 65 – 69 кг.. Именно в этот период семи месяцев, от 1 мая до 14 декабря 77-го года, сброшен был этот вес. А.Ю.: А каким путём? Г.Ф.: А постом. И.Л.: Вот видите, говорят, не почитают мощи некоторые баптисты. Как наши эти мощи живого православного не почи- тать? Смотрите, как они… Г.Ф.: Просто тут, ну об этом не гово-

рил, потому что я о многом не говорю, одно из очень сильных действий на меня было Тертуллиана писание о воздержании, це- ломудрии и посте. Он очень строг был, даже Церковь считает, что в некоторых вопросах был чрезмерно, по-монтанистически (?) строг, он отрицал вообще второй брак, например. На меня эти писания также произвели очень сильное действие. Тогда я впер- вые, например, понял, что значит смирять и порабощать тело своё. Апостол Павел пишет: чтобы, другим проповедуя, самому не оказаться осужденным, смиряй и порабощай тело. Я спросил брата одного, меннонита, как это понять? Ну мы, говорит, тоже, ну как, мороженое не кушать… (Смеётся). Даже как-то немножко смешно. То есть там действительно нет понятия, как это. Ему говорю: ну вот как смирять тело? Что значит «смирять»? – «Ну вот, - говорит, - мороженое не кушать».

А.Ю.: Усмирительную рубашку. Г.Ф.: А здесь до меня дошло, что значит воздержание. Причём, оправдывать или не оправды- вать – это другой вопрос. Я жил у брата, у которого никаких постов не было, внешне я никакого поста не соблюдал. Но вот хотя бы по килограмму… Ну, мясо я старался уже всячески избе- гать. Потом, когда стал самостоятельно, полностью бросил это всё. А тогда, ну вот так «воздерживаться»: сидел за их столом, но воздерживался в количестве как-то и в самом отношении. Тут главное даже – именно отношение. Если раньше кушаешь и смакуешь то, что кушаешь. А если съешь просто с благодарени- ем Бога, а не со смакованием, мне кажется, одинаково съешь, – одному в жир, а другому в пользу. То есть даже такой момент. Важно не только количество, но и отношение, и даже оно в пер- вую очередь важно. Ведь посты установлены не для того, чтобы мы меньше ели, а чтобы изменилось наше отношение ко всему этому. И.Л.: Сколько времени прошло, а у меня бывают иногда и новые люди, а вот Вы старые свои впечатления помните, когда первый раз пришли к нам в гости тогда, увидели какие-то у нас правила за столом, что вас вытащили буквально из чашки, что наклоняться нельзя… Вот эта вот «мелочность», за что иной раз даже отец Димитрий мне говорит: вот ты комара отцеживаешь и буква убивает. Вас тогда это не оттолкнуло, не смутило? Г.Ф.: Нет, это притягивало. Потому что я видел, что здесь во всём христианин должен быть христианином. Есть какая-то сфера религии и какая-то иная сфера. То есть вся сфера жизни челове- ческой должна быть поглощена в религию. И то, что даже то, как держишь ложку, как ешь, как сморкаешься, как ходишь, какая походка, всё, - всё должно быть во Христе, в Боге. Всё! И поэтому

это, наоборот, то есть я видел, что это то, что и надо, в общем, без сопротивления практически всё воспринимать. И.Л.: Вот обра- зец, как по-разному люди на это реагируют. Иных это смущает и говорят: это просто одно фарисейство и что-то тут совсем не то. Г.Ф.: Нет, это было мною воспринято сразу и по сей день я на том и стою. И.Л.: Другой вопрос интересует: после крещения, после обращения к Богу, я лично считаю, что вопрос женитьбы самый главный. У Вас не возникала мысль такая, что Вы долж- ны остаться одни, чтоб быть верным Господу, не заботиться о мирском? Как Вы пришли к вопросу о женитьбе, почему именно решили, что Вы семейный больше пользы принесёте или как? Это же Вы решали, будучи в православии, вот этот момент? Г.Ф.: Нет, ещё раньше, когда я сидел в библиотеке и прочитал Тертуллиана, то для меня открылось нечто совершенно новое. Но это уже характер ведёт, скорее, не к свидетельству об обращении, уже к исповеди. И.Л.: Ну теперь уже обращение мы услышали. Г.Ф.: Да, да. Здесь вот в чём, что в этом вопросе, в этом целомудрии, внешне я был сохранён. Внешне я не впал в блуд, ничего, – это у нас было очень строгое воспитание в меннонитстве. Очень стро- гое! Но о внутреннем воспитании не было там сказано за все годы, которые я там провёл, никогда ничегошеньки. О целомуд- рии мысли, души, сердца – я не понимал этого, и я не был цело- мудрен. Внешне я сохранился, а внутри я был блудником и всё остальное, в самом непосредственном смысле слова. Всё, и вооб- ражение было, и всё было. И вот когда я прочитал Тертуллиана, а потом других на эту тему, и раньше я чувствовал, что это меня тяготило, это меня мучило, но я говорил: но я же в грех не впал, я ничего не сделал. А внутри всё равно скверно это ощущается. И вот Тертуллиан научил меня воздержанию и в пище, и в этом, и тогда я, по крайней мере, постарался возлюбить целомудрие. И примерно год, считаю, что был монахом. В каком смысле? Что именно жил или старался жить внутри вот так. И вот то всё, что было, оно вдруг отпало ещё до крещения, после чтения этой кни- ги. Отпало, во-первых, мне впервые назвали это слово ясно, что это такое, а то я же всё оправдывался: в этом греха нет. А когда тут всё ясно и чётко написано, что такое целомудрие, потому что его нет в меннонитстве, баптизме, вообще в сектантстве, они об этом вообще ничего не понимают. И вот это совершенно во внут- ренности всё изменило. Но вопрос о женитьбе — он возник.

И.Л.: Просто поехали, с кем, может, с родителями или...? Г.Ф.: С родителями я не советовался, то есть это не пример для подра- жания. Почему не советовался? Потому что у нас в семье после

крещения стали очень тяжёлые отношения, фактически полный разрыв внутренний, не внешний. Внешне – самые лучшие отно- шения, самая мягкая подушка, и всё-всё-всё тебе внешне, потому что и те верующие, и этот, и все. Но тем-то и болезненнее всё произошло, что раньше у нас с матерью и с другими братьями было такое глубокое взаимопонимание и единство, а теперь это было нарушено, и это было пережито очень болезненно. И, конеч- но, в семье ещё было очень тяжело, и по сей день ещё тяжело. Вот, не советовался я с ними, но я сказал и попросил благослове- ния, – отец благословил. Это было. Но, так сказать, советоваться, потому что какой мог быть совет? Могли ли они мне посовето- вать взять православную? Не могли. Могли ли они мне посовето- вать взять меннонитку, если я уже там отлучён? Тоже не могли. Я и не советовался с ними. И.Л.: Ну а как - решили всё самосто- ятельно или кому-то всё-таки открывали? Г.Ф.: Нет, тут опреде- ляющую роль сыграл духовной отец Александр, у которого я был и который мне сказал, что нужно жениться, и на ком даже ска- зал. Но тут выбирать, собственно, для неё и не было вопроса. Для меня было или не жениться и стать монахом, или если жениться, то человек был определён, - тут выборов для меня никаких не было, чтобы на том или на другом человеке. Ну и советовался с Вами тоже. И.Л.: Что я Вам сказал, как помните? Г.Ф.: Если принимать сан, то женишься, а если не принимать, то не жениться, так Вы сказали, и сказали принимать сан. И.Л.: А какие причины, не помните? Г.Ф.: Нет, Вы не сильно объясняли. Сказали, что сильно соблазнительно или ещё что-то, если ба- тюшка будет без матушки. Не очень-то Вы распространялись.

А.Ю.: Матушка – защита от всех соблазнов. Г.Ф.: Но это, наверное, не… словами. И.Л.: Ну вот теперь уже матушку спро- сим. Когда она узнала, что брат делает ей предложение, ты дога- дывалась, какие тяготы теперь придётся нести, и что роль твоя в основном будет в том и заключаться, что быть помощницей и быть в послушании не меньшем, чем Церковь Христу? Матушка Лидия: Догадывалась. Но думала о том, что надо быть в послу- шании, так вообще-то так, слышала в проповедях всё. И.Л.: Про- шло время уже такое, больше года, сколько вы вместе? Г.Ф.: Уже больше трёх, с 79-го. И.Л.: Тут вот чадо бегает уже молодое. Ну как, матушка, думаешь, что роль, которую всё-таки решилась ты взять на себя, желание есть её дальше нести, чтя заповеди Гос- подни, а не по собственному велению? М. Л.: Желание-то есть, но без Божьей помощи вообще ничего невозможно сделать. И в этом отношении, конечно, без молитвы и без прилагания усилий

в молитве очень трудно. Если человек будет полагаться не на Господа, а только на свои силы, на свои чисто внешние чувства, вообще особенно если на чувства только полагаться, то это абсо- лютный обман. Потому что просто если сказать мне «люблю этого человека и смогу поэтому сделать всё», – это невозможно. И.Л.: Ну а главное что препятствует исполнить то, что назначе- но быть истинной помощницей в деле Господнем? М. Л.: Непос- лушание. То есть матушка вообще должна, конечно, беспрекос- ловно слушаться батюшку, даже когда ей это непонятно: почему вот так? Нам это трудно, потому что мы, женщины, требуем к себе внимания, ласки хотим, чтобы с нашими чувствами и со всем считались. Поэтому здесь и приходится очень много преодоле- вать. А батюшку практически, особенно вот сейчас, я почти не вижу. А если даже вижу, то только в другой комнате, склонённо- го над тетрадками, над книгами, и практически иногда даже ду- маешь: не-е-ет, что он не для тебя, а он, собственно вот, для людей, для книг, для всего, для работы. И тут на этом сатана очень легко может играть, поэтому надо постоянно быть в состо- янии бодрости. И.Л.: Батюшка, вопрос ещё к вам: Вы получили при рождении имя, и как Вас правильно теперь звать? Г.Ф.: Генрих, Хайнрих по-немецки, первое моё имя, а в крещении - Геннадий. И.Л.: Это по схожести? Г.Ф.: Это всё отец Александр. Он меня не спрашивал, я не выбирал этого имени. Это имя он мне нарёк, а я его не выбирал так же, как и первое.

И.Л.: Прошло столько времени, как Вы в православии, и что же больше всего сегодня Вас смущает в православии? То есть Вы о чём-то, конечно, не можете сказать, что всё, что есть сегодня, всё именно так и нравится, и не против чего-то, не нужно бороться, прилагать усилия, а только соглашаться, одобрять и утверждать, на всё ставить крепкую печать. Что более всего Вас смущает в том, что окружает вас в православии? Г.Ф.: В самом православии меня не смущает ничего, оно для меня свято и истинно. Так было, слава Богу, от начала и по сей день и, дай Бог, во веки. А то, что практически окружает, то тут, конечно, живые люди, живые и проблемы, которые надо решать. В наше время, конечно, вот для меня лично, что трудно воспринимается и о чём как-то особенно, это расхождение практики с церковными канонами и даже не- которыми положениями и Писании практически: в практике крещения, в практике исповеди, в практике даже той же торгов- ли, о которой уже много было говорено. То есть вот такие вопро- сы очень трудны, особенно для меня как священника, теперь, конечно, трудные вопросы в совершении Таинств, что бывает та-

кое. Но тут уже или Богу приходится доверяться, или иначе это надо объяснять – слабоволие или ещё что, не знаю. Видишь, что человек, например, не готов ко крещению, и по канонам его не должны крестить, а крестят. Вот такое, например. И главное, что интересно, после этого именно бывает чувство, что сделал пра- вильно. И.Л.: Гляжу, совсем православный стал! Г.Ф.: Вот такое бывает, да, да. Вот уже с формой крещения, конечно, тут никогда не бывает чувства, что сделал правильно, когда неполное погру- жение. Тут не бывает чувства. Тут знаешь, что правильно – это когда в полное погружение в воду.

И.Л.: А куда деть то научение, которое Вы впитали от благо- честивой матери своей, о том, как нужно тщательно готовить ко крещению? Г.Ф.: Никуда его девать не надо, его надо делать. И.Л.: А теперь сравните, как крестят у тех же меннонитов, бап- тистов, как подготавливают, и каких вы крестите, из вашей ты- сячи крещаемых они бы ни одного не согласились крестить. Г.Ф.: Во-первых, конечно, разница в самом крещении. Поскольку там человек спасён без крещения, а крещение есть акт принятия в организацию. В организацию! Вот даже, например, когда меня отлучили, мне уточнил ещё специально старый один проповед- ник: «Мы отлучаем тебя не от тела Христова, а из нашей Кара- гандинской меннонитской общины как из организации, а не от тела Христова». Это даже такое уточнение было. Поскольку для них крещение не играет этой роли, а это есть принятие в органи- зацию, то там такое отношение легко возможно. В православии, когда мы знаем, что человек некрещёный не спасается, что он во грехах и без прощения грехов, тут вопрос иначе стоит. Тут быва- ет такое, что если человек… Вот я, например, как лично, ну что на моём опыте говорить, его практически ещё и нет, но вот за эти полтора месяца всех, конечно, спрашиваю, веруют ли они, не об- манывают ли и прочее. То есть беседу провожу всегда. И если они говорят, что «верим в Бога», то крещу. А.Ю.: Без нас(?) с себя снимают. И.Л.: Вы же видите, что они лукавые стоят, не верят ни во что, ведь ни один баптист их крестить не стал бы. Г.Ф.: Не стал бы, многих не стал бы. И.Л.: Ему надо сегодня покреститься, а причины, Вы знаете, различные, но только не те, какие должны быть. Никакого рождения свыше здесь нет. Вы мёртвые трупы погружаете и неизвестно какие вытаскиваете. А возьмите с причастием. Златоуст говорит: «тело своё согласен отдать на съедение псам, нежели Тело Господне недостойным». А Вы знаете, что от неё прёт табаком, крашенная, неверующие идут

– и Вы их причащаете. Если мы у дверей стоим и изнываем от

этой скорби, то Вы-то что там должны чувствовать? Г.Ф.: Нет, после исповеди я ещё никого не допустил крашеных, ни одну пока что. И та, которая бы не покаялась в грехах и которая бы не сказала, что она грешная, что она признаёт всё это и кается, я ещё ни одной не допустил такой ко причастию. Бывает, что к причастию и половину не допустишь. И.Л.: А в тайниках души у Вас было хоть однажды сомнение, что вот Вы приняли это православие, а здесь Вас встречают всё-таки не кренделями, а обухом часто по голове – «да вот этот немец…», я слышал, и оскорбления бывали именно по этой части. Было? Г.Ф.: Право- славие принял я, действительно, скатертью дорожку не простила- ли и на каретах не катали. То есть здесь пошла обкатка другая, очень даже другая. То есть вовсе здесь не приняли с радостью. Внутренне было так: ну как проповедующий брат там, вот он стал православным, значит достижение для православия, это же даже хорошо. А здесь, наоборот, ноль, здесь пришлось перерож- даться ещё раз. Смиряться, совершенно уже иное всё. Сначала мне казалось, что мне не хватает Таинства крещения, миропома- зания, исповедоваться, причащаться, но для этого нужны свя- щенники. Вот пять пунктов, всё остальное – это… А потом что и того не хватает, и другого, а потом что всего не хватает, и что нет ни одного пункта, ни одного положения ни в нравственном, ни в догматическом учении баптизма, где бы оно не было еретичес- ким. Всё везде всё равно пропитывается и везде надо исправ- ляться во всём. Сам дух должен как-то меняться. Здесь начина- ется путь совершенно иной. Да, здесь… Может, мелочи, неохота тут рассказывать, здесь пошло всё очень круто. То есть тут, на- оборот, отношение было даже резкое, крутое, бесконечное недове- рие, подозрения, всякие послушания и всё прочее. Ну тут было очень много, это совсем другой рассказ. Нет, но это никогда не смущало, даже это по-разному действовало, с одной стороны, я понимал, что всё это мне нужно, потому что когда ещё учился в школе, я знал свой главный грех. Ещё в баптизме я как-то опи- сывал в тетрадочке своё обращение, так и не отстал мой главный грех – гордость. Я ждал, что что-то ещё в моей жизни должно произойти, что начнёт вот эту гордость ломать. Я даже этого ждал. Я там покаялся, это всё так, но ещё что-то должно менять, ломать. Ломка началась в православии. Я не хочу сказать, что оно сломано, нет, оно ещё сейчас уродливо и велико, но здесь начали ломать, и ломать крепко.

И.Л.: А теперь, когда Вы увидели, какая была паства там, у тех пресвитеров, у тех пастырей, и какая у Вас, - сложная, необра-

зованная, суеверная, с грубыми предрассудками, то Вам не стыдно сегодня встретиться с пресвитером баптистским и сказать: «Ну а это вот мои овцы?» Г.Ф.: Нет, не стыдно. Но такой встречи ещё совсем не было... (Обрыв записи – стёрто в КГБ). Сир.10:12- 13 – «Не оставляй старого друга, ибо новый не может срав- ниться с ним; друг новый — то же, что вино новое: когда оно сделается старым, с удовольствием будешь пить его». Пс.106:4 – «Они блуждали в пустыне по безлюдному пути и не находили населённого города».


Покойники все ли покой обрели, Уже распрощавшись с землёю?

От нас разделяет бездонный пролив, Следы толстым слоем заносит золою.

Язычник, и тот понимал, что не всё Кончается вместе с заглохшим дыханьем, Что лодку умерших за гробом несёт, –

А далее басни, о чём не слыхали. Посмертная участь любого волнует,

И даже того, кто по жизни безбожник; Подцепит в провидцы гадалку любую,

А был нигилистом, раздавленной вошью.

Смерть толстой стеною скрывает надёжно Совсем неизвестный и чуждый нам мир; Вхожденье в него кое-как переможем, Потянут за непроницаемость ширм.

Защиту иметь и охранников самых могучих, Прикрытием станут от недругов страшно постылых, Заранее знатью. Почему же нас в школах не учат, Как быть, если встретит нас грозный посыльный?!

И нет ничего, что хотя бы казалось важнее Нехоженой вечности – будет начало;

Когда умираем, совсем не о том сожалеем, Со всем, что знакомо, навеки прощаясь.

Полезно и благо душе о себе размышлять: Что будет, куда и зачем отходная проводит,

Смирение скрючит того, кто артист и пошляк, –

Не может не видеть, что к вечности он непригоден. Когда-то придётся нам смертную чашу испить, Язык и иные столь нужные члены остынут, Снимают шатёр, с челноком отрезается нить, Жена не нужна и не вспомнить о дочери, сыне.

Один, абсолютно один без обслуги привычной,

Из тёплой постели болезненно выдернут с болью. Блуждающим светом разгладятся контуры притчи,

Прояснится то всё, о чём мы наслышались столько. 14.01.08. ИгЛа


Вопрос 3761: Что с о.Павлом, которого несколько лет назад мес- тный епископ ограбил среди бела дня, отобрав у него вещей на 11 тысяч рублей? Где он, служит ли и не отчаялся ли он?

Ответ: Вы не знаете о. Павла? При росте в 1м.81 см. и при весе в 96 кг. он бы мог такого «сармата» выставить в епархии, где его обдирал епископ, что мало не показалось бы. Но он стоял кротко, как агнец пред стригущим его обдиралой. Так и он пред разбойными действиями и беспределом жестокосердного и злопа- мятного архиерея. Недавно о. Павел написал наконец прошение к другому епископу и свою автобиографию.

«Я, Ермоленко Павел Алексеевич, родился в г. Камне-на-Оби в 1965г 25 января. Мама была верующая ходила в церковь посто- янно и меня крестили в младенчестве. На моления ходили в храм на дому к батюшке о.Фёодору Романюку. В 1982 году закончил среднюю школу. Работал слесарем, сварщиком, водите- лем. 1983г. уехал в г.Тобольск, закончил курсы на машиниста холодильных установок. С 1984г. по 1986 служил в армии. В 1985 году уверовал в Господа нашего Иисуса Христа. В 1991 году женился и венчался. В 1992 году осенью родился сын. В 1994 году уволился, стал заниматься самостоятельно рыбной ловлей. На протяжении этого времени с 1987 по 1995 годы много раз звали священники и митрополит Гедеон стать свя- щенником, но я постоянно отказывался, не был готов. В 1995 году в январе приезжал в г. Камень-на-Оби епископ Антоний (Маседнич), на богослужении благословил читать «Апостола». Был разговор после литургии, не желаю ли я служить Господу, и я дал согласие. В 1995 году 12 февраля меня рукоположил епис- коп Антоний в дьяконы в кафедральном соборе г. Барнаула, а через неделю 18 февраля во священники за престолом св. пра- ведного Иоанна Кронштадтского в Знаменском монастыре г. Бар- наула. Пройдя практику служения в Покровском храме, 5 марта был отправлен в с. Усть-Пристань. Открыл милостью Божией храм в честь Иоанна Кронштадтского. В 1997 году был переве- дён в Камень-на-Оби для возрождения женского монастыря и в село Ново-Ярки. Всё везде приходилось с нуля начинать, с мо- литвы, с проповеди Слова Божия. В 1997 г. 14 октября отдали дом в разрушенном состоянии, и 15 числа начали строить с дру-

гом батюшкой и с прихожанами. 2 января 1998 года служили первую службу в монастырском храме г. Камня-на-Оби. В с. Ново-Ярки также производились работы по восстановлению при- твора старинного храма Казанской Божией Матери, который нам, верующим, отдали. В нём проводилась и литургия, и научение. В 1998 году в мае на Иоанна Богослова в селе Корнилове было отдано здание для молитвы и совершено моление, водосвятный молебен и призыв на покаяние. Началось восстановление, благо- устройство и ремонт храма. В 1999 году 27 сентября был воз- двигнут крест крестопоклонный на въезде села Гонохово Камен- ского района. В 2000 году было поручено ещё и миссионерство- вать, возрождать в селе Баево. Там так же с нуля приходилось договариваться о передаче здания под храм, где в дальнейшем и проходили службы и занятия по Евангелию. Во всех этих сельс- ких храмах проходили периодически служения. В 2002 году 15 июля была встреча с Игнатием Тихоновичем Лапкиным в пос. Потеряевка и с батюшкой Иоакимом.

В августе 2002 года было собрание священников, на котором присутствовало 18 человек и один дьякон во главе с епископом Максимом (Дмитриевым), где мне пришлось поднять ряд вопро- сов по нарушению канонов православной церкви, вопросы о кре- щении. Везде батюшки проводят мочением. Ни один из священ- ников в то время не крестил правильно - полным погружением с научением. Мф.28:19 – «Итак идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа». Я выделил именно слово «научите». Мне был задан вопрос епископом Мак- симом: «А ты как крестишь?» Ответ: «Полным погружением». Привёл слова патриарха Алексея II, говорившего в 1993 году и далее неоднократно о крещении с полным погружением и о на- казании священников, которые нарушают 50-ое Апостольское правило. Так же вопрос об оглашенных. Никого не выводят, священники не знают своей паствы. Вопрос о торговле в храме, которая должна быть прекращена, а священник должен жить от благовестия Евангелия и десятины с общины. Епископ Максим за поднятие этих вопросов называл меня раскольником и ска- зал: «Я не думаю, что нужно соблюдать каноны». Мой ответ: «Я не раскольник, а стремлюсь делать, как написано в правилах, и другим советую их не нарушать, а исполнять». Владыка Максим был недоволен моим обличением.

После этого, продолжая служить на четырёх приходах, увидел, как благочинный иерей Николай Гордиенко (бывший парторг, коммунист) подыскивается под меня, чтобы убрать меня с при-

ходов и поставить преданных себе батюшек. Случай подвернул- ся: в декабре я прочитал в газете «За науку» о явлении патриар- ху Алексею II старца одиннадцатого века Феодосия, говорившего о неправедных путях его и призыве к покаянию. Дал некоторым почитать и сам в храме прочитал про это видение. Не знаю, истинно оно было или нет. Читая жития святых, в которых очень много говорится о различных видениях и сновидениях, я тому поверил. Деян.2:17 – «И будет в последние дни, говорит Бог, излию от Духа Моего на всякую плоть, и будут проро- чествовать сыны ваши и дочери ваши; и юноши ваши будут видеть видения, и старцы ваши сновидениями вразумляемы будут». Монахини написали на меня донос, что дал им прочи- тать эту газетную вырезку. Благочинный был недоволен мною за то, что я обличил его. Именно: торговля в храме, мочение голов, традиции на первом месте, а не закон и уставы Великого Бога и каноны православной церкви.

Иерей Николай Гордиенко 30 декабря 2002 года повёз меня в г. Барнаул на расправу к владыке Максиму, где с пристрастием и в явно неспокойном духе был глава епархии, который расспра- шивал меня о многом, в том числе и о видении патриарху. Я рассказал, как есть. И говорил, что рассказал один раз и показы- вал вырезку из газеты некоторым людям. Ещё раньше владыка спросил благочинного иерея о многих ошибках в проведении литургии, благовестии и проповеди на службе, которую служили вместе 29 декабря 2002 года в с. Карпилово. Он встал и сказал:

«Владыка! Замечаний нет никаких, служит верно и о патриархе Алексие II плохо не отзывался». Я просил простить меня и бла- гословить служить по правилам православной церкви, но ответа не дождался. Был приказ снять крест. Я возразил на это: «На каком основании и по какому правилу я должен был это сде- лать? Назовите канон». Владыка встал с места своего, подошёл ко мне и силой снял крест. В дальнейшем я попытался уйти от этой незаконной расправы, но мне преградил путь иерей Кон- стантин Метельницкий, и Максим насильно стал снимать с меня рясу и обнаружил диктофон, который у меня забрал. Магнито- фон я взял по своему неразумию, предполагая, что владыка Мак- сим даст добро служить по канонам православной церкви, я это запишу, а потом, когда я задам ему эти три вопроса о нарушени- ях в церковном служении, вернувшись, дам прослушать своему благочинному, чтобы тот не препятствовал служить правильно и в страхе Божием. Но ответа от Максима не было. Задаётся воп- рос: «Считаешь ли меня епископом?» Отвечаю: «Да». «Тогда

слушай приказ: запрещаю тебе служить, носить крест, священ- ную одежду». Задаю вопрос: «На каком основании и каких пра- вославных канонов Вы забрали мой крест насильно, рясу и мои личные вещи? Вы их мне давали? Назовите хоть один канон». Ничего не было названо и не было написано в запретительной бумаге – приказе. На прощание я просил простить меня ради Христа. Ответ: «Кайся, иди и кайся!» Далее пошли гонения по всей епархии. Благочинный Николай Гордиенко (бывший парторг) признался: «Ты мне надоел со своими канонами, я тебя и сдал на растерзание владыке». Выгнал из алтаря, не до- пускал до исповеди, причастия и благовестия.

Занимался я эти годы на строительстве коттеджей, работал водителем «Газели», золотоискателем в экспедиции в тайге.

Имею искреннее желание служить священником. Ставленную грамоту еп. Антоний мне не выдал, говоря, что выдаст только через три года. Но так и не выдал. И еп. Максим не даёт мне отпускную грамоту, говоря, чтобы сделал запрос к нему тот епис- коп, который примет меня. Неоднократно я подавал прошение на восстановление в служении, но положительного ответа не было, а только усиливалась травля меня. Порошу принять меня к себе на служение и сделать соответствующий запрос.

Мой точный адрес: Алтайский край, г. Камень-на-Оби, пер. Мель- ничный, 14. Ермоленко Павел Алексеевич. Тел: 8-385-14-2-33-92. Моб. 8-961-235-38-18. 10.03.2008.

Лук.10:30 – «попался разбойникам, которые сняли с него одежду, изранили его и ушли, оставив его едва живым». 2Макк.4:25 – «Получив от царя приказания, он возвратился, не принеся с собою ничего достойного первосвященства, а только гнев жестокого тирана и ярость дикого зверя».


Вопрос 3762: Почему ваши женщины-сёстры отказались напи- сать о том, почему они раньше носили мужскую одежду?

Ответ: Не совсем так. Некоторые всё же написали.

«Когда мы говорим о женщине в брюках, то всегда вспомина- ем конец 90-х, начало 2-х-тысячных годов, и говорим, как сатане удалось враз переодеть всех женщин в брюки. Я всегда тоже так думала. Но вот перед тем, как сесть изложить на бумаге свои воспоминания о том, я нахожу, что это произошло не так. Само начало было в далёком детстве. Мы привыкли к штанам ещё в школе в самых начальных классах, не помню, с первого или со второго на уроках физкультуры стали надевать шаровары, тогда еще трико не было. К ним мы с детства привыкли. Потом по-

явились лыжные спортивные костюмы, в которых было удобно даже летом кататься на велосипеде, они не закручивались в ко- лесо. Мы привыкли постепенно к штанам и носили их, как удоб- ную и тёплую одежду, стали одевать их на работу под юбку, а потом и просто так. Помню, как моя тетушка, она жила в дерев- не рядом с нашим домом, ругала меня: «Что ты ходишь в шта- нищах, бяссовисная». У нас в деревне так разговаривали про- тяжно с ударением на букву «я». А почему нельзя, непонятно. Да ещё в конце шестидесятых годов вошли в моду синие чулки, которые положили начало синим спортивным костюмам, так на- зываемым, олимпийским, которых мы раньше и не видели, навер- ное, только спортсмены носили.

И вот в 1970-ом году я собралась поехать к тёте в гости в город Баку. Стала смотреть журналы мод, чтобы сшить себе в поездку новое платье, и нашла для себя не платье, а брючный летний костюм, для самолёта вполне удобно и модно, а главное, такого ни у кого нет. Я шила себе сама. А что я еду в другую республику, где живут мусульмане, да я и понятия об этом не имела. О целомудрии вообще никакого понятия, кроме как о физиологическом состоянии женщины или девушки. В этом кос- тюме, с чёрными бровями и ресницами, со стрелочками на веках, с высокой причёской «шиньон» на голове, в туфлях на высоком каблуке, я выглядела стильно, тем и была довольна. Я вообще любила одеваться отличительно от других, чтобы не повторять- ся, чтобы не выглядеть как все. Женщины в спортивных костю- мах встречались часто, а в брючных можно было увидеть не все- гда, и даже редко. Вот так в брючном костюме из голубой льня- ной ткани, с четырёхлетней племянницей из аэропорта города Баку я приехала на остров Артём. С тётей в аэропорту не по- встречались, разошлись. Стала искать нужный адрес, спрашиваю, мне никто не говорит, все уходят. Потом я вышла на централь- ную площадь, там меня окружили мужчины, разглядывали, рас- спрашивали, откуда я и к кому приехала, и между собой о чём-то переговаривались по-своему. В конце-концов меня отвели в ко- мендатуру. Там выяснилось, что люди на острове все друг друга знают, и знают мою тётю. Как меня там не побили, не знаю, может, благодаря маленькой племяннице. Да я тогда и не поня- ла, что это мой модный костюм виноват. Потом я в нём выехала в город. Куда ни пойду, на меня все смотрят. В магазинах везде работают мужчины. Подойду чек выбивать в кассу, а кассир азер- байджанец, прежде чем отбить чек, осмотрит меня с ног до голо- вы, высунувшись наполовину из кассовой кабинки, расспросит,

кто я такая, откуда у меня деньги, а сам глазами поедом съедает. Тогда я поняла, в чём причина. Там я брюк больше не надевала. А в жизни я носила брюки всегда в холодную и сырую погоду, к ним я привыкла со школьного возраста и не считала грехом. Да о грехе я ничего и не знала. В церковь в брюках я не ходила, тогда я ходила в Покровский собор, сама понимала, что в цер- ковь в брюках идти неприлично, только и всего. А когда я узна- ла, что это грех и что это мерзость перед Богом, я и не знала тогда (Втор.22:5), потому что Библию не читала. Узнав это, я их больше ни разу не надела и не жалею никогда. Я стала на вещи смотреть другими глазами и нахожу, что женская одежда значи- тельно красивее мужской, и даже не за что спорить, что тепло и удобно. В женской одежде тоже тепло и удобно, если ты оделась правильно по сезону. Как это сказалось на моём характере, на моём внутреннем содержании, не могу судить, не знаю. Думаю, что никак. А вот косметика сказалась. Утром проснувшись, умы- валась и сразу же наносила макияж. Я умела это делать с моло- дых лет. Я не представляла себе, как я могу пойти на работу и не привести себя «в порядок», без причёски на голове. Макияж скрывал все недостатки лица. Под ним можно было спрятать и свои переживания. С ним я чувствовала себя уверенно. Под ним всё скрыто. Я просто была рабой косметики, и так привыкла к этому, что трудно было отстать от неё.

Однажды, готовясь ко крещению, я пришла к Оле Унагаевой, и она, заметив, что у меня ресницы подкрашены, откровенно ужас- нулась и сказала, что это может стать мне препятствием ко кре- щению. Как я тогда испугалась, что больше ни разу не краси- лась и не постригала волосы. Со временем я поняла, что это моя победа над моим грехом. И я теперь не раба, а свободная от греха. Мне очень приятно и радостно. В жизни мне пришлось испытать много трудностей и тяжёлого физического труда. Я тогда ещё не была обращённой, не ходила ни в одну церковь, не служила Богу, не трудилась во славу Его и ничего-ничего не знала о Христе, о Царстве Небесном. Тогда я любила под звёзд- ным небом постоять, полюбоваться его красотой и где-то там найти себе утешение. И просила Бога: «Господи, я устала, я ничего не хочу, только хочу быть просто женщиной, помоги мне». Я не знала, что Библия учит женщину быть женщиной. Оказы- вается, Творец сразу позаботился о нас, определил наше место, чем нам заниматься, как одеваться, как себя вести. Всё для нас усмотрел с премудростью. Это позже ко мне пришло, и слава Богу. И я не хочу потерять эту радость. Жаль, что в нашей

безбожной стране не звучит вопрос отдельного воспитания дево- чек, не ставится цель воспитывать любящих, верных и покорных жён, чадородительниц, добрых хозяек. Слова «целомудрие», «кро- тость», «смирение» крайне редко встречаются, и думаю, что толь- ко среди верующих их можно услышать. Бог дал мне радость познать Его, склониться у ног Христа и просить у Него эти

таланты». Жолнерова Нина Александровна (см. «…откры-

тым оком» т.15. стр.78). Чис.12:14 - «И сказал Господь Мои- сею: если бы отец ее плюнул ей в лице, то не должна ли была бы она стыдиться семь дней? итак пусть будет она в зак- лючении семь дней вне стана, а после опять возвратится».


«Брюки себе сшила из мужских брюк в 1961 году для работы. Я в это время работал мастером на ХБК в цехе, где монтировали химическое оборудование с 1 по 5 этаж. Междуэтажные пере- крытия в цехе были частичны, и приходилось подниматься по металлическим лестницам-времянкам. В юбке было неудобно. Я поднимаюсь, а мужики внизу смеются, зубоскалят, что я юбку заворачиваю. Когда я одела брюки, то стала себя чувствовать с рабочими раскованно и свободно. Рабочие были одни мужчины. Фигура моя позволяла носить брюки. Брюки и пиджак были по мне хорошо сшиты и смотрелось красиво. Мужчинам нравилось, что я настоящий мастер-монтажник. Муж тоже отнёсся поло- жительно. Брюки в то время носило очень мало женщин. В продаже их не было. Женщины смотрели на меня с осуждением, и мне временами было стыдно. Но я продолжала носить их и глушила в себе стыд. Проходила я в брюках 2 года. И только сейчас я понимаю, какой соблазн я подавала. Прости меня, Гос- поди! Через 2 года меня перевели в ПТО управления. Брюки я перестала носить. В принципе они мне и не очень нравились в то время. Начальник управления, как я поняла, не любил жен- щин в брюках, и я старалась его не раздражать. В 1995 г. я пришла на занятия в политехнический институт к проповедни- ку И.Т.Лапкину. Крестовоздвиженская община, к которой я при- лепилась, ходила на прогулки в лес. Я, мой муж и подруга ходи- ли на лыжах в брюках. Мы подъехали к общине и я почувство- вал, что И.Т. как-то странно посмотрел на нас. Он сказал: «Идите, катайтесь». Мы 1,5 часа покатались и хотели возвратиться до- мой. Подъехали к общине. Игнатий Тихонович подзывает меня и говорит: «У Вас хорошая память?» Я говорю: «Нет». Тогда он говорит мне: «Женщина в мужской одежде – мерзость перед Богом». У меня было такое чувство, как будто меня в прорубь

окунули. Я подъезжаю к мужу и подруге и они говорят: «Что И.Т. тебе сказал?» Я повторила его слова. Они стали зубоска- лить и делить мои брюки, кто какие берёт. Я вначале была в шоковом состоянии, но скоро пришла в себя и задаю себе вопрос:

«А в чём я должна ходить на лыжах, коньках, в лес, в поход т.д.?» И решила, что И.Т. что-то не досказал. Во вторник при- хожу на занятия и получаю ответ – прочитать Втор.22:5 – «На женщине не должно быть мужской одежды, и мужчина не должен одеваться в женское платье, ибо мерзок пред Госпо- дом Богом твоим всякий делающий сие». «Когда бываете на лыжах, коньках и т.д., то сверху брюк одеть юбку». И когда я дома прочитала это место в Библии, то пришла в ужас: я – мерзавка перед Богом и подаю соблазн другим. Я – грешница окаянная. Не помню, кому всё раздала или выбросила. Муж от- казался идти в лес кататься, если я буду в юбке. Я стала ходить на прогулку в лес с общиной И.Т. Эпопея с брюками закончи- лась. Силина Г.И. 10.03..08. (см. «…открытым оком» т.15, стр.84). Ис.3:23 – «И будет вместо благовония зловоние, и вместо пояса будет веревка, и вместо завитых волос - плешь, и вместо широкой епанчи - узкое вретище, вместо красоты

– клеймо». Деян.18:6 – «Но как они противились и злослови- ли, то он, отрясши одежды свои, сказал к ним: кровь ваша на главах ваших; я чист; отныне иду к язычникам».


Вопрос 3763: Прислал мне книжку какой-то Горохов М.Г., и когда я прочитал её, то на душе было прескверно – столько же там вопросов, но все они направлены против основ православной веры и против патриархии. Кто он таков и чего он хочет?

Ответ: Я его лично знаю. Он распространял книги, издаваемые патриархией в первые годы, как я понял, и был разъездным про- давцом по всей стране до границ севера и востока. Заказывал контейнерами (с его слов). Но его очень обидели и, похоже, край- не несправедливо обошлись с ним и потом стали угрожать ему физической расправой. Но он был в Барнауле и хотел меня най- ти. Зачем? Вроде бы как найти поддержку. В адресном бюро, как он сказывал, нашёл мой адрес. И хотя до нашей улицы 2-й Строительной, 62, кв.16 не каждый и таксист довезёт, он всё же вырулил, хотя проплутал изрядно. Там, как всегда, закрыто было, я жил уже на ул.Никитина, 147, кв.1. Он засел там в коридоре и всё же выследил соседей каких-то и те ему указали, что я бап- тист. Тогда он нашёл молитвенный дом баптистов. Но там меня ныне не знают. И кто-то указал ему на Покровский собор, что-де

мы туда ходим. Он туда прибыл и начал подряд всех шерстить. Никто не знает. Но одна уборщица повела его и прямо вывела к нашим дверям, потому что это всего лишь через два дома от храма. Я его принял. Чернявый, юркий, пронырливый, умный. Сильно нашибает на еврейчика. Что он и подтвердил. Но в пер- вый же вечер, проверив его документы, я уличил его в неискрен- ности не раз и в неправославии. Вот уж кто умеет искать, этому можно поучиться. Потом он мне прислал рукописную книгу, ко- торую я мог только сжечь, столько там было под видом вопросов богохульств против Троицы. С позиции Талмуда он веровал бе- зупречно, как истовый жид. Я обсудил его фигуру с братьями, и нашли, что еврея сего заслали с целью разрушения от кагала. Я ему так прямо и ответил. Он мне разгромное письмо прислал, с великими жалобами на патриархию, что как его там обманули и выставили. И когда он в очередной раз прислал письмо мне, я был в деревне и ответили уже наши, по моей просьбе. Просил он материальной помощи в издании его книжицы, так помнится, ссылаясь на наших крупных спонсоров за рубежом.

Михаилу Георгиевичу Горохову.

Письмо Ваше с исковыми заявлениями дошло. Отослали Игн. Тих. ознакомиться, сами почитали. Мы – православные, учение Православной Церкви нам дорого и мы рады, что так веруем. О искажениях в церкви, о беспорядках мы знаем. У нас в общине этих безобразий не было и нет. Ко крещению и, притом с полным погружением в озере, у нас готовится человек от 3 до 5 лет; за это время проходит полную катехизацию – это до 550 часов занятий по Новому Завету. И он ознакомлен обязательно с на- шим уставом, пишет заявление, и потом церковно-приходской совет, выслушав двух поручителей оглашенного, даёт рекоменда- цию священнику - стоит ли оглашенного крестить или отло- жить ещё на год. В храме у нас тишина и нет торговли вообще никакой, и нет чужих. Так что мы с Вами полностью согласны в том, что МП – это не божественная, а преступная и лживая орга- низация, основанная Сталиным и Берией в 1943 году. И о. Глеб Якунин прав, когда так говорит о ней. Посылаем Вам материал из газеты о знакомой нашей инокине, которая подобно Вам была обманута, и она вынуждена была подать в суд и процесс полнос- тью выиграла. Были в прошлые годы (1999-2002) очень серьёз- ные «наезды» коммунистов на Иг.Т. – это газета «МК на Ал- тае» и ГТРК «Алтай» - там связано было с сектой «Новая жизнь» и с членом еврейской организации «Эвен Эзер» – они заказали два фильма против И.Т. , но все три процесса были нами полно-

стью выиграны. И теперь они расплачиваются за моральный ущерб и подрыв деловой репутации ИгЛы и выплачивают день- ги. Приговоры уже вступили в силу. Так что молитесь, и да поможет Вам Бог. Вы вполне можете выиграть; у Вас ума на это хватит и силы. Опасения Ваши за Вашу жизнь вполне оправда- ны – от этих извергов можно ожидать чего хочешь. Берегитесь их! Будьте предельно осторожны! Церковная мафия опасней мир- ской. И.Т. в деревне с детским лагерем полгода. Посылаем Вам координаты нашего сайта. kistine.ru е-mail:zas@barnaul..ru

Обязательно ознакомьтесь с ним. За последних полтора года у нас вышло 12 книг из печати, все они в интернете. Часть Вашего искового может попасть в наш материал в том 7 «…от- крытым оком». У нас нет никаких богатых друзей в Америке и никогда не было. У нас обязаны все усердно трудиться с утра до вечера и иногда на нескольких работах. В поте лица. Работают и больные, и старые, и дети. Целая бригада каменщиков, и все с высшим образованием». Лев.24:16 – «хулитель имени Господ- ня должен умереть, камнями побьёт его всё общество: при- шлец ли, туземец ли станет хулить имя [Господне], предан будет смерти». 1Тим.1:13 – «меня, который прежде был ху- литель и гонитель и обидчик, но помилован потому, что [так] поступал по неведению, в неверии»


Послание святого Апостола Иуды Кромсает тишину, довольство полуверы. Всё о Суде толкует, всё о подсудном, Напоминает знающим о смерти.

Он видел, знал, втолковывал всем прочим, Что по концовке будет результат,

И в завершении всё дело станет прочным, Там маршалом становится солдат.

Расхристанность и квёлость никогда И никого не красят, не восхвалят: Смутьянам-ангелам приспичила беда,

Их сбросил Бог – быть навсегда в опале.

Напомнил нам Иуда, пригрозил

Примером вышедших когда-то из Египта: Ничем закончился невиданный транзит, Как мухи осенью несчастные погибли.

Не забывайте, детки, про Содом

И про Гоморру чаще вспоминайте. Прислушайтесь – из преисподней стон, –

Прошёлся по развратным Божий скальпель.

Держите в памяти последствия греха, Обжорство, тучность – страшное бесстрашье. Что пользы кланяться, десницею махать, – Жестокосердие соделает всё зряшным.

Сектантам древности и здешним скудоумам, Хвалящимся спасением вне церкви, Напомнил им Иуда сей про гумна,

Солому Бог с мякиной долготерпит.

На час расплаты, общего Суда

Обман и обольщенье разом вскроют. Там самый сильный скроется куда, Неблагодарность судится и ропот.

«Без страха Божия ни шагу!» – приучиться. Послание Иуды будто я писал;

Последний оказавшийся нечистым,

Предупреждение: Не попади впросак! 22.01.08. ИгЛа


Вопрос 3764: Как у вас помогают человеку освободиться от ку- рения табака или от наркотиков?

Ответ: У нас такого понятия нет, чтобы помочь освободиться. В этом деле сам человек себя определяет, хочет ли он быть с Господом. При раскаянии человека Бог снимает с него прежнюю одежду и сжигает её, как при возвращении блудного сына. Пс.80:7

– «Я снял с рамен его тяжести, и руки его освободились от корзин». У нас есть срок оглашения от 3 до 5 лет. И в этой стадии человек сам решает, быть с Господом или со своими поро- ками. Вот какую объяснительную написала одна женщина, ко- торой разрешили посещать нашу общину. Сын её был несколько раз в лагере. Он хороший, рослый, спокойный. Когда выявилось, что она курит, то ей предложили бросить это занятие или же продолжать курить, а когда бросит, тогда через 3 года она объя- вит о своём желании быть в общине в числе оглашенных.

«Прежде всего, я прошу прощения у всех братьев и сестёр за то, что оскверняла своим присутствием храм Божий. Всё это время я надеялась, что смогу совсем бросить курить. Расчитывала, что в период Великого поста искореню из себя эту пакость молитвой и постом. Не получилось. Этому свидетели Лена и сын мой Митя. Не раз он слышал от меня, что ненавижу я этот свой грех и вообще все сигареты на свете. Но получалось, что я вела себя, как тот пёс, который каждый раз возвращается на свою блевоти- ну. По этой причине не написала до сих пор заявления о креще-

нии. По этой же причине не подошла к епископу Евтихию на елеопомазании. Недавно я решила, что надо поставить себя в условия, когда не будет возможности курить, совсем не будет доступа к сигаретам хотя бы на несколько дней. Первые 2-3 дня самые сложные. Их легче провести с верующими людьми, с мо- литвой, полагаясь на Божью помощь. И если поехать на посев- ную в Потеряевку, это будет самая лучшая возможность. Штаны я сразу выбросила. Через 3 дня мне запрещают не только ехать в Потеряевку, но даже ходить на занятия. Я с ужасом шараха- юсь от сквернословия. Очень большая моя ошибка в том, что за советом я не подошла к Игнатию Тихоновичу. Не хватило сме- лости признаться в такой пакости. Боялась потерять контакт с общиной, где мне действительно очень интересно и хорошо, куда я пришла сознательно, разобравшись сначала, куда и зачем иду. Ещё я боялась получить запрет ехать в Потеряевку, услышать ответ, что эта деревня не клиника для наркологически зависи- мых. Эту поездку я считала последней своей возможностью. По- лучается, что не могу я сразу понять, когда именно время мол- чать, а когда говорить. Проявила решимость и попросилась по- жить некоторое время при монастыре в Кислухе, уже не скрывая своей цели. Там так же нет доступа к сигаретам. Тоже нужно копать в огороде. Очень надеюсь, что Господь освободит меня от этой зависимости. Надеюсь к вам вернуться. 28.04.2007. Кали- нина Наталья». Ис.1:18 – «Тогда придите - и рассудим, гово- рит Господь. Если будут грехи ваши, как багряное, - как снег убелю; если будут красны, как пурпур, - как волну убелю».


Когда Христос явился вновь народу, В волнении предстал Ему один.

И молвил он: беснуется мой сын, Бросался он не раз в огонь и воду;

Спаси его, Христос, и исцели! К ученикам Твоим его вели,

Но те спасти его не в силах были; Недуг его остался в прежней силе.

И поднял Он печальный взор, Где грусть светилась и укор,

И молвил: род ожесточённый, Доколь терпеть Я буду вас? –

И повелел привесть тотчас К Себе Он отрока больного,

И произнёс одно лишь слово:

Изыди, бес! – и вышел тот.

Росло и крепло Божье Слово… О. Чюмина


Вопрос 3765: Почему русские люди из-за границы не возвраща- ются на Родину?

Ответ: Нет уверенности, что завтра снова не захлестнёт всё репрессиями здесь. И житья никакого нет от пьяни, от воровства и прочего, что выпестовали коммунисты. И органы власти Рос- сии ставят большие препятствия при оформлении въезда, и так далее. Хотя я знаю, что некоторые уехавшие в годы перестройки уже готовы были бы вернуться на родину. Они там вкусили благ той масонской цивилизации, поняли, насколько бесправны там родители и особенно мужья. И всё так протравлено там масона- ми, что истинному христианству великие препятствия строятся. (В Америку. Кушнерчуку). Мир Вам, Николай Иванович, и ва- шеей семье, и вашим друзьям. Записи Азарова М.И. нам очень понравились. А рассказы Бойко Н.Е. я тиражировал и распрост- ранял сам ещё раньше во многих экземплярах. Наши записи были записаны много чище ваших. Сие свидетельство Михаила Ивановича есть ли где на бумаге, в книге? Оно настолько мне понравилось, что я решил перепечатать его и издать в книге своей, хотя бы страниц на 35, выборочно. Посылаю четыре диска DVD. Там многое найдёте. А отдельно один диск, там беседа в г. Фрунзе была и там говорит ваш отец. Других записей с его голосом не нашёл. В книге «Для слова Божия нет уз» Вы найдё- те описание нашей деревни, лагеря-стана, наших занятий, суда надо мной. В 15 томе «…открытым оком» 74 свидетельства, как люди пришли в нашу общину, как уверовали в Иисуса Христа. Пересылка дорого стоит. Недавно мы посылку в Армению прово- дили с книгами, она обошлась только за пересылку – 100 долла- ров. Это половина моих книг. Теперь нужно ещё одну посылать

– ещё столько же – не считая стоимости самих книг. Но обраще- нием новых душ всё окупается сторично. Мною выпущен в свет, издан трёхтомник «Нового Завета» с толкованием каждого сти- ха святыми отцами церкви Христовой и с толкованием книги

«Откровение Иоанна Богослова». Каждая книга по 752 стр. Ваш отец Иван Данилович был на процессе надо мною в 1986 году в июле-августе. Так что он был среди сочувствующих. Сохрани- лась и такая фотография, где он среди вышедших после суда. Отец ваш приезжал уже из Америки ко мне и очень жаловался на своих баптистов, которые взяли у него в долг 3 тысячи долла- ров и не отдали ему. Конечно, это не столь великие деньги, но

ему было обидно. Я только за один последний месяц заплатил за издание своих книг 17 тысяч долларов. Хотя я получаю пенсию, в переводе на доллары – 65 долларов в месяц. Этих денег не хватает даже на плату за жильё. Но у меня всё есть, я преизоби- лую моим Господом. И за 7 лет последних уже издал 32 книги. Разве это не чудо? Сейчас действует уже программа президентс- кая о привлечении эмигрантов русских на родину. Но как и через кого это, я не знаю. Им дают деньги какие-то на перевоз багажа и переезд и ещё на устройство. Этой программе уже по- чти 2 года. Узнавайте там в посольстве поточнее. Храни вас Господь Бог. Как получите, сразу сообщите. Игнатий. 10.03.08. Плач.1:20 – «Воззри, Господи, ибо мне тесно, волнуется во мне внутренность, сердце мое перевернулось во мне за то, что я упорно противился Тебе; отвне обесчадил меня меч, а дома - как смерть». Ис.16:3 – «Составь совет, постанови решение; осени нас среди полудня, как ночью, тенью твоею,

укрой изгнанных, не выдай скитающихся».


Потоп окончился и отошла вода, Сокрылась в глубь, в земные недра, Забылось и затёрлось горе без следа, Не бредни, а лога на память вредным.

Напрасно тужатся глупцы и тунеядцы По наблюденью, – смотрят за погодой. Оледенение пророчат очень ясно,

Об атмосфере, ни к чему не годной.

Что потепление растопит полюса И океан утопит континенты,

Тайфунам, смерчам сутками плясать, И избавленья от потопа нету.

Так говорят и пишут мудрецы, Учеными их нарицает челядь, Но кто они, их всех перетряси,

Такие мягко бедным не постелют. Но радугу – знаменье в семицветье — Бог Иегова распластал по небу,

Знак милости, и пусть умолкнет скептик, И не пророчествует спьяну и сослепу.

Бог милосерд и любящ наш Господь, Не наведёт всемирного потопа,

Дожди из серы, копоти, кислот,

Прольются язвами с нарывами все скопом.

И далее, при самом при конце, Огня лавина, как при изверженье;

И дьявол скованный на время скинет цепь, Потоком хлынет всё для устрашенья,

Дабы покаялись и к Богу обратились, Христа Спасителем приняли добровольно. Творец с избытком изливает милость Тому, кто всюду оказался проклят.

Любуйся же рассветом и закатом, Луну и звёзды примечай в просветах,

Момент молитвенный для размышленья схватим,

Для зимних дней накопят лишь аскеты. 28.01.08. ИгЛа


Вопрос 3766: Вот Вы похвалили брошюрку игумена Петра Ме- щеринова. Может, поближе бы с ним познакомиться и послать ему Ваши книги для пользы общего дела?

Ответ: Я это именно и сделал на следующий же день после прочтения его брошюрки.

Мир Вам, о. Пётр. Внимательно, с выписками прочитал не- сколько раз вашу брошюрку «О некоторых наших ошибках». Узнал, есть ли ещё в книжной лавке эти «ошибки»,чтобы пода- рить близким. Название брошюры несколько удлинённо, но всё же в нём не хватает по крайней мере ещё двух слов. «Всего лишь о некоторых наших ошибках». Обратил внимание на эту брошюрку потому, что в ней мысли, очень уж схожие с моими.

О.Пётр. То, что Вы написали – всё верно. Но это только малая часть того, что и отчего. В «Литературной газете» за 11-17 окт.2006 г. стр.8 статья «Православный миссионер в ХХ1 веке» про Андрея Кураева. Он побывал на Востоке и делает заключе- ние, что если не будет проповеди о Христе, то через 50 лет будет не Московский патриархат, а Московский халифат. Сетует на то, что 6 столетий не смогли в пустыню послать к таурегам ни одного Кирилла с Мефодием, а налоги с них брали. Опять же и Андрей не договаривает, что всему виной были монахи, и вот почему. (Выдержки из книги Сидорова о монашестве, угробив- шем живую проповедь, и всё в пустынях их засыпано ныне пес- ками). Даже Златоуст, воспевавший монашество, понял это только тогда, когда уходил навсегда с патриаршей кафедры, будучи при- вязанным за шею к колеснице – стал распускать монастыри, побуждая идти к своему народу кельтов-монахов, чтобы донести туда свет благой вести. На Руси никогда не было проповедано Евангелие как должно, замечает Н.С.Лесков. Послы князя Вла-

димира, не знавшие ни слова по-гречески, были потрясены пом- пезностью византийского богослужения и им это померещилось похожим на небо, как они его себе представляли. А если бы в это время их привели в общину, где в горнице Апостол Павел пропо- ведует, они бы ни во что поставили его и эту невзрачную обста- новку. Кто и когда в России говорил вот эти слова Павла, кото- рые для многих священнослужителей кажутся сектантскими и неверными?! Фил.1:27 – «Только живите достойно благове- ствования Христова, чтобы мне, приду ли я и увижу вас, или не приду, слышать о вас, что вы стоите в одном духе, подвизаясь единодушно за веру Евангельскую». Не было бла- говествования, а значит и спрашивать не с кого. И нельзя подви- заться за веру, которую не открыли монахи, пришедшие с Влади- миром. А привезли штыковые лопаты и пошли после обеда рыть Киевские горы. И в этом не было покаяния. Покаяние должно быть полным. Таким, как покаяние зарубежного синода перед старообрядцами. Не просто признать обряды равноспасительны- ми, а заглянуть под полог прошлых мучительств, – не там ли главное, что разделяет нас. «Мы со скорбью признаём, что вели- кое гонение нашей церкви в прошедшие десятилетия отчасти может быть и Божиим наказанием за преследование чад старо- го обряда нашими предшественниками». 13/26 октября, 2000 г. Монастыри должны готовить кадры для миссионеров и обес- печить достойную старость благовестникам Христовым. 18.03.08. 1Фесс.2:8 – «Так мы, из усердия к вам, восхотели передать вам не только благовестие Божие, но и души наши, потому что вы стали нам любезны».


Похож на хлеб нетронутый булыжник, – Нам вместо хлеба камень подают, Рассмотришь, если по зубам, поближе,

Когда им бьют, то истинно – каюк. Но ни один отец чадолюбивый

Не даст ребёнку вместо хлеба камень; Камнями теми тысячи побили,

Таким, быть может, пользовался Каин.

Просящий рыбу у отца родного Получит ли змею из рук отцовских? Не тем ли более, Создатель Иегова,

Как мать-кормилица с готовой соской. Яйцо просящий, явно без подвоха, Получит ли на гибель скорпиона?

Вот так же и у Бога Саваофа, –

Он любит всех, как детище Сиона.

Так сладостно, надёжно и тепло Взывать к Отцу Небесному с доверьем. Он знает вкусный приготовить плов, Халвы восточной доверху отмерит.

Отец!.. О, Авва, Отче милосердный, Что значит человек в Твоих очах! Исполосованному бедами, как зебре, Даёшь воды, росток чтоб не зачах.

И полнится душа до преизбытка Нездешней благодарностью с осанной; Не отречётся даже и под пыткой,

Сольётся с ангельскими в небе голосами. На что ни брошу благодарный взгляд, Во всём Твоей заботою укутан;

И даже если враг забьёт нам кляп, Но и тогда хвалить не хватит суток.

Душа томится в суете шумливой, И, хлеб насущный с рыбою вкушая,

Спешит пролить благодаренья ливни,

Укутана в мороз Твоей заботой-шалью. 21.02.08. ИгЛа


Вопрос 3767 Что-то давно не комментируете новые книжки в православии. Есть ли там что, достойное внимания?

Ответ: Про все я не могу сказать, а вот есть некоторые, даже вполне близкие мне по духу. Удивительно, как осмелели попы. Или уж действительно почувствовали, что если так и продол- жать, как у них везде, то скоро придётся храмы отдавать мусуль- манам и сектантам.

«О некоторых наших ошибках». Игумен Пётр (Мещеринов). Даниловский благовестник. М.2007. Данилов мужской монас- тырь. Приглашение к диалогу. 48 стр. 10.000 экз. По благосло- вению патриарха Алексия II. (Игумен Пётр – насельник Дани- ловского монастыря, преподаватель патриаршего центра духов- ного развития детей и молодёжи, автор многих статей по насущ- ным вопросам современной церковной жизни).

Стр.4. «Благовествование Христа и спасения в Нём, как сути церкви нередко подменяется проповедью внешней церковности. В основе этого лежит мысль привести человека к Богу через обряд, причём последний может восприниматься с известной до- лей магизма. По образному выражению одного батюшки, мы склон-

ны проповедовать купола и колокола, а не Христа и нравствен- ную жизнь. Часто можно услышать такие, например, «советы новоначальным»: «Ты вот постись, ходи в церковь, читай такие- то и такие-то молитвы, съезди обязательно в такую-то обитель к старцу, отслужи молебен такой-то иконе» и проч., и проч. На- ставляемый говорит: «Да я не понимаю ничего, что в церкви происходит, и молитвы мне не понятны…» На это следует такой ответ: «Ну и ничего, что ты не понимаешь. Главное, что бесы понимают, а тебе и не надо ничего понимать», - то есть как бы всё само собой, автоматически, где-то там на небе произойдёт, а ты только выполняй то-то и то-то. Это и есть магизм».

Стр.6. «Спросил как-то молодого человека, который ходил к протестантам: почему так, что его не «устраивает» в правосла- вии, и он ответил: «Я два года ходил по московским храмам и слушал проповеди. И в 90% проповедей я не слышал ничего о Христе и Евангелии. А у протестантов хоть как-то говорят».

Стр.11. Отмечу две причины: принижение роли Священного Писания и неправильное восприяние Священного предания цер- кви. «Две стихии, церковь Божию питающие, суть Слово Божие и Таинства», – писал Феофан Затворник. Евангелие и всё Свя- щенное Писание дано нам Богом для того, чтобы мы узнавали из него волю Божию и жили в соответствии с ней. Св. Писание потому должно преимущественно изучать христианам. Преп. Серафим Саровский советовал так навыкнуть Новому Завету, что- бы ум как бы «плавал» в словах Писания. Преп. Антоний Вели- кий говорил, что на всякое дело, делаемое нами, мы должны иметь свидетельство Св. Писания. Однако в нашей повседневной жиз- ни оказывается нередко, что не очень-то оно интересно и нужно православным. Не раз я сталкивался с тем, что человек и в цер- ковь ходит, и в Таинствах участвует, и считает себя православ- ным, и даже активно борется за православие – а Новый Завет не только не знает, как должно, но даже и целиком-то не прочитал. Есть и «объяснение» этому. Евангелие-де, идеал, а мы – люди грешные, нам до идеала далеко. Конечно, Евангелие указывает нам на Идеал – Христа Господа; но само Евангелие вовсе не идеал, а, выражаясь современным языком, точная и неотменимая инструкция в жизни, без постоянного соблюдения которой ника- кое христианство не возможно. К сожалению, когда мы стремим- ся воцерковить своих ближних, редко мы обращаемся к Св. Пи- санию. Между прочим, протестанты подкупают молодёжь в том числе и тем, что они активно изучают Писание. Мы беспокоимся, как нам противостоять сектантам? А вот начать с того, чтобы

Евангелие перестало быть для нас только святыней для лобза- ния, а стало активно воплощаться в нашей жизни – и в образе мыслей, и в образе действий. Мы же из церкви делаем этнографи- ческий музей. Мы же, погружаясь в дебри аскетической письмен- ности, не только не приобретаем, но и теряем эти качества. Нас интересуют глубины Иисусовой молитвы, абсолютные послуша- ния, мистические духовничества, типиконное постничество и пр. Гоняясь за этими журавлями в небе, мы нередко выпускаем из рук синицу обыкновенного человеческого здравомыслия. И по- лучается так, как сказал свт. Василий Великий высокопостав- ленному чиновнику, начитавшемуся книжек и ушедшему в мона- стырь: «Ты и сенаторство потерял, и монахом не сделался». При- обретя ангельский чин, смотри, не утрать человеческого».

Стр.17. «Без Христа всё абсолютно бессмысленно, пусть даже и в церкви. Двоеверие – явление, традиционное для Руси. харак- теризующееся принятием и усвоением обрядовой стороны право- славия, при том, что дух жизни остаётся языческим. Не копируе- мое теперь, как раньше (в царской России) целенаправленными пастырскими усилиями, получило широкое распространение. Всё церковное, к чему прикасается язычество, профанируется и опош- ляется, так что многие люди под церковью понимают не Христа и христианскую жизнь, а Масленицу, Красную горку, яблочные и прочие «Спасы», «народные приметы» и тому подобные вещи. Отсюда и происходит «птичий язык». Может ли наше спасение быть медовым? Можно ли Господа нашего Иисуса Христа на- звать «яблочным»? Вот это и есть самый настоящий лубок, – когда мы говорим о куличах и пасхах. Особо посвящённое лицо, жрец или маг, должно точно выполнить то или иное обрядовое действие; и если оно правильно совершено, если учтены все зна- чимые потусторонние обстоятельства дела, то результат гаранти- рован, независимо от внутренних расположений сердца человека, от его веры, взглядов, дел, нравственного состояния и пр. Главное


Вопрос 3768: Вам подарили мобильник и теперь Ваша связь с отсутствующими ещё более активной стала? Что на SMS?

Ответ: Только доброе и только духовного содержания. Лентой идут сообщения. И я их все до одного переписываю на всякий случай, сохраняю. Вот только что получил последние:

«Добрый вечер. Простите нас ради Христа и помолитесь о нас, чтобы Господь дал рождение свыше всем нам». 09.03.2008г.

«Дорогой отец! Слушаю тебя каждый день (в записях). Все твои благословения стараюсь исполнять. Твои книги очень ин- тересны. Пересылайте через Ереван книги, ибо сюда почта из России не доходит. Читаем ваши стихи, благодарим. Всё здорово и правда! Послали вам письмо. о.Наум. Тбилиси». 25.02.08.

«Ваши книги – железобетон! Никому и никакой кувалдой их не разбить! Но и жить по ним не смогут, а это будет набирать постепенно силу. Я так думаю. Но писать и издавать нужно, а то задохнёмся без святого Слова и без обличения». Россия. 10.03.2008. о.Иоанн.

За последние три месяца вообще я не потратил на мобильник ни рубля – денег нет и свои желания дать ответ умягчаю тем, что получаю. Благодарю Бога за тех изобретателей, которые создали компьютер и программы к нему. Я целыми днями сижу и печа- таю и сам верстаю. С такой скоростью выпускать книги было бы абсолютно немыслимо раньше, когда не было компьютеров. При- том расположение текста, шрифт какой – всё это я сам сообра- жаю и манипулирую кнопками сам же. Чудо и в том, что Бог посылает средства и притом как раз столько, сколько и нужно на сегодня. Пр.13:7 – «Иной выдаёт себя за богатого, а у него ничего нет; другой выдаёт себя за бедного, а у него богат- ства много». Пр.30:8-9 – «суету и ложь удали от меня, ни- щеты и богатства не давай мне, питай меня насущным хлебом, дабы, пресытившись, я не отрёкся [Тебя] и не ска- зал: «кто Господь?» и чтобы, обеднев, не стал красть и употреблять имя Бога моего всуе».


«Почему евреи-старики

Ум связали с тленным, а не вечным?» – Так еврей знакомый говорит,

С ним сидим до звёзд мы на крылечке.

Я смотрю на тучи, в их разрыв,

На мельканье звёзд без звездопада, Слушаю, как друг мой говорит, Нашей дружбы закадычной ради.

Строг он, ревностен, почти самозабвенен, Молится со всхлипом он за свой народ.

Жили бы они со мной в деревне, Стал бы тем жидам он поперёк?

Всё зависит от любви к Христу, Всё от ненависти давней к Иисусу, Там плоды содомские растут,

И сознанье сумрачное тускло. Нет, мой друг, еврей всегда умён, Только ум без Бога злобой страшен. Где родился мудрый Соломон?

Бог ему открылся разве зряшно?!

Божий Сын явился в виноградник. Глупость в том, что распяли Его,

И с тех пор их бьют всё те же грабли, – Этого не видит разве уж слепой.

Кровь пророков вопиёт доныне, –

Вот страшнейшая в еврействе катастрофа, Кровь Христова на Талмуде стынет.

Просчитались, словно бомжи-рохли.

Всю историю до нынешних времён, Сидя с другом вслух перебираем.

Ум злодейский числится умом, Но без благодати не увидит рая.

Знаешь, друг, пойди к израильтянам, Возвести евреям о Мессии.

Бог усеял мир еврейскими костями,

Иегова оживить их не бессилен. 22.02.08. ИгЛа


Вопрос 3769: Занимается ли кто-нибудь ещё переводом Библии на иные языки, кроме Библейского Общества?

Ответ: Всех не знаю, но есть сведения, что есть такие люди, неведомые нам. Журнал «Фома» №7/39, июль 2006, стр.59-63.

«ЕВАНГЕЛИЕ ПО-ЧУКОТСКИ». Зачем вновь и вновь перево- дить Библию? Мы так привыкли к русскому (Синодальному) переводу Библии, что порой забываем: в России живут множе- ство иных народов. Как же им услышать Слово Божие на сво- ём родном языке? Делаются ли такие переводы и кто этим занимается? Какие тут возникают сложности? Как люди от- носятся к этим новым переводам? Мы беседуем с Андреем ДЕС- НИЦКИМ, сотрудником Института перевода Библии.


Андрей Сергеевич ДЕСНИЦКИЙ родился в 1968 году в Моск- ве. Окончил филологический факультет МГУ. Кандидат филоло-

гических наук, специализируется на библейском иврите. Автор многих научных и публицистических статей. Работает в Инсти- туте востоковедения РАН и Институте перевода Библии.


И как же именно у вас строится работа над переводом? Начнём с того, что каждый перевод на тот или иной нацио-

нальный язык – это отдельный проект, здесь работает не один человек, а целая команда. Во-первых, переводчики. Иногда один, иногда несколько. Это обязательно носители того языка, на ко- торый делается перевод. Они должны владеть своим родным языком мастерски. Обычно это писатели, журналисты, учёные, бывает, что и профессиональные переводчики. Другое требование к переводчику – это открытость христианскому видению мира.

Мы не требуем, чтобы он был верующим христианином. Среди наших переводчиков есть мусульмане, буддисты и неверующие.

А почему вы не требуете, чтобы переводчик обязательно был христианином? Разве христианин при прочих равных не переведёт лучше, вернее?

Да просто потому, что среди некоторых народов христиан – единицы или десятки, и найти среди них такого, который мастер- ски владел бы словом на своём родном языке – очень и очень непросто. Иногда их и вообще нет.

Ну, хорошо, переводчик выполнил свою работу, принёс пере- вод... Что происходит дальше?

Дальше с переводом работает богословский редактор. Как пра- вило, русский или иностранец, хотя бывает, что и представитель того же народа, что и переводчик. Например, якутский богослов- ский редактор у нас – якутка Саргылана Леонтьева, чеченский – чеченец, имени которого я, разумеется, не назову по соображени- ям безопасности. Богословский редактор – это обязательно хри- стианин, который более-менее знает язык перевода, а также древ- нееврейский, древнегреческий, который получил систематическое образование в области богословия и в области лингвистики. Бо- гословский редактор вместе с переводчиком выправляют текст, чтобы при переводе не исказился смысл. Затем с текстом начи- нает работать филологический редактор. Это – носитель языка, знающий его в совершенстве. Его задача - выправить стилисти- ку, добиться красоты. Естественно, все его правки просматривает богословский редактор, чтобы в текст не вкралось что-то, проти- воречащее оригиналу. Затем происходит апробация перевода. Его дают на прочтение носителям языка, а после задают вопросы: что вы поняли из прочитанного, что понравилось, что осталось непонятным. Далее перевод попадает к консультанту. Он следит за выполнением общих требований и служит чем-то вроде ОТК, добивается, чтобы перевод отвечал высоким стандартам.

А что из Священного Писания вы выбираете для перевода? По-разному. Это очень сильно зависит от конкретной ситуа-

ции. Разные языки, разные регионы... Здесь не Устав строевой службы, чтобы все было единообразно. Но, как правило, начина- ем мы с Евангелия от Луки. Почему именно от Луки? Ну, во- первых, потому, что следом за Евангелием мы обычно переводим Деяния святых Апостолов. А поскольку Деяния также написа- ны Апостолом Лукой, то получается самая естественная пара. Во-вторых, Евангелие от Луки понятнее нашим читателям. Оно не настолько погружено в реалии Палестины I века, как Еванге-

лие от Матфея, не так сложно богословски, как Евангелие от Иоанна. Да и в литературном отношении оно превосходит Еван- гелие от Марка. Далее – по-разному. Общий принцип – сначала переводятся Евангелия и Деяния, затем Послания святых Апос- толов и Откровение Иоанна Богослова (Апокалипсис). К перево- ду Ветхого Завета мы приступаем лишь тогда, когда работа над Новым близится к завершению. Однако и от этого правила мы начали отступать – в случае перевода на языки народов, испове- дующих ислам. Дело в том, что для мусульманина Ветхий Завет

– во многом то же самое, что и для христианина. То есть история людей, которых он почитает святыми и пророками. Но в Коране о них в основном лишь краткие упоминания, а полноценного рассказа нет. Поэтому исламская аудитория очень хорошо вос- принимает избранные места из Ветхого Завета. А вот к Еванге- лию отношение уже сложнее, исламскому сознанию чуждо име- нование Иисуса (пророка Исы, как они Его называют) Сыном Божиим, эти места вызывают отторжение. Но хуже всего чита- тель-мусульманин воспринимает послания Апостола Павла, по- скольку богословие Павла кардинально отличается от исламско- го. Конечно, перевести целиком всю Библию на язык каждой российской народности пока для нас нереально. Полностью пе- ревести всё Священное Писание мы собираемся только на те языки, на которых говорит большое количество людей – напри- мер, татарский, чувашский. А там, где носителей языка – не- сколько сотен или даже десятков, причём неизвестно, сохранится ли вообще этот язык – мы переводим именно Евангелие. Ваши переводы Евангелия и апостольских посланий исполь-

зуются при богослужении на этих языках?

Всё зависит от конкретной ситуации. Где-то да, где-то нет. Например, в Якутии используются. Якутский проект – это вооб- ще пример очень успешного сотрудничества с епархией, мы все- гда встречали там самое тёплое отношение и искреннюю заинте- ресованность. Так вот, в Якутии наш перевод Нового Завета заз- вучал в храмах уже на стадии апробации. Но так происходит не везде – прежде всего потому, что далеко не везде существует богослужение на местном языке. А где-то пользуются перевода- ми богослужения, которые сделали русские миссионеры в начале XIX века. Естественно, язык почти за два столетия изменился настолько, что сейчас по степени удалённости от разговорной речи эти переводы можно уподобить церковнославянскому язы- ку в сравнении с русским. Возьмём, к примеру, Алтай. Там рабо- тал преподобный Макарий (Глухарев) и его ученики. Они пере-

вели Евангелия, некоторые богослужебные тексты, но даже пол- ного Нового Завета не оставили. И сейчас богослужение на ал- тайском там очень мало где совершается. Несколько лет назад по-алтайски вообще служил только один священник-алтаец в удалённом горном селе. А в основном служат на церковносла- вянском. Старые алтайские переводы уже почти никому не по- нятны, и даже консервативно настроенные люди там считают, что богослужебные тексты и молитвослов переводить надо зано- во или, по крайней мере, исправлять старые переводы. Но вообще мы не ставим себе целью, чтобы наши переводы не- пременно читались в храме на богослужении. Они всё-таки пред- назначены для домашнего чтения, а уж использовать ли их в богослужебной практике – решать самим верующим. Хватает ли в языках малых народов словарного запаса, что-

бы вместить суть Священного Писания?

Такой вопрос наверняка задавали и Кириллу с Мефодием. Сла- вяне IX века были ничуть не более развиты, чем нынешние ма- лые народы России. Кстати, выражение “малые народы” я вооб- ще очень не люблю. Лучше говорить “национальные меньшин- ства России”, тем более что у нас всё-таки не Папуа Новая Гви- нея, где люди совсем недавно жили в каменном веке и не знали вообще ни о чём, что творится за пределами их мирка. У нас достаточно обширное информационное пространство, и люди хо- рошо знакомы с самыми разными идеями и представлениями. Например, когда спрашиваешь, есть ли у них представление о Едином Боге, Творце этого мира, в огромном большинстве случа- ев отвечают: “Да, наши предки в Него верили”. Так говорят практически все тюркские народы о Боге, Которого называют именем Тенгри, у них это творец неба и земли, верховное боже- ство. Вот в чукотском языке – там действительно нет слова, обозначающего Бога как Личность. Представление о духах, о природных силах есть, но не о Боге. Видимо, из-за того, что чукчи жили очень обособленно и до них не добирались ни христианс- кие, ни мусульманские миссионеры. Проще всего работать с ис- ламскими языками, потому что в них почти вся терминология присутствует. “Грех”, “покаяние”, “святой” – всё это есть, хотя и несколько иначе понимается, чем в христианской традиции. Однако и у народов, не знакомых с монотеизмом – буддистов, шаманистов – всё равно есть какие-то представления о добре, зле, Боге, человеке. Разумеется, в Библии эти слова имеют другой, гораздо более глубокий смысл, и к этому смыслу читателю пере- вода всё равно надо будет пробиваться. Но то же самое можно

сказать о неверующем русском, впервые открывшем Библию. Он тоже далеко не сразу начинает её понимать. Наша задача – уб- рать лингвистический барьер. А как это слово отзовётся в душе читателя – это, в конце концов, тайна его и Бога. Но чтобы он мог прочитать это слово и понять его не на полузнакомом языке, а на своём родном – для этого мы и работаем. Кстати, бывает, что в языке, на который мы переводим, вообще не существует пись- менности, или этой письменностью практически никто не владе- ет. В этом случае мы делаем аудиозаписи наших переводов и распространяем их. В результате люди получают возможность если не прочитать, то хотя бы услышать Библию на своём род- ном языке. А бывало и так, что создавался алфавит для прежде бесписьменного языка.

Что труднее всего при переводе?

Прежде всего – это сопротивление языка. Язык зачастую про- сто не позволяет сказать то, что ты хочешь. Вот пара примеров. Алтайский язык. Дословно перевести “Христос воплотился” не- возможно, и мы попробовали так: “Христос с плотью пришёл”. Но плоть по-алтайски “эт-кан”, дословно – “мясо-кровь”. И ког- да это перевели, то получилось “Христос с мясом-кровью при- шёл”. Для алтайцев, народа кочевого, мясо и кровь – это два основных продукта питания. И получилось, будто Христос при- шёл с продуктами, людей накормить. В результате пришлось перевести: “Христос стал человеком”. Второй пример. Таджикс- кое Евангелие от Иоанна. В шестой главе есть такая фраза: “Я хлеб жизни. Ваши отцы ели манну в пустыне и умерли”. По- таджикски “я”, “меня” и все косвенные падежи – “ман”. И манну перевели как “манн”. Правда, с двумя “н”, но на слух это абсо- лютно не воспринимается, да и глаз может этого не увидеть. Получилось: Ман (то есть Я) – хлеб жизни. Отцы ваши ели манн в пустыне и умерли. Получается – “ели Меня в пустыне и умерли”. Пришлось переводить: “отцы ваши ели пищу, называе- мую манн, в пустыне, но умерли”. Мы вынуждены были добавить “но”, чтобы стало понятно: они умерли не оттого, что ели эту пищу, иначе получалось, что они съели что-то не то – и умерли. И таких примеров – множество. Вот шорский язык, это Южная Сибирь, Новокузнецкая область. Как перевести на него евангель- скую фразу “не собирают с терновника винограда”? В шорском языке нет слов “терновник”, “виноград”. Попробовали перевести так: “не собирают с колючих кустов хороших ягод”. Получилось глупо, потому что с колючих кустов хорошие ягоды очень даже собирают: крыжовник, облепиха, ежевика... В итоге пришлось

“колючие кусты” и “хорошие ягоды” заменить на какие-то конк- ретные местные растения. А вот как быть с важнейшим библей- ским словом “Агнец”? Ясно, что при переводе на языки народов Кавказа или Средней Азии тут никаких проблем не возникает. А как это перевести на чукотский? Можно, конечно, было просто поставить русское слово, в принципе читатели поняли бы. Но тогда потерялись бы важные смысловые оттенки – нечто ма- ленькое, нежное, трогательное. Мы рискнули превратить “агнца” в “оленёнка”. Ведь чукчи – оленеводы, и оленёнок для них зна- чит то же, что ягнёнок для кавказца или узбека. Другая труд- ность – это сама структура языка. Наш русский язык, как и церковнославянский, и греческий, относится к индоевропейской семье. Но таких языков в бывшем СССР немного – осетинский, таджикский... А в основном – это тюркские или угро-финские языки. И если дословно перевести на них русский или греческий текст Писания – получится полная белиберда, даже если не при- дётся изобретать новые слова. Поэтому подчас приходится ре- шать сложнейшие языковые задачи, чтобы передать хотя бы смысл библейского текста, не говоря уже об интонации и литературных особенностях.

И как к вашей работе относится местное население?

Есть три типа реакции. Первая – “нам это не нужно”. То есть, мы не христиане, мы буддисты-шаманисты, и это подорвёт нашу национальную идентичность. Вторая реакция – крайне положи- тельная. Причём аргументация та же самая, только с другим знаком. Люди чувствуют, что перевод Библии на их язык сразу повышает его статус. Язык, на котором существует Священное Писание христиан – это серьёзно. То есть люди понимают, что мы содействуем развитию их национальной культуры. И, нако- нец, третий вариант – собственно христианский, когда верующие получают возможность читать и слышать Слово Божие на своём родном языке. Но вот что интересно: нередко к нашим перево- дам хорошо относятся представители нехристианских религий. К примеру, на презентации тувинского Нового Завета были и лама, и шаман, и оба одобряли появление этой книги. Другой пример: выпустили мы перевод Евангелия на язык одно- го из народов Северного Кавказа, и дали один экземпляр мулле в маленькой деревушке. Спустя какое-то время вернулись и спро- сили, понравилось ли ему. Он сказал: это очень хорошая книга, теперь у меня всегда есть о чём сказать проповедь во время пятничной молитвы. Я читаю отрывок из этой книги и говорю проповедь про пророка Ису: как Он учил, как поступал – вот и

вы так же поступайте. Был случай, когда переводчица, ревност- ная мусульманка, обратилась к муфтию с вопросом: можно ли ей переводить Евангелие, не погрешит ли она тем самым против Аллаха? И муфтий сказал: «Переводи. Причём имей в виду, ты столкнёшься с тем, что вызовет у тебя неприятие, смутит как мусульманку. Но ты не можешь это изменять, переводи как есть». Конечно, не всегда отношение такое доброжелательное. Правда, с силовым противодействием со стороны мусульман нам сталки- ваться не приходилось, но слышать много обидного доводилось. Хотя неприятие нашей деятельности исходило не столько из богословских, сколько из националистических соображений. Люди говорили: “мы татары, а значит, мусульмане”. То есть им каза- лось, что чтение Библии на их родном языке сделает их в мень- шей степени татарами, чем раньше. Но, возвращаясь к примеру с кавказским муллой, хочу заметить: есть два разных способа быть правоверными мусульманами. Первый – ничего не зная о хрис- тианстве, ненавидеть “гяуров”. А второй – узнать, о чём же гово- рят христианские священные книги, и понять, что из этого близ- ко и мусульманам. Вряд ли из-за этого они станут христианами, но относиться к христианам будут более здраво. Мне кажется, что борьба с терроризмом должна вестись не только полицейски- ми, но и такими вот методами.

Но всё-таки были случаи обращения в христианство? Иногда наши переводчики, мусульмане или язычники, прини- мали крещение. И это не единичные случаи. Мне, кстати, в ос- новном попадались обратившиеся в Православие. То есть видно, как Слово Божие воздействует на сердца людей. Причём ведь никто из нас не агитировал их, не взывал к “корпоративной солидарности”, не обещал зарплату повысить... Это был осознан-

ный, свободный выбор.

А как к вашей деятельности относятся православные? В основном, доброжелательно. Институт имеет благословение Святейшего Патриарха Алексия, и это не просто формальность – он постоянно проявляет интерес к нашей работе. Во всех епар- хиях, где мы работали, правящие архиереи поддерживали нас, понимали необходимость нашего труда, были благодарны. Боль- шинство священников по отношению к нам настроены так же, хотя бывают и исключения. Не все понимают, чем мы занимаем- ся, кого-то смущает, что не все из нас православные, что в работе переводческих групп участвуют и протестанты. Так, например, когда мы делали апробацию Евангелия на гагаузском языке, пе- реводчиком был протестант. Когда об этом узнали в местном

православном приходе, то прекратили с нами отношения. Дес- кать, перевод, сделанный протестантом – это ересь “по определе- нию”. Что тут сказать? Никто не обещал, что будет легко. Слово Божие, как и две тысячи лет назад, не только объединяет людей, но и разделяет. Как и две тысячи лет назад, оно вызывает споры и раздоры, причём порой и среди своих. Кто-то не понимает, за- чем вообще снова и снова переводить Библию. Кому-то кажется, что желающие услышать Слово Божие обязаны продираться сквозь языковые барьеры, в совершенстве овладевать русским. То есть они заведомо “налагают на людей бремена неудобоноси- мые”. Мне кажется, это неверный, какой-то начётнический под- ход. Иногда его причина – равнодушие к тем, кто пока ещё не услышал Благую Весть. Мол, кого Бог хочет спасти, тех Он Сам приведёт в ограду церковную, а прочие всё равно обречены. Я же считаю, что долг христианина – нести Слово Божие тем, кто еще его не слышал. Не нам решать, кто его достоин, а кто не достоин. Людям надо дать возможность услышать Христа – при- чём на их родном языке. К счастью, большинство православных, с которыми мы сталкивались в работе над нашими проектами, это понимают. Институт перевода Библии – структура светская, среди его сотрудников есть и православные христиане, и протес- танты, и мусульмане, и неверующие. Однако Институт имеет бла- гословение Святейшего Патриарха Алексия, который проявляет непрестанный интерес к его деятельности. Институт перевода Библии был создан в 1973 году частными лицами – христиана- ми из стран Скандинавии, США и Канады. В советское время он располагался в Скандинавии, в начале 90-х годов, после падения идеологических барьеров, его деятельность была перенесена в Россию. Задача Института – перевод Священного Писания на языки неславянских народов бывшего СССР. В Советском Союзе этим никто по понятным причинам не занимался, а между тем у нас были самые крупные языки, на которых не существовало ни единой страницы Библии – например, узбекский, на котором го- ворили 20 миллионов человек. Помимо Института перевода Биб- лии, переводом Священного Писания на языки народов России последние несколько лет занимаются также Российское Библей- ское Общество и Летний институт лингвистики (SIL). С обеими этими организациями Институт перевода Библии тесно сотруд- ничает. Виталий КАПЛАН. Деян.2:8-11 – «Как же мы слышим каждый собственное наречие, в котором родились. Парфяне, и Мидяне, и Еламиты, и жители Месопотамии, Иудеи и Каппадокии, Понта и Асии, Фригии и Памфилии, Египта и

частей Ливии, прилежащих к Киринее, и пришедшие из Рима, Иудеи и прозелиты, критяне и аравитяне, слышим их наши- ми языками говорящих о великих [делах] Божиих


Почему пророки не льстили никому, Авторитет нередко истрачивали зряшно?! Их поприще вело под камни и в тюрьму, –

Хотя борьба с грехом – без проигрыша тяжба.

Им разве чужд спокойный был уют, Детишек лепет, женские объятья?

Такое впечатление, что спор им дюже люб, Хотя, как Илия, бежали без оглядки.

Пророки древности оставили пример Бояться даже мысли компромиссной. Народ любя, тащили всех от скверн, –

Таких плешивых сколько оборвалось миссий?

Так почему их Бог не сохранил,

А верх одерживали лютые невежды?

На место же Илия рождался Самуил, – Подобное с годами повторялось реже.

На всё пространство бывшего Союза Кто Божью волю точно возвещает,

Не о себе, чтоб думал, а только об Иисусе, Радел о выспреннем, не маялся с вещами?

Из «почему» по сердцу, по уму,

Быть может, Даниил, как муж желаний

В России вызвездится после столетних мук, – Не дым кадильный, а из уст их пламень.

«Вот – я! – Исаия однажды не стерпел, – Пошли меня к изъязвленным в столицу». Князья содомские не смоквы, а репей,

Они смердят надушенные, не подобраться близко.

А если бы пал жребий на меня, Хватило б духу к алчущим пробиться,

На славу человеческую дух не разменять, И передать народу Евангельские мысли?

Ко мне пошли, Господь, таких пророков! Узнать бы их, насытить, обогреть,

Быть может, с ними попроситься робко,

И не раскаяться в избранничестве впредь. 11.01.0.8. ИгЛа Вопрос 3770: В книге «…открытым оком» том 24, вопрос 3683 о

Ваших книгах ответ священнику. Сменил ли он гнев на милость в отношении Ваших книг?

Ответ: Оказалось, что не было там гнева. Этот батюшка очень добрый и не раз помогал нашему лагерю-стану. Недавно уже прислал и ответ: «Ни в коем случае не думайте, что я умышлен- но хотел Вас обидеть! Вы сами пишете, что только и получаешь всякую преснятину, а у меня просто нет времени всё читать. Ведь хотелось поделиться с прихожанами Вашими книгами. Задер- живает меня следующее: кто-нибудь не поймёт то или другое. К кому обращаться за пояснением? Ко мне? А так думаю, видя бла- гословение какого-нибудь духовного лица, успокаиваешься. В тот день получил книги протоиерея Александра Шаргунова, которо- го я лично знаю. И что же вижу? На первой странице: «По благословению святейшего патриарха Московского и всея Руси Алексия». Коротко и ясно! Ищу всегда кого-нибудь, который ответственен за своё издательство. Так что не сердитесь на меня. Если хотите продолжать посылать свои книги – посылайте. Но мне скоро не будет воздуха в квартире. Все комнаты завалены книгами, особенно из России – они такие тяжёлые, вроде ваших. Храни Вас Господь Бог и Царица Небесная. Ваш о. Сергий». Январь 2008. А можно было запросто потерять друг друга. Гос- подь уберёг от сего. Разбора книг он и не мог делать, так как, вероятнее всего, ни одной и не читал. Хуже того, когда местные попы лютуют, а сами в руках мои книги не держали. Иов.20:3 –

«Упрёк, позорный для меня, выслушал я, и дух разумения моего ответит за меня». Пр.18:14 – «Кто даёт ответ не выс- лушав, тот глуп, и стыд ему».


Я меньший братьев был, о Боже! И всех в дому отца моложе. Я пас отцовские стада, Но руки отрока тогда

Псалтирь священную сложили.

Персты настроили её, И имя присное Твоё На вещих струнах восхвалили.

И кто о мне Тебе вещал? Ты Сам услышать соизволил,

И Сам мне Ангела послал. И Сам от стад отцовских взял, И на главу младую пролил.

Елей помазанья святой… Велики братья и красивы, Но не угодны пред Тобой… Когда к Израилю на бой Иноплеменник горделивый

Позвал, и я на злую речь Пошёл врагу стопою верной,

Меня он проклял всею скверной; Но я исторгнул вражий меч. И исполина обезглавил, И имя Господа прославил. Л. Мей


Вопрос 3771: Солженицыну тоже задают вопросы и он на них отвечает. Нравятся ли его ответы Вам?

Ответ: Ответы у Александра Исаевича чёткие, ясные. Не заис- кивающие. Это нам пример, как нужно отвечать. Но он всё ведёт от ума, не ссылаясь на мнение Библии. Вот несколько вопросов к нему и его мнение.

Вопрос: В связи с Богровым, который был евреем (убил Столы- пина П.А.), кое-кто упрекает Вас в антисемитизме. Как Вы отве- чаете на эту критику? Ответ: «Критика совершенно безоснова- тельная, вздорная. Самого Богрова я описал абсолютно реально, со всеми подробностями его жизни, его семьи, его идеологии. Это приём вообще бессовестный со стороны тех, кто его запустил в американскую прессу, и непорядочный со стороны тех, кто это повторяет, книгу не читав (Август Четырнадцатого). Я бы пред- ложил, например, такое определение антисемитизма – это при- страстное и несправедливое отношение к еврейской нации в це- лом. Нельзя требовать от художника скрывать истину, какой она была. Нельзя исходить из того, кто как истолкует; надо исходить из того, как оно было. Против «Августа» это использо- вали просто как дубину… Это просто поразительно, до какой степени меня оболгали. В двух странах – в Советском союзе и в Соединённых Штатах – как с конвейера сходят все мнения абсо- лютно одинаковые. Чем это объяснить? Я стал говорить о слабо- стях Запада. Пресса возмутилась. Вознегодовала на мою речь. С этого момента я стал как бы личный враг американской прессы, поскольку я там её коснулся. Говорят, что я будто бы утверждаю, что в России революция сделана руками инородцев, то есть дру- гих народов. Я предупреждал Запад о худшем, что может слу- читься. Потому что всегда вернее готовить себя к худшему. На- чинающим литераторам я бы дал совет ни в коем случае не получать литературного образования. Будешь кому-то подражать. А это не нужно. Любая жизненная специальность обогатит пи- сателя, но не литературная». (т.7. стр.479-494)

Вопрос: Бертран Рассел после встречи с Лениным сказал, что это был наиболее злой человек из всех, с кем он в своей жизни встречался. Ответ: «Можно с этим согласиться. Необычайно злой. Отсутствие всякого милосердия. Отсутствие человеческого под- хода, человечности в отношении к народу, к массам людей. Ко всем тем, кто не идёт точно по его линии. И даже если соратники чуть-чуть отличались, - меньшевики так чуть-чуть откалыва- лись, - то он ненавидел их, он их топтал, поносил последними

словами. Даже не беря слово «зло» в метафизическом смысле, в широком, а вот так, в ежедневном понимании, – да, следует при- ложить это слово к Ленину. Постепенно люди обратятся к ре- альному представлению. Мне кажется, что миф сойдёт, культ сой- дёт. Конечно, отдельные записки и письма Ленина могут быть ещё и по сегодня скрыты. Письмо Ленина об изъятии церковных ценностей страшно похоже на него. А в общем-то и среди того, что напечатано, начнёшь читать – волосы дыбом становятся. И в переписке Маркса и Энгельса тоже ужасные вещи есть. Страшно читать, как они рассуждали, какая у них бандитская тактика по отношению к людям, какие приёмы». 2Тим.3:13 – «Злые же люди и обманщики будут преуспевать во зле, вводя в заб- луждение и заблуждаясь». Пр.26:23 – «Что нечистым сереб- ром обложенный глиняный сосуд, то пламенные уста и серд- це злобное».

Я пал пред Господом в отчаянье великом И громко я взывал: «О, горе нам! Увы!

Погрязшие в грехе превыше головы,

Дерзаем мы предстать перед Господним ликом.

Ещё со дней отцов презрели мы закон, Угасли светочи, и мрак настал кромешный, И предал Ты во власть языческих племён

Царей, священников и весь Израиль грешный.

Мы в рабстве, но и тут Ассирии владык

Ты умягчил сердца и сжалился над нами,

И ныне мы сошлись под древними стенами, Дабы из пепла вновь Ерусалим возник.

Но в счастии своём и в тягостной неволе

К соблазну мы грядём в расставленную сеть. Доколе, Господи и Боже наш, доколе

Деянья грешников намерен Ты терпеть? Страшусь я, что придёт конец долготерпенью, Ты грянешь бурею карающей с высот,

И обречёшь навеки истребленью

Мятежный род!» О. Чюмина


Вопрос 3772: Сами-то евреи как оценивают сегодня «пророче- ства» Соловьёва об их народе?

Ответ: Послушаем, что говорят их мудрецы: «Слепая, плотояд- ная жажда личного матерьяльного обеспечения», именно эту идею называет жидовской не кто иной, как Достоевский. Со времени опубликования труда Соловьёва о евреях (1884) столетие его

предсказания опрокинуло. Но как же привлекательна, независи- мо от степени самой осуществимости эта мечта об объединении трёх наций – носительниц мощных теократических идей!» «Они (евреи) избегают и не выносят трудных работ. За дело ли они возьмутся – это будет развешивание товаров, притом лёгких (ап- тека, аптекарский магазин), конторское занятие, часовое ремес- ло» (В.Розанов «В соседстве Содома»). Совершенная теократия, предсказанная Соловьёвым, ныне так же далека от воплощения, как во времена самого предсказателя. Розанов утверждал, что жид погубит Россию (разве они «ритуально» не расправились с русской печатью, с русским обществом») и всю Европу. Воистину, иудеи не Бога только распяли, а ещё более распяли человека». Однако оптимизм Вл. Соловьёва в отношении будущности самих евреев, увы, не оправдался. Оценки, выставленные евреям Соловь- ёвым, кажутся мне завышенными, а отсюда и его ожидания – отчасти наивными и прекраснодушными… Если отбросить на- тужно-истерические «вопли и сопли». (22. №95. «Москва – Иерусалим. Обществ.-политический и литературный журнал еврейской интеллигенции из СНГ в Израиле. Стр.178-188). Если бы Владимир Сергеевич жил сегодня, он увидел бы, что из его идей выросло. Не запросил ли бы он себе смерти за своё суесло- вие? Ион.4:8 – «Когда же взошло солнце, навел Бог знойный восточный ветер, и солнце стало палить голову Ионы, так что он изнемог и просил себе смерти, и сказал: лучше мне умереть, нежели жить». Рим.3:12 – «все совратились с пути, до одного негодны; нет делающего добро, нет ни одного».


Шли на Израиль Аммона сыны и Моава, Шли из долин, от далёких синеющих вод; Иосафат – Иудеи надежда и слава –

В храме Господнем созвал на молитву народ. Громко воззвал он: «Израиля Бог, Адонаи, В землю, которую дал Авраама сынам,

Ныне враги налетели, как коршунов стаи, Смертью грозя и погибелью нам.

Ты обещал, в тесноте и обиде великой, Если карающий меч обратится на нас,

Быть нам всегда милосердным царём и владыкой: Ныне услыши моления глас!».

Духом Господним исполнилось сердце левита, Бывшего тут же. «О, царь, не пугайся, воспрянь. Смело веди их, Господь – иудеям защита,

Сам Он завтра восстанет на брань!...» Тёмною тучей дружина Моава предстала, С верою пламенной шли Иудеи бойцы.

Славили, в пении арфы и звоне кимвала, Господа вышних левиты её и певцы.

Слава Ему, Адонаи великому слава!

Разум пришельцев Господь поразил слепотой: Рати Амона восстали на рати Моава,

В гневе безумном сразились они меж собой.

Кончился бой, – и предстало очам иудеев Страшное зрелище! Всюду лежали тела, Словно колосья долину собою усеяв, – Сила несметная вся полегла.

Так Адонаи восстал на защиту Иуды; Славен, воистину славен, Господь Саваоф!

В стане безмолвном – добычи оставлены груды,

В поле тела бездыханных бойцов. О.Чюмина


Вопрос 3773: Когда мы были в Прощёное воскресенье на службе в Покровском соборе, то уже в конце подошёл к Вам благообраз- ный старец с белой бородой, и что-то хотел Вам сказать, но Вы не разрешили ему разговаривать, вышли с ним. Кто это был?

Ответ: Давнишний знакомый, который хотел поделиться важ- ным для него сообщением. Он нередко печатается в «Лампаде» Новоалтайского благочиния. И вот он написал статью, которую не приняли. Он с ней к разным попам приходил, но везде был отказ. Я пригласил его в гости и предложил принести статью.

16.03.08 он пришёл на ул.Ползунова, 6, и отдал мне свою ста- тью. Вот небольшие выдержки из неё. Видно, что человек хочет лучшего, нежели видит. И, как всегда, видно безразличие поповс- кое не к отдельному человеку, но и вообще к делу Христову.

«Несмотря на множество строящихся православных храмов, происходит падение России, как православной страны.. и право- славная наша церковь потихоньку обмирщается. Епитимия ка- ющимся даётся очень редко. Мне, например, не давалась ни разу кроме случаев, когда я её выпрашивал. Св. Иоанн Златоуст на- ставляет: «Поп, не накладывающий епитимью на кающегося, сам падает в яму и кающегося тянет за собой» Если внешний вид – мелочь, то значит неправильно сделал выговор благочинный иеро- монаху – настоятелю церкви за хождение по селу в шортах и майке. У нас сейчас причащают женщин в штанах. Втор.22:6 - если считать штаны теперь женской одеждой, то тогда все муж-

чины мерзки перед Богом. У нас и на клиросе такие и пономарь со священником входят в алтарь не подпоясанными. Если пи- шут, что «искусственно измененное, подкрашенное лицо теряет черты неповторимой личности человека», следовательно это пло- хо. А вот бороду убирать не возбраняется, церковь воспринимает это спокойно. С оглашенными и с крещаемыми даже краткая беседа не проводится. Крещение совершается лёгким обрызгива- нием водой вместо полного погружения даже летом, при наличии водоёма вблизи церкви. За 18 лет работы при алтаре видел и хорошее, и нежелательное. Есть такие высказывания священни- ков, что пусть идут в церковь и пьяные, и непотребно одетые, лишь бы искали милость и спасение у Бога.

Есть у нас в городе община Русской Православной Зарубеж- ной Церкви. По большим праздникам они приходят к нам в кафедральный собор. У них внешний порядок соблюдается стро- го. Крестят летом полным погружением. При соответствующем случае облачаются в белые одежды. Порядка 8 месяцев ведутся занятия по изучению Библии. Перед крещением устраиваются экзамены. При моём присутствии женщину, на экзаменах не от- ветившую вразумительно на задаваемые вопросы, к крещению не допустили. Во время литургии оглашенные своевременно выхо- дят из церкви. К ним в церковь неподпоясанный и в короткой юбке (не говоря о женщине с голым животом и в штанах) просто не допускаются. Мужчины, члены общины, все с бородами. И что они все в чёрной одежде ходят – не скажешь, такого требования нет. Конечно, я понимаю, что при соблюдении всех упомянутых требований количество прихожан, особенно молодых, значитель- но сократится, но зато более благоугодно станет». 10.03.08. Су- ханов Анатолий Григорьевич. 1926 г. рожд. тел. 37-60-Ам.8:12

– «И будут ходить от моря до моря и скитаться от севера к востоку, ища слова Господня, и не найдут его». Иоан.6:25 –

«И, найдя Его на той стороне моря, сказали Ему: Равви! когда Ты сюда пришёл


Придётся ли когда-то осознать Попам и их надменному начальству,

Что не спроста пришла на Русь резня, – За то, что Слово не было в начале.

Учителя и паства их слепая

Во тьме на гребне волн по горло. Толпа без имени и кто её толкает

В волну, которая Российский дом накроет?

Никто не учит при ногах Иисуса, И суеверия до самых до ноздрей.

Богослужение всё так же не на русском По милости священства и царей.

Бог допустил, Он воздаёт как раз, Что сеяли, взошла же не пшеница,

К нам щук пустили, чтоб не дремал карась, – Что в тонком сне монахам не приснится.

И даже мина при плохой игре – Такие рожи – лик святых воротит;

Канонизируют, творя вселенский грех, Войной идут на тех, кто скажет против.

Кровавая подходит мясорубка, Совсем вблизи раскручивает нож, Увидеть это и понять нетрудно, По дерзости и по нахальству рож.

Момент упущен явно не один, А тысячи и, может, миллионы.

То не поймёт уж вовсе лишь кретин, По-прежнему коптят, славянью ломят.

Не за завесой бывшее, и вспыхнет,

Где Слову Божию не дали разгореться. И выпестовали полновесно лихо,

Ни крест здесь не поможет и ни крестик.

Открой им, Господи, что намертво закрыто, Да учат паству, водят к водам тихим;

Они же гонят муть и в мутной ловят рыбку, –

В сознании слепцов неисправим их вывих. 25.01.08. ИгЛа


Вопрос 3774: Как так - вся Россия фактически оказалась во власти преступников, и уголовники стали править бал?

Ответ: Не сразу и не вчера только. Крушение империи про- изошло, и только вовсе уж несмышлёным кажется, что столь стремительно – но это только на первый взгляд. На самом же деле гнилью было поражено всё. Слово Божие фактически не имело никакого влияние на жизнь народа. В этом и только в этом главная причина. Но как при царе-батюшке этого не поня- ли в первую очередь вожди из духовенства, так и стоят на том же уровне и ныне. Вопросы нужно ставить конкретно: хотим ли мы иметь в государстве хороших и верных граждан? Это абсолютно невозможно без влияния Слова Божия. Только с этим стоит согласиться и остальное уже станет понятным, что нужно де-

лать. И вскрыть обязательно все отступления от Библии, чтобы снова в ту же беду не свалиться. Но опять те же кадры: храмы, мощи, иконы, кресты, крестные ходы. Убери это из книги «Апос- тол Сибири» и там останутся только толстые ржавые корочки. Страшно читать даже о чуточку приоткрытой жизни Филофея, а его канонизируют, молятся. Сравним тогдашнее и нынешнее:

«До революции в российских тюрьмах сидело от 15 до 100 тысяч человек. Один священник окормлял от 15 до 100 человек. Сей- час в стране около миллион зэков. Один священник приходит на 9 тысяч невольников, содержащихся в 1100 тюремных учрежде- ниях, В местах лишения построено уже более 100 храмов. («Труд», 5 апр. 07 г. стр.11). Здесь же интервью даёт священник Алек- сандр (Сеферьянц). Ему задают вопрос: «Под воздействием Ва- ших бесед кто-нибудь изменился в лучшую сторону?» Ответ: Из 40 зэков, просидевших 18-20 лет, двое пошли в монастырь. Куда может пойти бывший заключённый? Либо к Богу, либо к чёрту, и большинство идут к последнему».

И как тогда всё это было не благовестие, а профанация, так, и даже хуже, дело обстоит ныне. Пропагандируют вред от чуда и безразлично от какого, в каждой епархии обязательно нужны или под спудом лежащий покойник, мощи, или хотя бы одна обновившаяся или замироточившая, слезоточащая или кровото- чивая икона, источник забить из-под горы. Чудо от уже имею- щейся веры может быть, а тут веру произращают от чуда, потому такая чудаковатая вера, юродство и уродство. Если бы стали утверждать, что вера только от слышанного Слова Божия, то сегодня надобно провести полную ревизию всего, что нагромозди- ли монахи и попы, и окажется, что в эту фразу не вмещающееся будет выкинуто на свалку человеческих измышлений и плотско- го мудрования. Человеческое же всегда слабо. Ис.55:8-9 – «Мои мысли - не ваши мысли, ни ваши пути - пути Мои, говорит Господь. Но как небо выше земли, так пути Мои выше пу- тей ваших, и мысли Мои выше мыслей ваших».


Вопрос 3775: Почему же Ленин так ненавидел верующих?

Ответ: Только он сам мог бы ответить на этот вопрос. Мы же можем предположить, что это было связано с гибелью его стар- шего брата Александра, казнённого царизмом. Казнь никогда не проходила без участия священников, приходивших для исповеди перед казнью. И никакой надобности казнить этого юношу не было. Может быть, и Володя относился бы к царю и к священ- никам по-другому. Ульянов – этот новый Юлиан Отступник на

русской земле, был полностью под влиянием евреев. Он пошёл иным путём – не один монастырь ограбить, а, придя к власти, начать резать, крушить, грабить, поносить безудержно. Это был чрезвычайно злой, человеконенавистнический отпрыск кагальной системы иудаизма, безумно ослеплённый своей пагубной идеей выродок. Исчадие ада, величайший злодей всех времён и наро- дов. Но и взявшие власть в церкви, правившие тысячелетие с насилием и жесткостью тоже должны были подумать, за что же постигла их эта беда. Почему никто не поспешил поскорее раз- дать все богатства церковные, чтобы не было этого изъятия цен- ностей? Не было же это постановление против духоборов, против беспоповцев-староверов. И когда декрет об изъятии составлялся, почему же Дух Святой никого не предупредил опередить гряду- щую бурю, расстаться со всем, за что их могли поволочь на эша- фот? Ничего этого не было, но начали прятать ценное. Те же стали находить и началась страшная мясорубка.

Архимандрит Тихон (Бобов) «Апостол Сибири».

Стр.133. 23 февраля 1922 года вышел декрет «Об изъятии церковных ценностей в фонд центральной комиссии помощи го- лодающим». Еще в августе 1921 года патриарх Тихон обратил- ся с посланием ко всем русским людям и призвал к добровольно- му пожертвованию церковных ценностей, не имеющих богослу- жебного употребления. В инструктивной телеграмме ЦК РКП(б) от 23 марта 1922 года откровенно говорилось: «…политическая задача состоит в том, чтобы изолировать верхи церкви, скомпро- метировать их на конкретнейшем вопросе помощи голодающим и затем показать им суровую руку рабочего государства...». «Рас- колоть попов», противопоставить «низы» «верхам». В секретной инструкции Ленина, написанной вслед декрету, сказано, что необ- ходимо провести «…с максимальной быстротой и беспощаднос- тью подавление реакционного духовенства», ибо ситуация «пред- ставляет из себя не только исключительно благоприятный, но и вообще единственный момент, когда можно… разбить неприяте- ля наголову и обеспечить за собой необходимые для нас позиции на много десятилетий…», «чем большее число представителей реакционного духовенства… удастся нам по этому поводу рас- стрелять, тем лучше», – заключает «вождь мирового пролетари- ата». Всё вместе взятое священство не смогло понять, что здесь им тоже представлен был случай, и единственный в своём роде, разбить свою жадность наголову и обеспечить себе достойное христианство, служащее бедным, на сотни лет вперёд. Когда гра- били других – это было хорошо, а когда самих коснулось, достиг-

ло, то и покаяния достойного не смогли принести. Ос.8:7 – «Так как они сеяли ветер, то и пожнут бурю». Зах.1:6 – «Но слова Мои и определения Мои, которые заповедал Я рабам Моим, пророкам, разве не постигли отцов ваших? и они об- ращались и говорили: «как определил Господь Саваоф посту- пить с нами по нашим путям и по нашим делам, так и поступил с нами»».


Псы с чародеями и подлые лжецы,

Как пишет в «Откровении» Апостол Иоанн, В рай не войдут, в аду огонь месить,

Как прокажённых выбросят за стан.

О, только бы не с ними быть, не там, С еретиками гнусными вне Церкви! Уже сегодня от таких отстань

И меряй всё не по греховной мерке. В Преображенье Бог переродит из псов, Соделает иными всех от основанья, Даст силу новую, к Голгофе понесёт

На благовестие, и точно – не обманет.

Средь псов смердящих шариковых много, Господь, преобразив, и их усыновляет,

Сам в благовестие таким обует ноги, Влагает в грудь Евангельское пламя.

Нерассудительно со псами погибать, Отвергнувши Любовь Христа Иисуса; Без покаяния попали все в штрафбат,

Не дождь в потопе – наши слёзы льются.

Ниспровергатели Божественных святынь Облаивают истинную Церковь

И насаждают древнюю латынь, –

Им удалось так много исковеркать! Пространство давят звуками и страхом, Потоком информации слепцов разит;

И дьявол рвёт под именем Аллаха, – Свободный дух прессует динамит.

Псов очерствелых гонят отомстить

За кровь пролитую, за веру, за детишек; А дети мнут не пластилин – пластид,

И не предвидится малейшего затишья.

Из псов войны Бог лепит миротворцев –

В творенье новое сподобиться проникнуть.

Смиряя, часто гладит против ворса,

Всё заменят старое до нитки. 18.01.08. ИгЛа


Вопрос 3776: Что за книгу показывали в собрании и о чём она?

Ответ: О.Иоаким был в Тюмени на днях и 18.03.03г. и привёз вот эту книгу о Филофее.

Архимандрит Тихон (Бобов) «Апостол Сибири». Святитель Филофей (Лещинский). Тюмень, «Издательство искусство», 2007. По благословению архиепископа Тобольского и Тюменского Ди- митрия. 224 стр. 2000 экз. Цена – 1000 руб. Размер книги: 240мм.х 315. 279 фотографий людей, местности, рисунков и до- кументов. Половина фото цветные. (Для сравнения: размер этой нашей книги «…открытым оком»: 145х205 мм. – цена 150 руб. 114 цветных фотографий). Книга Тихона сделана основательно, как подарочный жест для интуристов. Но для дела Божия, для спасения души, тем более как бы в подражание Апостолам – она никакая, просто музейные архивы милостиво разрешили кагэ- бэшники сфотографировать. Их же ведомство отняло жизнь свя- щенников и мирян, потом сокрыло их гибель, и чисто по-бандит- ски расхитили имущество расстрелянных. А теперь чуть-чуть разрешили посмотреть, как эти люди мучились. И разрешили сфотографировать награбленное и стащенное в музеи: иконы, книги и прочее. И им за это Бобов высказывает благодарность. И то! Если бы не сегодняшние ветры демократии, то до Страшно- го Суда не узнали бы, где мученики Христовы сгинули, где их останки. Книга Бобова издана прекрасно, толстые корочки, бума- га толстенная, вся как бы с подтёками ржавчины – под старину заплесневелую. И она вся написана мертвецам о мёртвых. И не о том, как хоронить мертвецов, а как трупы двухсотлетней давнос- ти выкапывать и продвигать во святые. Вся беда в том, что ни издатель, ни благословивший издание этой красивой книги даже и не догадываются, что они сотворили. Эта книга вопит о том, что православие сгнило, вера Христова на Руси неизвестна. Имя Иисусово и Слово Божие в этой книге так же смотрятся, как живой, живущий в могиле. Из того, что только в этой книге выявлено о Филофее и показано не иначе, как с тенденциозным толкованием на видение святости этого Петрова птенца, всё по- казывает, что этот Филофей был мёртв при жизни, невозрождён- ный номенклатурщик, ставленник антихриста Петра I и сам был дикий гонитель правоверных староверов, тогдашний палач не- винных. И его будут патриархийные сергианцы, быть может, даже всё ещё состоящие сотрудниками КГБ объявлять святым, чтобы

ему молиться. А вся подобная деятельность Бобова есть уже ступенька быть самому посвящённым в епископы и даже кано- низированным. Проходит 250 лет и ищут неустанно косточки сгнившего архиерея, эту соль, потерявшую силу, лютого гонителя природных жителей Руси – староверов. Нет уверенности и ысяч- ной доли процента, что эти кости, заблагоухавшие в носах семи- наристов, принадлежат именно архиерею. Но неверующие попы, как гадалки на бобах в главе с Бобовым, выкапывают кости и носятся с ними, творят из Лещинского кумира. Если бы люди верили в Бога Иегову по Писанию, да разве бы они допустили такое кощунство во главе со своим архиепископом Димитрием (Капалиным), родившимся 11.03. 1952 г., стали бы копать мо- гилы? Этих копальщиков сегодня столько, сколько в первом веке, пожалуй, не было просветителей. Сир.11:2 – «Каков правитель народа, таковы и служащие при нём; и каков начальствую- щий над городом, таковы и все живущие в нём». Деян.12:22

«а народ восклицал: [это] голос Бога, а не человека».


Говорят, что хотели Творцу подарить, И спешат перечислить едва ли каёмку

От того, что любезно по жизни, из книг, Вообще, что Любовью объемлется ёмко. И как юной невесте плетут языком

О луне и о солнце, о звёздочках ясных, О росе, по которой бежал босиком,

И такие раздуют ухабы и лясы.

Жил без нас Вседержитель, понятно, немало… Болтовнёю своей мы и ближним наскучим.

Жизнь по-своему всех нам ухабисто мяла, На этапах швыряла с достигнутым с кручи.

Бог невидим… и байки не нужно «травить» О виденьях монашеских тонких спросонья. Всё что есть от осенней пожухлой травы,

До земли пересохшей и слипшейся в комья.

Всё Его и от нас не прибудет ничто,

Разве только испортит природное свойство! Славь за каждое зёрнышко, каждый росток, Разуменье настанет значительно после.

Чувство нежной любви невозможно сдержать, – Атмосферных явлений бесчисленна пропасть. Даже моль, даже вор и коварная ржа

Никогда ничего не докажут нам против.

Только мыслями, только едва и чуть-чуть Заглянуть удаётся под панцирь у тайны.

Не понять, лишь догадка, в чём общая суть, И истома приятности в духе настанет.

Дар Творцу – осознать всю Его доброту,

В безграничную мудрость уткнуться взахлёб; Подражая орлу, не слепому кроту,

Никогда не приемся на Бога поклёп. Всё, что в нас, и себя не слепцом осознать, Славословя Зиждителя давшего вечность. За меня на Голгофе борьба и цена,

Я – Его, лучший дар, помазаньем помечен. 18.03.08. ИгЛа


Вопрос 3777: Если Слово Божие не было распространено на Руси, то как же могли учить своих прихожан священники?

Ответ: Да никак. Главное же - богослужение и как можно чаще исповедоваться и как можно чаще причаститься. А дальше всё идёт по обычаю мира сего. Священники и тогда были замор- дованы архиереями, а архиереи состояли на службе у царей, ко- торые выворачивали совсем уж не в ту сторону, хотя и числили себя православными. Вот так дело и обстояло. Император, рус- ский антихрист Пётр I направляет в Сибирь своего послушного клеврета из хохлов. Специально подбирали таких, кто был пре- дан царю до последней волосинки на своём теле. До этого Пётр пожелал отправить туда и чтобы навести порядок со старовера- ми, Димитрия Рост. (Туптало). Подбирал же гонитель по при- знаку ненависти к староверам, ибо у этих выходцев с Украины не было ни малейших зацепок в памяти быть милостивыми к

«раскольникам», ибо там, на их родине, не было старообрядцев. Писания не было и не учили ничему. Димитрий не поехал якобы по болезни и в связи с отдалённостью от библиотек, ибо боялся не дописать «Жития святых». И даже этот отказ Пётр ему про- стил, а на его место снова берёт с Украины, но исключительно мирского человека, театрала, не знавшего, что такое миссионер- ство и как вести себя с теми, кто с ним не согласен.

Архимандрит Тихон (Бобов). «Апостол Сибири».

Стр.34. В начале 1702 года, приближаясь к Тобольску, преос- вященный Филофей обозревал все встречавшиеся на пути церк- ви своей епархии, начиная с Урала, знакомился с духовенством, отмечал встречавшиеся недостатки и непорядки. «Егда гряду- щим нам из царственного града Москвы, – писал святитель ир- кутскому архимандриту Максиму, – приидохом в сибирские стра-

ны и видехом в церквах Божиих великое нестроение. Такожде и от посланных нами духовного чина людей в ближние верховые города и уезды для досмотра в св. церквах, о том же нестроении подлинно известившееся, какое в них нестроение, не леть и писа- нию предати» (невозможно даже на бумаге выразить).

Стр.35. Крестить священникам повелено до вкушения пищи и пития. Запрещалось отпевать не только опившихся и самоубийц, но и утонувших во время купания играючи, упавших с качели, убитых во время разбоя и воровства… Духовенство сибирское необразованно. Не позволять монахам и монахиням жить и бро- дить в мире. Производить выходы из алтаря северными, а не южными вратами. Кадить, ходить при крещении и при соверше- нии Таинств и треб не по-раскольничьи, а против солнца, т.е. к востоку… Миряне не знают простейших молитв, грешат против заповеди о целомудрии, унаследовав этот порок от первых посе- ленцев-казаков, безженственных и бессемейных насельников Си- бири. Раскол постоянно отторгает от церкви сотни и даже тыся- чи людей, предавая их огню. Местные инородцы остаются до сих пор без христианского просвещения. Магометанство не только не ослабевает, но увеличивается из-за привлечения к исламу идо- лопоклонников. Вотчины архиерейского дома при святителе Филофее тоже пришли в лучшее состояние: в них определены опытные управители, и хлеба теперь было достаточно и даже в изобилии. Люди отвыкали от общественных богослужений. Прак- тически не говели и не причащались. Неизбежно охладевали к христианской жизни и становились лёгкой добычей раскольни- ков. За 25 пребывания в Сибири Филофея, количество церквей увеличилось до 448. В 1700 году по царскому указу прекращены выдача красного вина, ладана и воска. Заботясь о церковном благолепии, митрополит Филофей исходатайствовал у императо- ра восстановления этого обычая, который существовал издревле. Священников катастрофически не хватало. А те, кто были, отли- чались полной необразованностью в духовных вопросах, отчего и допускали различные канонические нарушения.

Стр.39. Чиновникам за притеснения священнослужителей го- сударь грозил строгим судом. А кроме того необходимо было начинать проповедь среди идолопоклонников и магометан. Фи- лофея считают основателем первого в Сибири театра. И в 1705 году составил первую его постановку. Владыка сам писал коме- дии, трагедии, драмы для своего детища и ученики архиерейской школы приучались через участие в выступлениях к свободному произнесению проповедей. Для увеселения и назидания жителей

ставили их. Охотник владыка был до театральных представле- ний, славные и богатые комедии делал и когда нужно было на комедии собираться, тогда владыка в соборные колокола благовест производил. Театры были между соборною и Серигевскими церквами. А раскол всё умножался.

Стр.42. С горячностью малоросса он просил Петра 1: «Церков- ных раскольников, отступивших от святыя Церкви и в упрям-

стве необратно стоящих, истреблять, а прочих же церков-

ных же раскольников, где явятся, всякими наставлениями при- водить до соединения святыя церкви, а непокоряющихся, домы их разграбляти на Великого Государя, а их смерти предавати». Разрешение последовало в духе того времени: «которые расколь- ники, собрав люди, сожигали… таким ворам, хотя и покаются, без всякия пощады, во страх иным, таким же ворам, сжечь»…

Стр.21. 6 янв. 1679 г. в пламени сгорело до 1 700 староверов (по сведениям Н.А.Абрамова – 2700). В 1682 году в Утяцкой слободе сожгли себя 400 человек; в 1686 г.в пустыни Верхотур- ского уезда – 100 человек. На пасху 1686 г. во время заутрени в селе Каменка Тюменского уезда сгорела церковь и 250 человек. (перечисляются церкви и где были сожжены староверами)…

К 1740 году на Камчатке существовали 4 церкви, а крещёных камчадалов не было 100 человек. В неуспехе миссии виновны были не сами миссионеры, а покорители Камчатки – грубые и безнравственные казаки, чинившие притеснения камчадалам… Самих остяков и вогулов от мала до велика царь повелел крес- тить. Тем, которые пожелают креститься, простить все недоимки прошлых лет и выдать из казны кафтаны, рубашки и хлеб по рассмотрению. Их князьям предложить креститься. И если изъя- вят желание, то обнадёжить их царской милостью, но насильно не крестить… Беседовали с главным ламой, вокруг которого было около двух тысяч лам… Принесли Филофею оттуда и письмо:

«старому ламе (священнику). Великому ламе, над ламами ламе, Филофею, ламе челом бью и прочая». «Вероятно силы миссионе- ров были недостаточны для такого трудного подвига».

Для покрытия сараев по изготовлению кирпичей привезли 2 тысячи возов соломы. И в 1708 году было изготовлено 114.200 кирпичей. Хорошие были иконы, которые поражали молящихся при взгляде на них. Было два пророчества у Филофея: когда велел запрягать в сани, и ночью пошёл снег, и когда рыбаки сокрыли большую рыбу и он сказал им: «Детки здесь, а где матка?» - и рыбаки отдали две большие нельмы. Сам архиерей любил рыбачить… Когда же стал чувствовать приближение смерти

и просил похоронить его при входе в Тюменскую обитель, чтобы люди попирали его могилу, как соль, потерявшую силу. 31 мая 1727 г. на 77 году почил. Поток паломников не иссякал к его гробу в течение почти двух столетий. Люди с нуждами и скорбью приходили на его могилу, служили панихиды и получали проси- мое. Крестил около 50 000 инородцев». Таков апостол Петра I. Мы только случайно узнаём тайные приказы царей против ис- конных жителей, приверженцев той старины, какую привёз князь Владимир. Прем.Сол.12:5 – «безжалостными убийцами детей, и на жертвенных пирах пожиравшими внутренности челове- ческой плоти и крови в тайных собраниях». 3Макк.5:31 –

«Царь же, полный сильного гнева, с нечестивым замыслом, вышел целым походом со зверями, желая по жестокости сер- дца видеть собственными глазами плачевную и бедственную гибель упомянутых людей».


Вопрос 3778: Наконец-то обнаружили ещё одного просветителя Сибири, Филофея. Почему Вы раньше о нём ничего не говорили, когда перечисляли благовестников на Руси? Выходит, были же такие светильники и в Сибири, кто подражал Апостолам Хрис- товым, в первом веке жившим? Что за методы работы с язычни- ками были у этого праведника?

Ответ: Погодите трубить. Посмотрите без предвзятости, кто был этот Филофей (Лещинский), живший в 1650-1727 гг. Он пола- гал себе в заслугу сжигать старообрядцев, если они ему не поко- рялись. Это же был волк в овечьей шкуре, лютый волк, не щадя- щий стада Христова. Палач безжалостный с митрой и змеевид- ным жезлом. И быть может, именно за его гонения и пришла коммунистическая чума на Тобольск, что сам царь был сюда со- слан, чтобы увидел, что натворили сатрапы царские в рясах, что выперло из народа. И начали грести большевики всех священ- ников подряд. Им это, ох, как не понравилось. А как же те жертвы с бородами, законопослушные граждане Руси несвятой, верные старинным благочестивым обрядам и старопечатным кни- гам? Они не пришли на память вам? Филофей знал только гнать и жечь. Его, как огня, боялись и туземцы и из страха соглаша- лись принять крещение. Дальше этого обращение не шло. Едет архиерей с солдатами, и проповедь его состояла в основном всего из двух слов: «Робята, покреститесь!» Апостол Павел не сжигал ни одной кумирни-капища. Деян.17:23 – «Ибо, проходя и ос- матривая ваши святыни, я нашёл и жертвенник, на кото- ром написано «неведомому Богу». Сего-то, Которого вы, не

зная, чтите, я проповедую вам». Этим путём Лещинский не мог пойти, ибо не имел Духа любви к Слову Божию. С собой брал толмача-переводчика, такого же по вере, как и окружающие неверы. Не боролись с неграмотностью, не переводили на родной язык остякам и вогулам Евангелие Христово. Слово Христово было совершенно неизвестно крещаемым.

Архимандрит Тихон (Бобов) «Апостол Сибири». Стр.60. «Если потомки новокрещёных не смешивались с русскими, то возвра- щались к идолопоклонству. Филофей заболел и принял схиму с именем Феодора. Ему было уже 60 лет и он начал миссионер- ствовать. Остяки имели некоторые представления о Высшем Бо- жестве. Они его назвали Торым. Но обращаться непосредственно к нему с прошениями не дерзали, считая себя недостойными вни- мания его. Самой страшной считалась клятва на волчьей или медвежьей шкуре. Если молитва не исполнялась, идола выбра- сывали. Но когда нужда возникала, идол доставался из непот- ребного места. Сами шаманы располагали людей к принятию веры Христовой и говорили: «Мы теперь будем веру содержать русскую. Хотя нам и жалко своей прежней веры, но Бог не велит нам противиться тебе, - крести нас!» После краткого наставле- ния в вере, святитель с радостью окрестил их. В другом месте остяки при приближении архиерея разбежались по лесам и бо- лотам, но там их донимал гнус, плохо ловилась рыба, не хватало мяса. «Видно, пришло время креститься, видно Богу так надо». Они вернулись и добровольно приняли крещение. Но просили, чтобы не совершали крещения над их жёнами из опасения, что они утонут. Филофей сказал, что если кто утонет, то утопите меня. Таким образом все присоединились к стаду Христову до

3.500 остяков. В 1714 году так же оправился по реке для кре- щения вогулов. Кумирни горели, но креститься не желали. При- нявшие магометанство получили наставление, что теперь можно 4 жены иметь и есть конину, а у русских этого нельзя. Велел ставить кресты и иконы под навесами. Один мулла опередил их и теперь стало намного труднее крестить . Склонялись к магоме- танству, потому что народ был грубый, простодушный и вместе с тем чрезвычайно чувственный.

Стр.68. Принимали крещение без сопротивления. За началь- ником, находившимся до этого времени под стражей, последова- ли и его подданные. Другой раз вогулы согласились креститься, но при условии, если позволят не истреблять свого бога, а вместе с ними крестят и его, потом возложат на него золотой крест и поставят в церкви среди икон. Жён своих будут крестить они

сами, сами возложат на них кресты. Согласны креститься, если им не будут запрещать многожёнство и если им дозволят по крещении употреблять конское мясо, как самое для них прият- ное. Потом вспоминали Феодора так: «добрый был, простой был старик, не кричал, не ругался, потихоньку – добром говорил: «Ро- бята, креститеся». Сперва боялись его, а после признакомились, перестали бояться». Мрк.13:10 – «И во всех народах прежде должно быть проповедано Евангелие». 1Пет.1:25 – «но слово Господне пребывает вовек; а это есть то слово, которое вам проповедано». Евр.2:3 – «то как мы избежим, вознерадев о толиком спасении, которое, быв сначала проповедано Госпо- дом, в нас утвердилось слышавшими [от Него]».


Прощальный ужин Павел заказал, Созвал епископов и всех попов окрестных. Вообразим, как нынче ресторанный зал,

Икра и выпивка, чтоб не казаться пресным.

Расселись батьки чинно за столами –

Шесть блюд, как минимум, и губы раскатали. Над тишиной Апостол с распростёртой дланью… Таким он видится из нашей тусклой дали.

С ним за столом и патриарх Московский, Властолюбивый Папа и греки-торгаши, Примолкли непочётные все гости, Забегали под кожей термиты-мураши.

Рожно, упёртое когда-то в грудь у Савла, Так ощутимо встало перед каждым:

«Для расставания уже пора настала,

Вас Дух Святой поставил быть на страже.

Беречь, пасти искупленных овец, Жизнь полагать за стадо Иисуса!

Но среди вас так много волков есть, И от волков бегущие есть трусы.

Не просто волки – лютые притом

И не щадящие отары беззащитных,

Превратно говорящие, – им не закрыть роток, – И каждый будет мыслить, что он – учитель.

Не к Богу поведут, а за собой,

За прихотью разбойничьей, кровавой. Примеру моему они объявят бой,

Путь благовестия бесстыдно обесславят.

Не пощадят измученного стада,

Авторитет свой пестуя так рьяно;

Каноны выбросят, – им не нужна ограда, И в алтарях толпа из полупьяных.

Я вас учил в домах и всенародно, Не упустил полезного ничуть.

Я чист от крови всех! Учить теперь вас поздно!

Меня вы не увидите. Иду на крестный путь. 16.01.08. ИгЛа


Вопрос 3779: Советские попы полностью сдались безбожным вла- стям и даже проповеди носили на утверждение уполномоченным по религиозным культам. А как дело обстояло у баптистов?

Ответ: Этот вопрос задавали о.Глебу Якунину, работавшему с архивами КГБ. И он говорит, что и у них это было, и нисколько не меньше. Вот что рассказывает Михаил Иванович Азаров.

«Я у себя в церкви часто говорю, братья и сёстры, что меняется время, меняется обстановка, меняется мода, меняется всё в этом мире. Но Евангелие не меняется, оно остаётся в силе, и будет в силе до самого пришествия Господа, потому что в книге «Откро- вение» написано, что «я увидел Ангела, летящего по небу, кото- рый держал вечное Евангелие». Оно не меняется, заповеди Бо- жии не меняются. Можем мы меняться, к сожалению, можем мы отступать, можем мы что-то придумывать, но Евангелие остаётся, слава Богу, в силе. И оно есть основание нашей духовной жизни. И вот удивительно, что Апостол Павел пишет: 2Кор.4:2 «но, отвергнув скрытные постыдные [дела], не прибегая к хит- рости и не искажая слова Божия, а открывая истину, пред- ставляем себя совести всякого человека пред Богом». Не только верующего, не только брата и сестры, но перед всеми людьми Бог даёт нам право представлять свою жизнь рассмотрению совести всякого человека. Пр.28:1 – «Нечестивый бежит, когда ник- то не гонится [за ним]; а праведник смел, как лев». Благода- рю Бога, что у нас в основном молодые братья. Мало братьев с сединой есть, совсем мало. Это радует нас, что Бог обильно благо- словил наследие Своё. Братья, меня когда ещё в молодости брат- старец рукоположил на служение, тогда трудное было время. В 1968 году нас всех пригласили старшие пресвитера с Москвы. Собрали с областей всех служителей братьев-старцев 26 пресви- теров. Один я там только был из молодых. Решался вопрос: что делать дальше. Отделённые наступают, отделённые рассылают обращения. Что будем делать дальше? Мицкевич выступил, Житков, Евстратенко – это все люди, которые пережили и тюрьмы, и ссылки, много лет служителями были. И объясняют, что будем делать

дальше. Если мы только поступим, как нам советует оргкомитет (отделившиеся в инициативную группу – Совет церквей), то мы останемся без молитвенных домов, церкви все позакроют, ничего у нас не останется. Один выступает служитель так, второй, тре- тий. А потом после них зашёл уполномоченный. Уполномочен- ный зашёл и очень приветствовал выступления всех, говоря, что они нам идут на уступки. Подумайте вы, старцы. К восьмидеся- тому году объявлено, что верующих уже не будет. Конец всей религии, и всё это свёртывается. И был поставлен вопрос: пус- кать ли детей, молодёжь на собрания, или, чтобы сохранить мо- литвенные дома, не пускать. Один за одним старцы-братья выс- тупают, читают места Писания: Еф.6:1 – «Дети, повинуйтесь своим родителям в Господе, ибо сего [требует] справедли- вость». Поэтому бесполезно уже нам говорить о молодёжи, о детях, строится лучшее будущее – вот это всё самое хорошее, давайте детям дадим эту дорогу. Попросил я слово. Говорю:

«Братья, а что же мне делать? Я среди вас молодой, мне тридцать лет, у меня дети, сыновья растут, я хочу, чтобы они были верую- щие. Как вы решите мой вопрос?» Посидели немножко, нагнули головы. Уполномоченный выступает: «Вы смотрите, это от орг- комитета, он обманет вас». Ставится на голосование: кто за то, чтобы сохранить молитвенные дома, но с тем условием, чтобы не пускать ни молодёжь, ни детей, - просят встать.

И что вы думаете? Все встают. 26 служителей было и все встали. Не пускать, перекрыть все пути! К сожалению, у всех у этих пресвитеров дети были неверующие, – у них детей не было верующих. Как-то Господь коснулся, трудно было говорить, по- плакал я и говорю: «Братья, что же мне делать? Что вы делае- те?» «Ну, делай что хочешь, а вот надо сохранить молитвенные дома». Скажу вам, братья, сейчас в нашей области, вот где были эти преступники-пресвитера, не осталось ни одного молитвенно- го дома, и верующих там нет. Истинно говорю. Приехал один старший пресвитер, поездил, поездил – область пустая, уехал в Америку. Приехал другой старший пресвитер – поездил, поездил

– область пуста, всё позакрыто, всё пустое. И этот бросил служе- ние. Это то, о чём они просили Бога, и Бог допустил это бедствие. Те, которые были регистрированные по области, в основном они присоединились к нам. Слава Господу. Это, братья, представили они совесть свою на отчёт перед этими безбожниками, которые тогда управляли церковью. В это время пригласил Александр Васильевич Карев меня на курсы старших пресвитеров. То есть набрали людей, которых два года будут учить, чтобы они потом

все стали старшими пресвитерами. Александр Васильевич ска- зал: мы выбрали лучших из лучших сто человек. Это были, правда, все как вот мы с вами. Хорошие братья собрались все, чтобы учиться на старших пресвитеров. В 1966 году ещё Алек- сандр Васильевич (я не знаю, он, видимо, знал моего отца) он убедил меня побыть на съезде. Я даю им ответ и говорю, что если разрешите мне выступить на этом съезде, приеду. Пишет: дадим пять минут для выступления. Договорились. Помолились дома, думаю, ладно, поехал. Дали многим слово, от Советов церквей выступали много братьев. Майборода читал это обращение. К великому сожалению, когда он читал, руки тряслись у него. Бог дал милость, я рассказал как есть, что делается в нашей стране, какое гонение, какое притеснение, что делают старшие пресвите- ра. Ну, зашумели все, дали ещё пять минут. За десять минут, что я смог, рассказал. Только я сошёл с кафедры, Карев меня толка- ет, говорит: «Плохо ты сделал, что такое говорил». Сошёл я с кафедры, подходит один человек и усиленно обнимает меня: «Рад, вот единственный ты правильно всё сказал, приветствую тебя». Расцеловались мы, конечно. Он делегат съезда, у него значок висит. Заводит меня в комнату и вдруг достаёт одну руку из кармана и показывает: «Тише и смотри». Майор КГБ. Я тогда, конечно, был просто сильно… Я ему говорю: «Как тебе не стыдно, я с тобой целуюсь здесь, с безбожником, а ты здесь на съезде. Он сразу: «Тише, я здесь не один». Я говорю: «Я сейчас пойду Алек- сандру Васильевичу скажу. Что это за безобразие, как это так? Мы собрались верующие, а ты, кэгэбист, сюда пришёл». Он меня за руку: «Тише, иначе хуже будет». Я подхожу к Александру Васильевичу, говорю: «Что это такое? Что это кэгэбист тут дела- ет?» Он на меня тоже шепчет: «Тут не один он, не волнуйся». Я говорю: «Как же тогда так? Что это за съезд, кто тут руководи- тель?» Снова с Житковым с молодым зашёл этот кэгэбист и говорит: «Ты знаешь, что ты говорил? За твоё выступление де- сять лет тебе грозит. Тебе кто давал право? Тебя послал сюда оргкомитет всё это рассказывать? Это на все страны мира пойдёт. Ты позор нанёс на нашу страну». Ну, много так говорил, грозно, строго. Я ему говорю: «Я постараюсь рассказать, что съезд здесь кэгэбисты проводят». Он тогда опять: «Ладно, давай по-мирно- му разойдёмся. Вот тебе телефон, вот тебе адрес места встречи нашей, мы тебе поможем, а ты молчи». Я этого ничего не взял.

И вот, братья, начал я учиться на этих курсах. Полгода вроде было тихо, спокойно. Присылали литературу, приезжали сдавать экзамен через каждые два месяца. Примерно через полгода нас

собрали и Мицкевич Артур старший (он был ответственный за эти курсы) говорит: «Настало время, чтобы вы познакомились с теми людьми, с которыми вам придётся сотрудничать. Вас будут возить по одному. При Совете министров (по-моему, тогда Куро- едов и Тарасов были) там будут с вами беседовать по одному. Беседа будет скрытая, никому рассказывать нельзя. Но так ока- залось, что там сделали так, что то, что, допустим, я говорил, там в КГБ слушали. Повёз меня Орлов Илья. Поехали мы. Ну, конеч- но, тут же он увещание говорит, что вот я, мол, отучился в Анг- лии, там не бойся, мы поедем по многим странам теперь, нам открыты все дороги. Отвечай на все только «да», а иначе не пройдёшь. Пришли. Сидит один человек. Секретарша подала по чашке кофе. Он меня приветливо так встретил. Ну, я тогда не особо знал, что это кофе, так что я говорю, что я пока воздержусь. Ну, он и говорит: «Мы с Вами говорим откровенно, не тая, что курсы эти проводим мы». Я говорю: «Как вы?» «Да, я тебе открыто говорю, что курсы эти проводим мы. И набор на курсы делали тоже мы». Я, конечно, удивлённый такой, говорю: «А как я попал сюда?» «Я, – говорит, –ни с кем с вами не беседовал, не волнуйся, сиди, слушай». Сижу, слушаю. «Вот это все те люди, которые курсы закончили, вы все будете работать с нами. Ты знаешь, что постановление партии к восьмидесятому году покон- чить с религией? Окончите двухгодичные курсы, мы вас всех сфо- тографируем на иностранные паспорта, будете ездить за границу, будешь все условия иметь. (У меня с квартирой тогда как раз было плохо, жить негде было). Всё это мы уладим, с квартирой всё будет улажено. Но при условии». Открывает карту, а стена большая, висит карта всей нашей страны. И на этой карте от Москвы идут полосы: красная, синяя и чёрная. По разным горо- дам. То есть удивительно, что почти на все церкви вот эти линии идут. «Я тебе открываю, что означает красная. Красная линия –

это пресвитер наш». Ну, на 80% красные линии идут. «Это

пресвитера наши, которых мы поставили. Голубые – это люди, которые ни туда, ни сюда, их надо убирать, если не согласятся. Чёрные – это те, которые ещё поддерживают Оргкомитет, и их немедленно надо убирать. Это будешь делать ты – старший пре- свитер». Ну, я посмотрел на нашу область. В нашей области не было, кого убирать, все тут красные линии. Старший пресвитер здесь был такой, что он всех уже повыгнал, а поставил всех своих сторонников. Я думаю: «Господи, если Ты мне позволишь стать старшим пресвитером, всех этих людей я повыгоню». Те- перь-то я уж точно знаю, кто под красной линией, открыто всё

(смеётся). Ну, я ему и говорю: «А вдруг такое случится, что пошлёте вы меня за границу, то какое я буду поручение ваше выполнять?» Он говорит: «Да, нас интересуют некоторые служи- тели в Америке, в других странах, как они относятся к советской власти. Мы тебе дадим три-четыре вопроса, ты их запомнишь на память. И что они тебе ответят, ты письменно должен нам всё это предоставить». Я говорю: «Ведь я тогда практически станов- люсь шпионом». «Ну, так не надо говорить. Ты пока будешь работник …, но работник будешь наш. Кстати, тебе скажу, что начиная от Карева, которого вы все любите, это наш работник. И все-все другие. Без нас туда никто не попадёт». Ну, конечно, длинная эта беседа была. Я говорю, что я не согласен на это, не буду я учиться и ничего этого делать. Он тут же поднимает трубку и говорит: «Александр Васильевич, Вы прислали челове- ка неподготовленного. Позанимайтесь с ним, тогда пришлёте ещё».

«Идите.» Ну, Орлов ждал уже, встречают меня Мицкевич, Жит- ков. Тот с двумя кулаками подошёл: «Что ты наделал? Ты не оправдал доверие». Ну, Артур Иосифович, тот помягче: «Ты зна- ешь, что я сам страдал, сам сколько промучился, но другого пути нет, надо только сотрудничать, надо только быть с ними. Мы поедем в Белгород, будем уговаривать уполномоченного, чтобы он дал разрешение на твоё служение».

Приезжают они, пришли домой ко мне. И сразу Мицкевич прошёл по квартире и говорит: «А что же у тебя ленинского уголка нет? Как так ты можешь быть старшим пресвитером? Не- медленно сделай ленинский уголок, чтобы у тебя дети воспиты- вались именно так. От рождении и до смерти чтобы висел порт- рет Ленина. Иначе ты не будешь старшим пресвитером». Я так открыто говорю: «Артур Иосифович, это же бандюга. Он побил столько людей, а я буду портрет его вешать, детям передавать. Да не дай, Бог» (плачет). А тут слушает другой, сидит. Артур меня так берёт за руку, в другую комнату выводит и говорит:

«Ты пойми, я тебя жалею. Но ты вот слово сказал, и я буду писать отчёт в КГБ, и он тоже будет писать отчёт в КГБ. Вольно или невольно я должен писать, что ты сказал». «Не знаю, гово- рю, как хотите, но у меня такое понятие, что не буду я этого делать. Помолимся». Ну, помолился он. На второй день повели меня к уполномоченному. А перед этим Мицкевич говорит вот что: «Мы очень хотим, чтобы вот такие, как ты прошли люди в старшие пресвитеры. Мы очень хотим, чтобы они прошли, чтобы Вы прошли. Но при условии, что ты выполнишь нашу просьбу. Вот когда зайдём мы в кабинет, а мы зайдём сначала побеседуем

с ним, а потом ты зайди. И ты, когда зайдёшь, встань сразу на колени около дверей, а мы будем говорить. Уполномоченный уви- дит твоё смирение». Да, братья, вот в такой я попал переплёт. С женой дома молимся: «Господи, я-то думал поучиться, а оно вон куда пошло». Ну ладно. Они там сидят, пришёл я. Открывается дверь, посредине уполномоченный, один справа, другой слева – старшие пресвитера сидят. Я так зашёл, говорю: «Здравствуй- те!» И стою. Так, может, минута прошла. Уполномоченный: «Ви- дите, какой гордец». А Мицкевич сидит так и под столом пока- зывает, мол, падай на колени. Ну, братья, такое просто рассказы- вать. До чего дошло, просто не выскажешь. У служителей такое вот рабское отношение, поверить даже трудно, что такое может быть. Тогда выходит сам Мицкевич и от порога согнулся и идёт до самого уполномоченного. Я, мол, тебя умоляю, я за него про- шёл, ты его прости. Я говорю: «Артур Иосифович, миленький, такое время уже прошло. Ну, это же коммунисты сами же крити- куют сейчас за такое, что ты сейчас делаешь. Люди свободные, как вы учите нас. Чего сгибаться, да перед кем?» «Да ты должен понять, ты должен понять, что мы же дело Божие делаем. Упол- номоченный согласен при таких условиях, если ты смиришься». И так далее. Ну, тот, конечно, зашумел: «Я не допущу, я не допущу, он гордый». Ну, и такие разные слова там. Пришли опять к нам. У меня стоял квартирный вопрос. Подошла оче- редь мне квартиру получать. Естественно, что вызвали опять к КГБ, в обком. Одно только: дай согласие на сотрудничество. Немножко прошло времени, Карев мне говорит: «Вот что. Я очень хочу, чтобы ты встретился с Татарченко, чтобы ты встретился с Шаповаловым. Ну и с некоторыми другими. Это братья, которые отсидели по десять лет». Побеседовал с ними. Мне тоже инте- ресно было встретиться, побеседовать. Думаю, а что же братья скажут. Я так иногда раньше ходил проповеди братьев-старцев слушал. Приехал я в Харьков, Шаповалов домой меня пригла- сил, беседуем. Он опять говорит: «Другого выхода нет. Давай согласие на сотрудничество, а я тебя буду учить, как сотрудни- чать с КГБ». Я говорю: «Данил Данилович, нет у меня такого желания, не могу я этого сделать. Как это так я буду Богу слу- жить и предавать веру?! С дедушкой Татарченко встретился. Очень хороший человек. Точно такие же слова: «Мы дали согласие, другого пути нет. Чтобы сохранить дело Божие, чтобы сохранить молитвенные дома, надо дать согласие. Мы все порасписались сотрудничать с ними». Приезжают три генеральных секретаря из Норвегии, Швеции и, по-моему, из Финляндии. Бухайко, Быч-

ков приезжают. Приглашают меня. Приехал я в Харьков. Ну, эти генеральные сидят. Данил Данилович говорит: «Вот, пожа- луйста, иностранные генеральные секретари союза баптистов. Расскажите вы. Вот мы очень хотим этого молодого человека, чтобы он был старшим пресвитером, у него все дарования есть, но вот он не хочет соглашаться сотрудничать с властями. Как у вас?» К великому сожалению все трое подтверждают: «А иначе нельзя. Так дело Божие делается. Мы точно такие же сотрудни- ки власти, как и вы здесь». Кольцо всё время сжимается. При- ехали мы в ресторан пообедать. Там песни, танцы. Я говорю:

«Не совсем в приятное место мы пришли обедать. Я тут в пер- вый раз». Два генеральных секретаря говорят: «Вот что значит, что отсталые вы люди. Мы вам сейчас покажем, как у нас танцу- ют». И вот, братья, это удивительно, как вышли эти двое – гене- ральные секретари. Я такого не видывал,и, наверное, до смерти не увижу. Как они разные выкрутасы делали, как они тут пляс- ки выделывали. Все мирские люди остановились и говорят, что это иностранцы, мол, танцуют. Это ужас один. Кончился обед, поднимает этот танцор руки вот так и так молится, тоже весь ресторан слушает. Как их понять? Приглашает меня снова в Москву Александр Васильевич и состоялась последняя беседа. Скажу вам, братья, все 99 человек, а в анкете около двадцати вопросов, что я, такой-то, такой-то, даю обещание сотрудничать со всеми органами власти. Все вопросы церкви – это вопросы государства. И я обязуюсь выполнять все государственные зако- ны. Ну и, конечно, такой-то и такой-то, подписывается от имени Белгородской или Харьковской области. Тогда я дружил хоро- шо с Духонченко. Так по душам мы беседовали, а он тогда де- сять лет уже отбыл в ссылке, я пять лет, так делились мы. Хорошо один на один поговорили, что только держаться Господа, что все тут отступники. И он так говорит. И вдруг после этой встречи в КГБ беседует с ним председатель союза и в присут- ствии всех хлопает его по плечу и говорит: «Ты, Яша, далеко пойдёшь, ты правильно ответил на все вопросы». Правда, никто так не пошёл далеко, как он. Он стал председателем союза Укра- ины. Духонченко Яков Кузьмич. Приехал я к нему после этого.

«Ну что ты, друг, что ты так пошёл, что ты подписал?» «Брат, надо дело Божие делать. Иначе закроют молитвенные дома. По- этому я всё подписал и всё с ними решаю».

Братья, такое положение – страшное положение. Приходит для беседы Геннадий Константинович Свинсон туда в дом мо- литвы в Москве. Как-то и мне там пришлось быть. Всех пора-

зогнали по разным комнатам, чтобы только три или четыре чело- века и они двое. Я после спрашиваю: «Что нас так всех поразог- нали?» А он говорит: «Была открытая беседа. Кэгэбисты слу- шали, что тут говорили, прямая связь была сделана, поэтому что- бы не мешал никто – так было сделано. И вот, братья, что бы ни делалось, первое дело сразу говорили: «Если только вы нам не разрешите, от нас люди будут уходить». Настолько такое преда- тельство было. Предательство братьев. Кэгэбисты (не знаю, сколь- ко было вызовов) вывозили, как правило ночью, клали Библию и рядом клали наган. Беседы, беседы, беседы: «Ты очень многое узнал, и тебе мы очень много открыли. Жизни мы тебе всё равно не дадим, соглашайся. Девяносто девять человек согласились, а ты один не согласился». В «Братском вестнике» Мицкевич опуб- ликовал, что 99 человек окончили эти курсы. Действительно, трудно всё рассказать, сколько пришлось пережить, перестрадать. Первое, что они сделали –посадили меня в камеру прокажённых. При мне пришёл второй секретарь обкома, начальник милиции и дали указание (прямо открыто говорит при мне): «Надо сделать так, чтобы от него отказались баптисты». Я, правда, не предпола- гал такого. Открыли камеру эту, а там четыре женщины сидят. Ну, конечно, они закричали такие слова: «Заводите его к нам, мы то и другое сделаем с ним. Мы его тут выучим!», – и всякие пошлости такие. И то страшно было, что у них пальцев на руках нет, носа нет, ушей нет, страшно было глядеть на них.

И вот они толкают меня в эту камеру. Потом Бог дал такую милость, что начальник сказал: «Нет, вы выведите женщин, а он так заразится и подохнет здесь всё равно». Вывели этих жен- щин, завели меня туда. Я упал на колени, и не знаю, сколько я стоял, сутки или двое ли, просил Бога, чтобы не коснулась меня эта болезнь. Этот секретарь обкома приказал: «Пока я не при- еду, этого не выпускать». На четвёртые сутки вдруг открывается дверь, и милиционер говорит: «Выходи, твой мучитель сдох». Думаю, что такое? Он говорит: «Сгорел он, выходи!» И вот так берёт меня за руки, смотрит, и пригласили врача. Врач посмотре- ла, раздели меня до пояса. Врач говорит: «Этому, конечно, можно удивляться, может, в последствии будет что-нибудь, но пока, гово- рит, его ничто не коснулось». А он объясняет, что в Москве заго- релась гостиница «Россия», и там многие погорели, в том числе и этот второй секретарь обкома. Милиция говорит: «Мы хоть ве- рим или не верим в Бога, но вся милиция знает, почему с тобой так жестоко поступают. Мы, говорит, сожалели все, но ничем не могли помочь. Что сделать?» Ну, если поверили, то и слава Богу.

По-хорошему отвезли домой. А там снова: «Да ты там помирись с ними, зарегистритуйтесь, нам уже неудобно». Конечно, я уже не первый раз там сидел. Снова приехал. Карев уже умер, Бычков на его место встал. Приехал в Харьков, куда меня пригласили. Говорят: «Тебе будет очень трудно, ибо ты многое узнал, ты всю работу эту узнал. Или дай подпись, что ты не будешь разгла- шать её, или дай подпись на сотрудничество. Мы же сотруднича- ем все. Я за границу езжу, я всех там обманываю. Я знаю, что у нас есть узники, ну а куда деваться, говорю, что здесь свобода, никто за веру не сидит». Если вы помните, он не так давно признался, и это он открыто сказал, что надоело нам брехать, так он и сказал, и это опубликовано во многих журналах. После долгих бесед опять же, одно указание за другим. Молитвенный дом закрыли у нас. Пришла милиция, пришли секретари, при- шли кэгэбисты, обвинили, что вот Азаров не покоряется, Азаров с американцами сотрудничает, у него радиостанцию нашли и про- чее. Несколько товарищеских судов устроили. Три раза били, чтобы только любыми путями сломать, как они говорили. Ко- нечно, было самое трудное – это беседа с пресвитерами, особенно со старшими пресвитерами, которые не раз приезжали, убеждали, что Совет церквей это избрал путь на погибель себе, не дадут никакой работы, всё равно программа стоит – конец всей рели- гии и прочее. Как-то Бог давал силу не склоняться ни на что. И мы, 120 человек, уже в 1972 году написали обращение в Совет церквей: «примите нашу церковь в братство». Слава Богу, бра- тья начали понемножку приезжать, укреплялись. Собираться было, конечно, трудно, дом молитвы запечатан. Ну, а остальным сказа- ли: «Кто хочет в доме молитвы собираться, пишите все заявле- ния в горисполком». Да, примерно 70 человек написали заявле- ния и им открыл дом молитвы. Бог нас повёл путём братства.

Угрозы были не только словами, но и делом. Решили ото- брать детей. «Если не согласишься, отберём детей». Мы в это время избрали пресвитером своей церкви моего брата, которого отец был дьяконом. Давнишний брат, дети все были верующие, этот старший был сын, у него тоже пятеро детей было. Избрали его на пресвитерское служение, а я уже был рукоположен на служение благовестника. И вот пригласили в обком нас 20 бра- тьев, и их человек 50, и выносят решение отобрать детей у него и у меня. Так все мы слушали спокойно. Вдруг этот наш избран- ный пресвитер встаёт и говорит: «Я пришёл к выводу, что Бога нет. Я отрекаюсь, детей я не хочу отдавать вам. Я отрекаюсь сам от Бога и детей буду учить так». Это был удар настолько силь-

ный. Братья все согнулись, многие заплакали. А те, конечно, в ладоши начали хлопать. Потом один из них говорит: «Повтори ещё». Он повторяет. Потом один из них подходит, говорит: «Мы должны видеть доказательства». Подносит папиросу ему, зажи- гает. «На бери, кури перед всеми!» Он берёт. Берёт и курит. Прошло много лет. И вот в одно время мы стоим с Серёжей, и вижу, что идёт человек согнутый и по дороге подбирает окурки. Серёжа что-то сказал, а я так посмотрел поближе, так это же Василий Сергеевич, тот, который отрёкся от Бога. Подхожу к нему: «Василий Сергеевич, что же ты делаешь?» «А что мне теперь делать? Дети от меня все отказались. Жить … Погиб я. Вот собираю теперь окурки». Таков вот конец, братья, того, кто думал защитить детей. И вот так получилось. Я не знаю, сейчас он живой или нет, но вот то, что мы видели, беседовали. Такой его конец и печальное положение. Поднял глаза он на меня и говорит: «А твои дети с тобой?». Я говорю: «Слава Богу, дети мои со мной, несут служение, верующие все». «Я погиб». Я гово- рю: «Можешь ты покаяться?» «Нет, не могу я ни каяться, ниче- го». И в третий раз говорит: «Я погиб». Это, братья, результат того, когда мы надеемся на себя или думаем что-то защитить сами. Конечно, за все эти годы, прошедшие до самого 1987 года, многое было нами пережито. Тогда был товарищеский суд ог- ромного завода, когда все единогласно клеймили нас. Между ними и я стоял, когда они тысячи людей убеждали отречься от этих, как они называли нас, американских шпионов и прочее. И Бог дал силы устоять. Я говорю, что это братья мои, а что они в тюрьме, и что ж, может, и я завтра буду в тюрьме. Все единоглас- но зачитывают резолюцию суда товарищеского, ходатайство пе- ред органами власти – такой человек не нужен, только расстре- лять его. Обращается председатель суда: «Кто «за»?» Ну и, ко- нечно, единогласно все принимают это решение. Я так думал, что на этом и конец. Прошло ещё несколько времени после суда, меня побили сильно. Потом года полтора прошло, когда мне дали пять лет тюрьмы, когда привезли уже в Красноярский край, и там в лагере вызывает начальник и других так ещё было трое. Оказывается, это решение суда уже там. Он зачитывает и гово- рит: «Что мне делать?» Ну и, конечно, опять разными словами:

«Тебе была дана возможность стать старшим пресвитером, тебе была дана возможность ехать по всем странам, ты был бы боль- шим человеком, а ты пошёл против советской власти», и что я такой-сякой, всё там наговорил. «Поэтому мы приговариваем тебя к тому, к чему приговорил тебя товарищеский суд. При первой

возможности помни, собственноручно расстреляю по решению вашего суда. «А теперь, пока он не одумается, не напишет заяв- ление, что он согласен на сотрудничество с органами, морить го- лодом и холодом». И сажает меня в камеру с крысами. Тогда я ещё не знал, что камеры такие есть. Правда, днём их нет, а ночью откуда-то их выпускают. Ну, так я на нарах, они около нар садятся и какая перепрыгнет, какая нет, друг друга там грызут, видимо, голодные. Так длилось около десяти суток. Откр.2:10 - Не бойся ничего, что тебе надобно будет претерпеть. Вот, диавол будет ввергать из среды вас в темницу, чтобы иску- сить вас, и будете иметь скорбь дней десять. Будь верен до смерти, и дам тебе венец жизни. Было сильнейшее напряже- ние. Замначальника лагеря приходит: «А теперь мы узнаем... Будешь стоять, пока мне не надоест». Переводят меня после это- го в другую камеру. Двоих приводит разбойников. «Если он ся- дет, то вы будете стоять». И опять же: «Ты знаешь своё дело. Если ты не подпишешься, то отсюда не выйдешь живым». Но так Бог дал, что я сутки простоял. Примерно через каждые часа два он приходил и задавал тот же самый вопрос. Ответ мой был такой: «Пока, слава Богу у меня всё хорошо». Стою вторые сутки, налились руки мои, ноги, порвались носки. На третий день эти ребята, которые за мной наблюдали говорят ему: «Началь- ник, или нас убери, или делай что хочешь, не можем смотреть».

На третий день где-то днём я ходить уже не мог. Пришли другие люди, приносят мне лист. «Тебе даётся возможность быть свободным, распишись, что ты согласен сотрудничать. На тебя поступила из Москвы депеша. Или мы тебя жизни лишим, или ты пойдёшь, но с целью, что ты согласен сотрудничать». Ну, не- множко отдохнул, посидел. Переводят в ШИЗО на шесть меся- цев. Начальник приказывает: «Температура не больше семи гра- дусов чтобы была, держать в одной рубашке. В баню водить в одних тапках. Кормить, как я вам приказал». Так примерно проходит 150 суток. Потом приходят, а по камерам (то ли они распространили, я не знаю по сей день) иногда стучат так ребя- та: «Баптист, держись, ты знаешь, что тебя хотят расстрелять». Ну, потом сажают людоеда или кто он там. Около десяти дней это было страшное мучение с ним. Потом вдруг приходят, выво- дят. Одежду дали. Ну, тут опять стучат ребята, что, мол, до свида- нья, дядя Миша, не обижайся на нас. Видимо, ты больше не вернёшься. (Плачет) А я стал что-то очень плохо видеть, почти слепой стал. Иду так, спотыкаюсь. На улицу вывели в первый раз, мороз такой крепкий, солнышко. Заводят в камеру другую.

Слушаю, жены вроде голос. Думаю, что такое, то ли снится, то ли какое-то видение. Правда, жена говорит: «Миша, подойди». Близко не подпускают, метра на три. Я так думаю, правда, Надя приеха- ла. Ну, она, конечно, говорит: «Что с тобой сделали, я тебя не узнаю». Ну, так она помолилась, потом я помолился немножко. Она пыталась передать мне несколько конфет. Не дали. Ну, так, с какой целью, кто его знает. Потом-то я узнал, как они ходатай- ствовали, как другие за меня ходатайствовали, что, мол, долго не было писем. Ну, они решили показать, что я всё-таки живой. Иду назад. А конвоир и говорит: «Ты знаешь, что начальник приказал с тобой сделать?» Я говорю: «Знаю». Ну и говорю, что чем быстрее сделали бы, тем лучше было. Заводят, а там из Крас- ноярска сидят двое. И приехал из Белгорода кэгэбист. И опять же привёз это, что подписали 99 человек братьев твоих. Как они живут хорошо, какая у них обстановка, как они за границу ездят, рассказывает мне, как всё прекрасно. Как страна наша живёт, что религии больше не будет, всего не будет. Ну, рассказывает про сыновей моих, что им тоже там трудно, что в школе там нападают на них. Надо тебе всё-таки одуматься, подумать. Вот Совет церквей весь в тюрьме, всё равно погибнут все. Так беседа, наверное, около часа была. Привёз он конфет мне шоколадных. Принесли стакан чаю. Конечно, я бы это с большим удоволь- ствием всё поёл, потому что, когда меня забирали, во мне было 96 килограмм, а когда там взвесили, было 48. Побеседовали. Я гово- рю: «Вы поймите правильно, я боюсь Бога. Я боюсь Бога, и пото- му ничего не буду подписывать. Умереть, умру, но подписывать я ничего не буду». И опять даётся указание посадить.

Посадили ещё в худшую камеру, где было великое множество вшей и тараканов. Это было что-то невероятное. Когда подавали кусок хлеба, то его нельзя было съесть. Вот я так разламывал, кругом немножко раскладывал, потому что нападали тысячи этих тараканов, не знаю как их назвать, и они начинали есть то, что я им дал, тогда и я мог что-то съесть. Братья, всё это не переска- жешь. Но, когда Бог дал, пришло освобождение, сам начальник лагеря пришёл, принёс мне вещи. И так, вроде с добрым намере- нием, как я понял, что он даже извинился. «Ты извини, что так пришлось с тобой поступать». А когда я вышел из лагеря, был март месяц, было очень холодно, снега очень много было. А там примерно километров семь надо было пешком идти до станции. И вот я настолько ослабел, прошёл немножко, помолился Богу, чтобы хоть машина какая подобрала. Едет машина, мимо про- ехала, я ещё немножко прошёл, а потом, конечно, упал. Нет сил

идти, ветер такой дует. Ну, я так думаю: «Господи, ну помоги как-то дойти, хотя бы хлеба купить». И так положил в сердце своём, что если Бог даст, что буду дома, то обязательно устроюсь на хлебозавод. И так думаю, что всегда буду носить с собой хлеб. Не думал я, что я наемся хлеба. Третья машина останавливает- ся. И говорит шофёр: «Этот зверь приказал тебя не подбирать. Он говорит: «Не сдох здесь, дорогой сдохнет, он не дойдёт до станции». Поэтому какое-то сердце Бог расположил, и этот шо- фёр хватает меня быстро за руку, посадил в кабину и довёз до станции путём таким, чтобы милиция не увидела, и быстро меня вытолкал. «Иди, о тебе весь лагерь знает, и хутор наш весь знает, как тебя мучают. Иди». Поблагодарил Бога и первым делом пошёл покупать хлеб. Купил буханку хлеба и купил немножко масла. Есть страшно охота. Но, собственно, я видел, как люди умирают от того, что хлеба много наедаются. Видел сам. На- столько был тяжёлый лагерь, что так там били, и люди умирали, черви съедали их. В буквальном смысле съедали черви. Милли- оны их на человека. Он ещё живой, а на нём миллионы червей. Сел я, немножко поел. Нет сил подняться. Милиционер подхо- дит: «Ты только оттуда вышел, и ты хочешь опять туда попасть? Ну-ка марш отсюда!» Но, правда, Бог дал, я купил шапку, сел, приехал в Красноярск, а там один брат жил. Встретил меня хо- рошо, я ему и говорю: «Ты знаешь, у меня тут клопов много, вшей много на мне, ты уж как-нибудь поостерегись». Но Бог дал такую милость, он меня взял на руки, раздел меня, всё это посни- мал, отнёс в баню, и три дня, Бог дал милость, я у него отдыхал. Приехал, братья, домой, и через три дня снова КГБ. Это в 1987-ом году. «Вот что, давай тайно поговорим. Ты будешь знать и мы двое будем знать. Дай подпись, что ты будешь сотрудни- чать с нами, что ты зарегистрируешь церковь, и всё. Мы будем знать и ты будешь знать, и больше никто. Живи, как хочешь». Братья, некоторые думают, что сейчас регистрация - это как буд- то ничего. Нет, братья, это не так. Это такая сеть, в которую люди попались, и в основном служители. Попались в эту сеть, и из неё очень трудно вырваться, если не приговоришь сам себя к смерти. Года три назад к нам привезли гуманитарную помощь, а отдавать не отдают. Пошли мы с братом, дошли почти до губер- натора. Смотрим, приглашают нас побеседовать с уполномочен- ным. Сидят такие же уполномоченные, как и десять, и двадцать лет назад. Уполномоченный приходит, а он меня не знает. Он говорит: «Мне очень хочется встретиться с Азаровым. Если бы мы с ним сошлись, как со старшим пресвитером, то мы бы с ним

за два часа всё решили. По чашке чаю бы выпили, ну и везите, раздавайте, дай вам Бог. Ну они такие упорные. Этот Азаров такой упорный, что не хочет даже встретиться». Вот таким обра- зом вся эта система остаётся до сих пор та же, никаких перемен нет. К великому сожалению, наши братья из регистрированных церквей это не поймут. Они это не поймут и не хотят понимать. Поэтому, братья, Апостол Павел говорит: 2Кор.4:2 «но, отвер- гнув скрытные постыдные [дела], не прибегая к хитрости и не искажая слова Божия, а открывая истину, представляем себя совести всякого человека пред Богом».

Устроился я на работу, и однажды послали у нас одного чело- века вместе со мной менять ванну. Входит хозяин квартиры. Ходил, ходил, а потом и говорит: «Михаил Иванович, не узнаёшь меня?» И называет себя нехорошим словом. Я так посмотрел на него, а не могу сказать, хотя где-то, может, и видел. «Да это же я, майор КГБ, который не раз мучил тебя». Наш белгородский. Подходит, так кланяется и говорит: «Прости меня, Михаил Ива- нович, я знаю, сколько ты перенёс страданий. Вот такие мы были бестолковые, нас заставляли, а мы делали. Если бы я был на твоём месте, я бы, наверное, мину сюда принёс, чтобы меня взор- вать вместе с квартирой, а ты мне ещё доброе дело делаешь. Прости меня». Иду я по улице, идёт человек, а другой его ведёт под руку. Я-то их позабыл уже. Он кричит на всю улицу: «Ми- хаил Иванович, ты не узнаёшь меня?» Я говорю: «Да кто вас разберёт, вас много». А он был участковым, раза три сажал меня на 15 суток. А теперь сын его держит, ведёт его. «Пропала моя вся жизнь, пропало всё моё. Мне одно, хочу только застрелиться или задушиться. Но вот ещё сын меня держит. Какие вы счаст- ливые люди, а мы-то были такие глупые, да что же мы с вами делали». Братья, это люди говорят, неверующие люди, они поня- ли свою ошибку. К великому сожалению, наши браться в регис- трированных церквах до сего дня не поймут этого бедствия, в которое они попали. В прошлом году захожу я в магазин, идёт пресвитер церкви регистрированной и вот так несёт два пакета. Я говорю: «Борис, что ты несёшь?» «Да надоело поклоняться».

«Как поклоняться?» «Да вот так, что как крещение совершать, надо идти на поклон, надо писать заявление. Как рукополагать, надо идти на поклон. Поэтому мы решили баптистерий себе сде- лать, чтобы не ходить на поклон, чтобы крестить здесь». Я гово- рю: «Борис, миленький, да сколько же лет мы так делали, что никому и ни в чём не поклоняемся». «Да это ж вы, а мы не хотим таким путём идти». Система эта сатанинская, она до сего

дня та же, она не поменялась и не поменяется, братья. Поэтому в этом плане мне понравилось, что на съезде братья, как мне ка- жется, правильно решили. Весь Совет церквей выходил и моли- лись за братьев и сестёр в регистрированных церквах. До неко- торой степени и я молился Богу, просил, что, может, я виноват в чём-то в отношении этих людей, потому что я там был. Как некогда праведники исповедовались перед Богом за весь народ Божий. Когда мы читаем молитву Даниила, девятая глава, то он просит и не говорит «они», а говорит «мы». Мы согрешили, мы это делали. И исповедуется за весь народ Божий. Это действи- тельно Господь так побудил совершить молитву за всех братьев и сестёр в регистрированных церквах. Ну и, наверное будет обра- щение ещё. Поэтому в беседах, когда мы встречаемся с ними, как вот я общался с Иваном Константиновичем, это донецкий пре- свитер Медведев. Вот он недавно только с Америки вернулся, его постигла болезнь большая, но здесь, слава Богу, всё кончилось. И я беседую с ним: «Ваня, что ты думаешь? Что ты там держишься за эту систему? Вы дали хорошее наименование дому своему «В Гефсимании». Увы! И рассказывает: «Мы у губернатора были, собрались 20 пресвитеров разных религиозных течений. Не при- шёл только Тушков». Губернатор нам задал вопрос: «Вы верую- щие люди. Расскажите, как мы будем жить дальше?» Ну и вста- ёт один и критикует одну партию, другой другую. Покритикова- ли друг друга, а губернатор опять говорит: «Вы же вожаки веру- ющих людей, вы скажите по Библии, как мы будем жить даль- ше?» Губернатор по Донецкой области, видимо, какой-то умный человек был. А мы, говорит, согнулись, посидели, молчим. Мы не были готовы к тому, чтобы сказать, как мы будем жить дальше. И такое положение, что произошло полное соединение с миром.

Мне хочется, братья, в заключение прочитать слово, которое Апостол Павел написал: Евр.13:13-15 – «то и Иисус, дабы освятить людей Кровию Своею, пострадал вне врат. Итак выйдем к Нему за стан, нося Его поругание; ибо не имеем здесь постоянного града, но ищем будущего. Итак будем че- рез Него непрестанно приносить Богу жертву хвалы, то есть плод уст, прославляющих имя Его». Братья, сегодня это ог- ромный религиозный стан. Как вы слышали, брат говорил, а он почти во всех странах мира был. И весь этот стан, как я недавно слушал передачу из Америки, что было там общее богослужение после гибели этих высотных домов. Передают, что собрались ты- сячи людей, приехали три президента, приехал Билли Грейм, при- ехали выдающиеся проповедники. Все выступали и все держали

плакаты, чтобы Бог дал сил перенести всё это. А потом дали команду перевернуть плакаты. На обратной стороне было два слова: «Отомстим!» и то ли «убьём» или что-то другое. Вот это

«христиане». Поэтому, братья, мы не к этому призваны, ибо у нас иной путь – путь Божий. Если Господа вывели за стан, то кто мы? Религиозный мир объединяется, политический мир объеди- няется. Вы знаете, что небывалое такое явление, что собрались на тысячелетие почти все президенты мира решать вопрос, как будем жить дальше. А потом собрался весь религиозный мир и тоже: как будем жить дальше? То есть мы сегодня с вами при- шли к такому положению, что не сегодня-завтра уже появится антихрист. А как мы с вами? Когда мы читаем Евангелие от Матфея в 27 главе, когда идёт Иисус Христос на Голгофу, то Он крест деревянный уже не мог нести. Поэтому встретили человека и заставили нести крест Его. А что такое крест? Тот, который идёт на смерть, он должен нести этот крест. Что же Иисус Хрис- тос нам говорит? Мф.16:24 – «Тогда Иисус сказал ученикам Своим: если кто хочет идти за Мною, отвергнись себя, и возьми крест свой, и следуй за Мною». Писание тоже говорит, что диавол хочет поглотить нас. А что ответим мы? Готовы ли мы нести этот крест, чтобы достигнуть Царства Небесного?

Дорогие дети Божии, я очень радуюсь, что у вас столько брать- ев-служителей. Но брат говорил уже, что, к великому сожалению, не все служители оказываются верными. Это есть и в нашем братстве, когда не все оказываются верными. Верующих много. Но дай, Бог, силы, как мы с вами прочитали, что Апостол Павел говорит, что каждый домостроитель должен быть верным. А вер- ность эта – верность нашему Господу. И как хорошо бы попро- сить Бога, чтобы Бог дал нам силы верности. И не стесняться говорить, особенно верующим из регистрированных церквей, что- бы они освобождались, чтобы они выходили из этого стана. Откр.18:4 «И услышал я иной голос с неба, говорящий: вый- ди от нее, народ Мой, чтобы не участвовать вам в грехах её и не подвергнуться язвам её». Бог прямо говорит, чтобы и нам не оказаться в числе этих погибших людей. Поэтому будем мо- литься об этом, будем просить: братья, сёстры, оставьте этот путь, путь сотрудничества с этими безбожниками современными, хотя и религиозными людьми. Это в ужас прийти можно, когда верую- щим вручают орден! У нас в Брянске недавно вручили тоже ор- ден двум попам и старшему пресвитеру. Можно удивляться – за что? Когда мы страдали, Карев получил тоже серебряный орден, а тысячи братьев и сестёр страдали. Братья, мы не к этому призва-

ны, мы призваны не здесь ордена получать. Наш путь здесь – это путь страданий. Другого пути в Царствие Божие нет». Иоил.3:11

– «Спешите и сходитесь, все народы окрестные, и собери- тесь; туда, Господи, веди Твоих героев».


Высоки были стены, и ров был глубок.

С ходу взять эту крепость никак он не мог. Вот засыпали ров – он с землей наравне.

Вот приставили лестницы к гордой стене. Лезут воины кверху, но сверху долой

Их сшибают камнями, кипящей смолой. Лезут новые - новый срывается крик.

И вершины стены ни один не достиг.

«Трусы! Серые крысы вас стоят вполне!» – Загремел Александр. – Дайте лестницу мне! Первым на стену бешено кинулся он, Словно был обезьяною в джунглях рождён.

Следом бросились воины, - как виноград,- Гроздья шлёмов над каждой ступенью висят. Александр уже на стену вынес свой щит.

Слышит - лестница снизу надсадно трещит. Лишь с двумя смельчаками он к небу взлетел, Как обрушило лестницу тяжестью тел.

Три мишени, три тени – добыча камням.

Сзади тясячный крик: «Прыгай на руки к нам!».

Но уже он почувствовал, что недалёк Тот щемящий, весёлый и злой холодок.

Холодок безрассудства. Негаданный, тот, Сумасшедшего сердца слепой нерасчёт.

А в слепом нерасчёте - всему вопреки - Острый поиск ума, безотказность руки.

Просят вниз его прыгать? Ну что ж, он готов, – Только в крепость, в толпу озверелых врагов.

Он летит уже. Меч вырывает рука.

И с мечами, как с крыльями, два смельчака. (...Так, с персидским царём начиная свой бой,

С горсткой всадников резал он вражеский строй Да следил, чтоб коня его злая ноздря

Не теряла тропу к колеснице царя...)

Но ведь прошлые битвы вершили судьбу – То ль корона в кудрях, то ли ворон на лбу.

Это ж так, крепостца на неглавном пути,

Можно было и просто её обойти,

Но никто из ведущих о битвах рассказ Не видал, чтобы он колебался хоть раз.

И теперь, не надеясь на добрый приём, Заработали складно мечами втроём.

Груды тел вырастали вокруг. Между тем Камень сбил с Александра сверкающий шлем.

Лишь на миг опустил он свой щит. И стрела Панцирь смяла и в грудь Александра вошла. Он упал на колено. И встать он не смог.

И на землю безмолвно, беспомощно лёг.

Но уже крепостные ворота в щепе. Меч победы и мести гуляет в толпе. Александра выносят. Пробитая грудь

Свежий воздух целебный не в силах вдохнуть...

Разлетелся быстрее, чем топот копыт,

Слух по войску, что царь их стрелою убит. Старый воин качает седой головой:

«Был он так безрассуден, наш царь молодой».

Между тем, хоть лицо его словно в мелу, Из груди Александра добыли стрелу.

Буйно хлынула кровь. А потом запеклась. Стали тайные травы на грудь ему класть.

Был он молод и крепок. И вот он опять

Из беспамятства выплыл. Но хочется спать... Возле мачты сидит он в лавровом венке.

Мимо войска галера плывёт по реке.

Хоть не ведали воины точно пока,

То ль живого везут, то ль везут мертвяка, Может, всё-таки рано им плакать о нём? Он у мачты сидит. И молчит о своём.

Безрассудство... А где его грань? Сложен суд,- Где отвага и глупость границу несут.

Вспомнил он, как под вечер, устав тяжело, Войско мерно над чёрною пропастью шло.

Там персидских послов на окраине дня Принял он второпях, не слезая с коня. Взял письмо, а дары завязали в узлы.

«Не спешите на битву, – просили послы. – Замиритесь с великим персидским царём».

«Нет, – сказал Александр, – мы скорее умрём».

«Вы погибнете, – грустно сказали послы, –

Нас без счёта, а ваши фаланги малы».

Он ответил: «Неверно ведёте вы счёт. Каждый воин мой стоит иных пятисот». К утомлённым рядам повернул он коня.

«Кто хотел бы из вас умереть за меня?»

Сразу двинулись все. «Нет, – отвёл он свой взгляд, – Только трое нужны. Остальные – назад».

Трое юношей, сильных и звонких, как меч, Появились в размашистой резкости плеч.

Он, любуясь прекрасною статью такой, Указал им на чёрную пропасть рукой.

И мальчишки, с улыбкой пройдя перед ним, Молча прыгнули в пропасть один за другим.

Он спросил: «Значит, наши фаланги малы?» - Тихо, с ужасом скрылись в закате послы… Безрассудство, а где его грань? Сложен суд,

Где бесстрашье с бессмертьем границу несут.

Не безумно ль водить по бумаге пустой, Если жили на свете Шекспир и Толстой? А зачем же душа? Чтобы зябко беречь

От снегов и костров, от безжалостных встреч?

Если вера с тобой и свеченье ума, То за ними удача приходит сама…

...Царь у мачты. А с берега смотрят войска:

«Мёртвый? Нет, погляди, шевельнулась рука...» Старый воин качает седой головой:

«Больно ты безрассуден, наш царь молодой». Александр, улыбнувшись, ответил ему:

«Прыгать в крепость, ты прав, было мне ни к чему».Л.Ошанин


Вопрос 3780: С какого возраста уже понятно, что дело пошло к закату и ничего не изобретёшь? В духовном плане тоже есть какой-то климакс, когда деторождение уже невозможно?

Ответ: И тут точно так же огромная разница между верующим и неверующим. У верующих нет ограничений возрастных – они накапливают опыт, делаются только плодоносней. Пс.91:15

«они и в старости плодовиты, сочны и свежи». Посмотрите на старушек на остановке или в автобусе, какие они безвольные, тусклые, трухлявые. И чем же они дома занимаются, если не ходят в церковь? Они толстеют и злятся. С кем-то ссорятся. Их домашние часто не только не уважают их, а даже желают им скорейшей смерти. А у верующих и в старости всё по-другому -

жизнь насыщена молитвой и благодарностью к Богу. Лук.2:37 –

«вдова лет восьмидесяти четырех, которая не отходила от храма, постом и молитвою служа Богу день и ночь». 1Тим.5:9

– «Вдовица должна быть избираема не менее, как шестиде- сятилетняя, бывшая женою одного мужа».


Когда мужчине сорок лет, ему пора держать ответ: душа не одряхлела? – перед своими сорока,

и каждой каплей молока, и каждой крошкой хлеба.

Когда мужчине сорок лет, то снисхожденья ему нет перед собой и перед Богом. Все слезы те, что причинил, все сопли лживые чернил ему выходят боком.

Когда мужчине сорок лет, то наложить пора запрет

на жажду удовольствий: ведь если плоть не побороть, урчит, облизываясь, плоть – съесть душу удалось ей.

И плоти, в общем-то, кранты, когда вконец замуслен ты, как лже-Христос, губами. Один роман, другой роман,

а в результате лишь туман и голых баб – как в бане.

До сорока яснее цель. До сорока вся жизнь как хмель, а в сорок лет – похмелье. Отяжелела голова.

Не сочетаются слова. Как в яме – новоселье.

До сорока, до сорока схватить удачу за рога

на ярмарку мы скачем, а в сорок с ярмарки пешком

с пустым мешком бредём тишком. Обворовали – плачем.

Когда мужчине сорок лет, он должен дать себе совет: от ярмарки подальше. Там не обманешь – не продашь. Обманешь – сам уже торгаш. Таков закон продажи.

Ещё противней ржать, дрожа, конём в руках у торгаша, сквалыги, живоглота. Два равнозначные стыда:

когда торгуешь и когда тобой торгует кто-то.

Когда мужчине сорок лет, жизнь его красит в серый цвет, но если не каурым – будь серым в яблоках конём

и не продай базарным днём ни яблока со шкуры.

Когда мужчине сорок лет, то не сошёлся клином свет на ярмарочном гаме. Всё впереди – ты погоди.

Ты лишь в комедь не угоди, но не теряйся в драме!

Когда мужчине сорок лет, или распад, или расцвет – мужчина сам решает. Себя от смерти не спасти,

но, кроме смерти, расцвести ничто не помешает.

1972. Евгений Евтушенко Вопрос 3781: Как нам в школе преподавали, что всё человечество

бесполезно билось тысячелетия за равноправие женщин с муж-

чинами, и что только советская власть на деле сумела воплотить эту мечту. Теперь женщина может занимать любую должность и получать столько же, как и мужчина. Почему церковь не боро- лась за раскрепощение женщин?

Ответ: У нас здесь серьёзные занятия по изучению Библии, а вы начинаете смешить людей – это нехорошо. По-серьёзному, женщина потеряла своё мнимое равенство с мужем уже в раю. И там ей отведена своя роль: Быт.3:16 – «Жене сказал: умножая умножу скорбь твою в беременности твоей; в болезни бу- дешь рождать детей; и к мужу твоему влечение твоё, и он будет господствовать над тобою». 1Тим.2:15 – «впрочем спасётся через чадородие, если пребудет в вере и любви и в святости с целомудрием». Вам ни о чём эти выдержки из Биб- лии не говорят? Равенство дано и должно строго соблюдаться. Оно в исполнении порученной доли и роли. Еф.5:33 – «Так каждый из вас да любит свою жену, как самого себя; а жена да боится своего мужа». Муж пашет землю, сеет, а хлеб печёт жена. И ещё неизвестно, что в этом содружестве важнее. Муж строит дом, а жена его хранит в тепле и красе. Муж трудится, воспитывая и кормя ребёнка. Жена этот труд в муках смертных усвоила. И порабощать её ещё на работе трактористкой – на это могут покуситься только воистину ненавидящие женщин ком- мунисты. Знающая своё место женщина растит человека, творит из дикого ослёнка человека, указывает ему путь к небу. А сегод- ня этим женщина где занимается? Только у верующих, к чему побуждает и церковь. Так что только церковь сегодня и даёт истинное направление деятельности женщины. 1Пет.3:7 – «Так- же и вы, мужья, обращайтесь благоразумно с жёнами, как с немощнейшим сосудом, оказывая им честь, как сонаследни- цам благодатной жизни, дабы не было вам препятствия в молитвах».

Она сказала: «Он уже уснул!»,— задёрнув полог над кроваткой сына, и верхний свет неловко погасила,

и, съёжившись, халат упал на стул.

Мы с ней не говорили про любовь, Она шептала что-то, чуть картавя, звук «р», как виноградину, катая за белою оградою зубов.

«А знаешь: я ведь плюнула давно

на жизнь свою... И вдруг так огорошить! Мужчина в юбке. Ломовая лошадь.

И вдруг — я снова женщина... Смешно?» Быть благодарным — это мой был долг. Ища защиту в беззащитном теле, зарылся я, зафлаженный, как волк,

в доверчивый сугроб её постели. Но, как волчонок загнанный, одна, она в слезах мне щеки обшептала.

и то, что благодарна мне она, меня стыдом студёным обжигало.

Мне б окружить её блокадой рифм, теряться, то бледнея, то краснея,

но женщина! меня! благодарит!

за то, что я! мужчина! нежен с нею!

Как получиться в мире так могло? Забыв про смысл её первопричинный, мы женщину сместили. Мы её унизили до равенства с мужчиной.

Какой занятный общества этап, коварно подготовленный веками: мужчины стали чем-то вроде баб,

а женщины — почти что мужиками.

О, Господи, как сгиб её плеча

мне вмялся в пальцы голодно и голо и как глаза неведомого пола преображались в женские, крича!

Потом их сумрак полузаволок. Они мерцали тихими свечами...

Как мало надо женщине — мой Бог!—

чтобы её за женщину считали. 1968. Евгений Евтушенко.


Вопрос 3782: Вам никогда не выиграть эту битву за чистоту в православии, чтобы вернуть всё к Апостольскому времени. Путь есть даже очень простой – уйти к сектантам. Там всё так выве- рено и ничего лишнего. А так – Вас всё равно попы задолбят. Да и многие другие Вами недовольны. Вы это разве не видите?

Ответ: Давно вижу и не хуже вас. И вы тут совершенно правы были бы, если бы не было Бога и Библии. Меня долбят церков- ники уже 45 лет. И пока ни одного поражения. Секты – это не Церковь. А вне Церкви нет и спасения. Это я уже не раз пояс- нял по Писанию. Там нет священства, без которого Христос не дал указания спасаться. Знаю ненависть врагов Божьих. Но, открывая Библию, я нахожу, что так и должно быть. Иоан.15:20

– «Помните слово, которое Я сказал вам: раб не больше господина своего. Если Меня гнали, будут гнать и вас; если Моё слово соблюдали, будут соблюдать и ваше». Попам не стыдно нападать на меня? Их сколько, а я один.


Работая локтями, мы бежали,- кого-то люди били на базаре.

Как можно было это просмотреть! Спеша на гвалт, мы прибавляли ходу, зачерпывая валенками воду

и сопли забывали утереть.

И замерли. В сердчишках что-то сжалось, когда мы увидали, как сужалось

кольцо тулупов, дох и капелюх, как он стоял у овощного ряда, вобравши в плечи голову от града тычков, пинков, плевков и оплеух.

Вдруг справа кто-то в санки дал с оттяжкой. Вдруг слева залепили в лоб ледяшкой.

Кровь появилась. И пошло всерьёз.

Все вздыбились. Все скопом завизжали, обрушившись дрекольем и вожжами, железными штырями от колёс.

Зря он хрипел им: «Братцы, что вы, братцы...» - толпа сполна хотела рассчитаться,

толпа глухою стала, разъярясь.

Толпа на тех, кто плохо бил, роптала, и нечто, с телом схожее, топтала

в снегу весеннем, превращённом в грязь.

Со вкусом били. С выдумкою. Сочно. Я видел, как сноровисто и точно лежачему под самый-самый дых, извожены в грязи, в навозной жиже, всё добавляли чьи-то сапожищи,

с засаленными ушками на них.

Их обладатель – парень с честной мордой и честностью своею страшно гордый –

всё бил да приговаривал: «Шалишь!...» Бил с правотой уверенной, весомой,

и, взмокший, раскрасневшийся, весёлый, он крикнул мне: «Добавь и ты, малыш!»

Не помню, сколько их, галдевших, било.

Быть может, сто, быть может, больше было, но я, мальчишка, плакал от стыда.

И если сотня, воя оголтело,

кого-то бьёт,- пусть даже и за дело! -

сто первым я не буду никогда! 1963. Евг.Евтушенко


Вопрос 3783: В письме к Вам глава города Барнаула Баварин В.Н. пишет, желая Вам добра, чтобы Вы гордо несли свой крест. Выходит и гордость может быть спасительной?

Ответ: Вы не забывайте, что понятие о гордости у верующих и неверующих неодинаковое. В Библии это слово встречается 131 раз и всегда только в отрицательном смысле. Пс.137:6 – «Высок Господь: и смиренного видит, и гордого узнаёт издали». Гор- дый и надменный – слова почти синонимы. Это означает, что человек не смиряется перед Богом, перед Его Словом. В данном аспекте почти все служители церковные очень гордые, ибо не покоряются прямо Слову Божию. И в этом же рассмотрении самые гордые из них – монашествующие, хотя они согнулись, слова из них не вытянешь. Пс.122:4 – «довольно насыщена душа наша поношением от надменных и уничижением от гордых». Из письма главы города: «Желаю Вам на этом нелёг- ком жизненном пути... гордо нести свой крест и иметь после- дователей, верных Слову Божию. С уважением глава городского самоуправления В. Н. Баварин. 27.11.97». Он, конечно же, име- ет в виду, чтобы я и дальше не прогибался, а с достоинством был верен делу Божьему, Слову Христову. Деян.4:29 – «И ныне, Гос- поди, воззри на угрозы их, и дай рабам Твоим со всею смело- стью говорить слово Твоё». У Бога вся власть и Он видит сердце каждого. Иов.12:19 – «князей лишает достоинства и низвергает храбрых». Когда в миру видят жену, над которой куражится муж-самодур, ей так и говорят: «Где же твоя женс- кая гордость, почему ты терпишь такое над собой?» Не нужно привязываться к словам. Тут же явно, что в слово «гордость» заложен совсем иной смысл, нежели по Библии. Фил.1:14 – «и большая часть из братьев в Господе, ободрившись узами мо- ими, начали с большею смелостью, безбоязненно проповеды- вать слово Божие». 1Иоан.2:16 – «Ибо всё, что в мире: по- хоть плоти, похоть очей и гордость житейская, не есть от Отца, но от мира сего».


Униженьями и страхом Заставляют быть нас прахом, Гасят в душах Божий свет. Если гордость мы забудем,

Мы лишь серой пылью будем Под колёсами карет.

Можно бросить в клетку тело, Чтоб оно не улетело Высоко за облака, А душа сквозь клетку к Богу Всё равно найдёт дорогу, Как пушиночка, легка.

Жизнь и смерть – две главных вещи. Кто там зря на смерть клевещет?

Часто жизни смерть нежней. Научи меня, Всевышний, Если смерть войдёт неслышно, Улыбнуться тихо ей.

Помоги, Господь, Всё перебороть,

Звёзд не прячь в окошке, Подари, Господь, Хлебушка ломоть – Голубям на крошки.

Тело зябнет и болеет, На кострах горит и тлеет, Истлевает среди тьмы. А душа всё не сдаётся. После смерти остаётся Что-то большее, чем мы.

Остаёмся мы по крохам: Кто-то книгой, кто-то вздохом, Кто-то песней, кто – дитём, Но и в этих крошках даже, Где-то, будущего дальше, Умирая, мы живём.

Что, душа, ты скажешь Богу, С чем придёшь к Его порогу? В рай пошлёт Он или в ад? Все мы в чём-то виноваты,

Но боится тот расплаты, Кто всех меньше виноват.

Помоги, Господь, Всё перебороть,

Звёзд не прячь в окошке, Подари, Господь,

Хлебушка ломоть – Голубям на крошки. Е.Евтушенко


Вопрос 3784: Вы говорите, что нужно молиться о правителях и о нашей стране. А о чём конкретно утром и вечером? Или молитвы всегда одни и те же, по молитвослову?

Ответ: Если бы я даже этого никогда не говорил, вы должны знать сие, согласно написанному в Священном Писании. 1Тим.2:1- 2 – «Итак прежде всего прошу совершать молитвы, проше- ния, моления, благодарения за всех человеков, за царей и за всех начальствующих, дабы проводить нам жизнь тихую и безмятежную во всяком благочестии и чистоте». Рим.9:3

«я желал бы сам быть отлучённым от Христа за братьев моих, родных мне по плоти». Просим о сохранении мирного времени, чтобы Бог помиловал начальствующих, и всегда пере- числяем имена, начиная с Кремля, администрации края, города, района, университета и т.п. «И через них сотвори благое для Церкви Твоей, Господи». И если кто из них путешествует, про- сим сохранить в пути и от нечаянной смерти, то есть от покуше- ния. И главное, чтобы Господь дал им веры, И чтобы они уверо- вали во Христа, родились свыше, любили народ, творили дела,

достойные покаяния, усмирили грабителей. Вечером добавляем, чтобы Христос дал мудрости и безопасности милиции и пожар- ным, охраняющим наш покой. Прем.Сол.6:5,8 – «Страшно и скоро Он явится вам, — и строг суд над начальствующи- ми… но начальствующим предстоит строгое испытание». Неем.5:7 – «Сердце моё возмутилось, и я строго выговорил знатнейшим и начальствующим и сказал им: вы берёте лихву с братьев своих. И созвал я против них большое собрание».


Дай, Бог, слепцам глаза вернуть и спины выпрямить горбатым.

Дай, Бог, быть богом хоть чуть-чуть, но быть нельзя чуть-чуть распятым.

Дай, Бог, не вляпаться во власть и не геройствовать подложно,

и быть богатым — но не красть, конечно, если так возможно.

Дай, Бог, быть тёртым калачом, не сожранным ничьею шайкой, ни жертвой быть, ни палачом, ни барином, ни попрошайкой.

Дай, Бог, поменьше рваных ран, когда идёт большая драка. Дай, Бог, побольше разных стран, не потеряв своей, однако.

Дай, Бог, чтобы твоя страна тебя не пнула сапожищем. Дай, Бог, чтобы твоя жена тебя любила даже нищим.

Дай, Бог, лжецам замкнуть уста, глас Божий слыша в детском крике. Дай, Бог, живым узреть Христа,

пусть не в мужском, так в женском лике.

Не крест — бескрестье мы несём, а как сгибаемся убого. Чтоб не извериться во всём, Дай, Бог, ну хоть немного Бога! Дай, Бог, всего, всего, всего и сразу всем — чтоб не обидно...

Дай, Бог, всего, но лишь того, за что потом не станет стыдно.

Е.Евтушенко Вопрос 3785: Как наше поколение могло уверовать в Бога и

знать, что есть Бог, если в школьной программе ни слова про Него. И в библиотеках были запрятаны книги о Вседержителе.

Ответ: Книга природы была для всех открыта. Но и в школь- ных учебниках было кое-что. Как сейчас помню, когда разучива- ли стихотворение Некрасова «Размышления у парадного подъез- да», то слова «Повторяя, «Суди его, Бог..» я сразу же высветил и тут же сказал, что крестьяне были верующими. И мне было сла- достно повторять эти строки даже в степи и разводить руками в стороны, как мне казалось, делали те крестьяне у подъезда. А уж

когда стихотворение Лермонтова в школе учили, что «есть Бо- жий Суд, наперсники разврата», тут моя душа буквально возли- ковала и я повторял постоянно: «Есть Божий Суд». И когда уже уверовал, то эти строки я постоянно повторял на любой публике, в вагонах и перед начальством. Они же мне твердили, что это так, аллегорически Лермонтов сказал, а имел ввиду суд народного гнева, справедливость революции. На что я сразу же парировал: «Да кто же может знать мысли и дела наперёд, кроме Бога Всеведущего?» Лермонтов в моём сознании всегда считался верующим за одни эти слова. Многое я нашёл в «Войне и мире» Толстого, у Никитина, Достоевского, Пушкина и других. Вы окон- чательно неправы в этом суждении и оправдании себя. О Боге было слышно и в зарубежной классике, даже у Диккенса, у Бичер Стоун в «Хижине дяди Тома». А уж про картинные галереи, такие, как Эрмитаж и Третьяковка, что говорить, там на религи- озные темы очень даже достаточно было, чтобы уверовать. Иов.4:15 – «И дух прошёл надо мною; дыбом стали волосы на мне». Деян.17:28 – «ибо мы Им живем и движемся и суще- ствуем, как и некоторые из ваших стихотворцев говорили:

«мы Его и род»». Тит.1:12 – «Из них же самих один стихот- ворец сказал: «Критяне всегда лжецы, злые звери, утробы ленивые»».

Я представляю страх и обалденье,

когда попало в Третье отделенье «На смерть Поэта»... Представляю я, как начали все эти гады бегать,

на вицмундиры осыпая перхоть, в носы табак спасительный суя.

И шеф жандармов — главный идеолог, ругая подчинённых идиотов,

надел очки... Дойдя до строк: «Но есть, есть Божий Суд, наперсники разврата...» — он, вздрогнув, огляделся воровато

и побоялся ещё раз прочесть... Уже давно докладец был состряпан, и на Кавказ М. Лермонтов запрятан,

но Бенкендорф с тех пор утратил сон. Во время всей бодяги царедворской — приёмов, заседаний, церемоний:

«Есть Божий Суд...» — в смятенье слышал он.

«Есть Божий Суд...» — метель ревела в окна.

«Есть Божий Суд...» — весной стонала Волга в раздольях исстрадавшихся степных.

«Есть Божий Суд...» — кандальники бренчали.

«Есть Божий Суд...» — безмолвствуя, кричали глаза скидавших шапки крепостных.

И шеф, трясясь от страха водянисто, украдкой превратился в атеиста.

Шеф посещал молебны, как всегда, с приятцей размышляя в кабинете, что все же Бога нет на этом свете, а значит, нет и Божьего Суда.

Но вечно надо всеми подлецами — жандармами, придворными льстецами,— как будто их грядущая судьба,

звучит с неумолимостью набата:

«Есть Божий Суд, наперсники разврата... Есть Божий Суд... Есть грозный Судия...»

И если даже нет на свете Бога,

не потирайте руки слишком бодро: вас вицмундиры ваши не спасут,— придёт за всё когда-нибудь расплата. Есть Божий Суд, наперсники разврата,

и суд поэта — это Божий суд! Евг. Евтушенко


Вопрос 3786: Когда подводят итог своей прожитой жизни верую- щие и неверующие, то сильно ли разнится их опыт жизни?

Ответ: У неверующего, каким бы он ни был гениальным, всегда взор зашорен, запылён могильным тленом, ибо он дальше развер- стого зёва могилы ничего не может видеть. А надеяться на па- мять народную, к чему звали большевики – это смешно. Ника- кой памяти не хватит, да и у каждого свои дела. А когда человек верит в вечную жизнь со Христом, тогда он знает, что смерти нет, а есть переход в вечное Царство света и любви. И накопленное отдаёшь с радостью и истинно можешь раскаяться. Вы послу- шайте песнопения над умершим у православных и у иных хрис- тиан, и вы больше никогда не будете задавать такой вопрос, что- бы понять, что сравнивать даже не с чем. Иоан.3:36 – «Верую- щий в Сына имеет жизнь вечную, а не верующий в Сына не увидит жизни, но гнев Божий пребывает на нём». 2Тим.4:8

«а теперь готовится мне венец правды, который даст мне Господь, праведный Судия, в день оный; и не только мне, но и всем, возлюбившим явление Его».


Зашумит ли клеверное поле, заскрипят ли сосны на ветру,

я замру, прислушаюсь и вспомню, что и я когда-нибудь умру.

Но на крыше возле водостока встанет мальчик с голубем тугим, и пойму, что умереть — жестоко

и к себе, и, главное, к другим.

Чувства жизни нет без чувства смерти. Мы уйдём не как в песок вода,

но живые, те, что мёртвых сменят, не заменят мёртвых никогда.

Кое-что я в жизни этой понял,— значит, я недаром битым был.

Я забыл, казалось, всё, что помнил, но запомнил всё, что я забыл.

Понял я, что в детстве снег пушистей, зеленее в юности холмы,

понял я, что в жизни столько жизней, сколько раз любили в жизни мы.

Понял я, что тайно был причастен

к стольким людям сразу всех времён. Понял я, что человек несчастен, потому что счастья ищет он.

В счастье есть порой такая тупость. Счастье смотрит пусто и легко.

Горе смотрит, горестно потупясь, потому и видит глубоко.

Счастье — словно взгляд из самолёта. Горе видит землю без прикрас.

В счастье есть предательское что-то — горе человека не предаст.

Счастлив был и я неосторожно, слава Богу — счастье не сбылось. Я хотел того, что невозможно.

Хорошо, что мне не удалось.

Я люблю вас, люди-человеки,

и стремленье к счастью вам прощу. Я теперь счастливым стал навеки, потому что счастья не ищу.

Мне бы — только клевера сладинку на губах застывших уберечь.

Мне бы — только малую слабинку —

всё-таки совсем не умереть. 1977. Евгений Евтушенко.

Вопрос 3787: А вот если бы Вы были на какой-нибудь должнос- ти, посмели бы выступать так, задевая всё церковное начальство, вплоть до папы и патриарха? У священников ведь тоже есть возможность делать карьеру, перейти в более богатый приход? Вы бы так и засохли на нижней ступеньке. Или я не права?

Ответ: Смотря что понимать под словом «карьера». Я делаю всё так, как подсказывает мне моя совесть и Бог через Писание. Считаю, что я завёл знакомство с очень добрыми людьми в выс- ших инстанциях, и свободно могу приходить туда и ходатай- ствовать за других и за себя. Говорю о молитве. Мне очень близ- ко знаком Сам Царь. И все мои просьбы практически уже вы- полнены. Если вы спросите, как обычно бывает, обо мне справля- ются у многолетнего настоятеля Покровского собора в г.Барнау- ле, справившего уже 50-летие служения на одном месте, о.Нико- лая Войтовича, то он сразу же ответит, что я сектант, что я больной на голову, что я лежал в психиатрической больнице и прочее. В его глазах он уверен, что он сделал неплохую карьеру себе и сыну, тоже благочинному, и внучкам, уже сделавшимися матушками. А я – так, просто душевно больной и гордый. И он это твердит уже не менее 40 лет. У него дом – полная чаша, есть машина и прочие услады. У меня же ничего из этого нет. Но у меня есть внутренний мир, довольство, любовь к друзьям и к врагам, а у него? Может, напомнить ещё, что ради карьеры в про- шлые годы священникам приходилось не просто прогибаться перед уполномоченными, поставленными истребить веру в народе, а быть в унижении, и даже проповеди носить к ним на утвержде- ние. При карьере такой, где же вера, где упование на Христа, где свобода Духу Святому? Это же рабство духа, волчий дух – гро- бить истинных служителей Божиих, чтобы самому устоять. Что и отразится на лице. А впереди ещё смерть и Суд Божий. Что с той карьеры, если на душе нет мира и всегда подозрительность к ближним, и тайный ропот на своих поработителей, которым бо- ится сказать слово грозное и дающее и извергам надежду на покаяние. У таких карьеристов нет ничего из этого арсенала. И даже обладая всеми связями, он отчаянно завидует мне и потому клевещет по сегодняшний день, зная, что из всего им сказанного нет ни порошинки правды. Он даже не знает, что спрашивающие его обо мне потом ко мне же и приходят. Христос говорит: Иоан.5:44 – «Как вы можете веровать, когда друг от друга принимаете славу, а славы, которая от Единого Бога, не ищетеЛук.22:26 – «а вы не так: но кто из вас больше, будь как меньший, и начальствующий - как служащий».


Твердили пастыри, что вреден и неразумен Галилей, но, как показывает время: кто неразумен, тот умней.

Учёный, сверстник Галилея, был Галилея не глупее. Он знал, что вертится земля, но у него была семья.

И он, садясь с женой в карету, свершив предательство своё, считал, что делает карьеру, а между тем губил её.

За осознание планеты шёл Галилей один на риск.

И стал великим он... Вот это я понимаю – карьерист!

Итак, да здравствует карьера, когда карьера такова, как у Шекспира и Пастера, Гомера и Толстого... Льва!

Зачем их грязью покрывали? Талант – талант, как ни клейми. Забыты те, кто проклинали, но помнят тех, кого кляли.

Все те, кто рвались в стратосферу, врачи, что гибли от холер, – вот эти делали карьеру! Я с их карьер беру пример.

Я верю в их святую веру. Их вера – мужество моё.

Я делаю себе карьеру тем, что не делаю её! Евг. Евтушенко


Вопрос 3788: Почему государство ни раньше, ни теперь не охра- няет талантливых людей? Такие люди, может быть, в столетия один раз рождаются, а их буквально доводят до преждевремен- ной смерти, а потом начинают жалеть. Почему так происходит? Ответ: А где эта шкала талантливости, после которой уже для тебя будут особо выделенные люди создавать условия для сохра- нения? Каждый ценен по-своему и должен заботиться о своей безопасности, не быть задиристым, не обижаться, не возноситься, не мстить и жить уже будет в большей безопасности. Государ- ство иногда ценит таких, как Курчатов И.В. и даже купаться его одного не пускали. Рядом плыл спортивного вида охранник. Он нужен был для угрозы Америке, а тут уж ни перед чем не посто- ят. Подумаешь, какой-то Вавилов, о.Павел Флорентский, епис- коп-хирург Лука Войно-Ясенецкий. А они не менее талантливы- ми были и даже более нужны. Может быть и так: Прем.Сол.4:14- 15 – «ибо душа его была угодна Господу, потому и ускорил он из среды нечестия. А люди видели это и не поняли, даже и не подумали о том, что благодать и милость со святыми

Его и промышление об избранных Его».


Разве же можно, чтоб всё это длилось? Это какая-то несправедливость...

Где и когда это сделалось модным:

«Живым – равнодушье, внимание – мёртвым?»

Люди сутулятся, выпивают.

Люди один за другим выбывают, и произносятся для истории

нежные речи о них – в крематории...

Что Маяковского жизни лишило? Что револьвер ему в руки вложило?

Ему бы – при всём его голосе, внешности – дать бы при жизни хоть чуточку нежности.

Люди живые – они утруждают.

Нежностью только за смерть награждают. Е.Евтушенко


Вопрос 3789: Занимаясь поэзией многих авторов, что нового от- крыли для себя и для нас?

Ответ: Почти ничего, хотя принесли 35 тысяч файлов, которые и приходится читать. Буквально крошки собираю. Главная тема всех поэтов, а их передо мной 194, – женщина или девушка, тоска, одиночество, опять же без женщины. Если эту тему о жен- щине убрать, то это всё равно, что убрать из церкви или с заня- тий по изучению Слова Божия женщин – такая же будет тиши- на и пустота в стенах. Даже явный талант у поэтов не может прикрыть зияющей пустоты, ибо всё ограничивается только этой краткой жизнью. Ищут единства, ищут любви, а сами по не- сколько жён имеют живых, как Евтушенко – 4, а у Есенина и счёту нет. Прочтите внимательно хотя бы псалмов 10 и увидите тему у великого поэта, на чьи стихи-псалмы спрос только увели- чивается вот уже три тысячи лет. Псалмопевец Давид тоже пу- тался с многими женщинами и куролесил, но он знал, где выход из тупика. Пр.23:27 – «потому что блудница - глубокая про- пасть, и чужая жена – тесный колодезь». Иов.31:1 – «Завет положил я с глазами моими, чтобы не помышлять мне о девице».

Качался старый дом, в хорал слагая скрипы, и нас, как отпевал, отскрипывал хорал.

Он чуял, дом-скрипун, что медленно и скрытно в нём умирала ты, и я в нём умирал…

Я думал о тупом несовершенстве браков, о подлости всех нас – предателей, врунов:

ведь я тебя любил, как сорок тысяч братьев, и я тебя губил, как столько же врагов.

Да, стала ты другой. Твой злой прищур нещаден, насмешки над людьми горьки и солоны.

Но кто же, как не мы, любимых превращает

в таких, каких любить уже не в силах мы?

Какая же цена ораторскому жару,

когда, расшвырян вдрызг по сценам и клише, хотел я счастье дать всему земному шару,

а дать его не смог — одной живой душе?!

Да, умирали мы, но что-то мне мешало уверовать в твоё, в моё небытие.

Любовь ещё была. Любовь ещё дышала на зеркальце в руках у слабых уст её.

Когда-нибудь потом (не дай мне Бог, не дай мне!), когда я разлюблю, когда и впрямь умру,

то будет плоть моя, ехидничая втайне,

«Ты жив!» мне по ночам нашептывать в жару.

Но в суете страстей, печально поздний умник, внезапно я пойму, что голос плоти лжив,

и так себе скажу: «Я разлюбил. Я умер.

Когда-то я любил. Когда-то я был жив». 1966. Е.Евтушенко


Вопрос 3790: Есть книга «Отец Арсений» про православного свя- щенника в сталинских лагерях, как его Бог там сохранял чудно. Ему и видения были в камере. А были ли такие герои веры у сектантов? Неужели и им были видения такие же?

Ответ: «Отец Арсений» – это не быль, а благочестивый вымы- сел писателя. Рассказ показывает собирательный образ мучени- ка, а были ли такие в действительности – Бог знает только. У сектантов же, уже в более поздние времена такие герои были. Вот и рассказ, записанный на плёнку, как Азаров Михаил Ивано- вич нёс свой крест. Если желаете, то это его свидетельство мож- но послушать, его голос остался на память и укрепление верных:

«Так, братья, сёстры, регистрация – это не просто регистрация ребёнка или дома, это Церковь Господа. И я говорил, что я не имею права это делать, потому что это не моя Церковь, а Церковь Иисуса Христа, которую Он купил дорогою ценою страданий, це- ной Своей Крови, пролитой на Голгофе. И поэтому к нам приеха- ли, они решили всех нас переписать, сколько нас собирается. Приехали с двумя собаками. Собаки злые были. Всех нас собра- ли в одном доме и по одному выпускали и предлагали записать- ся. Фамилия, имя, отчество, где живёшь и где работаешь. Слава Богу, когда мы услышали это, я попросил церковь не давать никакие фамилии, ничего. Иначе мы становимся как бы предате- лями – вдруг кто к нам в гости приедет, и естественно, мы преда- дим брата или сестру. Это был хитрый замысел их. Шесть или

восемь часов они держали нас: пока не запишетесь. И среди нас только одна душа нашлась, которая записалась. Остальные, сла- ва Богу, стояли твёрдо. Хотя и собаки гавкали, то и другие, но Бог помиловал. Это была большая победа, хотя мы просидели целый день в закрытии, но никто не записался, и с тех пор, слава Богу, больше этот вопрос они не поднимали. Но а меня они, конечно, посадили на 15 суток очередных. Их было около деся- ти. Всякий раз сопровождались административным или товари- щеским судом. И здесь они употребили тоже очень страшное состояние, когда они посадили меня на эти 15 суток, то вдруг даёт начальник команду. Я сколько сидел, но этого не слышал и не знал даже, что такое там есть. Вдруг он даёт команду: поса- дить в камеру с крысами. Ну, я так сначала не особенно обратил внимание. Думал, что после той камеры, когда я сидел в прока- жённой камере, страшнее этого нет. Оказалось, что когда меня посадили в эту камеру, я один сидел. Сравнительно небольшая она. У меня был сильный радикулит, мне было трудно подни- маться. Передачи никакой не разрешали передавать. В этих труд- ностях просидел я примерно сутки. Было более-менее спокойно. Потом только на вторую ночь смотрю, действительно, показались крысы. Одна, вторая, третья и так далее. Не знаю я, как они были приучены, что они выбегали, а я сидел на нарах, и выбегало их много. Конечно, старались прыгнуть ко мне на нары. Или их не кормили долго, трудно мне сказать, почему такое было, но крысы стали нападать на меня. Долго я боролся, постоянно мо- лился Богу. Примерно через несколько часов заходил какой-то офицер и говорил: «Если не дашь согласие на регистрацию – крысы съедят. Это дано указание сверху». И опять закрывал и уходил. Ночь была - это великая тяжесть. Нельзя было заснуть, нельзя было сидеть, надо было всё время сгонять, потому что они прыгают на нары ко мне, и их было много. Так прошло трое суток. Я в конце концов измучился, уже больше не мог и бодр- ствовать, упал на нары, горько заплакал и просил: «Господи, что- нибудь сделай». И здесь что-то совершается удивительное. Вдруг камера, где я был, осиялась чудным таким светом, каким-то непо- нятным для меня до сего дня, какой-то неземной свет. И увидел я красивого очень человека в белых одеяниях. Очень сильно- сильно белые. И он каким-то образом дал знак мне, чтобы я следовал за ним. И если когда-то Апостол Павел писал, что он не знает, в теле или вне тела вознесён был, то я видел, что тело моё осталось, но я ушёл из тела. Это удивительное было явле- ние. И перед нами все двери, крыша, всё открывалось, и я следо-

вал за ним. Это был чудный-чудный человек. Крыльев не было, как рисуют у ангелов, но я понял, что это ангел Божий. Он только мог сказать мне по пути (мы летели или шли где-то в воздухе): «Твоя молитва услышана». И где мы были, я не знаю, и вдруг навстречу мне великое множество святых с пением и с ликованием. Среди них я узнал некоторых из братьев, которые живые, они тоже очень в таком белом одеянии все, и их много- много. Они как-то так летели по воздуху. И похоже было такое строение, как город какой-то. Это было очень чудно, и они с ликованием шли мне навстречу. Когда я приблизился к ним, смотрю, не так далеко от меня сзади тоже человек приближается, но только в очень красивом костюме чёрном. И когда он начал приближаться ко всем этим святым, вдруг из уст святых полете- ли стрелы, множество стрел, и его не приняли. Я всё это смотрю и наблюдаю. Недалеко от меня стоит ангел, тоже наблюдает. И когда он отвернулся и закрыл лицо руками, и я вижу, что он горько заплакал, сквозь пальцы текли слёзы. И сзади его на одежде или, может, так видно было, было написано крупными- крупными буквами «РЕГИСТРАЦИЯ». Я не знаю, чтобы со мной случилось, когда я сидел с крысами, потому что всё время тверди- ли за эту регистрацию. Видимо, я ослабел, что Господь решил укрепить меня. И когда удалился этот человек, не знаю, сколько прошло времени, сутки или больше, мне было очень хорошо и, конечно, я никак не хотел возвращаться. Но этот ангел или человек в светлой одежде дал мне знак рукой, чтобы я следовал за ним. И мы возвратились в камеру.

Всё опять перед нами было открыто, опять я вошёл в своё тело, тело моё лежало. И здесь же в камере стояло уже несколь- ко офицеров милиции, два врача в белых одеждах и они туда- сюда меня ворочали. Я слышу, врачи говорят: «Нам непонятно, что случилось с ним. Он живой или неживой. Вроде как живой, и вместе с тем трудно понять, что с ним случилось». Когда я вошёл в себя, я больше не видел ангела. Я поднялся, сел. Они немножко все отстранились, и врач задаёт вопрос: «Что с то- бой?» Я говорю: «Мне очень хорошо». Они снова повторяют вопрос. Я говорю: «Мне очень хорошо, слава Богу». Повели меня в кабинет, там начали приборами проверять, укол сделали. Я не знаю, что они думали, но они всё-таки между собой разговарива- ют, что нам непонятно, что случилось с тобой. Врачи посоветова- ли положить в городскую больницу. Но полковник милиции не согласился, принесли мне матрас и положили в другую камеру. Слава Богу, там уже не было крыс, и я крепко-крепко уснул.

Сколько я спал, тоже не помню, но слышу, что меня кто-то тол- кает. Смотрю, стоит человек в милицейской форме и у него пол- ная сумка разных продуктов. Была ночь, он разбудил меня и говорит: «Встань, поешь хорошо, ты давно не ел». Я встал, про- дукты были очень хорошие, вкусные, поел и отдаю ему сумку. Он говорит: «Нет, минут пять потерпи, ещё поешь». Я поел ещё, слава Богу, лёг, уснул и больше я не видел этого человека. Каж- дый день приходила комиссия, проверяла меня, и каждый раз врачи задавали вопрос: «Что с тобой было?» Я им ничего не говорил, я вообще редко где это рассказываю. Могут так понять, могут не так. Но, во-первых, удивительно Бог сохранил меня от этих страшных укусов крыс, и Бог укрепил меня, что регистра- ция – это смерть, это духовная смерть, это победа дьявола.

Я вспоминаю один случай, когда Александр Васильевич (Ка- рев) послал меня съездить в Ленинград и побеседовать там с Федюхиным, он в это время там был первым пресвитером церк- ви. Он разрешил мне передать привет. И вдруг приехали иност- ранцы. Иностранцы говорят, что вот ты сидел несколько лет в тюрьме за Слово Божие (я этого тогда не знал, хотя и мы были уже знакомы). Вдруг он говорит: «Это было по юности, по моей глупости, не нужно было всё это так делать, как я делал. Поэто- му я считаю, что со мной правильно поступили. И сейчас у нас добрые отношения с органами. Вы видите, что я тружусь в таком городе, мне доверено такое служение. Так что всё это прошло». Потом я пожелал побеседовать с ним один на один. Но он не пожелал этого, только спросил: «Кто тебя послал?» Я сказал:

«Александр Васильевич попросил меня побеседовать в Вами по вопросу регистрации». Но он, конечно, плохо меня знал, сказал:

«Не надо об этом говорить». И я уехал. И вот удивительно, что все буквально были заняты этим вопросом, настолько боялись друг друга. Шло предательство такое. Чуть что, вызывали куда и спрашивали и все говорили: «А иначе уйдут в отделённые». И вот трудности нам, отделённым, создавались такие нашими бра- тьями регистрированных церквей. Но другого пути не было. Слава Богу, я вышел после пятнадцати суток, меня встретили друзья, мы сфотографировались, опять тут поднялся шум. Решили снова уволить меня с работы через товарищеский суд. Суд был, дей- ствительно, очень тяжёлый, и всё-таки решили меня уволить. Одни кричали: «Не надо, там у него дети есть» и прочее. Но всё- таки решили. Я подал заявление на увольнение. Хотя прорабо- тал на этом заводе больше 20 лет. Господь помиловал, устроился на вторую работу, и здесь каким-то образом, я не знаю, узнал

Николай Петрович Храпов, что у меня есть альбом со многими фотографиями братьев. Он пригласим меня к себе в Ташкент. Мы друг друга не знали. Три дня я у него прогостил. Он как раз писал книгу, ему нужны были мои фотографии. Он рассказывал мне о своих переживаниях, скорбях, трудностях. Но и в то же время укреплял меня, чтобы я не падал духом, потому что он говорил, что этим не кончится, Бог поведёт и дальше, ибо наш путь узкий, тернистый. Лежим мы, кто-то стучит в окно. Ночь. Но это оказался тоже гость из братьев. А днём он говорит:

«Знаете, братья, вот какое положение. Вот я посмотрел, постуча- ли в окно, а вы все лежите и спите, а я уже больше не заснул. Думаю, что не сегодня, так завтра опять придут, снова придётся на арест идти». Погостил хорошо, мне срочно надо было улетать, в аэропорту толпы людей к кассе. Улететь можно было только через неделю. Мы помолились. Николай Петрович говорит: «Вон видишь пустая касса? То касса ЦК. Там билеты дают только работникам и ЦК партии. Подойди, подавай паспорт, ничего не говори». Немножко страшновато было. Я говорю: «А вдруг они спросят?» «Иди, подавай, другого пути у нас нет». Правда, я подошёл, там ни одного человека не было, касса открыта. Подо- шёл, достаю паспорт, подал. Женщина взяла паспорт и только спросила: «Вы по брони?» Я молчу. Ну, она говорит: «Ну, хоро- шо». И удивительно, они все так смотрят, конечно, молятся, чем кончится. Вдруг она подаёт билет: через час вылет на Харьков. И вот я с билетом в руках. Просто такое чудо Божие, и они все, конечно, удивлённые. Он говорит: «Ну вот, а ты стеснялся, мы же помолились Богу». И так, слава Богу, я уже вечером был в Харькове. Утром было братское общение.

Когда посадили в очередной раз на 15 суток, всегда приходили начальства, убеждали, уговаривали регистрироваться: «Другого пути нет, всё равно мы вас всех поуничножим, мы за одну ночь можем вас уничтожить, что вас больше не будет». Приводили одни примеры, другие, где кого разогнали, посадили. Всячески старались, чтобы расслабить веру и упование на Бога. В один из дней сажают меня в машину, везут на одну из центральных улиц города. Смотрю – стоит клетка деревянная, где-то метр на два. Заводят меня в эту клетку, сажают, закрывают. «Сиди здесь», – дают команду. Правда, было тепло, лето. Вдруг, смотрю, идут груп- пы, человек по 20-30 школьников. Подходят двое атеистов, муж- чина и женщина, становятся около клетки и рассказывают: «Вот сидит американский шпион, при обыске у него нашли аппарату- ру, несколько пистолетов, он замышлял того убить, того пре-

дать». В общем, такие страшные вещи говорили. «Это такие баптисты есть, которые не хотят слушать советскую власть, не покоряются, не подчиняются, собираются тайно». Ну, и разные нелепости, конечно. Школьники все смеются, кричат, что с нами надо делать. И так группу за группой, и так несколько часов. Некоторые находили гдё-то камни небольшие, бросали в меня. Что можно было сказать? Сидел и только молился Богу и гово- рил: «Господь, дай силы и вразуми этих людей, которые такую клевету говорят». Удивительно, что когда уже на свободе, иду по улице и вижу идут два человека, и один из них кричит: «Михаил Иванович, ты узнаёшь этого негодяя?» Я так посмотрел: кто его знает. «Я тебя сажал на 15 суток». А это был один из тех, которые на меня такую клевету говорили. Кричит: «Я иду из психбольницы, я всё равно удушусь». Сын уговаривает его: «Мол- чи». А он одно только кричит, не стесняясь народа: «Я такой-то, я тебе много сделал зла. Прости меня, прости меня». Увёл его сын. Да, действительно, Бог поругаем не бывает, что человек по- сеет, то и пожнёт. Такие пути, трудности, которые мы пережива- ли, были, но Господь был с нами. Господь был со всеми святыми во всех переживаниях, трудностях. И после этих криков, шумов школьников, которые готовы были перевернуть эту клетку вмес- те со мной, но, правда, им не разрешали. Но зло было великое против нас, верующих, нерегистрированных церквей.

Просидел я в этой клетке почти до вечера. Снова приехала машина, отвезли в камеру. На второй день заходит начальник и говорит: «Я тебя решил пожалеть». Пришла директорша ресто- рана и просит: «Дай мне человека, и самое главное, чтобы он не пил». Проходит, камеру открывает и говорит: «Ты не пьёшь?» Я говорю: «Нет». «Пойдёшь работать в ресторан. Буду поить, кор- мить тебя, только хорошо работай, не воруй и не пей». Ну, что ж, я этому обрадовался. Слава Богу, хоть выйти из камеры. При- везли в ресторан, только покормили, и вдруг привезли машину вина, разгружать надо. Ой, что делать? Она объявила, что я хоро- шего работника нашла, он не пьёт, так что доверяйте ему. И вдруг я к ней обращаюсь и говорю: «Я человек верующий, я не пью сам и другим не желаю, чтобы пили. Я буду любую работу делать, только от вина, пожалуйста, освободите меня, чтобы я его не разгружал и не касался его». Она так в недоумении смотрит.

«Ты что? Вино – это главное здесь». Я говорю: «Может быть, главное здесь, но, пожалуйста, освободите меня от этого, я не могу этим заниматься». Ну, и, конечно, начальник опять начал ру- гать: «Я тебя выручил, думал сделать добро, а ты такой-сякой

баптист, да ещё хочешь тут нами командовать». Ну, в общем, позвонил в милицию, приехали, меня забрали. Начальник с од- ной стороны посмеялся: «Вот ведь какие вы люди. Кто знает, как вам сделать? Я вот хотел сделать тебе добро, а ты вот пошёл и как так – вино не разгружать?». Я говорю: «Я по своему христианскому убеждению не могу этого делать». Приглашают меня: «Пойдёшь в колбасный цех, наешься там колбасы. Но знай, что оттуда все ребята по котелку колбасы приносят нам. Вот мы тебя посылаем, ешь сколько хочешь, но чтобы все вы по котелку колбасы принесли нам, милиции». Я так говорю: «Нет, я так не могу делать, это же воровство». «Какое твоё дело? Ты поешь и нам принеси». Я говорю: «Дайте мне любую работу, пусть будет она тяжёлей, но только не связанную ни в вином, ни с воровством». В камеру меня снова отправили. Вызывает опять:

«Не знаю, что с тобой делать. Мне и жалко тебя, за тобой всё время наблюдает КГБ, мы должны докладывать про тебя, и мы хотели, чтобы тебе лучше было, мы же знаем твою домашнюю обстановку, тут жена каждый день приходит, бьётся к тебе уви- деть тебя». В это время пришли двое ребят моих и они решил кое-что передать. Конечно, их не допустили. Но, удивительно, слава Богу, каким-то путём через решётку каким-то путём при- летели две луковицы ко мне. И я был рад, хлеб был, и я хоть с хлебом съел луковицы. Всегда и во всём, сколько было пережи- ваний, удивительно, что церковь прилежно молилась Богу. И мы никогда за всё время ни разу нигде не отменили собрание. Сколько приходилось ездить, везде Господь поддерживал.

И, слава Богу, мои сыновья росли, сколько их тоже ни вызыва- ли, сколько над ними ни смеялись, лекции им читали, но Бог оставил их верными, и они все пошли тоже прямым путём Божи- им. Но приближалось всё к тому, как предупредил меня один из работников КГБ, что мне грозит пять лет за непокорность, что ты ездишь по другим местам и так далее. Слава Богу, мы собира- лись летом в лесу. Братья мне предложили уйти на нелегальное положение. В лесу я задал вопрос церкви: как поступить? Или пускай сажают уже в тюрьму, или уйти на нелегальное положе- ние. Потому что по всем данным видно было, что это были пос- ледние дни мои на свободе. Церковь, конечно, заплакала: что делать? И всё-таки некоторые друзья высказали мнение такое:

«Оставайся с нами до последнего дня. Может, Господь не допус- тит ареста». Но на нелегальное положение – может, на год, мо- жет, на два, кто знает, как. Помолились, и я так принял это решение тоже оставаться до последнего дня с церковью. И на-

стал день, вдруг, рано утром, пришли пять человек из милиции во главе с работником КГБ, остановили всех нас и сказали, что мы арестованы и чтобы никто никуда не смел уйти. Конечно, хоть мы и ожидали, но вместе с тем ничего не прибрали, всё было на месте. Жалко было смотреть, когда забирали литературы два- три мешка. Собирать их было очень трудно, но, увы, было уже поздно. Как-то помиловал Господь, Библию одну сохранили, сла- ва Богу. Это было богатство для семьи. Обыск шёл восемь часов. Просто смотрели и удивлялись. Как у какого разбойника. Такой тщательный обыск – все подушки, все матрацы, все портреты, все стены – всё простукивалось, всё искали непонятно даже что. Потом следователь говорил: «У тебя хранится касса областная», или ещё что. Но, увы! Они, конечно, недовольны были, что ничего не нашли. Но, в целом, просидели мы несколько часов, даже и покушать не разрешили. В конце концов приказали мне собраться.

«Ты арестован», – говорят мне. Ну, что, заплакали, конечно, дети, все преклонили колени, хотя они и не разрешали. Но, слава Богу, они немножко в сторону отошли, и мы все помолились Богу, попрощались. Должна была быть конфискация имущества, но они увидели, что брать было нечего. В последний раз, когда ошт- рафовали, мне заплатить было нечем, потому что штрафы были большие. Прокурор вызвал и сказал: «Почему не платишь?». Я говорю: «У меня есть шифоньер, пожалуйста, можете забирать его, платить нечем». Правда, прокурор поднял руку и сказал:

«Смотрите, не вздумайте шифоньер забирать. Он сфотографирует это, станет на весь мир известно». В это время жили мы скудно, но уповали на Бога, голодными особо не были. Слава Богу, хлеб всегда был. Отвезли, посадили в камеру. Начальник тюрьмы – бывший кагэбист. Встретились. «Ну что, достукался? Сколько тебя раз убеждали: подай заявление на регистрацию. А теперь поздно. Но ещё если напишешь, ещё будем рассматривать, ещё можем пересмотреть, если одумаешься».

В камере мы сидели в небольшой, слава Богу. Один – препода- ватель института, второй человек – бывший судья одного района, третий – директор завода. И немножко они обрадовались: «Как так, к нам попался баптист». Беседа пошла. Ну, конечно, столько же клеветы было написано, столько же статей было таких страш- ных против меня в газетах. Вот теперь мы сидим вместе и бесе- дуем. Все они, конечно, удивлялись, когда я рассказывал то, что на самом деле есть. Теперь они тоже по-другому стали мыслить, потому что статьи у них были у всех троих до десяти лет. И что ещё очень плохо, что жёны их всем написали такие записочки,

что мы десять лет ждать не будем, что мы ещё молодые. Но, в общем, такое положение, что директор дошёл до того, что хотел покончить с собой. Сидели мы долго, почти полгода вместе. Че- рез месяц вызвали на допрос. Следователь был из еврейского народа, немолодой, беседовали много. Он доказывал, что Христос

– это не Христос. Иногда беседа проходила часа два чисто на религиозную тему. Однажды приносит он мне фотографию. «Мы при обыске нашли, что ты стоишь здесь с молодёжью и пропа- ганду с ними ведёшь». Правда, человек двадцать молодёжи и я с ними. Не знаю, кто сфотографировал, я её в первый раз видел.

«Так вот, возьми её, подумай, и если ты напишешь такое заявле- ние, что больше ты не будешь молодёжи проповедовать, агитиро- вать и детей в собрании вашем не будет, статья сразу на два года будет меньше. Подумай о жене, о детях. Подумай, мы тебе доброе предлагаем». Действительно, я взял фотографию, посмотрел, всех узнал, приятные воспоминания. Но неприятно, конечно, что пять лет. Но всё таки поблагодарил Бога, что есть те, которые из молодых людей слушали Слово Божие. Слава Богу, в основном они остались верные Господу. Господь помог положить на серд- це, что если Бог даст и ещё жить, только так и нести дальше, чтобы молодёжь и дети слушали Слово Божие, как говорится в Писании: не скроем от детей наших. Через некоторое время он вызывает, и я ему приношу фотографию, отдал и говорю: «Мо- жет, мне оставишь?» «Нет, это к делу, на суде она будет фигури- ровать». Правда, на суде судья показывал, как я вербовал моло- дёжь. Но Бог давал силы бодрствовать.

До суда было времени много, делать было нечего в камере, иногда выводили на прогулку. Я не знал, что наши друзья орга- низовали, рядом был высокий дом, и, когда я выходил на прогул- ку, они, оказывается, в окно смотрели. Ну, и видели, что я не унываю, улыбался выходил. Хотя я об этом не знал, мне потом рассказали. Но это радовало и друзей, и жену. Иногда и дети смотрели. Тайком так они делали. Много беседовали в камере. Я попросил преподавателя, чтобы он меня учил английскому язы- ку, чтобы даром время не проводить. Он охотно согласился. Так я ни в карты, ни в домино не играл, - время было. А потом Господь положил на сердце, по вечерам скучно было и я начал петь. Песни разные были. Но особенно полюбилась та, которую мы в церкви пели на мотив одной революционной песни. «Наш меч не из стали блестящей, не молотом кован людским. Он, пла- менем правды горящий, дарован нам Богом Самим. Не плоть он людей поражает…» Эта песня понравилась. Вторая песня так же

понравилась: «Люблю, Господь, Твой дом – чертог любви Твоей, люблю я церковь из людей, искупленных Христом». Каждый вечер после ужина, когда я не пел иногда, стучали по камерам узники и просили петь. «Пожалуйста, спой ещё нам, таких песен мы не слышали». Удивительно, потом я как-то услышал, один из конвоиров говорит: «Рядом с вами камера смертников, приго- ворённых к расстрелу. Постучал я ему. Не отвечает. Гляжу, он, конечно, в наручниках сидит, стол, скамейка прикованы. Но, правда, смотрю, есть книга. Смотрел, как его водили сзади. Один спереди, один сзади, и двое держат его цепями на руках. Просто страшно- вато, как его водили, говорят, что он очень опасный преступник». Но потом всё-таки научились мы через кружку, по несколько слов переговаривались. Он тоже узнал, что я верующий. Он, бу- дучи ещё на свободе, слышал о верующих людях. Ну, и так кое- что пришлось ему сказать. Такая вот встреча очень грустная. Я попросил преподавателя нарисовать текст. Примерно за месяц до рождества Христова он написал текст такой: «Ныне родился вам Спаситель, Который есть Христос Господь». Я его повесил над своей койкой. Прошло какое-то время, открывается камера, заходит полковник и майор. А я в это время передал записку, сильно болели уши, если можно, что-нибудь дать.

Зашли. Полковник показывает: «Кто рисовал?» Ну, все мы молчим. Я говорю: «Это мой текст и висит над моей койкой».

«Снять». Я говорю: «Пока я не осужденный, снимать я не буду, я за это сижу». Он ещё раз сказал. Мы ничего не ответили. А потом говорит: «Ты знаешь Артющенко?» «Да, это мой друг».

«Так вот, он подох. Если ты так же будешь себя вести, то ты тоже достукаешься до этого. Одна вам всем участь будет, если не одумаетесь, если не зарегистрируетесь, все там будете». Майор по медицине говорит: «Ничего не получишь, на Бога своего надей- ся. И таблетки не получишь ни одной, сдыхай, как хочешь». Директор завода, который со мной сидел, не выдержал: «Да нет, это вы несправедливо. При чём тут вера, при чём тут убежде- ния?» Он на него: «Замолчи!». И так, правда, Господь помило- вал, ничего мне так и не дали. Очень жалел, что Бориса Тимофе- евича не стало. Потом передали, что один брат из нашей церкви тоже умер. Брат, который отсидел много лет в тюрьме. Верный был, всегда у него в доме было собрание, сколько переносил он испытаний, но Бог давал ему силы, что он никогда не отказывал, чтобы в его доме не было собрания. Шло время, появился второй следователь. Спрашиваю: «А где первый?» За первым заподоз- рило КГБ, что он встречается с верующими, и назначили второго,

помоложе. Этот был более безбожник. Составил очень большое дело. Такая папка, что хватит на три дня читать. Принёс мне зачитывать, чтобы я расписался. Сидел я, по многу часов читал три дня. В конце концов я отказался подписывать. Что здесь очень мало правды, поэтому я подписывать не буду. Пригласил он понятых, они расписались, что я от росписи отказался. До того, как меня осудили, будучи ещё в тюрьме, собиралось множе- ство людей, как мне сказали, слушали песни, которые Господь по милости Своей давал мне силы петь. Некоторые я знал наи- зусть. А иногда прочитаю или расскажу какой стих из Библии. Библию, конечно, мне не дали, ничего не дали. По памяти напи- шу стих, прочитаю громко-громко, чтобы было слышно в других камерах. А потом начинал петь. Пел разные духовные песни, которые и мне помогали, и многим слушателям. Узники, которые были со мной, тоже были очень довольны. Нередко, даже удиви- тельно, мы начинали петь втроём, они помогали. Так, слава Богу, жили в камере мы дружно, – Бог помиловал. Перед тем, как идти на суд, в последнюю ночь так глубоко Господь дал молитву. Не помню, сколько я стоял на коленях, молился. Только слышу, кто-то меня толкает. Смотрю, стоит контролёр. «Что с тобой, ты живой? Я сколько заглядываю в глазок, ты всё время стоишь и стоишь на коленях». Слава Богу, поистине я несколько часов стоял на коленях, просил Бога, чтобы Он укрепил, утвердил как меня, так и жену, детей, церковь. Жену обманули, так как на суд собралось много народу, то увезли меня в другой город неболь- шой. Когда привели меня, все вооруженные, с автоматами. Про- сто удивляться надо было, что поистине к разбойникам был при- числен. Так вроде везде себя вёл хорошо, непонятно.

Но вот такой создали у людей страх, что перед вами разбой- ник, американский шпион, нашли у него то, другое. Начался суд. Людей было, конечно, много, но все был подобраны атеисты, на- ших верующих никого не было. Судья начал задавать вопросы, я отказался от всех ответов, пока не будут здесь мои верующие, моя жена и родственники. Так прошло около двух часов. Шуме- ли, кричали, а я молчал. Оказывается, друзья были около суда, ходили вокруг, но их не пускали. Потом судья объявляет: «Пус- тить жену, брата, сестру». И ещё, наверное, человек пять верую- щих зашли. Увидел я их, слава Богу, обрадовался. Вопросы были в отношении братства, в отношении совета церквей, в отношении некоторых братьев, которые сидели уже в тюрьмах в это время по нескольку раз. Наших двух пресвитеров пригласили, но, увы, оба они испугались, не явились. Одну девочку, лет двенадцати,

пригласили, что она не пионерка. Когда её спросили: «Кто это сидит за решёткой?» Удивительно, она говорит: «Это брат мой». Ну, конечно бурное негодование, крик, шум. «Как он научил?» Но, слава Богу, просто удивительно было, как она твёрдо и муже- ственно сказала это. Так прошло три дня, и вдруг, в последний момент, когда уже выводили, вдруг кто-то бросил цветы. И цветы прямо попали в воронок. Удивительно, один солдат подобрал три цветика и как-то он просто мужественно подал их мне. Го- ворит: «Это тебе бросают цветы». А второй подобрал целую пач- ку цветов и привёз их в тюрьму. Для них это было крайне удивительно, что все кричат, желают верности, твёрдости, и цве- ты. После подходит начальник тюрьмы и говорит: «Да, я сожа- лею, что тебе такой срок дали большой, и скажу тебе, что тебя отправляют в дальний край». Вспомнил я, как пришёл мой стар- ший сын после отсидки 15 суток, он отсидел два раза, был бодр, мужественен. Бог ему тоже дал силы свидетельствовать. И когда он вышел из камеры, тоже рассказывал много, как они пели. Второй сын тоже сидел 15 суток, но Господь нас миловал. По- ехали мы в поезде по этапу на Воронеж и вдруг один кричит на весь вагон: «С нами везут святого! Давайте, какие у кого есть вопросы, вот газета про него написана».

Действительно, каким-то образом газета попала к кому-то, и конвоиры почему-то разрешили её читать. Конечно, там клевета всё была. И все начали спрашивать: «А где он сидит, в каком купе?» Я молчу. Кричат фамилию, я молчу так. Немножко утом- лён был, думаю, хоть здесь посидеть спокойно. А тут ещё доволен был, что попал возле решётки, и было чем дышать. Ну, конвоир объявляет, что сидит там такой в купе. И в нашем купе сидело 22 человека, оказался один разбойник. Он спрашивает: «Ты дей- ствительно верующий?» Я говорю: «Да, верующий». «А ты свя- той?» Я говорю: «Да, святой по милости Божией». «Ты не ку- ришь?» «Нет». «Не пьёшь?» «Нет». «Не ругаешься?» «Нет». Ну и начал говорить: «Сними с меня грех мой, я страшно муча- юсь, я иду на этап, я никому не признался. Сколько меня были, мучили, я не признался, а тебе я всё признаюсь, я перед тобой исповедуюсь, только сними с меня грех», – ну и так, со слезами. Удивительно, все тут остановились, все смотрят. Он с большим трудом перелез ко мне, открывает сумку. «Вот у меня всё есть, я всё тебе дам, и если на волю выйду, я тебя озолочу, сними с меня грех мой, я не могу жить дальше, всё равно я что-нибудь над собой сделаю». Ну и всё это слышат конвоиры. Он не стесняется, говорит: «Я только тебе признаюсь, что я сделал». Я ему объяс-

няю, что я не поп, я верующий человек, и снимает грех только один Бог. Ой, тяжело было. Он пал тут же передо мной на коле- ни. «Я тебе во всём признаюсь, сними с меня грех, мне очень тяжело». Я говорю: «Я только могу помолиться за тебя, и Бог решит вопрос, снять с тебя грех или нет». В это время быстро открываются двери, выхватывают его трое конвоиров. Не знаю, куда его отвели. На меня зашумели: «Сейчас посадим в карцер, прекрати». И вот такое положение. Создалась полная тишина, и мы приехали в воронежскую тюрьму. Полно клопов, всяких дру- гих насекомых. Кормили очень скудно. Подходит ко мне один человек и говорит: «Дядя Миша, я слышал, что ты верующий». Я говорю: «Да». Так он говорит: «У меня бабушка верующая, она мне говорила, что если ты вдруг встретишь верующих, помо- гай им, это люди хорошие. Разреши мне тебе помогать, я буду каждое утро брать на тебя паёк, хлеб, сахар». Я так стою удив- лённо. И, действительно, почти целый месяц он вставал раньше меня, становился к кормушке, забирал всё моё и подносил так. Был очень добрым парень такой. Я говорю: «За что же ты си- дишь, что ж ты наделал?» «Да вот, не слушался родителей, не слушался бабушку, начал воровать. И последнее – украл пять поросят». Спрашиваю: «Как же ты мог справиться с ними, сразу пять и один?» «А меня научили воры опытные, дали мне пять удочек, я насадил на них по кусочку мяса, побросал, все они проглотили это, и я их потихонечку вывел, и они очень спокойно шли. Только один захрюкает, я дёрну – всё. Так и увел. Теперь три года дали». Ну, интересно так было с ним.

В Саратове тоже сидели долго. Были мы в 12 тюрьмах. На- стал день, когда привезли в Красноярск. Было в камере около ста человек. Настолько было душно, трудно. Но по милости Бо- жией нашёл там местечко, и там так же продолжал молиться Богу, были разные вопросы, заходили начальство. Объявляли, что среди вас есть баптист. Тут уже не один баптист был. «Всё это враги народа, будьте с ними осторожны, не слушайте их». Но вот такие трудности были. В лагере все злые, все голодные, битые. Очень много били. Разрешалось почему-то блатным издеваться над всеми мужиками. Офицеры на это смотрели очень свободно. Начальство лагеря сменилось, прислали двух майоров из лагеря строгого режима навести порядок. Один из них нашёл у меня острый предмет и повёл меня на десять суток в Шизо. Все, ко- нечно, были удивлены несправедливости, но ничего не скажешь. Кормили там хуже, чем в лагере, но, слава Богу, шли беседы, воп- росы, вопросы. В этом плане было хорошо свидетельствовать

людям-грешникам о спасении, о вечной жизни. Все зеки относи- лись ко мне неплохо, меня всегда называли: дядя Миша. И блат- ные ко мне относились неплохо. Но начальство, конечно, очень жестокое было. Когда я вышел, то принесли мне кусочек хлеба, так уж там заведено. И в это время, когда я начал кушать, двое ребят около меня сидели, кое-чем угощали, и вдруг слышу объяв- ление на весь лагерь: явиться в штаб. Пришёл я, сидит майор, допрашивает: «Кто тебе давал хлеб». Я, конечно, не сказал, но были люди, которые доложили. Мне сразу опять 15 суток, а тем ребятам по десять суток за то, что встретили баптиста и дали хлеб, как врагу народа. Ну, куда деваться, всё это надо прини- мать, всё это делается не без воли Божией. Отсидел снова. При- шёл, конечно, уже все побаиваются, все знают, что наблюдают, сидят. Хотя другим всё даётся, но мне нельзя было ничего дать. Очень было тяжело не евши. Начал ходить на работу. Работа была трудная, сложная, выходных не было. Таскали лес, негде было погреться. Приносят мне однажды много писем, открыто- чек. Некоторые были из Германии, Голландии, из Англии. По милости Божией, так как в камере я научился по-английский, примерно кое-что понял. Ну а их-то проверили уже и отдали, надеясь, что я кого-то позову из переводчиков. Подослали ко мне людей и спрашивают: «А что, ты прочитал из Англии?» «Прочи- тал» «А от немцев?» «Прочитал». Писали из Слова Божия мно- го, мне достаточно был две-три буквы знать, остальное я уже догадывался, что было. Ну, и по лагерю разнеслась молва, что я знаю 5-6 языков. Начальство всполошилось, вызывают меня.

«Ты почему не написал в деле, что ты окончил институт тайком, что ты знаешь столько языков?» Ну, конечно, я улыбнулся, это подействовало на них ещё хуже. «Ты что думаешь, тут дурочки сидят». Крик, шум, и снова за это на 15 суток в Шизо. Братья, конечно, знают, что это такое - сидеть в голоде и холоде. И через некоторое время зековцы решили меня положить вниз, но на- чальство приходило, шумели, снова наверх. Бог посылал милость через этих людей.

Трудно было, но всё-таки можно было терпеть. Потом вызыва- ют и говорят: «Ты письмо написал?» Я действительно написал для верующих, и оно было опубликовано в бюллетене. Их, конеч- но, это очень обозлило, на жену составили дело и на меня, чтобы я прекратил и написал письмо, что я неправду написал. Я, конеч- но, отказался. Какие вы создаёте условия, о которых я написал, вы прекрасно знаете, это не жизнь, а смерть, хотя я готов уме- реть. Вызывает начальник, лежит пистолет, грубо так говорит:

«Ты знаешь, что в твоём деле написано? Что потребовали на товарищеском суде (я, конечно, не знал, что там написано) пере- дать в прокуратуру ходатайство к расстрелу такого негодяя. Так вот, слушай». Поднимает пистолет, направляет на меня и кри- чит: «При первой возможности я сам собственноручно расстре- ляю тебя. А сейчас даю указание на 6 месяцев посадить в ПКТ и морить голодом и холодом». По милости Божией Бог давал тер- пения, я знал, что такое ПКТ, какие там условия тяжёлые. Меня предупредили: будешь сидеть в одной рубашке. И отопление – 8 градусов тепла. Но я знал, что я иду на это добровольно, хотя мне предлагали лучший выход. Приехал из Белгорода кагэбист, вызвали меня, беседовали. Показалось ему, что это тут мне лег- ко. Пересадили в другую камеру, на дверях было написано: «Не сажать больше никого». Было разбито окно, когда был ветер, было очень тяжело. Днём присесть было нельзя. Предупрежда- ли, что если увидят, что я сижу, то обещали опять посадить в шизо или в карцер. Приходило начальство, посмеивались: «Где твой Бог?» Приходилось беседовать с ними терпеливо. Бог давал силы не обижаться, терпеливо перенести то, до чего Господь до- пустил. Однажды пригласили в прокуратуру и вдруг из-за стены быстро выходит человек с автоматом и прямо мне в грудь: «Зас- трелю, как собаку! Сколько мы с тобой будем возиться?» Я даже не успел среагировать, испугаться, это всё очень быстро произош- ло. А потом так понял когда, в чём дело, Бог дал силы, говорю:

«Вы можете это делать. Я перехожу в Царство Небесное, а вам- то будет очень плохо. Поэтому, если у тебя не хватает силы стрелять в лицо, я могу повернуться. Но есть Бог, в Которого, хотя вы и не верите, Который будет судить вас». «Ну, ладно, ладно, мы тебя думали испугать, а ты и этого не испугался».

Мы собирались у одной сестры. Такая сестра мужественная, Мария Михайловна. Сколько раз разгоняли, сколько с собаками приезжали. И вот однажды, когда меня забирали на 15 суток, её вызвали. «Будешь ещё пускать?» Она очень интересно поступи- ла. Нашла где-то верёвку, а там столб стоял телефонный. Она сказала: «Вот когда вы повесите меня на этой верёвке, на этом столбе, тогда собраний у меня не будет. А пока я живая, собрание было, есть и будет». Посмотрели на неё, как на сумасшедшую. Слава Богу, эта сестра осталась верной до сего дня. И хотя ей уже 80 лет, слава Богу, ходит на собрания, Бог обильно благо- словляет тех, которые идут твёрдо и мужественно за Господом.

Приходит как-то сам начальник лагеря: «Ты, когда освобо- дишься, на меня не обижайся, потому что нас заставляли с Вами

так поступать, вплоть до того, что мы умерщвлять имели право. Но теперь вышло другое постановление – всех вас отпустить». Оделся я, выдают мне документы. «Ты освобождаешься». Не- вольно потекли слёзы. Думаю, что же это делается. Перед этим в эту ночь я думал, стоял на коленях и говорил: «Господи, я уже отсюда не выйду, прими мой дух слабый». И вдруг утром такое совершается. Конечно, они все смутились. Я поблагодарил Бога, сказал, что мы, верующие, не виноваты ни перед кем, ни перед камерниками, ни перед вами. И одно только мог сказать: «Да простит вам Бог, что вы сделали». Вывели меня через проходную, остановился я и думаю, что сделал Бог. А мне ведь ещё полтора года надо было сидеть. И здесь произошло великое событие – Бог отпускает верующих людей. Бог убрал за моё присутствие здесь – троих президентов. Так Господь судил.

Уже будучи на свободе, мне пришлось пережить ещё одну скорбь. Я никак не ожидал этого от моих братьев. Когда начали прово- дить служение, то оказалось, что целью его было – освободить меня от служения, снять с меня всякое служение. Особо так ничего не говорили за что, почему. Ничего такого во мне не нашли. В церкви пошло большое разногласие, разномыслие. За что, почему? Брат столько страдал и вдруг такое. «Нет, мы долж- ны снять его» и прочее. Вплоть до того, что удивительно – снять помазание. Для меня это было немножко страшно, потому что помазание – это сила Духа Святого, его только может снять грех. А греха никакого нету, не нашли, ничего не сказали. Так продолжалось несколько дней, подключили ещё братьев. При- ехал Пётр Данилович, Григорий Васильевич, и все почему-то го- ворили так, и для меня это было, конечно, великая скорбь. Непо- нятно, почему такое, но я принял это, как от Господа, потому что, если Господь допустил, я это тоже принял. Вынесли решение: освободить от всякого служения и снять помазание. Объявля- ют: «Ты принимаешь это?» Что я мог сказать? «Пусть будет так». Никакой обиды ни к кому я не имел, начали приезжать братья из совета церквей. «Пиши, говорит, что это несправедли- во, нечестно». Собрал я сыновей своих. Конечно, в глубоком все смущении были. Лёня уже был рукоположен на благовестника, ему предложили принять служение, но он не мог принять. Он сказал, что вы крайне несправедливо делаете. Попросил я сыно- вей: «Давайте молиться, никаких жалоб писать не надо. Это Господь допустил для нас, для очищения нашего дома. В даль- нейшем Господь усмотрит». Я ходил спокойно на собрания, си- дел в задних рядах. Хотел перейти в другую церковь, мне не

разрешила местная церковь. Все, конечно, единодушно молились Богу, почему братья так сделали. Приехал Виктор Кузьмич, ста- рый мой друг. «Что, как, за какой грех?» Ничего нет. Слава Богу, что они организовали, что съехался весь совет церквей разбирать мой вопрос. Все пришли к выводу, что непонятно за что. И ре- шили восстановить. Что это неправильно было сделано. Григо- рий Васильевич объявляет: «Братья и сёстры, произошла ошиб- ка. Неправильно мы поступили». Слава Богу, справедливость восторжествовала, поблагодарили Бога. Это было тяжёлое пере- живание, тяжёлая скорбь. Кажется, можно её было не перенести. Но я так рассмотрел всё перед Господом: «Господи, если Ты это допустил для моего очищения, где я поступал неправильно», по- просил у Бога прощения перед церковью, сыновей убедил, чтобы мы не ожесточились, потому что пути другого в Царствие Божие нет. Это путь – путь, которым шёл Господь. И я считаю до сего дня, что это единственный путь, который ведёт нас в Царство Небесное. Бог нас сохранил, из братства мы не ушли, остались верные Господу. Но вот что стали делать некоторые. Во главе с одесским братом пятёрка решила всех старых служителей, осо- бенно тех, которые отсидели в тюрьмах, которые имеют автори- тет, всех их надо потихоньку убрать, а восстановить молодых братьев. Что они и начали делать. Геннадий Константинович не знал, что план этот принят. Один, правда, после просил прощение у меня и у церкви. Я ему задал вопрос: «Почему ты так делал?»

«Нас так учили». Вот так он поддался. Последствия для них были очень трагичные. Брата Господь лишил разума. Второй брат отлучён, третий тоже под наказанием.

Пётр Данилович ещё оставался на служении. Я его спраши- вал: «Что ты строишь?» Видя, что он не совсем правильно дела- ет. Он добивается, чтобы исключительно все ему поклонялись, все выполняли его слово. Так, не так, но молчи и всё. Я его убеждал: «Пётр Данилович, если не остановишься, тебе беда бу- дет. Ты думаешь во главе стать братства, но этого не будет». Я знал все эти действия, и он просил, чтобы я опубликовал что-то, чтобы как-то замять свой вопрос. Когда Георгий Петрович ему хорошо объяснил его положение (он ему исповедовался), Георгий Петрович не выдержал, он кое что ему рассказал. И сказал, что он не должен, он не имеет права нести служение. Георгий Петро- вич, оказывается, рассказал исповедь Григория Даниловича его бывшей жене, жившей по вине мужа 10 лет в Америке, и он у неё допытывался, чтобы она написала, как было дело. Пётр Данило- вич сегодня отлучен. Плохо он сделал, что он не покаялся, не

признался. Он только тем думал грех свой решить как-то перед Богом, что он дал обет не вступать в брак. Но то, что было там, это, конечно, стыдно говорить. Теперь она вышла за одного брата, жена которого умерла, они знали с детства друг друга, и мне пришлось сочетавать их. Это были большие переживания, труд- ности. Я хочу сказать: братья, какое бы мы ни занимали поло- жение в церкви, в братстве ли, но грех есть грех, его нельзя скрыть, его нельзя забыть. Сколько бы мы не таили его, он даст свои плоды. И когда на совещании совета церквей Геннадий Констан- тинович (Крючков) строго обличил его, указал на три греха, он покаялся, просил прощения. Братья его помиловали, оставили его на хорошем служении. Но удивительно, когда мы вышли во двор, один из братьев говорит: «Обманет, я его хорошо знаю». И, действительно, так и случилось. Как трудно, братья, удержаться на этом святом пути. Путь, по которому Господь провёл братство

– это путь Божий». 1Пет.3:14 – «Но если и страдаете за правду, то вы блаженны; а страха их не бойтесь и не сму- щайтесь». Есф.1:1 – «все народы приготовились к войне, чтобы поразить народ праведных; и вот - день тьмы и мрака, скорбь и стеснение, страдание и смятение великое на земле; и сму- тился весь народ праведных, опасаясь бед себе, и приготови- лись они погибнуть и стали взывать к Господу; от вопля их произошла, как бы от малого источника, великая река с мно- жеством воды; и воссиял свет и солнце, и вознеслись смирен- ные».

Мы живём, под собою не чуя страны, Наши речи за десять шагов не слышны, А где хватит на полразговорца,

Там припомнят кремлёвского горца. Его толстые пальцы, как черви, жирны, А слова, как пудовые гири, верны,

Тараканьи смеются усища, И сияют его голенища.

А вокруг него сброд тонкошеих вождей, Он играет услугами полулюдей.

Кто свистит, кто мяучит, кто хнычет, Он один лишь бабачит и тычет,

Как подкову, куёт за указом указ:

Кому в пах, кому в лоб, кому в бровь, кому в глаз. Что ни казнь у него – то малина

И широкая грудь осетина. 1933. Мандельштам О. Сегодня неверующими сидельцами забиты тюрьмы. Но у них

нет утешения в Господе, они знают, что делали не только проти- воправное, но всюду нарушали заповеди Божьи. Вот как это ви- дел неверующий пьяница и наркоман:


Рвусь из сил и из всех сухожилий, Но сегодня – опять, как вчера, – Обложили меня, обложили,

Гонят весело на номера.

Из-за елей хлопочут двустволки – Там охотники прячутся в тень.

На снегу кувыркаются вол45ки, Превратившись в живую мишень.

Идёт охота на волков, идёт охота!

На серых хищников – матёрых и щенков. Кричат загонщики, и лают псы до рвоты. Кровь на снегу и пятна красные флажков.

Не на равных играют с волками Егеря, но не дрогнет рука!

Оградив нам свободу флажками, Бьют уверенно, наверняка.

Волк не может нарушить традиций. Видно, в детстве, слепые щенки,

Мы, волчата, сосали волчицу

И всосали – «Нельзя за флажки!» Наши ноги и челюсти быстры. Почему же – вожак, дай ответ –

Мы затравленно мчимся на выстрел И не пробуем через запрет?

Волк не должен, не может иначе! Вот кончается время моё.

Тот, которому я предназначен, Улыбнулся и поднял ружьё.

Я из повиновения вышел

За флажки – жажда жизни сильней! Только сзади я радостно слышал Удивлённые крики людей.

Рвусь из сил, из всех сухожилий, Но сегодня – не так, как вчера! Обложили меня, обложили,

Но остались ни с чем егеря! 1968. Высоцкий В. Мы — волки, И нас По сравненью с собаками

Мало. Под грохот двустволки Год от году нас Убывало. Мы, как на расстреле, На землю ложились без стона. Но мы уцелели, Хотя и живём вне закона.

Мы — волки, нас мало, Нас можно сказать — единицы. Мы те же собаки, Но мы не хотели смириться.

Вам блюдо похлёбки, Нам проголодь в поле морозном, Звериные тропки, Сугробы в молчании звёздном.

Вас в избы пускают В январские лютые стужи, А нас окружают Флажки роковые всё туже.

Вы смотрите в щёлки, Мы рыщем в лесу на свободе. Вы, в сущности, — волки, Но вы изменили породе.

Вы серыми были, Вы смелыми были вначале.

Но вас прикормили, И вы в сторожей измельчали.

И льстить и служить Вы за хлебную корочку рады, Но цепь и ошейник Достойная ваша награда.

Дрожите в подклети, Когда на охоту мы выйдем. Всех больше на свете Мы, волки, собак ненавидим.

1964. Владимир Солоухин Что вспоминают заключенные верующие и что в памяти у не-

верующих? Насколько же богаче и счастливее уже здесь, на земле, верующий во Христа, страдающий за Христа!


Протопи ты мне баньку, хозяюшка, Раскалю я себя, распалю,

На полке, у самого краюшка, Я сомненья в себе истреблю.

Разомлею я до неприличности, Ковш холодный – и всё позади.

И наколка времён культа личности Засинеет на левой груди.

Протопи ты мне баньку по-белому – Я от белого свету отвык.

Угорю я, и мне, угорелому, Пар горячий развяжет язык.

Сколько веры и лесу повалено, Сколь изведано горя и трасс,

А на левой груди – профиль Сталина, А на правой – Маринка анфас.

Эх, за веру мою беззаветную Сколько лет отдыхал я в раю!

Променял я на жизнь беспросветную Несусветную глупость мою.

Вспоминаю, как утречком раненько Брату крикнуть успел: «Пособи!»

И меня два красивых охранника Повезли из Сибири в Сибирь.

А потом на карьере ли, в топи ли, Наглотавшись слезы и сырца,

Ближе к сердцу кололи мы профили Чтоб он слышал, как рвутся сердца.

Ох, знобит от рассказа дотошного, Пар мне мысли прогнал от ума.

Из тумана холодного прошлого Окунаюсь в горячий туман.

Застучали мне мысли под темечком, Получилось – я зря им клеймён,

И хлещу я берёзовым веничком

По наследию мрачных времён. 1968. В. Высоцкий


Вопрос 3791: Почему говорят, что бард Высоцкий был одержи- мый бесами? А как же тогда его поэтический дар?

Ответ: Сохранились на видео его выступления. Вы хотя бы раз посмотрите на его лицо, когда он хрипит-воет – это же лицо тяжелобольного в духовном плане человека, мертвеца. А что ка- сается его стихов, то Божий талант можно зарыть, не развить, а можно развить и в злом направлении, не во славу Божию, и за это придётся отвечать на Суде Божьем. Среди даже очень хоро- ших его стихов есть и вот такие «перлы». Тема воровства, пьян- ки, блуда – разливанной рекой в его стихах.


«Семь дней усталый старый бог В запале, в зашоре, в запаре Творил убогий наш лубок И каждой твари – по паре.

Ему творить – потеха, И вот, себе взамен

Бог создал человека, Как пробный манекен…»

«Всю Россию до границы Царь наш кровью затопил, А жену свою – царицу Колька Гришке уступил…»

«Сгорели песни и стихи – дребедень…»

«Если б водка была на одного – Как чудесно бы было! Но всегда покурить – на двоих,

Но всегда распивать – на троих. Если б я был физически слабым – Я б морально устойчивым был, — Ни за что не ходил бы по бабам, Алкоголю б ни грамма не пил!..»

«Мне снятся крысы, хоботы и черти. Гоню их прочь, стеная и браня,

Но вместо них я вижу виночерпия –

Он шепчет: «Выход есть – к исходу дня Вина! И прекратится толкотня,

Виденья схлынут, сердце и предсердие Отпустят, и расплавится броня!»…

Мы пили всё, включая политуру, –

И лак, и клей, стараясь не взболтнуть. Мы спиртом обманули пулю-дуру -

Так, что ли, умных нам не обмануть?!..»

«Я – в бега, но сатану Не обманешь – ну и ну!..»


Мало того, Володе-наркоману пришла сатанинская мысль на- писать в 1967 году свою «Гавриалиаду» и сказать: «Пушкину можно, а почему мне нельзя?» Хотя позже он стал якобы объяс- нять, что не имел в виду конкретно Деву Марию и Иосифа, а просто семейные отношения людей. Но едва написал, как тут же слёг в больницу после тяжёлого и продолжительного запоя, как вещают из телевизора. Если действительно Пушкин написал свою мерзость, насмехаясь над лоном Приснодевы, то и получил пулю в живот. А этот загонял в свою утробу всё, что только могло повредить его разуму. Мф.12:37 – «ибо от слов своих оправда- ешься, и от слов своих осудишься». Еф.4:29 – «Никакое гни- лое слово да не исходит из уст ваших, а только доброе для назидания в вере, дабы оно доставляло благодать слушаю- щим». Пр.21:24 – «Надменный злодей – кощунник имя ему – действует в пылу гордости». Пр.24:9 – «Помысл глупости – грех, и кощунник – мерзость для людей».


В те дни, когда мне были новы Все впечатленья бытия –

И взоры дев, и шум дубровы, И ночью пенье соловья, –

Когда возвышенные чувства, Свобода, слава и любовь

И вдохновенные искусства

Так сильно волновали кровь, – Часы надежд и наслаждений Тоской внезапной осеня,

Тогда какой-то злобный гений Стал тайно навещать меня.

Печальны были наши встречи: Его улыбка, чудный взгляд, Его язвительные речи

Вливали в душу хладный яд. 1823. Пушкин Неистощимой клеветою он провиденье искушал;

Он звал прекрасное мечтою; Он вдохновенье презирал;

Не верил он любви, свободе; На жизнь насмешливо глядел – И ничего во всей природе Благословить он не хотел.


Вопрос 3792: Если у каждого народа есть свои законы относи- тельно недопущения добрачных отношений, то значит, у евреев не может быть подобного? И вообще, какую власть имеет женщи- на в нынешнее время?

Ответ: Это тот рубеж, где самая строгая мера против нарушите- лей так и не достигает полной покорности. Даже у мусульман есть нарушители, хотя и знают, что ей грозит смертная казнь. Иоан.8:5 – «Моисей в законе заповедал нам побивать таких камнями». Нам до конца никогда, видимо, так и не понять, что же кроется в этом грехе, даже если он был по согласию, и даже если потом юноша и женится на соблазненной им девице. По- следствия необъяснимые и далеко идущие в трагизме. Втор.22:20- 21 – «Если же сказанное будет истинно, и не найдется дев- ства у отроковицы, то отроковицу пусть приведут к две- рям дома отца её, и жители города её побьют её камнями до смерти, ибо она сделала срамное дело среди Израиля, блу- додействовав в доме отца своего; и [так] истреби зло из среды себя». У евреев случались и насилия, и измены, но, конеч- но же, не в такой степени, как ныне там, где нет Закона Божия. Сир.24:33-36 – «Она будет выведена пред собрание, и о детях её будет исследование. Дети её не укоренятся, и ветви её не дадут плода. Она оставит память о себе на проклятие, и позор её не изгладится. Оставшиеся познают, что нет ниче- го лучше страха Господня и нет ничего сладостнее, как вни- мать заповедям Господним». Если подобное случается, то по- зор и отцу, который не сохранил девицу. Сир.23:5 – «Наглая позорит отца и мужа, и у обоих будет в презрении». Вот как бывает и у евреев:

Арон Фарфурник застукал наследницу дочку С голодранцем студентом Эпштейном:

Они целовались! Под сливой у старых качелей.

Арон, выгоняя Эпштейна, измял ему страшно сорочку, Дочку запер в кладовку и долго сопел над бассейном,

Где плавали красные рыбки. «Несчастный капцан!»1 Что было! Эпштейна чуть-чуть не съели собаки, Madame иссморкала от горя четыре платка,

А бурный Фарфурник разбил фамильный поднос. Наутро очнулся. Разгладил бобровые баки,

Сел с женой на диван, втиснул руки в бока И позвал от слёз опухшую дочку.

Пилили, пилили, пилили, но дочка стояла как идол, Смотрела в окно и скрипела, как злой попугай:

«Хочу за Эпштейна».— «Молчать!!!» — «Хо-чу за Эпштейна». Фарфурник подумал... вздохнул. Ни словом решенья не выдал, Послал куда-то прислугу, а сам, как бугай,

Уставился тяжко в ковёр. Дочку заперли в спальне. Эпштейн-голодранец откликнулся быстро на зов: Пришёл, негодяй, закурил и расселся как дома.

Madame огорченно сморкается в пятый платок. Ой, сколько она наплела удручающих слов:

«Сибирщик! Босяк! Лапацон! Свиная трахома! Провокатор невиннейшей девушки, чистой как мак!..»

«Ша...— начал Фарфурник.— Скажите, могли бы ли вы Купить моей дочке хоть зонтик на ваши несчастные средства? Галошу одну могли бы ли вы ей купить?!»

Зажглись в глазах у Эпштейна зловещие львы:

«Купить бы купил, да никто не оставил наследства». Со стенки папаша Фарфурника строго косится.

«Ага, молодой человек! Но я не нуждаюсь! Пусть так.

Кончайте ваш курс, положите диплом на столе

и венчайтесь — Я тоже имею в груди не лягушку, а сердце.

Пускай хоть за утку выходит — лишь был бы счастливый ваш брак.

Но раньше диплома, пусть гром вас убьёт,

не встречайтесь. Иначе я вам сломаю все руки и ноги!»

«Да, да...— сказала madame.— В дворянской бане во вторник Уже намекали довольно прозрачно про вас и про Розу, —

Их счастье, что я из-за пара не видела, кто!» Эпштейн поклялся, что будет жить как затворник, Учёл про себя Фарфурника злую угрозу

И вышел, взволнованным ухом ловя рыданья из спальни.

Вечером, вечером сторож бил В колотушку что есть силы! Как шакал Эпштейн бродил Под окошком Розы милой. Лампа погасла, всхлипнуло окошко,

В раме — белое, нежное пятно.

Полез Эпштейн — любовь не картошка: Гоните в дверь, ворвётся в окно.

Заперли, заперли крепко двери, Задвинули шкафом, чтоб было верней.

Эпштейн наклонился к Фарфурника дщери И мучит губы больней и больней...

Ждать ли, ждать ли три года диплома? Роза цветёт — Эпштейн не дурак: Соперник Поплавский имеет три дома

И тоже питает надежду на брак...

За дверью Фарфурник, уткнувшись в подушку, Храпит баритоном, жена — дискантом.

Раскатисто сторож бубнит в колотушку, И ночь неслышно обходит дом.

<1910>. Саша Чёрный. Капцан — нищий. А что из себя представляет вообще женищна, она о себе сама многое может сказать:

Быть женщиной – что это значит? Какою тайною владеть? Вот женщина. Но ты незрячий. Тебе её не разглядеть.

И если женщина приходит, себе единственно верна, она приходит – как проходит чума, блокада и война. Но если женщина уходит, побито голову неся,

то всё равно с собой уводит бесповоротно всё и вся.

Она в улыбку слёзы спрячет, переиначит правду в ложь... Как счастлив ты, что ты незрячий и что потери не поймёшь.

1972. Римма Казакова Мужчины своим правильным отношением к женщине могли

бы сильно повлиять в положительную сторону, но измена с их стороны толкает и женщину к подобному. Иер.5:7 – «Как же Мне простить тебя за это? Сыновья твои оставили Меня и клянутся теми, которые не боги. Я насыщал их, а они пре- любодействовали и толпами ходили в домы блудниц».

Быть хорошим другом обещался, звёзды мне дарил и города. И уехал, и не попрощался. И не возвратится никогда.

Я о нём потосковала в меру, в меру слёз горючих пролила. Прижилась обида, присмирела, люди обступили и дела...

Снова поднимаюсь на рассвете, пью с друзьями, к случаю, вино, и никто не знает, что на свете нет меня уже давным-давно.

Вероника Тушнова Как ни тяжка была доля русской женщины в прошлые време- на, но в этом грехе её никто из поэтов не обвинял, как ныне.

В полном разгаре страда деревенская...

Доля ты! – русская долюшка женская! Вряд ли труднее сыскать.

Не мудрено, что ты вянешь до времени,

Всевыносящего русского племени Многострадальная мать!

Зной нестерпимый: равнина безлесная,

Нивы, покосы да ширь поднебесная – Солнце нещадно палит.

Бедная баба из сил выбивается,

Столб насекомых над ней колыхается, Жалит, щекочет, жужжит!

Приподнимая косулю тяжёлую,

Баба порезала ноженьку голую – Некогда кровь унимать!

Слышится крик у соседней полосыньки,

Баба туда - растрепалися косыньки, - Надо ребёнка качать!

Что же ты стала над ним в отупении?

Пой ему песню о вечном терпении, Пой, терпеливая мать!.. Слёзы ли, пот ли у ней над ресницею, Право, сказать мудрено. В жбан этот, заткнутый грязной тряпицею, канут они всё рав- но! Вот она губы свои опалённые Жадно подносит к краям... Вкусны ли, милая, слёзы солёные С кислым кваском пополам?..

1863. Некрасов Сир.27:12 – «Над бесстыдною дочерью поставь крепкую

стражу, чтобы она, улучив послабление, не злоупотребила собою». 1Пет.3:7 – «Также и вы, мужья, обращайтесь благо- разумно с женами, как с немощнейшим сосудом, оказывая им честь, как сонаследницам благодатной жизни, дабы не было вам препятствия в молитвах».


Вопрос 3793: Отношение к власти не у всех одинаковое, кто-то любит любую власть, а кто-то ждёт свою. Каково должно быть наше отношение к власти, где бы мы ни жили?

Ответ: Слишком широкий диапазон вопроса. Если бы конкрет- но было о России, тогда было бы попроще ответить. За власти нужно молиться. Не бунтовать, платить налоги и никогда не уступать власти в вопросах веры, спасения души. Никакую власть не защищать с плотским оружием в руках, не клясться быть верным ей. 1Тим.2:2 – «за царей и за всех начальствующих, дабы проводить нам жизнь тихую и безмятежную во вся- ком благочестии и чистоте». 2Кор.10:4 – «Оружия воинство- вания нашего не плотские, но сильные Богом на разрушение твердынь: [ими] ниспровергаем замыслы».


А мой хозяин не любил меня.

Не знал меня, не слышал и не видел,

но всё-таки боялся как огня и сумрачно, угрюмо ненавидел.

Когда пред ним я голову склонял – ему казалось, я улыбку прячу.

Когда меня он плакать заставлял – ему казалось, я притворно плачу.

А я всю жизнь работал на него, ложился поздно, поднимался рано,

любил его и за него был ранен. Но мне не помогало ничего.

А я всю жизнь возил его портрет,

в землянке вешал и в палатке вешал, смотрел, смотрел, не уставал смотреть.

И с каждым годом мне всё реже, реже обидною казалась нелюбовь.

И ныне настроенья мне не губит тот явный факт, что испокон веков

таких, как я, хозяева не любят. Борис Слуцкий


Бывает и такая антивласть, как советская, которой никак нельзя угодить. Они всю землю сделали трупом. Деян.12:22 – «а народ восклицал: [это] голос Бога, а не человека».

Говорят, мы мелко пашем, Оступаясь и скользя. На природной почве нашей Глубже и пахать нельзя.

Мы ведь пашем на погосте, Разрыхляем верхний слой.

Мы задеть боимся кости, Чуть прикрытые землёй. Шаламов В.


Всё зависит от того, каким представляет себе Бога человек.

Вот как Его видели на «святой» Руси.

Нужно ль вам истолкованье, Что такое русский бог? Вот его вам начертанье, Сколько я заметить мог.

Бог метелей, бог ухабов, Бог мучительных дорог,

Станций – тараканьих штабов, Вот он, вот он, русский бог.

Бог голодных, бог холодных, Нищих вдоль и поперёк, Бог имений недоходных, Вот он, вот он, русский бог.

Бог грудей и ...отвислых, Бог лаптей и пухлых ног, Горьких лиц и сливок кислых, Вот он, вот он, русский бог.

Бог наливок, бог рассолов, Душ, представленных в залог, Бригадирш обоих полов, Вот он, вот он, русский бог.

К глупым полон благодати, К умным беспощадно строг, Бог всего, что есть некстати, Вот он, вот он, русский бог.

Бог бродяжных иноземцев, К нам зашедших за порог, Бог в особенности немцев, Вот он, вот он, русский бог.

1828. П.Вяземский Были и суперпатриоты в России, которые влияли на умы под-

данных. И своим патриотизмом готовили бесчисленные страда- ния отечеству, которое они искренно любили. Одним из таким был и поэт Тютчев, видящий, как русский царь будет победно шествовать в Константинополе, и, конечно же, не через молитвы, а под гром пушек.

Не гул молвы прошёл в народе, Весть родилась не в нашем роде То древний глас, то свыше глас: «Четвёртый век уж на исходе, Свершится он – и грянет час!»

И своды древние Софии, В возобновленной Византии,

Вновь осенят Христов алтарь. Пади пред ним, о царь России, – И встань как всеславянский царь! 1 марта 1850. Ф.И.Тютчев


И не надо видеть абсолютно везде и во всём одни только козни жидо-масонов. Нужно хотя бы несколько раз в день на молитве себя представлять перед лицом Божиим и винить себя во всём, где мог бы повлиять на изменение обстановки в лучшую сторону, да не сподобился того по своей лени и трусости.

Зачем мне считаться шпаной и бандитом – Не лучше ль податься мне в антисемиты:

На их стороне хоть и нету законов, – Поддержка и энтузиазм миллионов.

Решил я – и, значит, кому-то быть битым, Но надо ж узнать, кто такие семиты, –

А вдруг это очень приличные люди,

А вдруг из-за них мне чего-нибудь будет!

Но друг и учитель – алкаш в бакалее – Сказал, что семиты – простые евреи.

Да это ж такое везение, братцы, – Теперь я спокоен – чего мне бояться!

Я долго крепился, ведь благоговейно Всегда относился к Альберту Эйнштейну. Народ мне простит, но спрошу я невольно: Куда отнести мне Абрама Линкольна?

Средь них – пострадавший от Сталина Каплер, Средь них – уважаемый мной Чарли Чаплин, Мой друг Рабинович и жертвы фашизма,

И даже основоположник марксизма.

Но тот же алкаш мне сказал после дельца, Что пьют они кровь христианских младенцев; И как-то в пивной мне ребята сказали,

Что очень давно они Бога распяли!

Им кровушки надо – они по запарке Замучили, гады, слона в зоопарке!

Украли, я знаю, они у народа

Весь хлеб урожая минувшего года!

По Курской, Казанской железной дороге Построили дачи – живут там как боги... На всё я готов – на разбой и насилье, –

И бью я жидов – и спасаю Россию! 1964. Высоцкий


И нужно уметь обличать власти. Деян.5:29 – «Пётр же и Апостолы в ответ сказали: должно повиноваться больше Богу, нежели человекам». Еф.5:11 – «и не участвуйте в бес- плодных делах тьмы, но и обличайте».


Вопрос 3794: Если бы Вы не нападали на священство, а просто говорили, как все пишут, не задевали никаких острых углов, тог- да бы и книги Ваши пошли быстрее в народ и, может быть, пользы было бы больше?

Ответ: Какой пользы? Если бы Иоанн Креститель жил в наши дни в России, то, как думаете, какую бы книгу он написал и как её озаглавил? И многие ли бы искали эту книгу и старались жить по ней? Однозначно, что он бы не переродился и не жил бы по стихиям мира, не смог примириться с отступничеством, с на- глостью, с коррупцией, с лицемерием. И опять же в книге «Глас вопиющего в пустыне» прозвучали бы речи к тем же порождени- ям змеиной партии людоедов-коммунистов-ленинцев, опять бы стоял стон от иродиад и телевизорных девиц с кровавым блю- дом. Кто-то тайно, келейно прислушивался бы и мог бы даже чуточку поумнеть. Мрк.6:20 – «Ибо Ирод боялся Иоанна, зная, что он муж праведный и святой, и берёг его; многое делал, слушаясь его, и с удовольствием слушал его».

А если бы историк наших дней

Не в современном жил, а в древнем Риме, Тогда, конечно, было бы видней

Всем древним римлянам, что станет с ними!

Но почему бы не предположить, Что ныне между нами, москвичами, Грядущей жизнью начинает жить, Работая и днями и ночами,

Он, будущий историк наших дней, И эта книга плачется, поётся,

Лепечется, хохочется... И в ней

Проставить только даты остаётся. 1974. Л.Мартынов

В своих книгах я ничего пока не допускаю переиначивать, ибо согласно Слова Божия у меня есть надежда, что хотя бы один человек обратится на путь истинный благодаря сказанному в моих книгах. И тогда всё будет вовеки веком оправдано.


А красноречивей всех молчат Книги, славно изданы, честь честью Переплетены, чтоб и до внучат Достояться с Достоевским вместе.

И затем поведать всё, о чём Написавший не сказал ни слова, Но как будто озарил лучом

Бездну молчаливого былого. 1970. Леонид Мартынов Я получаю отзывы, мне звонят из разных концов, что по кни- гам моим идут занятия и люди совершенно меняются, и только в лучшую сторону. Слова пророков тоже не сразу принимались, а

сначала их гнали, клеймили и убивали даже иногда.


А ты? Входя в дома любые – И в серые, И в голубые, Всходя на лестницы крутые, В квартиры, светом залитые, Прислушиваясь к звону клавиш И на вопрос даря ответ, Скажи: Какой ты след оставишь? След, Чтобы вытерли паркет И посмотрели косо вслед, Или Незримый прочный след

В чужой душе на много лет? 1945. Мартынов Главные гонители на мои книги – православные патриаршие

попы. Но и они мыслят себя верующими и просят себе у Бога Царства Небесного. Неужто им трудно посмотреть в Писание, из которого они бы определённо узрели, что при их пренебрежением Библией, при их нерождённости свыше, без водительства Духом Святым, они промахнулись, и очень крупно.


Бессмертье? Вам, двуногие кроты, Не стоящие дня земного срока?

Пожалуй, ящерицы, жабы и глисты

Того же захотят, обидевшись глубоко...

Мещане с крылышками! Пряники и рай! Полвека жрали – и в награду вечность... Торг не дурён. «Помилуй и подай!»

Подай рабам патент на бесконечность.

Тюремщики своей земной тюрьмы,

Грызущие друг друга в каждой щели, Украли у пророков их псалмы,

Чтоб бормотать их в храмах раз в неделю.

Нам, зрячим, – бесконечная печаль,

А им, слепым, – бенгальские надежды, Сусальная сияющая даль, Гарантированные брачные одежды!..

Не клянчите! Господь и мудр, и строг, – Земные дни бездарны и убоги,

Не пустит вас Господь и на порог,

Сгниёте все, как падаль, у дороги. 1912. Саша Чёрный А то, что они клевещут на меня, обзывая сектантом за то, что я

не призываю к войне с оружием плотским в руках и по другим признакам определяя мою неправославность, то да не вменится им от Бога сие в вину, но да испытают они подобное в свой адрес уже на земле и поймут, сколь они неправы были.


В монастыре пустынном близ Кордовы Картина есть. Старательной рукой Изобразил художник в ней суровый,

Как пред кумиром мученик святой Лежит в цепях и палачи с живого Сдирают кожу... Вид картины той, Исполненный жестокого искусства, Сжимает грудь и возмущает чувство.

Но в дни тоски, мне всё являясь снова, Упорно в мысль вторгается она,

И мука та казнимого святого Сегодня мне понятна и родна:

С моей души совлечены покровы, Живая ткань её обнажена,

И каждое к ней жизни прикасанье

Есть злая боль и жгучее терзанье. 1870. А.К.Толстой Иоан.16:2 – «Изгонят вас из синагог; даже наступает вре-

мя, когда всякий, убивающий вас, будет думать, что он тем служит Богу». В церковной истории случалось так, что изгоняли сначала, как Александра Невского и других, а когда беда приходила, искали изгнанных. Суд.11:7 – «Иеффай сказал старейшинам Галаадским: не вы ли возненавидели меня и выгнали из дома отца моего? зачем же пришли ко мне ныне, когда вы в беде?» Господь допускает несправедливые гонения, чтобы очистить нас. Конечно, когда нас гонят филистимляне

или необрезанные халдеи, - то одно, а когда свои, природные израильтяне, тогда душа скорбит сильнее. 1Цар.26:19 – «И ныне пусть выслушает господин мой, царь, слова раба своего: если Господь возбудил тебя против меня, то да будет это от тебя благовонною жертвою; если же - сыны человеческие, то прокляты они пред Господом, ибо они изгнали меня ныне, чтобы не принадлежать мне к наследию Господа, говоря:

«ступай, служи богам чужим»». Да и в утешение мне, что и Сам Спаситель Христос претерпел несправедливые гонения и не обещал, что нас будут почитать все. Иоан.15:20 – «Помните слово, которое Я сказал вам: раб не больше господина своего. Если Меня гнали, будут гнать и вас; если Мое слово соблю- дали, будут соблюдать и ваше». Апостолы Христовы увеще- вали своих приверженцев быть стойкими в гонениях и не ужа- саться, ибо так всё и должно быть с верными Богу, и гонения от единоверных есть одно из сильнейших доказательств, что мы на верном пути со Христом. 1Пет.4:16 – «а если как Христиа- нин, то не стыдись, но прославляй Бога за такую участь». 1Фесс.3:4 – «Ибо мы и тогда, как были у вас, предсказывали вам, что будем страдать, как и случилось, и вы знаете».


Вопрос 3795: Что можно и нужно сделать, чтобы опыт восста- новления поселения, как пос. Потеряевки, был расширен? И что- бы не десять дворов было, а как можно больше?

Ответ: Мы такой задачи не ставили, чтобы было больше народа, и устав деревни говорит о том, чтобы строилось всё на христиан- ских заповедях и на старинных православных благочестивых обычаях. Мы и по сей день не знаем, что для нас лучше: сколько есть, хватит или как?

В песчаных степях аравийской земли Три гордые пальмы высоко росли.

Родник между ними из почвы бесплодной, Журча, пробивался волною холодной, Хранимый, под сенью зеленых листов,

От знойных лучей и летучих песков.

И многие годы неслышно прошли;

Но странник усталый из чуждой земли Пылающей грудью ко влаге студёной Ещё не склонялся под кущей зелёной, И стали уж сохнуть от знойных лучей Роскошные листья и звучный ручей.

И стали три пальмы на Бога роптать:

«На то ль мы родились, чтоб здесь увядать? Без пользы в пустыне росли и цвели мы, Колеблемы вихрем и зноем палимы,

Ничей благосклонный не радуя взор?.. Не прав твой, о небо, святой приговор!»

И только замолкли — в дали голубой Столбом уж крутился песок золотой, Звонком раздавались нестройные звуки, Пестрели коврами покрытые вьюки,

И шёл, колыхаясь, как в море челнок, Верблюд за верблюдом, взрывая песок.

Вот к пальмам подходит, шумя, караван: В тени их весёлый раскинулся стан.

Кувшины, звуча, налилися водою, И, гордо кивая махровой главою,

Приветствуют пальмы нежданных гостей, И щедро их поит студёный ручей.

Но только что сумрак на землю упал, По корням упругим топор застучал,

И пали без жизни питомцы столетий! Одежду их сорвали малые дети, Изрублены были тела их потом,

И медленно жгли до утра их огнём.

Когда же на запад умчался туман, Урочный свой путь совершал караван;

И следом печальный на почве бесплодной Виднелся лишь пепел седой и холодный; И солнце остатки сухие дожгло,

А ветром их в степи потом разнесло.

И ныне все дико и пусто кругом –

Не шепчутся листья с гремучим ключом: Напрасно пророка о тени он просит -

Его лишь песок раскалённый заносит

Да коршун хохлатый, степной нелюдим,

Добычу терзает и щиплет над ним. 1839. М.Лермонтов Назвать наш опыт удачным вряд ли можно, потому что мы очень сильно просчитались, когда рассчитывали на помощь род- ных, что вот поселятся свои и будет так, как задумано. Но род- ные-то и оказались самыми лютыми и непримиримыми врагами, главными разрушителями устава, соединились с погаными. А потом сбежали. Один в деревне пьяница и он родной брат. И уже столько позора от него претерпели. И ничего не сделаешь. Толь-

ко молимся, ждём от Бога милости и избавления от недругов. В деревне быть – это же такое удовольствие!

Поры той желанной я жду не дождусь, Как с городом тесным и шумным прощусь! В деревню уеду и счастье земное

Познаю в труде и в разумном покое.

Спаси тогда, Боже, от всякой беды, От ранних морозов, от полой воды, От бури, червя, градобитья, безводья И сад мой, и ниву, и все те угодья,

Что видит с холма мой заботливый взор, Где ходят соха, и коса, и топор!

Избави меня от житейского сора,

От мелких страстей, от тщеславного вздора...

И если для умных, свободных бесед, Для чувств излияний разведают след

К приюту пустынному друг иль подруга – С востока и с запада, с севера, с юга, –

Границы усадьбы моей охрани

От близких соседей, от дальней родни! 1857. Жемчужников

В деревню приедешь, и радости нет конца. Там даже молиться можно под звёздным небом. Кто-то эти слова сразу же будет опровергать. Но не я же один так мыслю. Походить по травуш- ке босыми ногами – разве это из книжек только?


Здравствуй, родина-мать! Убаюкай, согрей, Оживи меня лаской святою,

Лаской глуби лесной, лаской тёмных ночей, Лаской синих небес и безбрежных полей, Соловьиною песнью живою.

Дай поплакать хоть раз далеко от людей, Не боясь их насмешки жестокой, Отдохнуть на груди на зелёной твоей, Позабыть о загубленной жизни моей,

Полной муки и грусти глубокой. 1878. Семён Надсон

В деревне более приближён к природе и смерть воспринимаешь более осмыслено, хотя и как неестественное, но обязательное.


Исчезнет мир в тот самый час, Когда исчезну я, Как он угас для ваших глаз, Ушедшие друзья.

Не станет солнца и луны, Поблекнут все цветы. Не будет даже тишины, Не станет темноты.

Нет, будет мир существовать, И пусть меня в нём нет, Но я успел весь мир обнять, Все миллионы лет.

Я думал, чувствовал, я жил И все, что мог, постиг,

И этим право заслужил На свой бессмертный миг. Маршак Расширить опыт строительства поселения насильственно не- возможно. И хотя большая часть страны желали бы быть в деревне, но это практически невозможно. До сего дня человек хотя бы какой-то уголок имеет, а тут на голую кочку высажи- ваться придётся. Но даже и не в этом главная суть, а в искрен- нем желании воспитать детей вдали от разврата мира сего. В желании жить среди единоверцев, каждый день почитая за вели-

кое счастье, не гваздаться в городском растлении.


Когда томительное, злое Берёт раздумие меня... Когда, как дерево гнилое, Всё распадается святое,

Чему так долго верил я... Когда так дерзко, так нахально Шумит действительная жизнь — И содрогается печально Душа — без сил, без укоризн... Когда подумаю, что даром Мой страстный голос прозвенит –

И даже глупым, грубым жаром Ничья душа не загорит... Когда ни в ком ни ожиданья, Ни даже смутной нет тоски, Когда боятся так страданья, Когда так правы старики... Тогда — тогда мои молитвы Стремятся пламенно к Нему, Стремятся жадно к Богу битвы, К живому Богу моему.

1843. И.С.Тургенев Лев.20:24 – «и сказал Я вам: вы владейте землею их, и вам

отдаю в наследие землю, в которой течет молоко и мёд. Я Господь, Бог ваш, Который отделил вас от всех народов». Ис.3:10 – «Скажите праведнику, что благо [ему], ибо он будет вкушать плоды дел своих».


Вопрос 3796: Почему один всё виденное старается запечатлеть, хотя оно, может быть, вовсе и малозначительное, а другой видит более глобальное и всё таит в себе? Вот Вы пишете так много, и в этом есть некая внутренняя потребность или тщеславие челове- ческое, просто привычка писать, когда, начав, уже остановиться человек не может?

Ответ: Был такая потребность даже у древнего человека, и пи- сали на глине и обжигали эти таблички. На скалах, на всём, что могло сохранить письмена. Многое значит привычка и именно инерция. Что касается мирских людей, то они постоянно ищут темы, куда-то едут по древним цивилизациям, берут интервью,

безразлично у кого, мотаются по белу свету с главами админист- раций, караулят артистов и космонавтов. Всё это однодневки, как бы потрафить любителям новизны. Деян.17:21 – «Афиняне же все и живущие [у них] иностранцы ни в чём охотнее не проводили время, как в том, чтобы говорить или слушать что-нибудь новое». Обывательское ротозейство, всеядность без- дельников. Чтобы тема не кончалась, нужно быть прозритель- ным, знать, что твой труд будет востребован и более даже не сегодня.

Свои стихи, как зелье, В котле я не варил

И не впадал в похмелье От собственных чернил.

Но чётко и толково Раскладывал слова,

Как для костра большого Пригодные дрова. И вскоре — мне в подарок, Хоть я и ожидал, —

Стремителен и ярок, Костёр мой запылал. С.Маршак Мне темы не приходится искать ни для проповеди, ни для

стихов. Мне задают вопросы всюду, и я стараюсь с полной отда- чей дать цельный ответ, согласно с Библией. Наиболее страдают авторы от цензуры, независимо, от мирской или от духовной. Цензоры-грызуны гасят часто священный огонь. Когда кончают- ся темы, то поэты и писатели нередко накладывают на себя руки, как Маяковский, Есенин, Цветаева и др.


О Господи, пошли долготерпенье! Ночь целую сижу я напролёт, Неволю мысль цензуре в угожденье, Неволю дух – напрасно! Не сойдёт Ко мне Твое святое вдохновенье.

Нет, на кого житейская нужда Тяжёлые вериги наложила,

Тот – вечный раб поденного труда, И творчества живительная сила Ему в удел не дастся никогда.

Но, Господи, Ты первенцев природы Людьми, а не рабами создавал.

Завет любви, и братства, и свободы Ты в их душе бессмертной начертал, А Твой завет нарушен в род и роды.

Суди же тех всеправедным судом,

Кто губит мысль людскую без возврата, Кощунствует над сердцем и умом –

И ближнего, и кровного, и брата

Признал своим бессмысленным рабом. 1855. Мей Если уж взял в руки перо, то повторяй за пророком Михеем:

3Цар.22:14 – «И сказал Михей: жив Господь! я изреку то, что скажет мне Господь». Правителям всегда кажется, что спокойнее будет в государстве и успешнее все их дела, если все будут говорить слаженно, единодушно, как на партсъезде или в Синоде. Ст.13 – «Посланный, который пошёл позвать Ми- хея, говорил ему: вот, речи пророков единогласно [предвеща- ют] царю доброе; пусть бы и твоё слово было согласно с словом каждого из них; изреки и ты доброе».

Пусть тот, чья честь не без укора,

Страшится мнения людей; Пусть ищет шаткой он опоры В рукоплесканиях друзей! Но кто в самом себе уверен, Того хулы не потрясут — Его глагол нелицемерен,

Ему чужой не нужен суд.

Ни пред какой земною властью Своей он мысли не таит,

Не льстит неправому пристрастью, Вражде неправой не кадит. Ни пред венчанными царями, Ни пред судилищем молвы

Он не торгуется словами, Не клонит рабски головы. Друзьям в угодность, боязливо Он никому не шлёт укор; Когда ж толпа несправедливо Свой постановит приговор, Один, не следуя за нею, Пред тем, что чисто и светло,

Дерзает он, благоговея, Склонить свободное чело. 1859.Толстой

Слово запечатленное слышно дальше и дольше. Но как дол- жно быть не сочинителем, а рупором Господа Бога Иеговы! Если сегодня перебрать всё, что печатается с прицелом на вечность, то будет едва ли сотая доля всего лишь одного процента нужным из того, что идёт в макулатуру. Всё это безрыбье от неверия в Бога, от бездуховности, от трусости и бесталанности. Когда чело- век сам топорщится вскарабкаться на Моисеево седалище, не будучи туда позван.

Что такое случилось со мною? Говорю я с тобой одною, А слова мои почему-то Повторяются за стеною,

И звучат они в ту же минуту

В ближних рощах и дальних пущах, В близлежащих людских жилищах

И на всяческих пепелищах, И повсюду среди живущих. Знаешь, в сущности, это не плохо! Расстояние не помеха Ни для смеха и ни для вздоха. Удивительно мощное эхо.

Очевидно, такая эпоха! 1955. Леонид Мартынов Без Слова Божия, которое есть меч Божий, всё написанное мо-

жет стать злом и камнем на шее, который потянет в преиспод- нюю. И не следует вообще смотреть на то, многие ли разделяют твоё мнение. Ты сверяйся постоянно только с Библией и с тем, что говорили на эту тему святые отцы церкви Христовой.

Ты, обагрявший кровью меч, Склонил смиренно перья шлема Перед сияньем тонких свеч В дверях пещеры Вифлеема.

И ты – хранишь её один, Безумный вождь священных ратей, Заступник грёз, святой Игнатий, Пречистой Девы паладин!

Ты для меня, средь дольных дымов, Любимый, младший брат Христа,

Цветок небесных серафимов И Богоматери мечта.

Поликсена Соловьёва, Черубина де Габриак Паладин В переносном значении - человек, беззаветно пре-

данный к.-л. идее или лицу.

Немало книжек выпущено мной, Но все они умчались, точно птицы. И я остался автором одной

Последней, недописанной страницы. С.Маршак Кол.3:23 – «И всё, что делаете, делайте от души, как для

Господа, а не для человеков».


Вопрос 3797: Если Вы пишете стихи и проповеди, то значит можете и начинающим поэтам помочь в опыте стихосложения? Этому можно научиться или только свыше дар иметь нужно?

Ответ: Уж не считаете ли вы, что я поэт? Мне очень претит такое мнение обо мне, ибо я таковым никак не являюсь. Мне очень хочется донести до людей Слово Божие, и иногда через куплеты это удаётся, и не более того. Никому я помочь не могу и думаю, что этому можно научиться, но только всё будет плоским и трафаретным, как в литературном институте. К слову сказать, нигде в мире нет такого института, как литературный имени Горького, где как бы учат писать стихи, прозу.


Когда, изведав трудности ученья, Мы начинаем складывать слова

И понимать, что есть у них значенье –

«Вода», «огонь», «старик», «олень», «трава», – По-детски мы удивлены и рады

Тому, что буквы созданы не зря, И первые рассказы нам награда За первые страницы букваря.

Но часто жизнь бывает к нам сурова:

Иному век случается прожить, А он не может значащее слово

Из пережитых горестей сложить. С.Маршак

Я слышал не раз, что кто пытается в позднем возрасте начи- нать писать стихи или водить автомобиль, он обязательно сдела- ет аварию. Так что я постоянно под колпаком у инспекции.

Неизбалованный поэт, Я в добрый час, сверх ожиданья, Успел привлечь к себе вниманье Уже на позднем склоне лет.

Благодаря стихотвореньям Мне посвящается хвала

За неподатливость внушеньям Нас усыпляющего зла.

«Словам забытым» зная цену, Да, ничего я не забыл, И суд сограждан не клеймил Меня ни разу за измену.

И вот, сочувствие мне есть, Есть отклик песням запоздалым... Недостаёт лишь только честь Уколов мне сердитым жалом

За верность вечным идеалам... 1893. А. Жемчужников


В стихах легче избыть обвинения в том, что не стандартно, что в прозе причислено было бы к ереси. Воображение поэтов зано- сит иногда в то, чего и не виделось. У меня табу на темы о невидимом, на то, что касается Ангелов и прочего, что запредель- но. И это только потому, что побуждаю себя вставать и ложить- ся со страхом Божиим.

Я видел своё погребенье. Высокие свечи горели,

Кадил непроспавшийся дьякон, И хриплые певчие пели.

В гробу на атласной подушке Лежал я, и гости съезжались, Отходную кончил священник, Со мною родные прощались.

Жена в интересном безумьи Мой сморщенный лоб целовала И, крепом красиво прикрывшись, Кузену о чём-то шептала.

Печальные сёстры и братья (Как в нас непонятна природа!) Рыдали при радостной встрече С четвёртою частью дохода.

В раздумьи, насупивши брови, Стояли мои кредиторы,

И были и мутны и страшны Их дикоблуждавшие взоры.

За дверью молились лакеи, Прощаясь с потерянным местом, А в кухне объевшийся повар Возился с поднявшимся тестом.

Пирог был удачен. Зарывши Мои безответные кости, Объелись на сытных поминках Родные, лакеи и гости.

<1859>. Случевский Однажды пришлось мне читать свои стихи и в литературном институте в Москве, где был тогда руководителем поэтического семинара Лев Ошанин. И хотя там было много народа и давали только по одному стиху прочитать, но после прочтения мною одного стиха о цыганском таборе, только что написанном в ваго-

не поезда, меня попросили тут же прочесть ещё стиха три. Реак- ция зала была очень странная. Лев мне сказал: «Как будто у нас форточку открыли и ворвался свежий ветер». Это всё только оттого, что я плыл в Евангельских словесах.

Нас всех, собравшихся на общий праздник снова, Учило нынче нас Евангельское слово

В своей священной простоте:

«Не утаится Град от зрения людского, Стоя на горней высоте».

Будь это и для нас возвещено не всуе — Заветом будь оно и нам,

И мы, великий день здесь братски торжествуя,

Поставим наш союз на высоту такую, 1869. Ф.И.Тютчев Чтоб всем он виден был — всем братским племенам.

Если на мои стихи будут давать комментарии верующие поэты, то это будут целые тома и тогда всё будет иначе в отношении моей деятельности рассмотрено.

Жизнь моя всё короче, короче, Смерть моя все ближе и ближе. Или стал я поэтому зорче, Или свет нынче солнечный ярче,

Но теперь я отчётливо вижу, Различаю всё чётче и чётче,

Как глаза превращаются в очи, Как в уста превращаются губы, Как в дела превращаются речи. Я не видел все это когда-то,

Я не знаю... Жизнь кратче и кратче, А на небе всё тучи и тучи, Но всё лучше мне, лучше и лучше, И богаче я всё и богаче.

...Говорят, я добился удачи. Леонид Мартынов


2Пет.3:16 – «как он говорит об этом и во всех посланиях, в которых есть нечто неудобовразумительное, что невежды и неутвержденные, к собственной своей погибели, превращают, как и прочие Писания». 1Кор.3:6 – «Я насадил, Аполлос поли- вал, но возрастил Бог».


Вопрос 3798: Если сравнить, как Вам приходилось беседовать с сектантами при начале Вашей христианской жизни и теперь, то разница большая? Или у верующих всё в одной поре?

Ответ: Мой путь настолько был необычен, что надуманно его вряд ли ещё кому удастся скоро повторить. Для этого нужно будет родиться в старообрядческой семье, с детства искать Бога, ощущать Его. И затем получить Библию через сектантов, остать- ся в православии, притом, видя всю ту бездну, куда всё многое свалилось ещё полторы тысячи лет назад. И, оставаясь в этом историческом хаосе, продолжать проводить ревизию во всём и

всему через Библию, испытывать колоссальнейшее давление со стороны всех, с кем придётся встречаться, и особенно от своих единоверцев ,и остаться верным даже в малейшем тому, что про- возглашено в Библии, истолковано святыми отцами церкви, в соборных канонах. Если вы глубоко верующие, в какой бы орга- низации или деноминации вы ни находились, то скажите, много ли раз в жизни своей вы встречали людей верующих, которые бы заботились обо всех, с кем они встречаются? 1Кор.9:19,22 – «Ибо, будучи свободен от всех, я всем поработил себя, дабы больше приобрести: для немощных был как немощный, чтобы при- обрести немощных. Для всех я сделался всем, чтобы спасти по крайней мере некоторых».

Двух станов не боец, но только гость случайный, За правду я бы рад поднять мой добрый меч,

Но спор с обоими – досель мой жребий тайный, И к клятве ни один не мог меня привлечь; Союза полного не будет между нами –

Не купленный никем, под чье б ни стал я знамя, Пристрастной ревности друзей не в силах снесть,

Я знамени врага отстаивал бы честь! <1858>. А.К.Толстой


За последние недели мне пришлось «перелопатить» более 20 тысяч стихов, поэм, новелл - более 200 поэтов. И могу доказать любому, что ни одного поэта в России не было, кто был рождён от Слова Божия и отобразил бы это в стихах своих. Они все колобродят вымыслами о феях, амурах, языческих божествах. Библия для них не является главенствующим источником. Ра- дость во Христе как будто и не известна очень многим. Знают о смерти, знают содержание Библии, но это не жизнь во Христе. У всех скорбь, покинутость, женщины всюду, тоска и какая-то жажда помочь обездоленному народу. Это видел очень зримо не только Некрасов, но ни один не приводит прямо ко Христу и к Библии.


Любимы ангелами всеми, толпой глядящими с небес, вот люди зажили в Эдеме, – и был он чудом из чудес.

Как на раскрытой Божьей длани, я со святою простотой изображу их на поляне, прозрачным лаком залитой,

среди павлинов, ланей, тигров, у живописного ручья... И к ним я выберу эпиграф из первой Книги Бытия.

Я тоже изгнан был из рая лесов родимых и полей,

но жизнь проходит, не стирая картины в памяти моей. Бессмертен мир картины этой, и сладкий дух таится в нём:

так пахнет жёлтый воск, согретый живым дыханьем и огнём.

Там по написанному лесу тропами смуглыми брожу, – и сокровенную завесу опять со вздохом завожу...

<1925>. Владимир Набоков Когда читаешь стихи Проханова И.С., Веры Кушнир или Роди-

она Берёзова – а они все неправославные, то разница столь вели- ка с православными самыми талантливыми Пастернаками и Жуковскими, что сравнивать просто неудобно. И не потому, что баптисты все сплошь такие уж талантливые, но потому так сие, что у первых было рождение от Слова Божия, а у других про это даже и ие слыхали.

Обманывают невольно Меня и добрые друзья, Но мне от этого не больно: Обманываюсь, но не я.

Фальшивящими голосами Поют какую-нибудь чушь,

А я вооружен весами, Чтоб гири снять с их грешных душ. Себя обманывают сами Они, а я готов простить!

Владея верными часами, Могу их то быстрей пустить,

То чуть замедлить, чтоб успелось Всему свершиться на земле И впору наступила зрелость Плодов и дружбы в том числе.

1970. Мартынов У православных монашество выжгло всё живое и там только

чёрные пни и дымная гарь борьбы за «торжество» православия. Безмолвна неба синева, Деревья в мареве уснули.

Сгорела вешняя трава В высоком пламени июля.

Ещё совсем недавно тут Туман клубился на рассвете,

Но высох весь глубокий пруд, По дну пруда гуляет ветер. В степи поодаль есть родник, Течёт в траве он струйкой ясной, Весь зной степной к нему приник

И пьёт, и пьёт, но всё напрасно:

Ключа студёная вода Бежит, как и весной бежала.

Неужто он сильней пруда: Пруд был велик, а этот жалок? Но подожди судить. Кто знает? Он только с виду мал и тих. Те воды, что его питают, Ты видел их? Ты мерил их?

1953. В.Солоухин По учению однажды принятой истины толкования по святым

отцам разницы не произошло, да и не могло произойти. Я слу- шаю свои беседы тридцатилетней давности, и как будто сегодня всё это было. А вот в отношении к темпу бесед, есть, конечно, разница. Того задора, может, и нет, но больше вариантов по лю- бому вопросу.

Давно в груди моей молчит негодованье. Как в юности, не рвусь безумно я на бой.

В заветный идеал поблекло упованье,

И, отдалённых гроз заслышав громыханье, Я рад, когда они проходят стороной.

Их много грудь о грудь я встретил, не бледнея. Я прежде не искал, — я гордо ждал побед.

Но ближе мой закат — и сердце холоднее, И встречному теперь я бросить рад скорее Не дерзкий зов на бой, а ласковый привет.

Я неба на земле искать устал... Сомненья Затмили тучею мечты минувших дней.

Мне мира хочется, мне хочется забвенья. Мой меч иззубрился, и голос примиренья

Уж говорит со мной в безмолвии ночей. 1883. С.Я.Надсон 2Пет.3:18 – «возрастайте в благодати и познании Господа

нашего и Спасителя Иисуса Христа». 2Кор.10:15 – «Мы не без меры хвалимся, не чужими трудами, но надеемся, с воз- растанием веры вашей, с избытком увеличить в вас удел наш». Фил.1:9 – «и молюсь о том, чтобы любовь ваша еще более и более возрастала в познании и всяком чувстве».


Вопрос 3799: При нормальном развитии, окончании жизни каж- дого ждёт старость. Насколько же различна она у верующих и неверующих?

Ответ: Пока не будем доказывать, насколько кто прав в своих убеждениях, а просто посчитаем, что каждый имеет право на свои заключения. Каждый твёрдо уверен, что получит то, во что ве- рил. Если отрицать веру и неверие, тогда и вопрос отпадает, по- тому что нет личности. Наступает старость при естественном ходе жизни, а дальше развязка. Что ожидает неверующий? Он оставляет любимое им дело, с трудом нажитое жилище, богат- ство, родных. Его нет, он будет отвезён и оставлен совсем-совсем один на кладбище. Пока что, ещё будучи живым, и неверующий мыслит категориями отблеска от оставшейся жизни. Ему хочет- ся, чтобы какая-то связь с живущими у него всё же оставалась, были бы добрые воспоминания. Тут бесконечное число вариаций, кто и как озабочивается о своих похоронах и о памяти о себе. Иначе для чего эти лафеты, трубы, надписи, некрологи, названия улиц и заводов, и даже городов в честь самых неверующих ком- мунистов? Но его-то уже нигде нет! И он понимает, что ему от этого ни тепло, ни ласково. Заручаются в том, чтобы его детей тут не обижали. И вот умирает верующий. Для него смерти нет, просто естественный переход из одного состояния в другое, и в

ожидании - более лучшее предстоит. Если же не так, то живые ему тут в помощь своими молитвами и делами милостыни.


Больной, усталый лёд, Больной и талый снег... И все течёт, течёт... Как весел вешний бег Могучих мутных вод! И плачет дряхлый снег,

И умирает лёд. А воздух полон нег,

И колокол поёт. От стрел весны падёт

Тюрьма свободных рек, Угрюмых зим оплот, – Больной и тёмный лёд, Усталый, талый снег... И колокол поёт, Что жив мой Бог вовек,

Что смерть сама умрёт! Д.С. Мережковский Сир.42:3-5 – «О, смерть! отраден твой приговор для чело-

века, нуждающегося и изнемогающего в силах, для престаре- лого и обременённого заботами обо всём, для не имеющего надежды и потерявшего терпение. Не бойся смертного при- говора: вспомни о предках твоих и потомках. Это приговор от Господа над всякою плотью».

Да, мы, смирясь, молчим... в конце концов – бесспорно! Юродствующий век проходит над землёй;

Он развивает ум старательно, упорно,

И надсмехается над чувством и душой.

Ну, что ж? Положим так, что вовсе не позорно Молчать сознательно, но заодно с толпой;

В веселье чувственности сытой и шальной Засмеивать печаль и шествовать покорно!

Толпа – всегда толпа! В толпе себя не видно; В могилу заодно сойти с ней не обидно;

Но каково-то тем, кому судьба – стареть,

И ждать, как подрастут иные поколенья

И окружат собой их, ждущих отпущенья,

Последних могикан, забывших умереть! К.К.Случевский Когда приходит старость, тогда и видно, что же было впереди. Верующий знает, как относиться к старым и изнемогшим, ибо об этом говорит ему святая Библия: Сир.9:7 – «Не пренебрегай человека в старости его, ибо и мы стареем». Иногда прихо- дится видеть, что грешные люди живут припеваючи до старости. Иов.21:7 – «Почему беззаконные живут, достигают старо- сти, да и силами крепки?» У верующего есть надежда на все- могущего Создателя и он Ему усерднее начинает молиться, а у неверующего нет надежды, а в достатке есть горькое разочарова- ние, смущение от того, что его не оценили, что он одинок. Пс.70:9

– «Не отвергни меня во время старости; когда будет оску- девать сила моя, не оставь меня».

Ещё один усталый ум погас... Бедняк играет глупыми словами... Смеётся!.. Это он осмеивает нас, Как в дни былые был осмеян нами.

Слеза мирская в людях велика!

Велик и смех... Безумные плодятся... О, берегитесь вы, кому так жизнь легка, Чтобы с безумцем вам не побрататься!

Чтоб тот же мрак не опустился в вас; Он ближе к нам, чем кажется порою... Да кто ж, поистине, скажите, кто из нас

За долгий срок не потемнел душою? К.К.Случевский Верующий не боится мысленно проникнуть за видимую красо-

ту, зная, что в глазах, столь привлекательных сегодня, в скором времени будут копошиться черви могильные, а кожа слезет с костей и будет зловоние и смрад.

Всё, что в нас хорошего бывает, Молодостью люди называют.

Пыл души, непримиримость в спорах, Говорят, пройдут, и очень скоро.

Говорят, когда я старше буду, Я горячность юности забуду, От тревог и от дорог устану.

Говорят, я равнодушным стану. Сделаюсь спокойным и солидным, Безразличным к славе и обидам, Буду звать гостей на чашку чая,

От друзей врагов не отличая...

Если, правда, может так случиться — Лучше мне сегодня ж оступиться, Лучше мне такого не дождаться,

Нынче в пропасть со скалы сорваться! Гамзатов

Верующий в воздаяние после смерти готовится к исходу, мо- лясь Богу, прося провести его через мытарства. Упрашивает Ан- гела-хранителя и всех святых помочь ему. Он уже не одинок, и за него молится Церковь Христова.

Прем.Сол.4:9 – «мудрость есть седина для людей, и беспо- рочная жизнь — возраст старости».

Все сверстники мои давно уж на покое, И младшие давно сошли уж на покой:

Зачем же я один несу ярмо земное, Забытый каторжник на каторге земной?

Не я ли искупил ценой страданий многих

Всё, чем пред Промыслом я быть виновным мог? Иль только для меня своих законов строгих

Не властен отменить злопамятливый Бог?1872.Вяземский 2Макк.6:27 – «Посему, мужественно расставаясь теперь с жизнью, сам я явлюсь достойным старости».


Вопрос 3800: Почему в христианстве брак ставится ниже дев- ства? Разве не сказано было в раю, что одному человеку плохо?

Ответ: С этим нужно согласиться без разных «почему», помня, что есть вечное и есть временное. На брак смотрят крайне легко- мысленно очень многие. Апостол Павел едва ли был когда-либо женат, а в вопросах брака разбирался вполне сходно. И он сде- лал заключение, что ныне уже одному лучше быть, потому что мы уже не в раю. Когда был Адам в раю, то ему песни не с кем было петь, тогда и дана была ему помощница, чтобы поделиться впечатлениями. Адам не рассматривал Еву, как объект наслаж- дения, когда она совершенно голой была, и он был вполне счаст- лив с ней без лишних эмоций. А ныне женившиеся и в замуже- ство впавшие несут множество скорбей. Но одновременно семей- ная жизнь даёт возможность открыться и таким талантам само- пожертвования, каких от неженатых и незамужних вряд ли можно дождаться.

Третий год у Натальи тяжёлые сны, Третий год ей земля горяча —

С той поры, как солдатской дорогой войны Муж ушёл, сапогами стуча.

На четвёртом году прибывает пакет. Почерк в нём незнаком и суров:

«Он отправлен в саратовский лазарет, Ваш супруг, Алексей Ковалёв».

Председатель даёт подорожную ей. То надеждой, то горем полна,

На другую солдатку оставив детей, Едет в город Саратов она.

А Саратов велик. От дверей до дверей Как найти в нём родные следы?

Много раненых братьев, отцов и мужей На покое у волжской воды.

Наконец её доктор ведёт в тишине

По тропинкам больничных ковров.

И, притихшая, слышит она, как во сне:

Не узнать тебе друга былого, жена, — Пусть как память живёт он в дому.

— Вот спаситель ваш, — детям сказала она, — Все втроём поклонитесь ему!

Причитали соседки над женской судьбой, Горевал её горем колхоз.

Но, как прежде, вставала Наталья с зарёй, И никто не видал её слёз...

Чисто в горнице. Дышат в печи пироги. Только вдруг, словно годы назад,

Под окном раздаются мужские шаги, Сапоги по ступенькам стучат.

И Наталья глядит со скамейки без слов, Как, склонившись в дверях головой,

Входит в горницу муж — Алексей Ковалёв — С перевязанной правой рукой.

— Не ждала? — говорит, улыбаясь, жене. И, взглянув по-хозяйски кругом, Замечает чужие глаза в тишине

И другого на месте своём.

А жена перед ним ни мертва ни жива... Но, как был он, в дорожной пыли,

Всё поняв и не в силах придумать слова,

Поклонился жене до земли.

За великую душу подруге не мстят И не мучают верной жены.

А с войны воротился не просто солдат, Не с простой воротился войны.

Если будешь на Волге — припомни рассказ, Невзначай загляни в этот дом,

Где напротив хозяйки в обеденный час

Два солдата сидят за столом. 1945. Лев Ошанин


Женщина очень капризное создание, и она будет всегда искать чего-то высшего, но не в духовном плане. Пр.21:9 – «Лучше жить в углу на кровле, нежели со сварливою женою в про- странном доме».

Всегда так было и всегда так будет:

ты забываешь обо мне порой, твой скучный взгляд

порой мне сердце студит... Но у тебя ведь нет такой второй! Несвойственна любви красноречивость,

боюсь я слов красивых как огня.

Я от тебя молчанью научилась, и ты к терпенью приучил меня.

Нет, не к тому, что родственно бессилью, что вызвано покорностью судьбе,

нет, не к тому, что сломанные крылья даруют в утешение тебе. Ты научил меня терпенью поля, когда земля суха и горяча, терпенью трав, томящихся в неволе до первого весеннего луча, ты научил меня терпенью птицы,

готовящейся в дальний перелёт, терпенью всех, кто знает, что случится, И молча неминуемого ждёт.

Вероника Тушнова Сир.43:14 – «Лучше злой мужчина, нежели ласковая жен-

щина, — женщина, которая стыдит до поношения». Дурную женщину любил, А сам хорошим парнем был,

С врагами – не застенчивым, К друзьям – не переменчивым; Умел приехать к другу, Подать в несчастье руку, Поднять в атаку роту, Стать грудью в непогоду!

Был и умён, и добр, и смел, И верен был отчизне, И одного лишь не умел В своей короткой жизни:

Взять отодвинуть взглядом И рассмотреть как следует Ту, что живёт с ним рядом, Что спит с ним и обедает;

Ту, что с их первой встречи Была с ним всех короче, И жизнь его калеча, И честь его пороча...

А эта, с кем он жил, она – Могу ручаться смело, – Что значит слово-то «жена», Понятья не имела.

Свои лишь ручки, ноженьки Любила да жалела, А больше ничегошеньки На свете не умела:

Ни сеять, ни пахать, ни жать, Ни думать, ни детей рожать, Ни просидеть сиделкою, Когда он болен, ночь,

Ни самою безделкою В беде ему помочь.

Как вспомнишь – так в глазах темно, За жизнь у ней лишь на одно

Умения хватило – Свести его в могилу!

А где же были мы – друзья? Тут виноват и ты, и я! Молчали, замечали Да головой качали:

Мол, вроде неприлично Касаться жизни личной.

Да так и не коснулись, Как умер лишь – проснулись!

1954. Константин Симонов Прт.19:13 - Глупый сын - сокрушение для отца своего, и

сварливая жена - сточная труба».

Как невод, тонет небосвод, И в это небо, точно в сети, Толпа купальщиков плывёт — Мужчины, женщины и дети.

Пять-шесть купальщиц в лозняке Выходят на берег без шума И выжимают на песке Свои купальные костюмы.

И наподобие ужей Ползут и вьются кольца пряжи,

Как будто искуситель-змей Скрывался в мокром трикотаже. О женщина, твой вид и взгляд Ничуть меня в тупик не ставят. Ты вся — как горла перехват, Когда его волненье сдавит.

Ты создана как бы вчерне, Как строчка из другого цикла, Как будто не шутя во сне Из моего ребра возникла.

И тотчас вырвалась из рук И выскользнула из объятья, Сама — смятенье и испуг И сердца мужеского сжатье.

1956. Борис Пастернак Сир.26:20 – «Сядет муж её среди друзей своих и, услышав о

ней, горько вздохнёт».

Жениться хорошо, да много и досады. Я слова не скажу про женские наряды: Кто мил, на том всегда приятен и убор;

Хоть правда, что при том и кошелёк неспор.

Всего несноснее противные советы, Упрямые слова и спорные ответы. Пример нам показал недавно мужичок, Которого жену в воде постигнул рок.

Он, к берегу пришед, увидел там соседа:

Не усмотрел ли он, спросил утопшей следа.

Сосед советовал вниз берегом идти: Что быстрина туда должна её снести.

Но он ответствовал: «Я, братец, признаваюсь, Что век она жила со мною вопреки;

То истинно теперь о том не сомневаюсь, Что, потонув, она плыла против реки».

1747. М.В.Ломоносов 1Тим.2:14 – «и не Адам прельщён; но жена, прельстившись,

впала в преступление». Сир.26:19 - «Злость жены изменяет взгляд ее и делает лице её мрачным, как у медведя».

Заповедей не блюла, не ходила к причастью. Видно, пока надо мной не пропоют литию,

Буду грешить – как грешу – как грешила: со страстью! Господом данными мне чувствами – всеми пятью!

Други! Сообщники! Вы, чьи наущенья – жгучи! Вы, сопреступники! – Вы, нежные учителя!

Юноши, девы, деревья, созвездия, тучи, –

Богу на Страшном Суде вместе ответим, Земля!

Марина Цветаева Еккл.7:28 – «Чего ещё искала душа моя, и я не нашёл? -

Мужчину одного из тысячи я нашёл, а женщину между все- ми ими не нашёл».

Как женился я, раскаялся; Да уж поздно, делать нечего: Обвенчавшись – не разженишься;

Наказал Господь, так мучайся.

Хоть бы взял её я силою, Иль обманут был злой хитростью; А то волей своей доброю, Где задумал, там сосватался.

Было кроме много девушек, И хороших и таланливых; Да ни с чем взять – видишь, совестно

От своей родни, товарищей.

Вот и выбрал по их разуму, По обычаю – как водится: И с роднёю, и с породою, Именитую – почётную.

И живём с ней – только ссоримся Да роднёю похваляемся; Да проживши всё добро своё, В долги стали неоплатные...

«Теперь придет время тесное: Что нам делать, жена, надобно?»-

«Как, скажите, люди добрые, Научу я мужа глупого?»

«Ах, жена моя, боярыня! Когда умной ты родилася, Так зачем же мою голову Ты сгубила, змея лютая?

Придет время, время грозное, Кто поможет? куда денемся?»-

«Сам прожился мой безумный муж, Да у бабы ума требует».

1840. А.В.Кольцов

Вопрос 3801: А вот если бы Адам один оставался в раю, то умственно и духовно он развивался бы быстрее, чем с Евой, ещё до согрешения? Или в таком плане вопрос неуместен?

Ответ: В мировой истории вообще не рекомендуется углублять- ся во все тонкости в сослагательные наклонения «если бы»,

«кабы». Нужно исходить из уже сложившейся ситуации и ду- мать, как выйти на исходные позиции. Грех совершён, человек изгнан из рая. И теперь развёртывается потрясающая картина борьбы добра и зла, за возврат человека в прежнее его состояние. Относительно же появления Евы и её роли за пределами рая, тут всяко и разно можно трактовать. Но у Бога и это всё уже было вымерено и отрезано каждому по его силам. Не нужно мудрить и звёздочки с неба дарить, но женщину нужно держать в том про- странстве, какое ей Бог по Своей неизреченной любви к ней отме- рил. Но если женщина теряет связь с Богом, возвращается к тому древу, то она делается злейшим дьявольским сосудом и в конце приходит или к самоубийству, или делается палачом, в сравнению с которым любой палач-мужчина - слабый её ученик.


Вместе с которой из двух – не решить по заказу! Ах, если б можно, чтоб дважды мой факел потух!

Чтоб на вечерней заре и на утренней сразу!

Пляшущим шагом прошла по земле! – Неба дочь! С полным передником роз!– Ни ростка не наруша! Знаю, умру на заре! – Ястребиную ночь

Бог не пошлёт по мою лебединую душу! Нежной рукой отведя нецелованный крест,

В щедрое небо рванусь за последним приветом. Прорезь зари – и ответной улыбки прорез...

– Я и в предсмертной икоте останусь поэтом! М.Цветаева Сир.26:24-29 – «Досада, стыд и большой срам, когда жена

будет преобладать над своим мужем. Сердце унылое и лицо печальное и рана сердечная — злая жена. Опущенные руки и расслабленные колени — жена, которая не счастливит свое- го мужа. От жены начало греха, и чрез неё все мы умираем. Не давай воде выхода, ни злой жене — власти; если она не ходит под рукою твоею, то отсеки её от плоти твоей».

Труднее всего заставить жену молчать, как гласит закон.


Давай помолчим. Мы так долго не виделись.

Какие прекрасные сумерки выдались! И все позабылось, Что помнить не хочется: Обиды твои. И моё одиночество.

Душа моя — Как холостяцкая комната.

Ни взглядов твоих в ней, Ни детского гомона. Завалена книгами Площадь жилищная,

Как сердце — словами... Теперь уже лишними. Ах, эти слова, Будто листья опавшие.

И слёзы — На целую жизнь опоздавшие.

Не плачь. У нас встреча с тобой,

А не проводы. Мы снова сегодня наивны И молоды.

Давай помолчим. Мы так долго не виделись.

Какие прекрасные Сумерки Выдались! Андрей Дементьев 1Тим.2:12-15 – «а учить жене не позволяю, ни властвовать

над мужем, но быть в безмолвии. Ибо прежде создан Адам, а потом Ева; и не Адам прельщён; но жена, прельстившись, впала в преступление; впрочем спасётся через чадородие, если пребудет в вере и любви и в святости с целомудрием».

Женщина всегда была объектом добычи и награда победителю.


Далёкий мой! Пора моя настала. В последний раз я карандаш возьму. Кому б моя записка ни попала,

Она тебе писалась одному.

Прости-прощай! Любимую веснянку Нам не певать в весёлый месяц май. Споём теперь, как девушку-смолянку Берут в неволю в чужедальний край;

Споём теперь, как завтра утром рано Пошлют её по скорбному пути...

Прощай, родной! Забудь свою Татьяну. Не жди её. Но только отомсти!

Прости-прощай!.. Что может дать рабыне Чугунная немецкая земля?

Наверно, на какой-нибудь осине Уже готова для меня петля.

А может, мне валяться под откосом С пробитой грудью у чужих дорог, И по моим по шелковистым косам

Пройдёт немецкий кованый сапог...

Прощай, родной! Забудь про эти косы. Они мертвы. Им больше не расти.

Забудь калину, на калине росы,

Про всё забудь. Но только отомсти!

Ты звал меня своею наречённой,

Веселой свадьбы ожидала я. Теперь меня назвали обречённой, Лихое лихо дали мне в мужья.

Пусть не убьют меня, не искалечат, Пусть доживу до праздничного дня, Но и тогда не выходи навстречу — Ты не узнаешь всё равно меня.

Всё, что цвело, затоптано, завяло, И я сама себя не узнаю.

Забудь и ты, что так любил, бывало, Но отомсти за молодость мою!

Услышь меня за тёмными лесами, Убей врага, мучителя убей!..

Письмо тебе писала я слезами,

Печалью запечатала своей... 1942, М.В.Исаковский Втор.21:10-13 – «Когда выйдешь на войну против врагов

твоих, и Господь Бог твой предаст их в руки твои, и возьмёшь их в плен, и увидишь между пленными женщину, красивую видом, и полюбишь её, и захочешь взять её себе в жену, то приведи её в дом свой, и пусть она острижёт голову свою и обрежет ногти свои, и снимет с себя пленническую одежду свою, и живёт в доме твоём, и оплакивает отца своего и матерь свою в продолжение месяца; и после того ты мо- жешь войти к ней и сделаться её мужем, и она будет твоею женою». Женщина называется слабым полом, утлым сосудом, но она обладает величайшей силой на земле, но так редко ею пользу- ется во благо себе и тем, на кого направлено её обольщение.


Кто знает нашу богомолку, Тот с ней узнал наедине, Что взор плутовки втихомолку Поёт акафист сатане.

Как сладко с ней играть глазами, Ниц падая перед крестом, И окаянными словами Перерывать её псалом!

О, как люблю её ворчанье; На языке её всегда

Отказ идёт как обещанье: Нет на словах – на деле да.

И – грешница – всегда сначала Она воскликнет горячо:

«О, варвар! изверг! я пропала!» А после: «Милый друг, ещё...»

1810. Д.Давыдов Пр.7:6-27– «Вот, однажды смотрел я в окно дома моего,

сквозь решётку мою, и увидел среди неопытных, заметил между молодыми людьми неразумного юношу, переходивше- го площадь близ угла её и шедшего по дороге к дому её, в сумерки в вечер дня, в ночной темноте и во мраке. И вот -

навстречу к нему женщина, в наряде блудницы, с коварным сердцем, шумливая и необузданная; ноги её не живут в доме её: то на улице, то на площадях, и у каждого угла строит она ковы. Она схватила его, целовала его, и с бесстыдным лицом говорила ему: «мирная жертва у меня: сегодня я со- вершила обеты мои; поэтому и вышла навстречу тебе, что- бы отыскать тебя, и - нашла тебя; коврами я убрала по- стель мою, разноцветными тканями Египетскими; спальню мою надушила смирною, алоем и корицею; зайди, будем упи- ваться нежностями до утра, насладимся любовью, потому что мужа нет дома: он отправился в дальнюю дорогу; ко- шелёк серебра взял с собою; придёт домой ко дню полнолу- ния». Множеством ласковых слов она увлекла его, мягко- стью уст своих овладела им. Тотчас он пошёл за нею, как вол идёт на убой, и как олень - на выстрел, доколе стрела не пронзит печени его; как птичка кидается в силки, и не зна- ет, что они - на погибель её. Итак, дети, слушайте меня и внимайте словам уст моих. Да не уклоняется сердце твоё на пути её, не блуждай по стезям её, потому что многих повергла она ранеными, и много сильных убиты ею: дом её - пути в преисподнюю, нисходящие во внутренние жилища смерти».

О нашей встрече что там говорить!

Я ждал её, как ждут стихийных бедствий, - Но мы с тобою сразу стали жить,

Не опасаясь пагубных последствий.

Я сразу сузил круг твоих знакомств, Одел, обул и вытащил из грязи, –

Но за тобой тащился длинный хвост – Длиннющий хвост твоих коротких связей.

Песня была написано под впечатлением встречи Высоцкого с Изой Жуковой (его первой женой) после их разрыва.


Ты всё молодишься. Всё хочешь забыть, что к закату идёшь: где надо смеяться – хохочешь, где можно заплакать – поёшь.

Ты всё ещё жаждешь обманом себе и другим доказать, что юности легким туманом ничуть не устала дышать.

Найдёшь ли своё избавленье, уйдёшь ли от боли своей

в давно надоевшем круженье, в свечении праздных огней?

Ты мечешься, душу скрывая и горькие мысли тая,

но я-то доподлинно знаю, в чём кроется сущность твоя.

Но я-то отчетливо вижу, что смысл недомолвок твоих

куда человечней и ближе актёрских повадок пустых.

Но я-то давно вдохновеньем считать без упрёка готов морщинки твои – дуновенье сошедших со сцены годов.

Пора уже маску позёрства на честную позу сменить.

Затем, что довольно притворства и правдою, трудной и чёрствой, У нас полагается жить. Ярослав Смеляков Глаза, устремлённые жадно. Часов механический бой.

То время шумит беспощадно над бедной твоей головой.

Пр.22:14 – «Глубокая пропасть - уста блудниц: на кого прогневается Господь, тот упадет туда». Пр.23:27 – «блуд- ница - глубокая пропасть, и чужая жена - тесный колодезь».


Вопрос 3802: Если исходить не из того, что видим, когда мужчи- ны спились, а женщины только в низших сферах деятельности долгие годы могли заниматься и не было им возможности интел- лектуально развиваться, вопрос о самом истоке, как было именно при сотворении, равны ли были умственно Адам и Ева? И прояв- ляется ли то, зачаточное мышление, сегодня где-то и как-то?

Ответ: Мы всего никогда не узнаем. Судим только по написан- ному в святой и вечной Книге книг - в Библии. А из Библии мы совершенно точно узнаём, что Ева была крайне легкомысленна, аналитического мышления у неё и в зачатке не было. Вот плод полной эмансипации. И все феминистки есть ни что иное, как возвратившиеся к тому дереву, где на кафедре стоит первый де- магог-смутьян. Ева легко поверила дьяволу-змею, и этот семи- главый дракон вскружил ей голову, и она Бога посчитала лжи- вым, а сатану вполне достойным полного доверия. Потом неко- торые женщины стали намного умнее Евы и рассуждения их иногда превышали легкомысленный подход мужчин в быту.


Не боюсь, что ты меня оставишь для какой-то женщины другой,

а боюсь я, что однажды станешь ты таким же, как любой другой.

И пойму я, что одна в пустыне, — в городе, огнями залитом,

и пойму, что нет тебя отныне

ни на этом свете, ни на том. Вероника Тушнова Песн.2:3 – «Что яблоня между лесными деревьями, то возлюбленный мой между юношами. В тени её люблю я сидеть, и плоды её сладки для гортани моей».

Она сидела на полу И груду писем разбирала,

И, как остывшую золу, Брала их в руки и бросала.

Брала знакомые листы И чудно так на них глядела, Как души смотрят с высоты На ими брошенное тело...

О, сколько жизни было тут, Невозвратимо пережитой! О, сколько горестных минут, Любви и радости убитой!..

Стоял я молча в стороне И пасть готов был на колени, –

И страшно грустно стало мне, Как от присущей милой тени.

1858. Тютчев Песн.8:6 – «Положи меня, как печать, на сердце твоё, как перстень, на руку твою: ибо крепка, как смерть, любовь;

люта, как преисподняя, ревность; стрелы её - стрелы огнен- ные; она пламень весьма сильный».


Снится мне, что я усталый конь. Волоку телегу сквозь огонь. И со мной в упряжку впряжена Маленькая девочка – жена.

Слёзы по щекам, блуждает взгляд, Волосы её уже горят.

– Брось телегу, глупая. Беги, – Дальше вовсе не видать ни зги. Нос в веснушках подняла рябой,

Заглотнула слёзы: – Я с тобой. 1967. Лев Ошанин Сир.37:26-28 – «Приобретающий жену полагает начало стя-

жанию, приобретает соответственно ему помощника, опо- ру спокойствия его. Где нет ограды, там расхитится име- ние; а у кого нет жены, тот будет вздыхать скитаясь: ибо кто поверит вооруженному разбойнику, скитающемуся из города в город?»

У нас с тобой межвозрастной конфликт. Не помогли ни свечи, ни подкова.

И жизнь моя — как современный клип На музыке, звучащей из былого.

Но от твоих мелодий я оглох,

Как ты от тишины исповедальной. Мы вышли из враждующих эпох

На встречу со враждой индивидуальной.

И примиренья нам не суждены. Кто — океан, а кто глухая дамба? И в этой драме нет моей вины.

А уж твоей — здесь нету и подавно. Но я тебе ни в чём не уступлю.

И ты, наверно, тоже не уступишь. Прости, я независимость люблю

Намного больше, чем меня ты любишь. А.Дементьев

1Кор.11:3 – «Хочу также, чтобы вы знали, что всякому мужу глава Христос, жене глава - муж, а Христу глава – Бог».

Не знаю я, коснётся ль благодать Моей души болезненно-греховной, Удастся ль ей воскреснуть и восстать, Пройдёт ли обморок духовный?

Но если бы душа могла

Здесь, на земле, найти успокоенье, Мне благодатью ты б была –

Ты, ты, моё земное провиденье!.. 1851. Ф.И.Тютчев Сир.37:23-25 – «Женщина примет всякого мужа, но девица

девицы лучше: красота жены веселит лицо и всего вожделен- нее для мужа; если есть на языке её приветливость и кро- тость, то муж её выходит из ряда сынов человеческих».

Я поняла,— ты не хотел мне зла, ты даже был предельно честен где-то, ты просто оказался из числа

людей, не выходящих из бюджета. Не обижайся, я ведь не в укор,

ты и такой мне бесконечно дорог. Хорош ты, нет ли, — это сущий вздор.

Любить так уж любить — без оговорок.

Я стала невесёлая... Прости! Пускай тебя раскаянье не гложет. Сама себя попробую спасти,

никто другой спасти меня не может. Забудь меня. Из памяти сотри.

Была — и нет, и крест поставь на этом!

А раны заживают изнутри. А я ещё уеду к морю летом.

Я буду слушать, как идёт волна, как в грохот шум её перерастает, как, отступая, шелестит она,

как будто книгу вечности листает.

Не помни лихом. Не сочти виной,

что я когда-то в жизнь твою вторгалась, и не печалься — всё моё — со мной.

И не сочувствуй — я не торговалась! Вероника Тушнова Быт.2:18,21-25 – «И сказал Господь Бог: не хорошо быть человеку одному; сотворим ему помощника, соответствен- ного ему. И навёл Господь Бог на человека крепкий сон; и, когда он уснул, взял одно из рёбр его, и закрыл то место

плотию. И создал Господь Бог из ребра, взятого у человека, жену, и привел её к человеку. И сказал человек: вот, это кость от костей моих и плоть от плоти моей; она будет называться женою, ибо взята от мужа. Потому оставит человек отца своего и мать свою и прилепится к жене своей; и будут одна плоть. И были оба наги, Адам и жена его, и не стыдились».

Вопрос 3803: Если женщина более уловима грехом, то почему тогда возле Христа женщины и служили Ему своим имением?

Ответ: Потому что это – Христос. Сердце женщины более дви- жется чувствами, а не разумом. В личности же Христа было неотразимое обаяние. Разумом ещё нечего было исследовать, а сердце само ласкалось к Его словам и не хотело расставаться с Ним. Лук.10:39 – «у неё была сестра, именем Мария, кото- рая села у ног Иисуса и слушала слово Его». Лук.8:3 – «и Иоанна, жена Хузы, домоправителя Иродова, и Сусанна, и многие другие, которые служили Ему имением своим».


К Твоим, Царица, я ногам Несу и радость и печали, Мечты, что сердце волновали, Веселье с грустью пополам.

Припомни день, когда Ты, долу Склонясь задумчивой главой, Внимала русскому глаголу Своею русскою душой;

Я мыслил, песни те слагая: Они неведомо замрут — Но Ты дала им, о благая, Свою защиту и приют.

Встречай же в солнце и в лазури, Царица, радостные дни, И нас, певцов, в годину бури В Своих молитвах помяни!

1858. А.К.Толстой Женщины оберегались церковью и ставились на церковное до- вольство за их доброту и молитвенность. 1Тим.5:9-16 – «Вдови- ца должна быть избираема не менее, как шестидесятилет- няя, бывшая женою одного мужа, известная по добрым де- лам, если она воспитала детей, принимала странников, умы- вала ноги святым, помогала бедствующим и была усердна ко всякому доброму делу. Молодых же вдовиц не принимай, ибо они, впадая в роскошь в противность Христу, желают вступать в брак. Они подлежат осуждению, потому что отвергли прежнюю веру; притом же они, будучи праздны, приучаются ходить по домам и [бывают] не только празд- ны, но и болтливы, любопытны, и говорят, чего не должно. Итак я желаю, чтобы молодые вдовы вступали в брак, рож- дали детей, управляли домом и не подавали противнику ни- какого повода к злоречию; ибо некоторые уже совратились

вслед сатаны. Если какой верный или верная имеет вдов, то должны их довольствовать и не обременять Церкви, чтобы она могла довольствовать истинных вдовиц».


Боже мой, Боже! Ответствуй: зачем Ты на призывы душевные нем,

И отчего ты, Господь-Саваоф,

Словно не слышишь молитвенных слов? Нет, услыхал Ты, узнал — отчего

Я помолилась?.. Узнал — за кого. Я за него помолилась затем,

Что на любовь мою глух был и нем Он, как и ты же...

Помилуй, Господь!

Ведаешь: женщина кровь есть и плоть; Ведая, женской любви не суди,

Яко Сын Твой вскормлен на женской груди. 1861. Л.А.Мей Иоан.16:21 – «Женщина, когда рождает, терпит скорбь,

потому что пришел час её; но когда родит младенца, уже не помнит скорби от радости, потому что родился человек в мир». Быт.35:18 – «И когда выходила из неё душа (при ро- дах), ибо она умирала, то нарекла ему имя: Бенони. Но отец его назвал его Вениамином».


Напрасно думаешь слезами Тоску от сердца ты прогнать: Всевышним Богом - не людями Тебе назначено страдать.

Конечно, сердцу нестерпимо Расстаться с тем, что так любимо; Что мило – больно потерять: Нельзя не плакать, не вздыхать. Так, верно, верно: ты несчастна;

Твоей души супруг прекрасный Так скоро отказался жить.

Он жертва смерти, он зарыт. Но что? ужель весну младую Слезам ты хочешь посвятить? Ужели юность золотую

В тоске ты хочешь проводить?

Ужель утрата роковая Пребудет памятна всегда?

Ужель, что было, забывая, Не улыбнёшься? Милая! слезами Тоски от сердца не прогнать: Всевышним Богом, а не нами Тебе положено страдать. 1828. А.В.Кольцов Прем.Сол.7:2-6 – «И я в утробе матерней образовался в

плоть в десятимесячное время, сгустившись в крови от се- мени мужа и услаждения, соединенного со сном, и я, родив- шись, начал дышать общим воздухом и ниспал на ту же

землю, первый голос обнаружил плачем одинаково со всеми, вскормлен в пеленах и заботах; ибо ни один царь не имел иного начала рождения: один для всех вход в жизнь и одина- ковый исход».

С ней встретились мы средь открытого поля В трескучий мороз. Не лета

Её истомили, но горькая доля, Но голод, болезнь, нищета,

Ярмо крепостное, работа без прока В ней юную силу сгубили до срока.

Лоскутья одежд на ней были надеты; Спеленатый грубым тряпьём, Ребёнок, заботливо ею пригретый,

У сердца покоился сном...

Но если не сжалятся добрые люди, Проснувшись, найдёт ли он пищи у груди?

Шептали мольбу её бледные губы, Рука подаянья ждала...

Но плотно мы были укутаны в шубы;

Нас тройка лихая несла, 1857. А.М.Жемчужников Снег мёрзлый взметая, как облако пыли...

Тогда в монастырь мы к вечерне спешили.

Иов.10:10-12 – «Не Ты ли вылил меня, как молоко, и, как творог, сгустил меня, кожею и плотью одел меня, костями и жилами скрепил меня, жизнь и милость даровал мне, и попечение Твое хранило дух мой


Но мне ты всё поверь. Когда в вечерний час, Пред образом с тобой заботливо склонясь, Молитву детскую она тебе шептала,

И в знаменье креста персты твои сжимала, И все знакомые родные имена

Ты повторял за ней, — скажи, тебя она Ни за кого ещё молиться не учила?

Бледнея, может быть, она произносила Название, теперь забытое тобой...

Не вспоминай его... Что имя? — звук пустой! Дай Бог, чтоб для тебя оно осталось тайной. Но если как-нибудь, когда-нибудь, случайно Узнаешь ты его — ребяческие дни

Ты вспомни, и его, дитя, не прокляни! 1840. Лермонтов

Иер.31:8 – «Вот, Я приведу их из страны северной и соберу их с краев земли; слепой и хромой, беременная и родильница вместе с ними, - великий сонм возвратится сюда». Ос.13:13

– «Муки родильницы постигнут его; он - сын неразумный, иначе не стоял бы долго в положении рождающихся детей».

Господь. Отец. Моё начало. Мой конец.

Тебя, в Ком Сын, Тебя, Кто в Сыне, Во Имя Сына прошу я ныне И зажигаю пред Тобой Мою свечу.

Господь. Отец. Спаси, укрой – Кого хочу.

Тобою дух мой воскресает. Я не о всех прошу, о Боже, Но лишь о том, Кто предо мною погибает,

Чьё мне спасение дороже, – О нём, – одном.

Прими, Господь, моё хотенье! О, жги меня, как я – свечу, Но ниспошли освобожденье, Твою любовь, Твоё спасенье –

Кому хочу. 1901. Зинаида Гиппиус Иоан.20:1-2 – «В первый же [день] недели Мария Магдали-

на приходит ко гробу рано, когда было ещё темно, и видит, что камень отвален от гроба. Итак, бежит и приходит к Симону Петру и к другому ученику, которого любил Иисус, и говорит им: унесли Господа из гроба, и не знаем, где поло- жили Его».

Вопрос 3804: Если убрать из литературы и искусства женщину и всё написанное о ней, о любви к ней, то намного ли обеднеет человечество? Вопрос о прошлом и о будущем.

Ответ: Да этого человечества просто не будет – вернее, ни лите- ратуры, ни искусства. Не нами сказано, что если бы каждый занимал то место, положение, какое Создатель отвёл каждому и конкретно всему мужскому роду и всему роду женскому, то исто- рия мира уже после согрешения пошла бы совершенно по друго- му пути. Быт.3:16 – «Жене сказал: умножая умножу скорбь твою в беременности твоей; в болезни будешь рождать де- тей; и к мужу твоему влечение твое, и он будет господство- вать над тобою». 1Тим.2:15 – «впрочем спасётся через чадо- родие, если пребудет в вере и любви и в святости с целомуд- рием». И если мужской потенциал, талант на благо себе и всем взять за единицу или выше, то женщина в его тени даже будь просто нуль, увеличит авторитет и возможности мужа своего. И если бы женщина занимала своё, присущее ей по природе место, стояла позади мужа, как нуль после любой цифры, то она в де- сять раз увеличивала бы его потенциал, его стоимость = 10. Но если женщина выбивается вперёд мужа со своим нулём, то она в десять раз уменьшает любой талант мужа = 0,1.

Зачем ты мне приснилася, Красавица далёкая, И вспыхнула, что в полыме, Подушка одинокая?

Ох, сгинь ты, полуночница! Глаза твои ленивые, И пепел кос рассыпчатый, И губы горделивые –

Всё наяву мне снилося, И всё, что грёза вешняя,

Умчалося, – и на сердце Легла потьма кромешная. 1861. Мей


Власть женщины над мужчиной огромна.

2Езд.4: 14-32 – «О, мужи! Не велик ли царь, и многие из людей, и не сильно ли вино? Но кто господствует над ними и владеет ими? не женщины ли? Жёны родили царя и весь народ, который владеет морем и землёю; и от них родились и ими вскормлены насаждающие виноград, из которого дела- ется вино; они делают одежды для людей и доставляют украшение людям, и люди не могут быть без жён. Если собе- рут золото и серебро и всякие драгоценности, а потом уви- дят одну женщину, хорошую лицом и красивую, оставив всё, устремляются к ней и, раскрыв рот, смотрят на неё, и все прилепляются к ней более, чем к золоту и серебру и ко вся- кой дорогой вещи. Человек оставляет воспитавшего его отца и страну свою и прилепляется к жене своей, и с женою остав- ляет душу, и не помнит ни отца, ни матери, ни страны своей. И из этого должно вам познать, что женщины господ- ствуют над вами. Не подъемлете ли вы трудов и не напря- гаете ли усилий, и не отдаёте ли и не приносите ли всего женам? Берёт человек меч свой и отправляется, чтобы вы- ходить на дороги и грабить и красть, и готов плавать по морю и рекам, льва встречает, и во тьме скитается; но лишь только украдёт, похитит и ограбит, относит то к возлюбленной. И более любит человек жену свою, нежели отца и мать. Многие сошли с ума из-за женщин и сделались раба- ми через них. Многие погибли и сбились с пути и согрешили через женщин. Неужели теперь не поверите мне? Не велик ли царь властью своею? Не боятся ли все страны прикоснуться к нему? Я видел его и Апамину, дочь славного Вартака, цар- скую наложницу, сидящую по правую сторону царя; она сни- мала венец с головы царя и возлагала на себя, а левою рукою ударяла царя по щеке. И при всём том царь смотрел на неё, раскрыв рот: если она улыбнётся ему, улыбается и он; если же она рассердится на него, он ласкает её, чтобы помири- лась с ним. О, мужи! Как же не сильны женщины, когда так поступают они

И волосы рыжи, и тонки запястья, И губ запрокинутых зной...

Спасибо тебе за короткое счастье, За то, что я молод с тобой.

Протянутся рельсы и лязгнут зубами. Спасибо тебе и прощай.

Ты можешь не врать мне про вечную память, Но всё ж вспомянёшь невзначай!

Тщеславье твоё я тревожу немножко, И слишком ты в жизни одна.

А ты для меня посошок на дорожку, Последняя стопка вина.

Нам встретиться снова не будет оказий – Спешат уже черти за мной.

Ты тонкая ниточка радиосвязи

С моей ненаглядной землей. 1963. Лев Ошанин


Изволь ведать, что скорбь есть смертельная всяко, Когда кто любит верно, Но жестоку безмерно,

И котора смеётся над ним всюду тако.

Можно ль жить любовнику, чтоб милу не видеть? Могу ль я в надежде быть, Чтоб вас ныне умолить? Но ежели я како возмог вас обидеть,

За то я чрез мою скорбь довольно наказан.

Извольте умилиться, Со мною помириться: <1730>. Ибо я к тебе вечно чрез любовь привязан. В.К.Тредиаковский 2Цар.11: 2-5 – «Однажды под вечер Давид, встав с постели,

прогуливался на кровле царского дома и увидел с кровли ку- пающуюся женщину; а та женщина была очень красива. И послал Давид разведать, кто эта женщина? И сказали ему: это Вирсавия, дочь Елиама, жена Урии Хеттеянина. Давид послал слуг взять ее; и она пришла к нему, и он спал с нею. Когда же она очистилась от нечистоты своей, возвратилась в дом свой. Женщина эта сделалась беременною и послала известить Давида, говоря: я беременна».


Каждому мужчине столько лет, Сколько женщине, какой он близок.

Человек устал. Он полусед. Лоб его в предательских зализах. А девчонка встретила его, Обвевая предрассветным бризом. Он готов поверить в колдовство, Покоряясь всем её капризам.

Знает он, что дорог этот сон, Но оплатит и не поскупится:

Старость навек сбрасывает он, Мудрый. Молодой. Самоубийца.

1961. Илья Сельвинский Иез.16:34 – «У тебя в блудодеяниях твоих было противное

тому, что бывает с женщинами: не за тобою гонялись, но ты давала подарки, а тебе не давали подарков; и потому ты поступала в противность другим».


Лиса приметила Бобра: И в шубе у него довольно серебра, И он один из тех Бобров, Что из семейства мастеров,

Ну, словом, с некоторых пор Лисе понравился Бобёр! Лиса ночей не спит: «Уж я ли не хитра?

Уж я ли не ловка к тому же? Чем я своих подружек хуже? Мне тоже при себе пора Иметь Бобра!»

Вот Лисонька моя, охотясь за Бобром, Знай вертит перед ним хвостом,

Знай шепчет нежные слова О том, о сём... Седая у Бобра вскружилась голова,

И, потеряв покой и сон, Свою Бобриху бросил он, Решив, что для него, Бобра, Глупа Бобриха и стара...

Спускаясь как-то к водопою, Окликнул друга старый Ёж:

«Привет, Бобер! Ну, как живёшь Ты с этой... как её... с Лисою?»

«Эх, друг! - Бобёр ему в ответ. – Житья-то у меня и нет! Лишь утки на уме у ней да куры:

То ужин – там, то здесь – обед! Из рыжей стала черно-бурой!

Ей все гулять бы да рядиться,

Я – в дом, она, плутовка, – в дверь. Скажу тебе, как зверю зверь: Поверь, Сейчас мне впору хоть топиться!..

Уж я подумывал, признаться, Назад к себе домой податься! Жена простит меня, Бобра, – Я знаю, как она добра...»

«Беги домой, – заметил Ёж,- Не то, дружище, пропадёшь!..» Вот прибежал Бобёр домой: «Бобриха, двери мне открой!»

А та в ответ: «Не отопру! Иди к своей Лисе в нору!»

Что делать? Он к Лисе во двор! Пришёл. А там – другой Бобёр!

Смысл басни сей полезен и здоров

Не так для рыжих Лис, как для седых Бобров! С.Михалков Пр.6:26 – «из-за жены блудной [обнищевают] до куска хле-

ба, а замужняя жена уловляет дорогую душу».


Не думала ли ты, что, бледный и безмолвный, Я вновь к тебе приду, как нищий, умолять,

Тобой отвергнутый, тобою вечно полный, Чтоб ты позволила у ног твоих рыдать?

Напрасная мечта! Слыхала ль ты порою,

Что в милой праздности не все, как ты, живут, Что где-то есть борьба и мысль, и честный труд И что пред ними ты — ничто с твоей красою?

Смотри, — меня зовёт огромный светлый мир: Есть у меня бессмертная природа

И молодость, и гордая свобода, И Рафаэль, и Данте, и Шекспир!

И думать ты могла, что я томиться буду Или у ног твоих беспомощно рыдать?

Нет, стыдно пред тобой мне слёзы расточать, — Забудь меня скорей, как я тебя забуду!

О, неразумное, прелестное дитя,

Ты гнева моего, поверь, не заслужила, — Но если б ты могла понять, какая сила Была у ног твоих, когда со мной, шутя,

Играла ты в любовь и всё потом разбила, — Тогда лицо твоё зарделось бы стыдом,

И над поруганной любовью, над мечтами, Что ты разрушила своими же руками,

Не я, а ты в отчаянье немом

Рыдала бы теперь горючими слезами! 1886. Д.С.Мережковский Ис.3:16-23 – «И сказал Господь: за то, что дочери Сиона надменны и ходят, подняв шею и обольщая взорами, и выс- тупают величавою поступью и гремят цепочками на ногах,

- оголит Господь темя дочерей Сиона и обнажит Господь срамоту их; в тот день отнимет Господь красивые цепочки на ногах и звёздочки, и луночки, серьги, и ожерелья, и опаха- ла, увясла и запястья, и пояса, и сосудцы с духами, и привес- ки волшебные, перстни и кольца в носу, верхнюю одежду и нижнюю, и платки, и кошельки, светлые тонкие епанчи и повязки, и покрывала. И будет вместо благовония зловоние, и вместо пояса будет верёвка, и вместо завитых волос - плешь, и вместо широкой епанчи - узкое вретище, вместо красоты – клеймо».


Вопрос 3805: Мужчины в миру любят красивых женщин – это понятно. Но и верующие тоже выбирают себе не с изъянами, разве у христиан не должно быть на первом месте духовное?

Ответ: Духовное рассмотреть не всегда удаётся сходу, а теле-

сное – оно на виду, и когда телесная любовь уже зажглась. Ду- ховно более одарённая остаётся позади, как в песне, когда ско- роспелая черешня переходит дорогу у скромной и стыдливой.


Если родилась красивой, Значит, будешь век счастливой. Бедная моя, судьбою горькой, Горем, смертью — никакою силой Не поспоришь с глупой поговоркой,

Сколько б ни молила, ни просила!

Всё; что сердцем взято будет, Красоте твоей присудят. Будешь нежной, верной, терпеливой,

В сердце всё равно тебе откажут — Скажут: нету сердца у счастливой, У красивой нету сердца, — скажут.

Что любима ты, услышат — Красоте опять припишут. Выйдешь замуж — по расчёту, значит:

Полюбить красивая не может.

Всё добро на зло переиначат И тебе на плечи переложат. Если будешь гордой мужем — Скажут: потому что нужен.

Как других, с ним разлучит могила — Всем простят, тебя возьмут в немилость. Позабудешь — скажут: не любила,

Не забудешь — скажут: притворилась.

Скажут: пусть она поплачет, Ей ведь ничего не значит. Если напоказ ты не рыдала, Даже не заметят, как страдала, Как тебя недетские печали На холодной площади встречали. Как бы горе ни ломало, Ей, красивой, горя мало.

Нет, я не сержусь, когда, не веря

Даже мне, ты вдруг глядишь пытливо. Верить только горю да потерям

Выпало красивой и счастливой.

Если б наперёд всё знала, В детстве бы дурнушкой стала.

Может, снова к счастью добредёшь ты, Может, снова будет смерть и горе,

Может, и меня переживёшь ты, Поговорки злой не переспоря: Если родилась красивой, Значит, будешь век счастливой...

Май 1941. Константин Симонов Красивая подвергается повышенной опасности от насилия.

Быт.12:14-15 – «И было, когда пришёл Аврам в Египет, Егип- тяне увидели, что она (Сара) женщина весьма красивая; увидели её и вельможи фараоновы и похвалили её фараону; и взята была она в дом фараонов».

Сидел рыбак весёлый На берегу реки,

И перед ним по ветру Качались тростники.

Сухой тростник он срезал И скважины проткнул, Один конец зажал он, В другой конец подул.

И, будто оживлённый, Тростник заговорил — То голос человека И голос ветра был.

И пел тростник печально: «Оставь, оставь меня! Рыбак, рыбак прекрасный, Терзаешь ты меня!

И я была девицей, Красавица была,

У мачехи в темнице Я некогда цвела,

И много слёз горючих Невинно я лила; И раннюю могилу Безбожно я звала.

И был сынок любимец У мачехи моей, Обманывал красавиц, Пугал честных людей. И раз пошли под вечер Мы на берег крутой Смотреть на сини волны, На запад золотой.

Моей любви просил он, — Любить я не могла, И деньги мне дарил он, — Я денег не брала; Несчастную сгубил он, Ударив в грудь ножом, И здесь мой труп зарыл он На берегу крутом;

И над моей могилой Взошёл тростник большой, И в нём живут печали Души моей младой.

Рыбак, рыбак прекрасный, Оставь же свой тростник. Ты мне помочь не в силах, А плакать не привык!»

1832. М.Лермонтов Втор.22:22- 27– «Если найден будет кто лежащий с женою

замужнею, то должно предать смерти обоих: и мужчину, лежавшего с женщиною, и женщину; и [так] истреби зло от Израиля. Если будет молодая девица обручена мужу, и кто- нибудь встретится с нею в городе и ляжет с нею, то обоих их приведите к воротам того города, и побейте их камнями до смерти: отроковицу за то, что она не кричала в городе, а мужчину за то, что он опорочил жену ближнего своего; и [так] истреби зло из среды себя. Если же кто в поле встре- тится с отроковицею обрученною и, схватив её, ляжет с нею, то должно предать смерти только мужчину, лежавше- го с нею, а отроковице ничего не делай; на отроковице нет преступления смертного: ибо это то же, как если бы кто восстал на ближнего своего и убил его; ибо он встретился с нею в поле, и [хотя] отроковица обрученная кричала, но некому было спасти её». Духовную красоту может рассмотреть только тот, кто сам настроен на высшее.


Слушая повесть твою, полюбил я тебя, моя радость! Жизнью твоею я жил, и слезами твоими я плакал; Мысленно вместе с тобой прострадал я минувшие годы, Всё перечувствовал вместе с тобой, и печаль и надежды, Многое больно мне было, во многом тебя упрекнул я;

Но позабыть не хочу ни ошибок твоих, ни страданий; Дороги мне твои слёзы и дорого каждое слово!

Бедное вижу в тебе я дитя, без отца, без опоры; Рано познала ты горе, обман и людское злословье, Рано под тяжестью бед твои преломилися силы!

Бедное ты деревцо, поникшее долу головкой!

Ты прислонися ко мне, деревцо, к зелёному вязу: Ты прислонися ко мне, я стою надёжно и прочно!

21 октября 1851. А.К.Толстой 1Иоан.2:13-14 – «Пишу вам, юноши, потому что вы побе-

дили лукавого. Пишу вам, отроки, потому что вы познали Отца. Я написал вам, юноши, потому что вы сильны, и слово Божие пребывает в вас, и вы победили лукавого».


Только утро любви хорошо: хороши Только первые, робкие речи,

Трепет девственно-чистой, стыдливой души, Недомолвки и беглые встречи,

Перекрёстных намёков и взглядов игра, То надежда, то ревность слепая; Незабвенная, полная счастья пора,

На земле – наслаждение рая!..

Поцелуй – первый шаг к охлаждению: мечта И возможной, и близкою стала;

С поцелуем роняет венок чистота, И кумир низведён с пьедестала;

Голос сердца чуть слышен, зато говорит Голос крови и мысль опьяняет:

Любит тот, кто безумней желаньем кипит, Любит тот, кто безумней лобзает...

Светлый храм в сладострастный гарем обращён. Смокли звуки священных молений,

И греховно-пылающий жрец распалён Знойной жаждой земных наслаждений.

Взгляд, прикованный прежде к прекрасным очам И горевший стыдливой мольбою,

Нагло бродит теперь по открытым плечам, Обнажённым бесстыдной рукою...

Дальше – миг наслаждения, и пышный цветок Смят и дерзостно сорван, и снова

Не отдаст его жизни кипучий поток, Беспощадные волны былого...

Праздник чувства окончен... погасли огни, Сняты маски и смыты румяна;

И томительно тянутся скучные дни

Пошлой прозы, тоски и обмана!.. 1883. С.Я.Надсон Пс.118:9 – «Как юноше содержать в чистоте путь свой? -

Хранением себя по слову Твоему». Сир.10:9 – «многие совра- тились с пути чрез красоту женскую; от неё, как огонь, загорается любовь».

Ты ждёшь любви всем существом своим, А ждать-то каково? Ведь ты – живая.

И ты идёшь с чужим, недорогим, Тоску свою любовью называя.

Один не тот. Потом другой не тот. Оглянешься, а сердце-то остыло.

Когда ж в толпе единственный мелькнёт, Его окликнуть не достанет силы...

Не шаля с любовью, не балуя, От живого чувства не беги.

Береги, девчонка, поцелуи. Да смотри - не пере-бере-ги!

А не то, с ноги поднявшись левой, Щуря потускневшие зрачки,

Вдруг проснёшься нудной старой девой,

Полной злобы к людям и тоски. 1960. Лев Ошанин 1Кор.7:38-40 – «Посему выдающий замуж свою девицу по-

ступает хорошо; а не выдающий поступает лучше. Жена связана законом, доколе жив муж её; если же муж её умрёт, свободна выйти, за кого хочет, только в Господе. Но она блаженнее, если останется так, по моему совету; а думаю, и я имею Духа Божия».


Ты меня не любишь, не жалеешь, Разве я немного не красив? Не смотря в лицо, от страсти млеешь,

Мне на плечи руки опустив.

Молодая, с чувственным оскалом, Я с тобой не нежен и не груб. Расскажи мне, скольких ты ласкала?

Сколько рук ты помнишь? Сколько губ?

Знаю я — они прошли, как тени, Не коснувшись твоего огня, Многим ты садилась на колени, А теперь сидишь вот у меня.

Пусть твои полузакрыты очи

И ты думаешь о ком-нибудь другом,

Я ведь сам люблю тебя не очень, Утопая в дальнем дорогом. Этот пыл не называй судьбою, Легкодумна вспыльчивая связь, Как случайно встретился с тобою,

Улыбнусь, спокойно разойдясь.

Да и ты пойдёшь своей дорогой Распылять безрадостные дни, Только нецелованных не трогай, Только негоревших не мани. И когда с другим по переулку Ты пойдёшь, болтая про любовь, Может быть, я выйду на прогулку,

И с тобою встретимся мы вновь.

Отвернув к другому ближе плечи И немного наклонившись вниз,

Ты мне скажешь тихо: «Добрый вечер...» Я отвечу: «Добрый вечер, miss».

И ничто души не потревожит,

И ничто её не бросит в дрожь, —

Кто любил, уж тот любить не может,

Кто сгорел, того не подожжёшь. 1925. Сергей Есенин Пр.6:24-35 – «чтобы остерегать тебя от негодной женщи-

ны, от льстивого языка чужой. Не пожелай красоты её в сердце твоём, и да не увлечёт она тебя ресницами своими; потому что из-за жены блудной [обнищевают] до куска хле- ба, а замужняя жена уловляет дорогую душу. Может ли кто взять себе огонь в пазуху, чтобы не прогорело платье его? Может ли кто ходить по горящим угольям, чтобы не обжечь ног своих? То же бывает и с тем, кто входит к жене ближнего своего: кто прикоснётся к ней, не останется без вины. Не спускают вору, если он крадёт, чтобы насытить душу свою, когда он голоден; но, будучи пойман, он запла- тит всемеро, отдаст всё имущество дома своего. Кто же прелюбодействует с женщиною, у того нет ума; тот губит душу свою, кто делает это: побои и позор найдёт он, и бес- честие его не изгладится, потому что ревность - ярость мужа, и не пощадит он в день мщения, не примет никакого выкупа и не удовольствуется, сколько бы ты ни умножал даров».

Вопрос 3806: Почему такие строгие законы были у евреев и ныне у мусульман в отношении девства, целомудрия и неприкосновен-

ности девицы до свадьбы? И почему ныне это никак не ценится, а даже подвергается осмеянию?

Ответ: Грех и стыд связаны. Адам и Ева не стыдились и были оба наги. Но как только согрешили, отношение к наготе у них сразу же изменилось. У них появился стыд. Откуда и почему? Быт.3:10-13 – «Он сказал: голос Твой я услышал в раю, и убоялся, потому что я наг, и скрылся. И сказал (Бог): кто сказал тебе, что ты наг? не ел ли ты от дерева, с которого Я запретил тебе есть? Адам сказал: жена, которую Ты мне дал, она дала мне от дерева, и я ел. И сказал Господь Бог жене: что ты это сделала? Жена сказала: змей обольстил меня, и я ела». И далее змей через распаление посягает на стыд и целомудрие.


Долго ночью вчера я заснуть не могла, Я вставала, окно отворяла...

Ночь немая меня и томила, и жгла, Ароматом цветов опьяняла.

Только вдруг шелестнули кусты под окном, Распахнулась, шумя, занавеска –

И влетел ко мне юноша, светел лицом, Точно весь был из лунного блеска.

Разодвинулись стены светлицы моей, Колоннады за ними открылись;

В пирамидах из роз вереницы огней В алебастровых вазах светились...

Чудный гость подходил всё к постели моей; Говорил он мне с кроткой улыбкой:

«Отчего предо мною в подушки скорей Ты нырнула испуганной рыбкой!

Оглянися – я бог, бог видений и грёз, Тайный друг я застенчивой девы...

И блаженство небес я впервые принёс Для тебя, для моей королевы...»

Говорил – и лицо он моё отрывал От подушки тихонько руками,

И щеки моей край горячо целовал, И искал моих уст он устами...

Под дыханьем его обессилела я... у груди разомкнулися руки...

И звучало в ушах: «Ты моя! Ты моя!»- Точно арфы далёкие звуки...

Протекали часы... Я открыла глаза... Мой покой уж был облит зарёю...

Я одна... вся дрожу... распустилась коса...

Я не знаю, что было со мною... 1857. Майков Быт.34:2 – «И увидел её Сихем, сын Еммора Евеянина, кня-

зя земли той, и взял её, и спал с нею, и сделал ей (Дине) насилие». И если бы учили деток из Библии святости и цело- мудрию, то святость брака возвышалась бы, а печать девства охранялась бы со всею строгостью.


Из первых книг, из первых книг, которых позабыть не смею, училась думать напрямик и по-другому не сумею.

Из первых рук, из первых рук я получила жизнь, как глобус, где круг зачеркивает круг и рядом с тишиною – пропасть.

Из первых губ, из первых губ я поняла любви всесильность. Был кто-то груб, а кто-то глуп, но я – не с ними, с ней носилась!

Как скрытый смысл, как хитрый лаз, как зверь, что взаперти томится,

во всем таится Первый Раз – и в нас до времени таится. Но хоть чуть-чуть очнётся вдруг, живём – как истинно живые: из первых книг, из первых рук, из самых первых губ, впервые.

1972, Римма Казакова Исх.22:16 – «Если обольстит кто девицу необрученную и

переспит с нею, пусть даст ей вено [и возьмет её] себе в жену». Втор.22:29 - «то лежавший с нею должен дать отцу отроковицы пятьдесят [сиклей] серебра, а она пусть будет его женою, потому что он опорочил её; во всю жизнь свою он не может развестись с нею».


На перевёрнутый ящик Села худая, как спица, Дылда-девица, Рядом – плечистый приказчик.

Говорят, говорят... В глазах – пламень и яд,- Вот-вот Она в него зонтик воткнёт,

А он её схватит за тощую ногу И, придя окончательно в раж, Забросит её на гараж – Через дорогу...

Слава Богу! Все злые слова откипели, – Заструились тихие трели... Он её взял, Как хрупкий бокал, Деловито за шею,

Она повернула к злодею Свой щучий овал: Три минуты её он лобзал

Так, что камни под ящиком томно хрустели. Потом они яблоко ели: Он куснёт, а после она, –

Потому что весна. <1932>. Чёрный Саша


Не гордитесь, красны девки, Ваши взоры нам издевки, Не беда. Коль одна из вас гордится,

Можно сто сыскать влюбиться Завсегда.

Сколько на небе звёзд ясных, Столько девок есть прекрасных. Вить не впрямь об вас вздыхают, Всё один обман.

А.П. Сумароков.

Ос.7:6 – «Ибо они коварством своим делают сердце своё подобным печи: пекарь их спит всю ночь, а утром она го- рит, как пылающий огонь».


Не робей, краса младая, Хоть со мной наедине; Стыд ненужный отгоняя, Подойди – дай руку мне. Не тепла твоя светлица, Не мягка постель твоя,

Но к устам твоим, девица, Я прильну – согреюсь я.

От нескромного невежды Занавесь окно платком; Ну, – скидай свои одежды, Не упрямься, мы вдвоём; На пирах за полной чашей, Я клянусь, не расскажу

О взаимной страсти нашей; Так скорее ж... я дрожу.

О! как полны, как прекрасны Груди жаркие твои,

Как румяны, сладострастны Пред мгновением любви; Вот и маленькая ножка, Вот и круглый гибкий стан,

Под сорочкой лишь немножко Прячешь ты свой талисман; Перед тем, чтобы лишиться Непорочности своей,

Так невинна ты, что мнится, Я, любя тебя, – злодей. Взор, склонённый на колена, Будто молит пощадить; Но ужасным, друг мой Лена, Миг один не может быть.

Полон сладким ожиданьем, Я лишь взор питаю свой; Ты сама, горя желаньем, Призовешь меня рукой;

И тогда душа забудет Все, что в муку ей дано,

И от счастья нас разбудит Истощение одно. .Лермонтов 2Цар.13:11-16 – «он схватил её, и сказал ей: иди, ложись со

мною, сестра моя. Но она сказала: нет, брат мой, не бесчес- ти меня, ибо не делается так в Израиле; не делай этого безумия. И я, куда пойду я с моим бесчестием? И ты, ты будешь одним из безумных в Израиле. Ты поговори с царём; он не откажет отдать меня тебе. Но он не хотел слушать слов её, и преодолел её, и изнасиловал её, и лежал с нею. Потом возненавидел ее Амнон величайшею ненавистью, так что ненависть, какою он возненавидел её, была сильнее люб- ви, какую имел к ней; и сказал ей Амнон: встань, уйди. И

[Фамарь] сказала ему: нет, прогнать меня - это зло больше первого, которое ты сделал со мною. Но он не хотел слу- шать её».

Склоняся к юному Христу, Его Мария осенила, Любовь небесная затмила Её земную красоту.

А Он, в прозрении глубоком, Уже вступая с миром в бой, Глядит вперёд — и ясным оком Голгофу видит пред Собой.

<1858>. А.К.Толстой. Мадонна Рафаэля


Любить. Молиться. Петь. Святое назначенье Души, тоскующей в изгнании своём,

Святого таинства земное выраженье, Предчувствие и скорбь о чём-то неземном,

Преданье тёмное о том, что было ясным, И упование того, что будет вновь;

Души, настроенной к созвучию с прекрасным, Три вечные струны: молитва, песнь, любовь!

Счастлив, кому дано познать отраду вашу, Кто чашу радости и горькой скорби чашу Благословлял всегда с любовью и мольбой

И песни внутренней был арфою живой! <1839>. П.Вяземский 1Тим.2:9-10 – «чтобы также и жёны, в приличном одеянии,

со стыдливостью и целомудрием, украшали себя не плетени- ем [волос], не золотом, не жемчугом, не многоценною одеж- дою, но добрыми делами, как прилично жёнам, посвящаю- щим себя благочестию».


Томясь, я сидел в уголке, Опрыскан душистым горошком. Под белою ночью в тоске Стыл чёрный канал за окошком.

Диван, и рояль, и бюро Мне стали так близки в мгновенье, Как сердце моё и бедро, Как руки мои и колени.

Особенно стала близка Владелица комнаты Алла... Какие глаза и бока, И голос... как нежное жало!

Она целовала меня, И я её тоже — обратно,

Следя за собой, как змея, Насколько мне было приятно.

Приятно ли также и ей? Как долго возможно лобзаться? И в комнате стало белей, Пока я успел разобраться.

За стенкою сдержанный бас Ворчал, что его разбудили. Фитиль начадил и погас. Минуты безумно спешили...

На узком диване крутом (Как тело горело и ныло!) Шептался я с Аллой о том, Что будет, что есть и что было,

Имеем ли право любить? Имеем ли общие цели?

Быть может, случайная прыть Связала нас на две недели.

Потом я чертил в тишине По милому бюсту орнамент,

А Алла нагнулась ко мне: «Большой ли у вас темперамент?» Я вспыхнул и спрятал глаза В шуршащие мягкие складки, Согнулся, как в бурю лоза, И долго дрожал в лихорадке.

«Страсть — тёмная яма... За мной Второй вас захватит и третий...

Притом же от страсти шальной Нередко рождаются дети. Сумеем ли их воспитать? Ведь лишних и так миллионы...

Не знаю, какая вы мать, Быть может, вы вовсе не склонны?..» Я долго ещё тарахтел, Но Алла молчала устало.

Потом я бессмысленно ел Пирог и полтавское сало.

Ел шпроты, редиску и кекс И думал бессильно и злобно, Пока не шепнул мне рефлекс, Что дольше сидеть неудобно.

Прощался... В тоске целовал, И было всё мало и мало. Но Алла смотрела в канал Брезгливо, и гордо, и вяло.

Извозчик попался плохой. Замучил меня разговором. Слепой, и немой, и глухой, Блуждал я растерянным взором

По мёртвой и новой Неве, По мёртвым и новым строеньям, — И было темно в голове, И в сердце росло сожаленье...

«Извозчик, скорее назад!» — Сказал, но в испуге жестоком Я слез и пошёл наугад Под белым молчаньем глубоким.

Горели уже облака... И солнце уже вылезало.

Как тупо влезало в бока Смертельно щемящее жало!

<1910>. Саша Чёрный Сир.10:8-11– «Отвращай око твоё от женщины благообраз-

ной и не засматривайся на чужую красоту: многие соврати- лись с пути чрез красоту женскую; от неё, как огонь, загора- ется любовь. Отнюдь не сиди с женою замужнею и не оста- вайся с нею на пиру за вином, чтобы не склонилась к ней душа твоя и чтобы ты не поползнулся духом в погибель».


Вопрос 3807: Если Вы говорите, что вопрос женитьбы и замуже- ства настолько важен и важнее его только покаяние, обращение ко Христу, то как молодым разобраться, если этому нигде не учат? Может, нужно какие-то курсы организовать для молодых? Ответ: «Домострой» всё это уже провёл на практике, а до него по этому вопросу были прожиты целые тысячелетия. Изобретать тут и нечего. Сватали родители или сваты. Выходили замуж, никогда даже не видев в глаза жениха дотоле. Суд.14:3 – «Отец и мать его сказали ему: разве нет женщин между дочерями братьев твоих и во всём народе моём, что ты идёшь взять

жену у Филистимлян необрезанных?» Быт.24:57-61 – «Они сказали: призовём девицу и спросим, что она скажет. И при- звали Ревекку и сказали ей: пойдёшь ли с этим человеком? Она сказала: пойду. И отпустили Ревекку, сестру свою, и кормилицу её, и раба Авраамова, и людей его. И благослови- ли Ревекку и сказали ей: сестра наша! да родятся от тебя тысячи тысяч, и да владеет потомство твое жилищами врагов твоих! И встала Ревекка и служанки её, и сели на верблюдов, и поехали за тем человеком. И раб взял Ревекку и пошёл».

Мальчик с девочкой дружил, Мальчик дружбой дорожил. Как товарищ, как знакомый, Как приятель, он не раз Провожал её до дома, До калитки в поздний час.

Очень часто с нею вместе Он ходил на стадион. И о ней как о невесте Никогда не думал он.

Но родители-мещане Говорили так про них:

«Поглядите! К нашей Тане Стал захаживать жених!» Отворяют дверь соседи, Улыбаются: «Привет!

Если ты за Таней, Федя, То невесты дома нет!» Даже в школе! Даже в школе Разговоры шли порой:

«Что там смотрят, в комсомоле? Эта дружба - ой-ой-ой!» Стоит вместе появиться, За спиной уже: «Хи-хи!

Иванов решил жениться. Записался в женихи!»

Мальчик с девочкой дружил, Мальчик дружбой дорожил.

И не думал он влюбляться И не знал до этих пор, Что он будет называться Глупым словом «ухажёр»!

Чистой, честной и открытой Дружба мальчика была. А теперь она забыта! Что с ней стало? Умерла!

Умерла от плоских шуток, Злых смешков и шепотков, От мещанских прибауток Дураков и пошляков.

1955. Сергей Михалков Пр.22:6 – «Наставь юношу при начале пути его: он не ук-

лонится от него, когда и состарится».


Мы любим и любви не ценим, И жаждем оба новизны,

Но мы друг другу не изменим, Мгновенной прихотью полны.

Порой, стремясь к свободе прежней, Мы думаем, что цепь порвём,

Но каждый раз всё безнадёжней Мы наше рабство сознаём.

И не хотим конца предвидеть, И не умеем вместе жить, – Ни всей душой возненавидеть, Ни беспредельно полюбить.

О, эти вечные упрёки! О, эта хитрая вражда!

Тоскуя – оба одиноки, Враждуя – близки навсегда. В борьбе с тобой изнемогая И всё ж мучительно любя,

Я только чувствую, родная, Что жизни нет, где нет тебя.

С каким коварством и обманом

Всю жизнь друг с другом спор ведём,

И каждый хочет быть тираном, Никто не хочет быть рабом.

Меж тем, забыться не давая, Она растёт всегда, везде, Как смерть, могучая, слепая Любовь, подобная вражде.

Когда другой сойдёт в могилу, Тогда поймёт один из нас

Любви безжалостную силу В тот страшный час, последний час!

Д.С. Мережковский Сир.48:22-23 – «Но ты (Соломон) наклонил чресла твои к

женщинам и поработился им телом твоим; ты положил пятно на славу твою и осквернил семя твоё так, что навёл гнев на детей твоих, — и они горько оплакивали твоё безу- мие, — что власть разделилась надвое, и от Ефрема про- изошло непокорное царство».


Отец мой пил, скрывая это. Верней – пытаясь это скрыть. Придя домой, он брал газету, Спешил сейчас же закурить.

Он трезвым выглядеть старался И притворялся, сколько мог. Он не ругался и не дрался И лишь дышал немного вбок.

Но по глазам его туманным, По выражению лица

Я знал, когда бывал он пьяным, Едва лишь гляну на отца. И материнские упрёки – Я знал – посыплются сейчас. А мне ещё учить уроки, Их много задали как раз.

Был воздух в доме, словно порох. Но не отца в тот миг, а мать Я в начинающихся ссорах Готов был сердцем упрекать.

Урок уроком, школа школой, Но было так и потому,

Что знал я нрав отца весёлый И как-то ближе был к нему.

И я, откладывая книжки, Уже предчувствовал скандал

И с убежденностью мальчишки Решал – прощал и осуждал...

...Какие пройдены дороги! Но словно всё это вчера - Я вижу, как учу уроки И как печальны вечера.

Отца всё нет. Тоскливо. Осень. И мать, забившись в уголок, Сидит и вдруг, бывало, спросит: – А ты не будешь пить, сынок?

И до сих пор с тревожной думкой Следит обычно мать моя За той наполненною рюмкой, Что поднимаю в праздник я...

1953. Констатин Ваншенкин Пр.24:30-34 – «Проходил я мимо поля человека ленивого и

мимо виноградника человека скудоумного: и вот, всё это зарос- ло терном, поверхность его покрылась крапивою, и каменная

ограда его обрушилась. И посмотрел я, и обратил сердце моё, и посмотрел и получил урок: «немного поспишь, немного под- ремлешь, немного, сложив руки, полежишь, - и придёт, [как] прохожий, бедность твоя, и нужда твоя - как человек воору- женный».

Засни, дитя, спи, ангел мой! Мне душу рвёт твоё стенанье! Ужель страдать и над тобой? Ах, тяжко и одно страданье!

Когда отец твой обольстил Меня любви своей мечтою,

Как ты, пленял он красотою, Как ты, он прост, невинен был! Вверялось сердце без защиты, Но он неверен; мы забыты.

Когда покинет лёгкий сон, Утешь меня улыбкой милой; Увы, такой же сладкой силой Повелевал душе и он.

Но сколь он знал, к моей напасти, Что всё его покорно власти!

Моё он сердце распалил, Чтобы сразить его изменой; Почто с своею переменой Он и его не изменил?

Моя тоска неутолима; Люблю, хотя и нелюбима.

Его краса в твоих чертах; Открытый вид, живые взоры; Его услышу разговоры Я скоро на твоих устах!

Но, ах, красой очарователь, Мой сын, не будь, как он, предатель! В слезах у люльки я твоей — А ты с улыбкой почиваешь!

О дай, Творец, да не узнаешь Печаль подобную моей!

От милых горе нестерпимо! Да пройдёт страшный жребий мимо! Навек для нас пустыня свет, К надежде нам пути закрыты, Когда единственным забыты, Нам сердца здесь родного нет, Не нам веселие земное; Во всей природе мы лишь двое!

Пойдём, мой сын, путём одним, Две жертвы рока злополучны. О, будем в мире неразлучны, Сносней страдание двоим!

Я нежных лет твоих хранитель, Ты мне на старость утешитель!

1812. В.А.Жуковский Пр.30:17 – «Глаз, насмехающийся над отцом и пренебрега-

ющий покорностью к матери, выклюют вороны дольные, и сожрут птенцы орлиные

Есть три заветных песни у людей, И в них людское горе и веселье.

Одна из песен всех других светлей – Её слагает мать над колыбелью.

Вторая – тоже песня матерей. Рукою гладя щёки ледяные,

Её поют над гробом сыновей...

А третья песня – песни остальные. Р.Гамзатов. Иер.6:26 – «Дочь народа моего! опояшь себя вретищем и посыпь себя пеплом; сокрушайся, как бы о смерти единствен-

ного сына, горько плачь; ибо внезапно придёт на нас губи- тель». Мф.2:18 – «глас в Раме слышен, плач и рыдание и вопль великий; Рахиль плачет о детях своих и не хочет уте- шиться, ибо их нет».

У Ванюши не пахана пашенка,— Закружила Ванюшу Наташенька. Что ни день — у зелёного ельника Он встречается с дочкою мельника. Осыпает он девушку ласками, Ублажает красивыми сказками, Развлекает её разговорами

Про любовь да про разные стороны.

А в селе, у колодцев, как водится, Где досужие кумушки сходятся, Всё уже решено окончательно:

Дескать, парень и впрямь завлекательный, Дескать, свадьба предвидится знатная...

А на деле — случилось обратное.

Заседанье в ячейке назначили, Ваньке выговор примастачили, Припаяли ему внушение,

Что вошёл с кулаком в сношения, Что в июньскую полночь синюю Искривил комсомольскую линию.

Присмолили ему, примастачили,

В протоколах про всё обозначили: Не ходи на чужую околицу,

Не зарись на кулацкую горницу!

1928. М.В.Исаковский 1Цар.18:23 – «И передали слуги Сауловы в уши Давиду все

слова эти. И сказал Давид: разве легко кажется вам быть зятем царя? я - человек бедный и незначительный».


Вопрос 3808: Если муж иногда бывает виновен перед женой и попросит прощения у неё, то не злоупотребит ли жена потом этим смирением мужа своего, не попытается ли всегда командо- вать таким мужем?

Ответ: Смирение только возвышает голову через покаяние. Иак.5:16 – «Признавайтесь друг пред другом в проступках и молитесь друг за друга, чтобы исцелиться: много может усиленная молитва праведного». Кол.3:19 – «Мужья, люби- те своих жен и не будьте к ним суровы».


Я опять тебя обидел — Понимаю, сознаю, Я опять тебя обидел За доверчивость твою.

Вновь невольно сделал больно Я тебе. А почему? Я сказал тебе: «Довольно Верить на слово всему!

На свою ты мерку меришь И всему, что ни скажи, Веришь, веришь, веришь, веришь... Лгут и жёны, и мужи!

Докажу, что лгут и дети, И не верь им ни на грош, Ибо властвуют на свете Лицемерие и ложь».

«Да?» — сказала ты, тоскуя. «Нет!— ответил я, ликуя. — Есть на свете добрый люд — Очень многие не лгут...

Почему ж ты даже тут Истины не разгадала?»

Так кричал я. Ты страдала. 1952. Леонид Мартынов Есф.1:20 – «Когда услышат о сем постановлении царя, ко-

торое разойдётся по всему царству его, как оно ни велико, тогда все жены будут почитать мужей своих, от большого до малого».

Я пенять на судьбу не вправе, годы милостивы ко мне... Если молодость есть вторая – лучше первой она вдвойне.

Откровеннее и мудрее, проницательней и щедрей.

Я горжусь и любуюсь ею – этой молодостью моей.

Та подарком была, не боле, та у всех молодых была. Эту я по собственной воле, силой собственной добыла.

Я в её неизменность верю оттого, что моя она, оттого, что душой своею оплатила её сполна!

Вероника Тушнова Сир.27:11-19 – «Наклонность женщины к блуду узнаётся

по поднятию глаз и век её. Над бесстыдною дочерью поставь крепкую стражу, чтобы она, улучив послабление, не злоупот- ребила собою. Берегись бесстыдного глаза, и не удивляйся, если он согрешит против тебя: как томимый жаждою пут- ник открывает уста и пьёт всякую близкую воду, так она сядет напротив всякого шатра и пред стрелою откроет кол- чан. Любезность жены усладит её мужа, и благоразумие её утучнит кости его. Кроткая жена — дар Господа, и нет цены благовоспитанной душе. Благодать на благодать — жена стыдливая, и нет достойной меры для воздержной души».

Я теперь на девок крепкий, И теперь одною меткой

Я всех баб ровняю как одну: Пусть у ней во лбу семь пядей, Пусть при полном при параде, -

Встречу бабу - в сторону сверну.

Был я раньше тоже хлипкий - Провожал я их с улыбкой, Даже, помню, год с одною жил, - А теперь, пройду не глядя, Мне плевать, что ейный дядя

Раньше где-то в органах служил.

Баб держу я в чёрном теле, А чтоб лечь в одну постелю - Этим меня можно насмешить, - Даже если умоляет,

Даже в экстренном случае - Очень меня трудно уложить! Почему с таким напором Я воюю с женским полом: Изучил я их как свой портрет, -

Ведь полвека я - не меньше -

Изучаю этих женщин, И сейчас мне – восемьдесят лет.

1964. Высоцкий Сир.24:22-36 – «человек, блудодействующий в теле плоти

своей, не перестанет, пока не прогорит огонь. Блуднику сла- док всякий хлеб: он не перестанет, доколе не умрёт. Человек, который согрешает против своего ложа, говорит в душе сво- ей: «кто видит меня? Вокруг меня тьма, и стены закрыва- ют меня, и никто не видит меня: чего мне бояться? Всевыш- ний не воспомянет грехов моих». Страх его — только глаза человеческие, и не знает он того, что очи Господа в десять тысяч крат светлее солнца, и взирают на все пути челове- ческие, и проникают в места сокровенные. Ему известно было всё прежде, нежели сотворено было, равно как и по соверше- нии. Такой человек будет наказан на улицах города и будет застигнут там, где не думал. Так и жена, оставившая мужа и произведшая наследника от чужого: ибо, во-первых, она не покорилась закону Всевышнего, во-вторых, согрешила против своего мужа и, в-третьих, в блуде прелюбодействовала и про- извела детей от чужого мужа. Она будет выведена пред со- брание, и о детях её будет исследование. Дети её не укоре- нятся, и ветви её не дадут плода. Она оставит память о себе на проклятие, и позор её не изгладится. Оставшиеся познают, что нет ничего лучше страха Господня и нет ни- чего сладостнее, как внимать заповедям Господним».


Я хочу быть любимой тобой Не для знойного сладкого сна, Но чтоб связаны вечной судьбой Были наши навек имена.

Этот мир так отравлен людьми, Эта жизнь так скучна и темна...

О, пойми, – о, пойми, о, пойми, В целом свете всегда я одна. Я не знаю, где правда, где ложь, Я затеряна в мёртвой глуши. Что мне жизнь, если ты оттолкнёшь

Этот крик наболевшей души?

Пусть другие бросают цветы И мешают их с прахом земным, Но не ты, – но не ты, но не ты, О властитель над сердцем моим. И навеки я буду твоей, Буду кроткой, покорной рабой,

Без упрёков, без слёз, без затей. Я хочу быть любимой тобой.

Мирра Лохвицкая 1Пет.3:1-6 – «Также и вы, жёны, повинуйтесь своим мужь-

ям, чтобы те из них, которые не покоряются слову, жити- ем жён своих без слова приобретаемы были, когда увидят ваше чистое, богобоязненное житие. Да будет украшением вашим не внешнее плетение волос, не золотые уборы или на- рядность в одежде, но сокровенный сердца человек в нетлен- ной [красоте] кроткого и молчаливого духа, что драгоценно пред Богом. Так некогда и святые жёны, уповавшие на Бога, украшали себя, повинуясь своим мужьям. Так Сарра повино- валась Аврааму, называя его господином. Вы - дети её, если делаете добро и не смущаетесь ни от какого страха».


Я хочу умереть молодой, Не любя, не грустя ни о ком; Золотой закатиться звездой, Облететь неувядшим цветком. Я хочу, чтоб на камне моём Истомлённые долгой враждой Находили блаженство вдвоём... Я хочу умереть молодой!

Схороните меня в стороне От докучных и шумных дорог, Там, где верба склонилась к волне,

Где желтеет некошеный дрок.

Чтобы сонные маки цвели, Чтобы ветер дышал надо мной Ароматами дальней земли... Я хочу умереть молодой!

Не смотрю я на пройденный путь, На безумье растраченных лет;

Я могу беззаботно уснуть,

Если гимн мой последний допет. Пусть не меркнет огонь до конца И останется память о той,

Что для жизни будила сердца...

Я хочу умереть молодой! Мирра Лохвицкая Иер.13:18 – «Скажи царю и царице: смиритесь, сядьте по- ниже, ибо упал с головы вашей венец славы вашей». Сир.2:18 –

«Венец премудрости — страх Господень, произращающий мир и невредимое здравие; но то и другое — дары Бога, Который распространяет славу любящих Его».


Вопрос 3809: Сразу ли начали исследовать оказавшиеся в эмиг-

рации, отчего постигла такая катастрофа всю белую Русь? И пра- вильное ли направление приняли их исследования?

Ответ: Задолго до эмиграции многие видели, что так бесконеч- но продолжаться не может и рано или поздно, но сорвётся. Про- бовали, как и во всех государствах, тушить путём подавления восстаний, репрессиями. Не помогло. Случайно ли, что уже при полыхавшей революции, на стыке 1917-18 годов впервые цер- ковь официально стала говорить о необходимости дать людям более понятное богослужение. Тьма в народе была такая, что сравнивать с апостольскими временами духовное состояние хри- стиан просто не приходится. Запретить слушать агитаторов, яко- бы ратующих за низы, было никак невозможно. В пустоту душ хлынуло самое отвратительное, самое злобное. Грабительское, низменное принималось и стали бравировать бессовестностью, жестокостью. Евангельской вести даже в то время так и не было слышно. Подумаем, что если бы точно так вот всё и было, но население России было бы заменено первоапостольскими хрис- тианами, то что бы мы увидели? Читайте житии за первый век. Была полная победа света над тьмой. Самое страшное, что иссле- довать по истине так и не начали. И даже напротив того, глуши- ли живую мысль, когда она направлялась по нужному руслу.


Бывают ночи: только лягу, в Россию поплывёт кровать; и вот ведут меня к оврагу, ведут к оврагу убивать.

Проснусь, и в темноте, со стула, где спички и часы лежат, в глаза, как пристальное дуло, глядит горящий циферблат.

Закрыв руками грудь и шею, – вот-вот сейчас пальнёт в меня! – я взгляда отвести не смею от круга тусклого огня.

Оцепенелого сознанья коснётся тиканье часов, благополучного изгнанья я снова чувствую покров.

Но, сердце, как бы ты хотело, чтоб это вправду было так: Россия, звёзды, ночь расстрела и весь в черёмухе овраг!

1927, Берлин. Владимир Набоков Ис.29:3 – «Я расположусь станом вокруг тебя и стесню

тебя стражею наблюдательною, и воздвигну против тебя укрепления». Шапкозакидательство кончилось. Хмель сошёл.


В день именин, а может быть, рожденья, Был Заяц приглашён к Ежу на угощенье.

В кругу друзей, за шумною беседой, Вино лилось рекой. Сосед поил соседа.

И Заяц наш как сел, Так, с места не сходя, настолько окосел,

Что, отвалившись от стола с трудом,

Сказал: «Пшли домой!» – «Да ты найдёшь ли дом? – Спросил радушный Ёж. – Поди как ты хорош!

Уж лёг бы лучше спать, пока не протрезвился! В лесу один ты пропадёшь:

Все говорят, что Лев в округе объявился!» Что Зайца убеждать? Зайчишка захмелел.

«Да что мне Лев! – кричит. – Да мне ль его бояться? Я как бы сам его не съел!

Подать его сюда! Пора с ним рассчитаться!

Да я семь шкур с него спущу! И голым в Африку пущу!..» Покинув шумный дом, шатаясь меж стволов,

Как меж столов,

Идёт Косой, шумит по лесу тёмной ночью:

«Видали мы в лесах зверей почище львов, От них и то летели клочья!..»

Проснулся Лев, услышав пьяный крик, –

Наш Заяц в этот миг сквозь чащу продирался.

Лев – цап его за воротник! «Так вот кто в лапы мне попался! Так это ты шумел, болван? Постой, да ты, я вижу, пьян – Какой-то дряни нализался!»

Весь хмель из головы у Зайца вышел вон! Стал от беды искать спасенья он:

«Да я... Да вы... Да мы... Позвольте объясниться! Помилуйте меня! Я был в гостях сейчас.

Там лишнего хватил. Но всё за Вас! За Ваших Львят! За Вашу Львицу! – Ну, как тут было не напиться?!»

И, когти подобрав, Лев отпустил Косого. Спасён был хвастунишка наш...

Лев пьяных не терпел, сам в рот не брал хмельного,

Но обожал... подхалимаж. Сергей Михалков


Из страны получился крепкий ГУЛаг. Вся страна сделалась огромной тюрьмой. Иез.3:25 – «И ты, сын человеческий, - вот, возложат на тебя узы, и свяжут тебя ими, и не будешь ходить среди них».

Вот я вошёл и дверь прикрыл, И показал бумаги, И так толково объяснил, Зачем приехал в лагерь.

Начальник – как уключина, – Скрипит – и ни в какую!

«В кино мне роль поручена, – Опять ему толкую, –

И вот для изучения – Такое ремесло –

Имею направление! Дошло теперь?» – «Дошло!

Вот это мы приветствуем, – Чтоб было, как с копирки, Вам хорошо б –под следствием Полгодика в Бутырке!

Чтоб ощутить затылочком,Что чуть не расстреляли, Потом - по пересылочкам, – Тогда бы вы сыграли!..»

Внушаю бедолаге я Настойчиво, с трудом:

«Мне нужно – прямо с лагеря – Не бывши под судом!»

«Да вы ведь знать не знаете, За что вас осудили, – Права со мной качаете – А вас ещё не брили!»

«Побреют! – рожа сплющена! – Но всё познать желаю, А что уже упущено – Талантом наверстаю!»

«Да что за околесица, – Опять он возражать, –

Пять лет в четыре месяца – Экстерном, так сказать!..»

Он даже шаркнул мне ногой – Для секретарши Светы:

«У нас, товарищ дорогой, Не университеты!

У нас не выйдет с кондачка, Из ничего – конфетка: Здесь – от звонка и до звонка, – У нас не пятилетка!

Так что, давай-ка ты, валяй – Какой с артиста толк! – У нас своих хоть отбавляй», – Сказал он и умолк.

Я снова вынул пук бумаг, Ору до хрипа в глотке:

Мол, не имеешь права, враг, – Мы здесь не в околотке! Мол, я начальству доложу, – Оно, мол, разберется!.. Я стервенею, в роль вхожу, А он, гляжу, – сдаётся.

Я в раже, удержа мне нет, Бумагами трясу:

«Мне некогда сидеть пять лет - Премьера на носу!»

1978. Высоцкий В.

Всё позади - и КПЗ, и суд,

И прокурор, и даже судьи с адвокатом, –

Теперь я жду, теперь я жду – куда, куда меня пошлют, Куда пошлют меня работать за бесплатно.

Мать моя – давай рыдать, Давай думать и гадать, Куда, куда меня пошлют. Мать моя – давай рыдать,

А мне ж ведь, в общем, наплевать, Куда, куда меня пошлют.

До Воркуты идут посылки долго, До Магадана – несколько скорей, –

Но там ведь все, но там ведь все – такие падлы, суки, волки, – Мне передач не видеть, как своих ушей.

И вот уж слышу я: за мной идут – Открыли дверь и сонного подняли, –

И вот сейчас, вот прям сейчас меня куда-то повезут,

А вот куда – опять, паскуды, не сказали.

1963. Высоцкий В. Иез.23:49 – «и возложат на вас ваше распутство, и понесе-

те наказание за грехи с идолами вашими, и узнаете, что Я Господь Бог».

Идут Во мрак забвения понуро Все те, кто крови проливали реки, Калифы, жгущие библиотеки,

И Торквемад зловещие фигуры.

И чванятся, пожалуй, лишь Тимуры:

Мол, не у всех же внуки Улуг-беки! Леонид Мартынов Иер.14:20 – «Сознаём, Господи, нечестие наше, беззаконие

отцов наших; ибо согрешили мы пред Тобою». Иер.50:7 – «Все, которые находили их, пожирали их, и притеснители их гово- рили: «мы не виноваты, потому что они согрешили пред Господом, пред жилищем правды и пред Господом, надеждою отцов их»». Дан.9:8 – «Господи! у нас на лицах стыд, у царей наших, у князей наших и у отцов наших, потому что мы согрешили пред Тобою».

Когда волнуется желтеющая нива,

И свежий лес шумит при звуке ветерка, И прячется в саду малиновая слива

Под тенью сладостной зеленого листка; Когда росой обрызганный душистой, Румяным вечером иль утра в час златой, Из-под куста мне ландыш серебристый Приветливо кивает головой;

Когда студёный ключ играет по оврагу

И, погружая мысль в какой-то смутный сон, Лепечет мне таинственную сагу

Про мирный край, откуда мчится он, — Тогда смиряется души моей тревога, Тогда расходятся морщины на челе, — И счастье я могу постигнуть на земле,

И в небесах я вижу Бога. 1837. Лермонтов Иер.6:23 – «держат в руках лук и копьё; они жестоки и

немилосерды, голос их шумит, как море, и несутся на конях, выстроены, как один человек, чтобы сразиться с тобою».


Вопрос 3810: В чём выражалось предчувствие бед, грядущих на Россию? И как власти относились к этим предсказаниям?

Ответ: Что и кто говорил в народе, какие были явления и кому

– умолчано. А вот поэты по-малу высказывались. Властям ни- когда такое не нравилось и за это не хвалили. Иер.28:9 – «Если какой пророк предсказывал мир, то тогда только он призна- ваем был за пророка, которого истинно послал Господь, ког- да сбывалось слово того пророка». 3Цар.22:13 – «Посланный, который пошёл позвать Михея, говорил ему: вот, речи про- роков единогласно [предвещают] царю доброе; пусть бы и твоё слово было согласно с словом каждого из них; изреки и ты доброе».

Глядим, глядим всё в ту же сторону, За мшистый дол, за топкий лес.

Вослед прокаркавшему ворону, На край темнеющих небес. Давно ли ты, громада косная, В освобождающей войне, Как Божья туча громоносная, Вставала в буре и в огне? О, Русь! И вот опять закована, И безглагольна, и пуста,

Какой ты чарой зачарована, Каким проклятьем проклята?

И всё ж тоска неодолимая К тебе влечёт: прими, прости. Не ты ль одна у нас родимая? Нам больше некуда идти, Так, во грехе тобой зачатые, Должны с тобою погибать Мы, дети, матерью проклятые И проклинающие мать.

Д.С. Мережковский Иер.5:9 – «Неужели Я не накажу за это? говорит Господь;

и не отмстит ли душа Моя такому народу, как этот


Настанет год, России чёрный год, Когда царей корона упадёт;

Забудет чернь к ним прежнюю любовь, И пища многих будет смерть и кровь;

Когда детей, когда невинных жён Низвергнутый не защитит закон; Когда чума от смрадных, мёртвых тел Начнёт бродить среди печальных сел,

Чтобы платком из хижин вызывать,

И станет глад сей бедный край терзать; И зарево окрасит волны рек:

В тот день явится мощный человек, И ты его узнаешь – и поймёшь, Зачем в руке его булатный нож;

И горе для тебя! – твой плач, твой стон Ему тогда покажется смешон;

И будет всё ужасно, мрачно в нём,

Как плащ его с возвышенным челом. 1830. М.Ю.Лермонтов

Иер.28:8 – «пророки, которые издавна были прежде меня и прежде тебя, предсказывали многим землям и великим цар- ствам войну и бедствие и мор». Лук.24:25 – «Тогда Он ска- зал им: о, несмысленные и медлительные сердцем, чтобы веровать всему, что предсказывали пророки


Среди лесов, унылых и заброшенных, Пусть остаётся хлеб в полях нескошенным! Мы ждём гостей незваных и непрошенных,

Мы ждём гостей!

Пускай гниют колосья перезрелые! Они придут на нивы пожелтелые,

И не сносить вам, честные и смелые, Своих голов!

Они растопчут нивы золотистые, Они разроют кладбище тенистое, Потом развяжет их уста нечистые

Кровавый хмель!

Они ворвутся в избы почернелые, Зажгут пожар — хмельные, озверелые... Не остановят их седины старца белые,

Ни детский плач!

Среди лесов, унылых и заброшенных,

Мы оставляем хлеб в полях нескошенным. Мы ждём гостей незваных и непрошенных,

Своих детей! 1906. Осип Мандельштам Ам.6:10 – «и возьмёт их родственник их или сожигатель,

чтобы вынести кости их из дома, и скажет находящемуся при доме: есть ли ещё у тебя кто? Тот ответит: нет нико- го. И скажет сей: молчи! ибо нельзя упоминать имени Гос- подня».

Сталин взял бокал вина (может быть, стаканчик коньяка), поднял тост, и мысль его должна сохраниться на века:

за терпенье!

Это был не просто тост (здравицам уже пришёл конец). Выпрямившись во весь рост, великанам воздавал малец за терпенье.

Трус хвалил героев не за честь, а за то, что в них терпенье есть.

- Вытерпели вы меня, - сказал вождь народу. И благодарил. Это молча слушал пьяных зал. Ничего не говорил.

Вот каковская была пора. Страстотерпцы выпили за страсть, выпили и закусили всласть. Борис Слуцкий

4Цар.21:16 – «Ещё же пролил Манассия и весьма много не- винной крови, так что наполнил [ею] Иерусалим от края до края, сверх своего греха, что он завлёк Иуду в грех - делать неугодное в очах Господних».


Вы слышите: грохочут сапоги, и птицы ошалелые летят,

и женщины глядят из-под руки? Вы поняли, куда они глядят?

Вы слышите: грохочет барабан?

Солдат, прощайся с ней, прощайся с ней... Уходит взвод в туман-туман-туман...

А прошлое ясней-ясней-ясней.

А где же наше мужество, солдат, когда мы возвращаемся назад? Его, наверно, женщины крадут и, как птенца, за пазуху кладут.

А где же наши женщины, дружок, когда вступаем мы на свой порог? Они встречают нас и вводят в дом, но в нашем доме пахнет воровством.

А мы рукой на прошлое: враньё!

А мы с надеждой в будущее: свет! А по полям жиреет вороньё,

а по пятам война грохочет вслед. И снова переулком – сапоги, и птицы ошалелые летят,

и женщины глядят из-под руки...

В затылки наши круглые глядят. Булат Окуджава Ам.4:10 – «Посылал Я на вас моровую язву, подобную Еги-

петской, убивал мечом юношей ваших, отводя коней в плен, так что смрад от станов ваших поднимался в ноздри ваши; и при всем том вы не обратились ко Мне, говорит Господь».


Когда владыка ассирийский Народы казнию казнил, И Олоферн весь край азийский Его деснице покорил, –

Высок смиреньем терпеливым И крепок верой в бога сил, Перед сатрапом горделивым Израиль выи не склонил;

Во все пределы Иудеи Проникнул трепет. Иереи

Одели вретищем алтарь. Народ завыл, объятый страхом, Главу покрыв золой и прахом, И внял ему всевышний Царь.

Притёк сатрап к ущельям горным И зрит: их узкие врата Замком замкнуты непокорным; Стеной, как поясом узорным, Препоясалась высота. И над тесниной торжествуя,

Как муж на страже, в тишине Стоит, белеясь, Ветилуя В недостижимой вышине.

Сатрап смутился изумлённый – И гнев в нём душу помрачил... И свой совет разноплемённый Он – любопытный – вопросил:

«Кто сей народ? и что их сила, И кто им вождь, и отчего Сердца их дерзость воспалила, И их надежда на кого?...»

И встал тогда сынов Аммона Военачальник Ахиор

И рек – и Олоферн со трона Склонил к нему и слух и взор.

1835. А.С.Пушкин Дан.3:28 – «Ты совершил истинные суды во всём, что на-

вёл на нас и на святой град отцов наших Иерусалим, пото- му что по истине и по суду навёл Ты всё это на нас за грехи наши». Иудиф.13:16 – «Жив Господь, сохранивший меня в пути, которым я шла! ибо лицо моё прельстило Олоферна на погибель его, но он не сделал со мною скверного и постыд- ного греха».

Вопрос 3811: Хорошо бы быть едиными всем христианам во всём мире. Есть ли ныне какие к тому предпосылки?

Ответ: Если просто о единомыслии говорить, быть под одной главой, то это вполне возможно. Но если во Христе быть едины- ми, то это никак невозможно, пока кто-то, будучи плотью, как Папа римский, выдаёт себя за наместника Христова на земле.


Был день суда и осужденья — Тот роковой, бесповоротный день,

Когда для вящего паденья На высшую вознесся он ступень, — И, Божьим промыслом тенимый И загнанный на эту высоту, Своей ногой непогрешимой В бездонную шагнул он пустоту, —

Когда, чужим страстям послушный, Игралище и жертва тёмных сил, Так богохульно-добродушно

Он божеством себя провозгласил...

О новом бого-человеке

Вдруг притча создалась — и в мир вошла, И святотатственной опеке

Христова церковь предана была. О, сколько смуты и волнений

С тех пор воздвиг непогрешимый тот, И как под бурей этих прений Кощунство зреет и соблазн растёт.

В испуге ищут правду Божью, Очнувшись вдруг, все эти племена,

И как тысячелетней ложью Она для них вконец отравлена.

И одолеть она не в силах

Отравы той, что в жилах их течёт, В их самых сокровенных жилах,

И долго будет течь — и где исход?

Но нет, как ни борись упрямо, Уступит ложь, рассеется мечта, И ватиканский далай-лама

Не призван быть наместником Христа. 1871. Фёдор Тютчев Иер.19:9 – «И накормлю их плотью сыновей их и плотью дочерей их; и будет каждый есть плоть своего ближнего, находясь в осаде и тесноте, когда стеснят их враги их и

ищущие души их».

Мы все ходили под богом. У бога под самым боком. Он жил не в небесной дали, его иногда видали Живого. На Мавзолее. Он был умнее и злее

Того – иного, другого, По имени Иегова...

Мы все ходили под богом. У бога под самым боком. Однажды я шёл Арбатом, Бог ехал в пяти машинах.

От страха почти горбата В своих пальтишках мышиных Рядом дрожала охрана. Было поздно и рано.

Серело. Брезжило утро. Он глянул жестоко, – мудро Своим всевидящим оком, Всепроницающим взглядом.

Мы все ходили под богом. С богом почти что рядом. Слуцкий Деян.12:22-24 – «а народ восклицал: [это] голос Бога, а не человека. Но вдруг Ангел Господень поразил его за то, что он не воздал славы Богу; и он, быв изъеден червями, умер. Слово

же Божие росло и распространялось».


Эта ночь непоправима, А у нас ещё светло. У ворот Иерусалима Солнце чёрное взошло.

Солнце жёлтое страшнее – Баю-баюшки-баю – В светлом храме иудеи хоронили мать мою.

Благодати не имея И священства лишены,

В светлом храме иудеи Отпевали прах жены.

И над матерью звенели Голоса израильтян.

Я проснулся в колыбели – Чёрным солнцем осиян.

1916. Осип Мандельштам Пс.78:3 – «пролили кровь их, как воду, вокруг Иерусалима,

и некому было похоронить их».


Великих зрелищ, мировых судеб Поставлены мы зрителями ныне: Исконные, кровавые враги, Соединясь, идут против России: Пожар войны полмира обхватил, И заревом зловещим осветились Деяния держав миролюбивых...

Обращены в позорище вражды Моря и суша... медленно и глухо

К нам двинулись громады кораблей, Хвастливо предрекая нашу гибель,

И наконец приблизились – стоят

Пред укреплённой русскою твердыней... И ныне в урне роковой лежат

Два жребия... и наступает время, Когда Решитель мира и войны Исторгнет их всесильною рукой

И свету потрясённому покажет. 1854. Н.А.Некрасов Пс.36:40 – «и поможет им Господь и избавит их; избавит

их от нечестивых и спасёт их, ибо они на Него уповают». Ис.31:5 – «Как птицы - птенцов, так Господь Саваоф покро- ет…, защитит и избавит, пощадит и спасёт».


Глаза Христа-Спасителя кротки. Поёт орган о мире и о счастье.

Затянутые в хаки штабники, Давясь, глотают пресное причастье.

В глазах Христовых воинов азарт.

«Кончайте, патер, мессу поскорее!» —

В планшетах их шуршат квадраты карт Истерзанной, пылающей Кореи.

Их слух ласкает рёв железных птиц, Стон матерей и плач детей в Пхеньяне. Смиренный бог грехи детоубийц

Всевышней волей отпустил заране. 1952, Алексей Сурков Ис.1:15 – «И когда вы простираете руки ваши, Я закры-

ваю от вас очи Мои; и когда вы умножаете моления ваши, Я не слышу: ваши руки полны крови».

Пусть имена цветущих городов Ласкают слух значительностью бренной. Не город Рим живёт среди веков,

А место человека во вселенной. Им овладеть пытаются цари,

Священники оправдывают войны, И без него презрения достойны,

Как жалкий сор, дома и алтари. 1917. Мандельштам Ос.6:9 – «Как разбойники подстерегают человека, так сбо-

рище священников убивают... и совершают мерзости».


Вопрос 3812: Вначале белоэмигранты как будто искали случай, чтобы начать физически бороться с властью сатанинской на ро- дине. Какую бы они хотели власть установить?

Ответ: Единодушия по этому вопросу не было и во время граж- данской войны. Но из литературы тех годов видно, что монархи- ческий режим им хотелось бы ещё раз испробовать, припоминали клятву дому Романовых 1613 года.


Ущельем на гору мы шли в ту ночь, в оковах. Уже багровый блеск на мутных облаках,

Крик пролетавших птиц и смех вождей суровых Давно питали в нас зловещий, тайный страх.

Идём... И — ужас!— вдруг сверкнул огонь струёю На шлёмах всадников, предшествовавших нам .. Пылал Иерусалим! Пылал священный храм,

И ветер пламя гнал по городу рекою...

И вопли наши вдруг в единый вопль слились...

«Ах, мщенья, мщения!..» Но дико загремели Ручные кандалы... «О Бог отцов! ужели

Ты медлишь! Ты молчишь!.. Восстань! Вооружись

В грома и молнии!..» Но всё кругом молчало... С мечами наголо, на чуждом языке

Кричала римская когорта и скакала

Вкруг нас, упавших ниц в отчаянной тоске... И повлекли нас прочь... И всё кругом молчало... И Бог безмолвствовал .. И снова мы с холма Спускаться стали в дол, где улегалась тьма,

А небо на неё багряный блеск роняло. <1862>. А.Н.Майков Дан.14:27 – «Тогда Даниил взял смолы, жира и волос, сва-

рил это вместе и, сделав из этого ком, бросил его в пасть дракону, и дракон расселся. И сказал... вот ваши святыни


Перед гробницею святой Стою с поникшею главой... Всё спит кругом; одни лампады Во мраке храма золотят

Столбов гранитные громады И их знамён нависший ряд. Под ними спит сей властелин, Сей идол северных дружин,

Маститый страж страны державной, Смиритель всех её врагов, Сей остальной из стаи славной Екатерининских орлов.

В твоём гробу восторг живёт! Он русской глас нам издаёт; Он нам твердит о той године, Когда народной веры глас Воззвал к святой твоей седине:

«Иди, спасай!» Ты встал – и спас...

Внемли ж и днесь наш верный глас, Встань и спасай царя и нас,

О, старец грозный! На мгновенье Явись у двери гробовой, Явись, вдохни восторг и рвенье Полкам, оставленным тобой!

Явись и дланию своей Нам укажи в толпе вождей, Кто твой наследник, твой избранный!

Но храм – в молчанье погружён,

И тих твоей могилы бранной Невозмутимый, вечный сон...

1831. А.С. Пушкин Россию завели в тупик духовные Сусанины, спасая от Еван-

гельской веры. Мф.15:14 – «оставьте их: они - слепые вожди слепых; а если слепой ведет слепого, то оба упадут в яму».


«Куда ты ведешь нас?.. не видно ни зги! — Сусанину с сердцем вскричали враги: —

Мы вязнем и тонем в сугробинах снега;

Нам, знать, не добраться с тобой до ночлега. Ты сбился, брат, верно, нарочно с пути;

Но тем Михаила тебе не спасти!..

Давно уж за полночь!.. Сном крепким объяты, Лежат беззаботно по лавкам сарматы.

Все в дымной избушке вкушают покой; Один, настороже, Сусанин седой Вполголоса молит в углу у иконы

Царю молодому святой обороны!..

Вотще настороже тревожное ухо:

Всё в том захолустье и мёртво и глухо...

«Куда ты завёл нас?» — лях старый вскричал.

«Туда, куда нужно! — Сусанин сказал.— Убейте! замучьте! — моя здесь могила! Но знайте и рвитесь: я спас Михаила! Предателя, мнили, во мне вы нашли: Их нет и не будет на Русской земли!

В ней каждый отчизну с младенчества любит

И душу изменой свою не погубит».

«Злодей! — закричали враги, закипев, —

Умрёшь под мечами!» — «Не страшен ваш гнев! Кто русский по сердцу, тот бодро, и смело,

И радостно гибнет за правое дело! Ни казни, ни смерти и я не боюсь:

Не дрогнув, умру за царя и за Русь!»

«Умри же! — сарматы герою вскричали,

И сабли над старцем, свистя, засверкали! — Погибни, предатель! Конец твой настал!»

И твёрдый Сусанин весь в язвах упал! Снег чистый чистейшая кровь обагрила:

Она для России спасла Михаила! 1822. К.Ф.Рылеев Плач.4:20 – «Дыхание жизни нашей, помазанник Господень

пойман в ямы их, тот, о котором мы говорили: «под тенью его будем жить среди народов».


Ужасный сон отяготел над нами, Ужасный, безобразный сон:

В крови до пят, мы бьёмся с мертвецами, Воскресшими для новых похорон.

Восьмой уж месяц длятся эти битвы Геройский пыл, предательство и ложь, Притон разбойничий в дому молитвы, В одной руке распятие и нож.

И целый мир, как опьянённый ложью, Все виды зла, все ухищренья зла!..

Нет, никогда так дерзко правду Божью Людская кривда к бою не звала!..

И этот клич сочувствия слепого, Всемирный клич к неистовой борьбе, Разврат умов и искаженье слова — Все поднялось и все грозит тебе,

О край родной!— такого ополченья

Мир не видал с первоначальных дней... Велико, знать, о Русь, твоё значенье!

Мужайся, стой, крепись и одолей! 1863. Ф.И.Тютчев Ис.29:9 – «Изумляйтесь и дивитесь: они ослепили других, и

сами ослепли; они пьяны, но не от вина, - шатаются, но не от сикеры».

Сын царский умирает в Ницце — И из него нам строят ков...

«То Божья месть за поляков», —

Вот, что мы слышим здесь, в столице...

Из чьих понятий диких, узких, То слово вырваться могло б?.. Кто говорит так: польский поп

Или министр какой из русских?

О, эти толки роковые, Преступный лепет и шальной

Всех выродков земли родной, Да не услышит их Россия, — И отповедью да не грянет Тот страшный клич, что в старину:

«Везде измена — царь в плену!» И Русь спасать его не встанет.

1865. Ф.И.Тютчев Лев.26:16 – «то и Я поступлю с вами так: пошлю на вас

ужас, чахлость и горячку, от которых истомятся глаза и измучится душа, и будете сеять семена ваши напрасно, и враги ваши съедят их».

Чернеет полночь. Пять пожаров! Столбами зарева стоят! Кругом зажиточные сёла Со всеми скирдами горят!

Иль это дьявол сам пролётом Земли коснулся пятернёй, И жгучий след прикосновенья Пылает в темени ночной!

И далеко пойдут по краю, И будут в свете дня видны

В печальных лицах погорельцев Благословенья сатаны...

К.К.Случевский Ис.1:7 – «Земля ваша опустошена; города ваши сожжены

огнем; поля ваши в ваших глазах съедают чужие; всё опус- тело, как после разорения чужими». Иак.5:4 – «Вот, плата, удержанная вами у работников, пожавших поля ваши, вопи- ёт, и вопли жнецов дошли до слуха Господа Саваофа».


Вопрос 3813: Нам показывали, насколько отсталым был человек в старые времена в России. И насколько одухотворён, целеуст- ремлён новый созидатель, творец счастья. Можно ли в чём-то согласиться с этим утверждением?

Ответ: У нас есть большие фотографии людей, школьников, учи- телей дореволюционных. Даже один раз только взглянешь и сравнивать уже не будешь. Говорю только о нравственности. Само одеяние – сегодня только в театре могут так одеваться.


Мы воспитаны в презреньи к воровству И ещё – к употребленью алкоголя,

В безразличьи к иностранному родству, В поклоненьи ко всесилию контроля.

Вот – география, А вот – органика,

У них там – мафия... У нас – пока никак.

У нас - балет, у нас - заводы и икра, У нас - прелестные курорты и надои, Аэрофлот, Толстой, арбузы, танкера

И в бронзе отлитые разные герои.

Потом, позвольте-ка, Ведь там – побоище, У них - эротика, У нас - не то ещё.

На миллионы, миллиарды киловатт

В душе людей поднялись наши настроенья, - И каждый, скажем, китобой или домкрат Даёт нам прибыль всесоюзного значенья.

Вот цифры выпивших, Больная психика...

У них там - хиппи же, У нас - мерси пока. Да что, товарищи, молчать про капитал,

Который Маркс ещё клеймил в известной книге! У них - напалм, а тут - банкет, а тут - накал

И незначительные личные интриги. Куда идём, чему завидуем подчас!

Свобода слова вся пропахла нафталином! Я кончил, всё. Когда я говорил «у нас» - Имел себя в виду, а я - завмагазином.

Не надо нам уже Всех тех, кто хаяли, –

Я еду к бабушке – Она в Израиле. 1978 . Высоцкий Грубое насилие, подавление всяческой свободы. Проще прочи-

тать послание патриарха Тихона в 1918 году, чтобы понять, куда Россия свалилась, и откуда ей при таком отношении ко Христу не выбраться никогда.

На баррикады! На баррикады! Сгоняй из дальних, из ближних мест... Замкни облавкой, сгруди, как стадо, Кто удирает — тому арест.

Строжайший отдан приказ народу, Такой, чтоб пикнуть никто не смел. Все за лопаты! Все за свободу!

А кто упрётся — тому расстрел.

И все: старуха, дитя, рабочий — Чтоб пели Интернационал. Чтоб пели, роя, а кто не хочет И роет молча – того в канал! Нет революции краснее нашей:

На фронт — иль к стенке, одно из двух.

...Поддай им сзаду! Клади им взашей, Вгоняй поленом мятежный дух!

На баррикады! На баррикады!

Вперёд за «Правду», за вольный труд!

Колом, верёвкой, в штыки, в приклады...

Не понимают? Небось, поймут! 1919, Зинаида Гиппиус Иез.34:4 – «Слабых не укрепляли, и больной овцы не враче-

вали, и пораненной не перевязывали, и угнанной не возвраща- ли, и потерянной не искали, а правили ими с насилием и жестокостью».

Тянется лесом дороженька пыльная, Тихо и пусто вокруг. Родина, выплакав слёзы обильные,

Спит, и во сне, как рабыня бессильная, Ждёт неизведанных мук.

Вот задрожали берёзы плакучие И встрепенулися вдруг, Тени легли на дорогу сыпучую:

Что-то ползёт, надвигается тучею, Что-то наводит испуг...

С гордой осанкою, с лицами сытыми. Ноги торчат в стременах.

Серую пыль поднимают копытами

И колеи оставляют изрытыми... Все на холёных конях.

Нет им конца. Заострёнными пиками В солнечном свете пестрят.

Воздух наполнили песней и криками,

И огоньками звериными, дикими Чёрные очи горят...

Прочь! Не тревожьте поддельным веселием Мёртвого, рабского сна.

Скоро порадуют вас новоселием,

Хлебом и солью, крестьянским изделием... Крепче нажать стремена!

Скоро столкнётся с звериными силами Дело великой любви!

Скоро покроется поле могилами, Синие пики обнимутся с вилами

И обагрятся в крови! Осип Мандельштам Иез.34:28 – «Они не будут уже добычею для народов, и

полевые звери не будут пожирать их; они будут жить безо- пасно, и никто не будет устрашать [их]».


У каждого были причины свои: Одни – ради семьи. Другие – ради корыстных причин: Звание, должность, чин.

Но ложно понятая любовь

К отечеству, к расшибанью лбов

Во имя его Двинула большинство.

И тот, кто писал: «Мы не рабы!» - В школе, на доске, Не стал переть против судьбы, Видимой невдалеке.

И бог - усталый древний старик, Прячущийся в облаках,

Был заменён одним из своих В хромовых сапогах. Б.Слуцкий Иер.9:5 – «Каждый обманывает своего друга, и правды не говорят: приучили язык свой говорить ложь, лукавствуют

до усталости».

Я попал в компанью мелких трусов, В круг их интересов и запросов, Колебаний и вчерашних вкусов.

И сказал мне мелкий трус-философ:

- Это было бы наглейшей ложью Утверждать, что зря всего боимся! Мелкою охваченные дрожью,

Мы двоимся как бы и троимся, Чтоб казалось больше нас намного, Чем в природе есть на самом деле,

И никто бы не подвёл итога,

И боялись нас и не задели! Леонид Мартынов Втор.20:8 – «И ещё объявят надзиратели народу, и ска-

жут: кто боязлив и малодушен, тот пусть идёт и возвра- тится в дом свой, дабы он не сделал робкими сердца братьев его, как его сердце».

Меж тем как мы вразброд стезёю жизни шли, На знамя, средь толпы, наткнулся я ногою.

Я подобрал его, лежавшее в пыли,

И с той поры несу, возвысив над толпою. Девиз на знамени: «Дух доблести храни». Так, воин рядовой за честь на бранном поле, Я, счастлив и смущён, явился в наши дни Знаменоносцем поневоле.

Но подвиг не свершён, мне выпавший в удел, – Разбредшуюся рать сплотить бы воедино...

Названье мне дано поэта-гражданина

За то, что я один про доблесть песни пел; Что был глашатаем забытых, старых истин И силен был лишь тем, хотя и стар и слаб,

Что в людях рабский дух мне сильно ненавистен И сам я с юности не раб.

Последние мои уже уходят силы,

Я делал то, что мог; я больше не могу. Я остаюсь ещё пред родиной в долгу,

Но да простит она мне на краю могилы. Я жду, чтобы теперь меня сменил поэт,

В котором доблести горело б ярче пламя, И принял от меня не знавшее побед,

Но незапятнанное знамя.

О, как живуча в нас и как сильна та ложь,

Что дух достоинства есть будто дух крамольный! Она – наш древний грех и вольный и невольный; Она – народный грех от черни до вельмож.

Там правды нет, где есть привычка рабской лести; Там искалечен ум, душа развращена...

Приди; я жду тебя, певец гражданской чести!

Ты нужен в наши времена. А.Жемчужников Пс.19:6 – «Мы возрадуемся о спасении твоём и во имя

Бога нашего поднимем знамя».


Вопрос 3814: Были ли какие-то веские основания у России, чтобы считаться святой Русью и возвышаться над остальными? Ответ: Большие пространства, богатства земные, выход к мо- рям, победы в войнах и храмы с монастырями. Это то, что види- мо. А остальное – из области мифотворчества. И в первую оче- редь, это канонизация тех, кто, быть может, и не был даже рож-

дён свыше и не был водим Духом Святым.


День православного Востока, Святой, святой, великий день, Разлей свой благовест широко И всю Россию им одень!

Но и святой Руси пределом Её призыва не стесняй:

Пусть слышен будет в мире целом, Пускай он льётся через край, Своею дальнею волною И ту долину захватя,

Где бьётся с немощию злою Моё родимое дитя, –

О, дай болящей исцеленье, Отрадой в душу ей полей, Чтобы в Христово воскресенье

Всецело жизнь воскресла в ней... 1872. Ф.И.Тютчев


С войсками лезли в разные страны. 2Пар.25:19 – «Ты гово- ришь: вот я побил Идумеян, - и вознеслось сердце твоё до тщеславия. Сиди лучше у себя дома. К чему тебе затевать опасное дело? Падёшь ты и Иудея с тобою»


Не Богу ты служил и не России, Служил лишь суете своей, И все дела твои, и добрые, и злые, –

Все было ложь в тебе, всё призраки пустые:

Ты был не царь, а лицедей. 1855. Ф.И.Тютчев Возрождённых, поистине верующих царей, похоже, в России и

не было ни одного. 2Пар.19:2 – «И выступил навстречу ему Ииуй, сын Анании, прозорливец, и сказал царю Иосафату: [следовало] ли тебе помогать нечестивцу и любить ненави- дящих Господа? За это на тебя гнев от лица Господня».


Ослу доверили однажды пост завидный. Лесным дельцам сказать не в похвалу, Какой-то важный зверь, где надо, очевидно, По дружбе оказал протекцию Ослу...

Осёл на должности что было сил старался: Одним указывал, других учить пытался;

Но как бы он себя с достоинством ни вёл, – Каким он был, таким он и остался:

Ушами поведет – все видят, что Осёл!..

По лесу поползли невыгодные слухи.

В порядке критики пришлось при всех признать:

«Не оправдал надежд товарищ Лопоухий! Не справился. С поста придётся снять».

И вот на пост Вола, ушедшего в отставку, Зачислили Осла. Опять на ту же ставку!..

И снова слухи по лесу ползут:

«Он, говорят, проштрафился и тут!» Одни смеются, а другие плачут:

«Что, если к нам теперь его назначат?!» Вопрос с ослами ясен, но не прост;

Ты можешь снять с Осла, коль это нужно, шкуру И накрутить ему за все ошибки хвост,

Но если уж Осел попал в номенклатуру,

Вынь да подай ему руководящий пост! Сергей Михалков Иов.34:18 – «Можно ли сказать царю: ты - нечестивец, и

князьям: вы - беззаконники?» Иер.44:9 – «Разве вы забыли нечестие отцов ваших и нечестие царей.., ваше собственное нечестие и нечестие жен ваших, какое они делали в земле».


Привет вам задушевный, братья, Со всех Славянщины концов, Привет наш всем вам, без изъятья! Для всех семейный пир готов!

Недаром вас звала Россия На праздник мира и любви; Но знайте, гости дорогие, Вы здесь не гости, вы – свои!

Вы дома здесь, и больше дома, Чем там, на родине своей, – Здесь, где господство незнакомо Иноязыческих властей,

Здесь, где у власти и подданства Один язык, один для всех, И не считается Славянство За тяжкий первородный грех!

Хотя враждебною судьбиной И были мы разлучены, Но всё же мы народ единый, Единой матери сыны;

Но всё же братья мы родные! Вот, вот что ненавидят в нас! Вам не прощается Россия, России – не прощают вас!

Смущает их, и до испугу, Что вся славянская семья В лицо и недругу и другу Впервые скажет: – Это я!

При неотступном вспоминанье О длинной цепи злых обид Славянское самосознанье, Как Божья кара, их страшит!

Давно на почве европейской, Где ложь так пышно разрослась, Давно наукой фарисейской Двойная правда создалась:

Для них – закон и равноправность, Для нас – насилье и обман,

И закрепила стародавность Их, как наследие славян.

И то, что длилося веками, Не истощилось и поднесь,

И тяготеет и над нами – Над нами, собранными здесь... Ещё болит от старых болей Вся современная пора...

Не тронуто Коссово поле, Не срыта Белая Гора!

А между нас – позор немалый, – В славянской, всем родной среде,

Лишь тот ушёл от их опалы И не подвергся их вражде, Кто для своих всегда и всюду Злодеем был передовым: Они лишь нашего Иуду Честят лобзанием своим.

Опально-мировое племя, Когда же будешь ты народ? Когда же упразднится время Твоей и розни и невзгод, И грянет клич к объединенью,

И рухнет то, что делит нас?..

Мы ждём и верим провиденью – Ему известны день и час...

И эта вера в правду Бога Уж в нашей не умрёт груди, Хоть много жертв и горя много Ещё мы видим впереди... Он жив – верховный Промыслитель, И суд Его не оскудел, И слово царь-освободитель За русский выступит предел...

1867. Ф.И.Тютчев Пс.117:9 – «Лучше уповать на Господа, нежели надеяться

на князей». Пс.145:3 – «Не надейтесь на князей, на сына человеческого, в котором нет спасения». Иер.48:7– « Так как ты надеялся на дела твои и на сокровища твои, то и ты будешь взят, и Хамос пойдет в плен вместе со своими свя- щенниками и своими князьями».

Хаты слепо щурятся в закат,

Спят дороги в беспробудной лени...

Под иконой крашеный плакат С Иисусом спорит о спасеньи.

Что же, Русь, раскрытые зрачки Позастыли в бесконечной грусти? Во саду ль твоём большевики Поломали звончатые гусли?

Иль из серой, пасмурной избы Новый, светлый Муромец не вышел? Иль петух кровавый позабыл Запалить твои сухие крыши?

Помню паленой соломы хруст, Помню: красный по деревне бегал, Разбудив дремавшую под снегом, Засидевшуюся в девках Русь.

А потом испуганная лень

Вкралась вновь в задымленные хаты. Видно, красный на родном селе Засидевшуюся в девках не сосватал.

Белеют босые дорожки, Сверкает солнце на крестах...

В твоих заплатанных окошках, О Русь, всё та же слепота.

Но вспышки зарев кто-то спрятал В свою родную полосу, И пред горланящим плакатом Смолкает бледный Иисус.

И верю, Русь, Октябрьской ночью Стопой разбуженных дорог Придёт к свободе в лапоточках Всё тот же русский мужичок. Так же слепо щурятся в закат Окна серых утомлённых хат, Но рокочут звончатые гусли

Над тревожно слушающей Русью. 1921. Михаил Светлов Иов.20:19 – «Ибо он угнетал, отсылал бедных; захваты-

вал домы, которых не строил». Пс.118:122 – «Заступи раба Твоего ко благу [его], чтобы не угнетали меня гордые».


Когда ко граду Константина С тобой, воинственный варяг, Пришла с лавянская дружина И развила победы стяг,

Тогда во славу Руси ратной, Строптиву греку в стыд и страх, Ты пригвоздил свой щит булатный На цареградских воротах. Настали дни вражды кровавой; Твой путь мы снова обрели. Но днесь, когда мы вновь со славой

К Стамбулу грозно притекли,

Твой холм потрясся с бранным гулом, Твой стон ревнивый нас смутил, И нашу рать перед Стамбулом

Твой старый щит остановил. 1829. А.С. Пушкин

Ис.47:3– «откроется нагота твоя, и даже виден будет стыд твой. Совершу мщение и не пощажу никого». Иер.13:14

– «и сокрушу их друг о друга, и отцов и сыновей вместе, говорит Господь; не пощажу и не помилую, и не пожалею истребить их». Иез.24:14 – «Я Господь, Я говорю: это при- дёт и Я сделаю; не отменю и не пощажу, и не помилую. По путям твоим и по делам твоим будут судить тебя».


Вопрос 3815: Как избрать нужную тактику, когда молчать, а когда следует выступить пред всеми?

Ответ: Индивидуально, как врачи говорят о болезни. Зависит от времени, от обстановки, от слушателей, от тебя. Лучше про- молчать где-то один раз, нежели поторопиться не к месту. Откр.21:8 – «Боязливых же и неверных, и скверных и убийц, и любодеев и чародеев, и идолослужителей и всех лжецов участь в озере, горящем огнем и серою. Это смерть вторая».


Жил да был человек осторожный, Осторожный до невозможности,

С четырёх сторон огороженный Своей собственной осторожностью. В частокол им для безопасности, Словно гвозди, фразы насованы:

«В этом деле пока нету ясности...»,

«Это дело – не согласовано...»

А вокруг каждой этой фразы – Битых стёкол мелкие жала:

«Поглядим...», «Возможно...», «Пожалуй...», «Не вполне...»,

«Не время...», «Не сразу...» — До того хороша ограда, Будто так для людей и надо! Будто то, что всего дороже нам, Этой изгородью огорожено. Полно, так ли? А мне сдаётся,

Мы за изгородь глянуть можем: Кто же это за ней пасётся? Сам собою, как конь, стреножен,

Чтоб случайно не разбежаться,

Чтоб от «да» и «нет» воздержаться! Вдруг все страсти его мордасти –

Не для пользы Советской власти? Не за тем, ничего подобного! А за тем, чтоб ему удобнее! Подозренья имею веские,

Слыша, как он там сыто ржёт, Что он вовсе

не власть Советскую, Сам себя от нас бережёт. К.Симонов Ам.5:13 – «Поэтому разумный безмолвствует в это вре- мя, ибо злое это время». Мих.2:3 – «Посему так говорит Господь: вот, Я помышляю навести на этот род такое бед-

ствие, которого вы не свергнете с шеи вашей, и не будете ходить выпрямившись; ибо это время злое».

И звенела тоска, что в безрадостной песне поётся: Как ямщик замерзал в той глухой незнакомой степи, – Усыпив, ямщика заморозило жёлтое солнце,

И никто не сказал: шевелись, подымайся, не спи!

Всё стоит на Руси До макушек в снегу. Полз, катился, чтоб не провалиться, – Сохрани и спаси, Дай веселья в пургу, Дай не лечь, не уснуть, не забыться!

Тот ямщик-чудодей бросил кнут и – куда ему деться! – Помянул он Христа, ошалев от заснеженных вёрст...

Он, хлеща лошадей, мог бы этим немного согреться, –

Ну, а он в доброте их жалел и не бил – и замёрз. Высоцк.

Ос.4:4 – «Но никто не спорь, никто не обличай другого; и твой народ - как спорящие со священником».


Как всё это случилось, в самом деле? Двадцатый век, с чего он начался?

Мелели реки, и леса редели... Но в сизые от дыма небеса

Аэропланы ухитрились взвиться, И мгла не преградила им пути.

И на земле сумели объявиться

Те, кто решились этот мир спасти, Чтоб снова плодородной и сырою Измученная сделалась земля,

И сутью государственного строя

Не мнились бы ни штык и ни петля, И двери тюрем полетели с петель,

И чтоб искусство не было мертво... А ты не только этому свидетель — Свидетелями этого всего

Пусть остаются ветхие бойницы

И рыхлый камень вековечных стен, — Ты не свидетель! Ты, как говорится, Виновник этих самых перемен.

Ведь всё ж не вихрь весенний иль осенний Бесповоротно пробудил умы, —

Виновники великих потрясений

И их творцы не кто-нибудь — а мы! 1956. Л.Мартынов Ос.8:7– «Так как они сеяли ветер, то и пожнут бурю:

хлеба на корню не будет у него; зерно не даст муки; а если и даст, то чужие проглотят её».

Умом Россию не понять, Аршином общим не измерить: У ней особенная стать– В Россию можно только верить.

1866. Фёдор Тютчев Пр.14:8 – «Мудрость разумного - знание пути своего, глу-

пость же безрассудных – заблуждение». Ис.47:10 – «Ибо ты надеялась на злодейство твоё, говорила: «никто не видит меня». Мудрость твоя и знание твоё - они сбили тебя с пути; и ты говорила в сердце твоём: «я, и никто кроме меня».

На реках вавилонских Мы сидели и плакали, бедные, Вспоминая в тоске и слезах О вершинах сионских:

Там мы лютни повесили медные На зелёных ветвях.

И сказали враги нам: «Спойте, пленники, песни сионские!».

— «Нет, в земле нечестивой, чужой, По враждебным долинам Не раздаться, сыны вавилонские, Нашей песне святой!»

Город Господа брани, Мой Шалим светозарный! в забвении Будет вечно десница моя, И присохнет к гортани

Мой язык, если я на мгновение Позабуду тебя! Помяни, Адонаи, В день суда, как эдомляне пламени Предавали твой город и в плен Нас вели, восклицая:

«Не оставим и камня на камени!» О, блажен и блажен, Злая дочь Вавилона, Кто воздаст твоей злобе сторицею, Кто младенцев твоих оторвёт От нечистого лона

И о камень их мощной десницею Пред тобой разобьёт!

<1854>. Л.А.Мей

Откр.18:21 – «И один сильный Ангел взял камень, подоб- ный большому жернову, и поверг в море, говоря: с таким стремлением повержен будет Вавилон, великий город, и уже не будет его».

Нас ссорят гномы. Много ли гномов? Гномов великое множество.

Тут и там есть свой гном, но неведомый нам, И, зная их качественное ничтожество,

Мы гномов не знаем по именам.

В самом деле – Ссорили нас великаны? Нет! Исполины не ссорили нас? Нет!

Разве могли бы гиганты забраться в тарелки, графины, стаканы

И причинить нам хотя бы микроскопический вред? Нет! Это бред! Леонид Мартынов

Лишь одни только гномы за нами гоняются вслед!

Откр.9:19 – «ибо сила коней заключалась во рту их и в хвостах их; а хвосты их были подобны змеям, и имели голо- вы, и ими они вредили». Песн.2:15 – «Ловите нам лисиц, лисе- нят, которые портят виноградники, а виноградники наши в цвете».

Вопрос 3816: Видно ли из поэзии прошлых веков состояние неудовлетворённости в обществе или хотя бы в «высшем свете»? Бедные – те всегда недовольны.

Ответ: Бедные ничего не оставили в письменах, а то могли бы весьма подивиться, что они-то более всего и были благодарны Богу. А вот «свет»-то как раз и находился во тьме уныния, недовольства. Они всё куда-то рвались «посвятить кому-то души прекрасные порывы», а сами стонали, ничего путного не создав.


И к небу взор поднявши свой, Они – исполнены печали – Из глубины души больной, Души измученной, взывали:

«У нас на подвиг нету сил! Исходит сердце наше кровью, Неравный бой нас истомил,

Взгляни, взгляни на нас с любовью!»


С глаголом мира на устах Мы шли навстречу наших братий, Откуда ж их внезапный страх, Откуда этот вопль проклятий? Услышав нашу речь, они Мечи хватали и каменья

И судьям в диком озлобленьи Кричали бешено: «Распни!»


Ужель вражду и злобу мы В сердцах людей воспламенили Лишь тем, что больше зла и тьмы Добро и свет мы возлюбили?

Что призывали богачей, И сильных мира, и свободных Не гнать от трапезы своей Нагих, и сирых, и голодных?


И вот, отверженны людьми, Изнемогли мы в долгой битве. О Боже истины! вонми Гонимых чад твоих молитве!

Сердца озлобленных смягчи, Открой слепым и спящим очи, И пусть хоть бледные лучи Блеснут в глубоком мраке ночи!

1861, А.Н.Плещеев Недавно воровать Ермолке запретили,

Да кражи никакой с него не возвратили. Ермолка мой покойно спит,

На что ему обед? Уже Ермолка сыт.

Ермолка мой за плутни не повешен. А сверх того Ермолка и не грешен.

Покаялся пред Богом он,

А денег у себя имеет миллион,

И златорунный стал ягнёнок он из волка. О небо! Кто же вор, когда не вор Ермолка, И можно ль истину на свете утвердить, Коль можешь ты Ермолку пощадить?

<1760>. А.П. Сумароков. Ермолка маленькая шапочка-тон- зура у евреев, в виде одной половинки от бюстгальтера.

Лев.19:13 – «Не обижай ближнего твоего и не грабитель- ствуй. Плата наемнику не должна оставаться у тебя до утра». Ис.33:1 – «Горе тебе, опустошитель, который не был опустошаем, и грабитель, которого не грабили! Когда кон- чишь опустошение, будешь опустошен и ты; когда прекра- тишь грабительства, разграбят и тебя».


Почтим приветом остров одинокий, Где часто, в думу погружён,

На берегу о Франции далекой Воспоминал Наполеон! Сын моря, средь морей твоя могила!

Вот мщение за муки стольких дней! Порочная страна не заслужила,

Чтобы великий жизнь окончил в ней.

Изгнанник мрачный, жертва вероломства И рока прихоти слепой,

Погиб, как жил – без предков и потомства, Хоть побеждённый, но герой!

Родился он игрой судьбы случайной, И пролетел, как буря, мимо нас;

Он миру чужд был. Всё в нём было тайной,

День возвышенья – и паденья час! 1831. Лермонтов. Ис.14:4 – «ты произнесёшь победную песнь на царя Вавилон- ского и скажешь: как не стало мучителя, пресеклось граби- тельствоВтор.17:17 – «и чтобы не умножал себе жён, дабы не развратилось сердце его, и чтобы серебра и золота не умножал себе чрезмерно».


Евреи хлеба не сеют, Евреи в лавках торгуют, Евреи раньше лысеют, Евреи больше воруют.

Евреи – люди лихие, Они солдаты плохие: Иван воюет в окопе, Абрам торгует в рабкопе.

Я всё это слышал с детства, Скоро совсем постарею, Но всё никуда не деться От крика: «Евреи, евреи!»

Не торговавши ни разу, Не воровавши ни разу, Ношу в себе, как заразу, Проклятую эту расу.

Пуля меня миновала, Чтоб говорили нелживо:

«Евреев не убивало! Все воротились живы!» Слуцкий Борис Втор.28:37 – «и будешь ужасом, притчею и посмешищем у

всех народов, к которым отведёт тебя Господь». 1Цар.16:14- 16 – «А от Саула отступил Дух Господень, и возмущал его злой дух от Господа». 1Цар.16:15 – «И сказали слуги Сауло- вы ему: вот, злой дух от Бога возмущает тебя; пусть госпо- дин наш прикажет слугам своим, [которые] пред тобою, поискать человека, искусного в игре на гуслях, и когда при- дёт на тебя злой дух от Бога, то он, играя рукою своею, будет успокоивать тебя».


О, царь, скорбит душа твоя, Томится и тоскует!

Я буду петь: пусть песнь моя Твою печаль врачует. Пусть звуков арфы золотой Святое песнопенье Утешит дух унылый твой И облегчит мученье.

Их человек создать не мог, Не от себя пою я:

Те песни мне внушает Бог, Не петь их не могу я!

О, царь, ни звучный лязг мечей, Ни юных дев лобзанья Не заглушат тоски твоей И жгучего страданья!

Но лишь души твоей больной Святая песнь коснётся, – Мгновенно скорбь от песни той Слезами изольётся.

И вспрянет дух унылый твой, О, царь, и торжествуя, У ног твоих, властитель мой, Пусть за тебя умру я!

1881, Татой (близ Афин). К.Р. Ис.30:13 – «то беззаконие это будет для вас, как угрожаю-

щая падением трещина, обнаружившаяся в высокой стене, которой разрушение настанет внезапно, в одно мгновение».


Не в первый раз кричит петух; Кричит он живо, бодро, смело; Уж месяц на небе потух, Струя в Босфоре заалела.

Ещё молчат колокола, А уж восток заря румянит;

Ночь бесконечная прошла, И скоро светлый день настанет.

Вставай же, Русь! Уж близок час! Вставай Христовой службы ради! Уж не пора ль, перекрестясь, Ударить в колокол в Царьграде?

Раздайся, благовестный звон, И весь Восток им огласися! Тебя зовёт и будит он, — Вставай, мужайся, ополчися!

В доспехи веры грудь одень, И с Богом, исполин державный!..

О Русь, велик грядущий день, Вселенский день и православный!

Ноябрь 1849. Ф.И.Тютчев Иез.13:10-15 – «За то, что они вводят народ Мой в заб-

луждение, говоря: «мир», тогда как нет мира; и когда он строит стену, они обмазывают ее грязью,скажи обмазыва- ющим стену грязью, что она упадёт. Пойдёт проливной дождь, и вы, каменные градины, падёте, и бурный ветер разорвет её. И разрушу стену, которую вы обмазывали гря- зью, и повергну её на землю, и откроется основание её, и падёт, и вы вместе с нею погибнете; и узнаете, что Я Гос- подь. И истощу ярость Мою на стене и на обмазывающих её грязью, и скажу вам: нет стены, и нет обмазывавших её».


Вопрос 3816: Какому святому искренно можно молиться без по- правок в уме на то, что он что-то всё же делал не так?

Ответ: Таких, видимо, нет, не считая Апостола Павла. Я при- знаю всех святыми, но про себя всё же знаю, что надо бы вот в таком-то месте вот так, а не шаблонно-монашески. Куда уж выше миссия была у Кирилла с братом его Мефодием! Но как только они выполнили, по их мнению, полностью своё посланничество от земного царя, так тотчас же снова и скрылись в монастырское уединение. И если бы не царь их Михаил, вызволивший их из монашеских келий и уговоривший пойти на благовестие, мы бы и не знали про этих двух затворников. Тут царю их Михаилу нужно не меньшую похвалу воспеть, а его имя даже знатоки не знают. Почему? Да только потому, что царь не был монахом. Потому его разумение необходимости благовестия есть просто ничто в сравнении с монашеским уединением и созерцанием в молитвенном духе. Почему бы не организовать школу миссионе- ров и не послать бы потом к мусульманам, к евреям? Видели бы они, что выпарилось через их созерцание в кельях, когда развер- нутым фронтом идут магометане, еретики и прочие нехристи. Вот как это описано в житиях: (11 мая) (+869г. и +885г).

«Ничего никому не сказав, он отправился в Золотой Рог

и там скрылся в одном монастыре. Долго искали Константина и только через 6 месяцев нашли его. Занять прежнюю должность они не могли уговорить его… В это время блаженному Констан- тину было 24 года. Царь вместе с патриархом собрали собор, на который позвали Константина и сказали ему: «Слышишь ли, философ, что говорят скверные Агаряне на нашу веру. Если ты слуга и ученик Святой Троицы, иди и обличи их…». В Констан- тинополе царь и патриарх встретили блаженного Константина с

похвалою за тот богоугодный труд, которой он выполнил. Но не долго был Константин в Царьграде. Скоро он ушёл в одно тихое

и глухое место, где стал заботиться только о своём спа- сении… Отсюда Константин отправился на Олимп, к старше-

му брату Мефодию, с которым и стал жить вместе, исполняя в

постничестве иноческие подвиги… В это время к греческому царю Михаилу пришли послы от Козар.. Тогда царь Михаил по со- вету святейшего патриарха Игнатия, бывшего после святого

Мефодия, решил отправить к Козарам блаженного Константина, которого призвали с Олимпийской горы… Святые Констан-

тин и Мефодий взяли часть святых мощей и возили их всюду, куда сами ходили… В этих беседах Мефодий почти не принимал никакого участия, так как был меньше обучен, чем Константин: он, как бывший воевода, лучше знал, как обходиться с народом, чем как вести учёные беседы. Поэтому Константину, который с малых лет был искусен в науках, хорошо знал Священное Писа- ние и был хорошим проповедником, готовым дать ответ на вся- кий вопрос, пришлось одному вести беседы о вере; Мефодий же помогал Константину своею богоугодною молитвою.

…В Царьграде Константина и Мефодия приняли с великою че- стью, как Апостолов. Им предлагали сан епископский, но они не захотели его принять. Мефодий же сделался игуменом Поли- хрониева монастыря, а Константин поселился при церкви свя- тых Апостолов. Вскоре оба были призваны на новые труды.

Борис или Богорис царь болгарский, после войны с Греками, пожелал принять христианскую веру… Мефодий предпринял пу- тешествие в Болгарию. Он изобразил на стене царской палаты Страшной Суд и объяснил царю блаженство праведников и муки грешников. Царь, уже приготовленный словами и примером сест- ры и чудесным прекращением бедствий, принял христианскую веру. Это было в 860 или в 861 году. Не успели Константин и Мефодий окончить начатого дела крещение болгарского народа, как новое поприще открылось для их Апостольской деятельнос- ти. Князь моравский Ростислав, по научению Божию, держал совет со своими князьямии со всем народом моравским о том, чтобы послать послов к греческому царю Михаилу с просьбою прислать христианских учителей… Царь Михаил собрал собор, на которой был позван философ Константин. Ему царь объявил желание Славян и сказал: «Философ, я знаю, что ты нездоров; но необходимо тебе идти туда, так как никто не может выпол- нить этого дела лучше тебя»… В скором времени Бог, слушаю- щий молитвы рабов Своих, исполнил то, о чём просил Констан-

тин. Он изобрёл славянскую азбуку, содержащую в себе 38 букв, а затем приступил к переводу греческих священных книг на славянский язык. В этом ему помогали блаженный Мефодий и ученики. Перевод священных книг был начат с первой главы Евангелия от Иоанна… После этого Константин вместе с братом Мефодием и с учениками отправился в славянские земли. Царь дал им в дорогу достаточное количество всяких необходимых вещей… Вручая Славянам бесценный дар — слово Божие на род- ном языке, Константин в предисловии к святому Евангелию го- ворит им: «услышьте, все славяне, слово, которое крепит серд- ца и умы». Устрояя училища для славянских отроков, они при- обрели много учеников, готовых быть хорошими учителями и достойными священнослужителями в своём народе. С этою це- лью, чтобы посвятить своих учеников в священной сан, святые братья задумали отправиться в Рим. К тому же, бывший в то время, папа Николай, узнав об успехах проповеди святых Кон- стантина и Мефодия, желал видеть их в Риме, как Ангелов Бо- жиих. На другой день Константин пожелал принять схиму, при чем был назван Кириллом. Болезнь его продолжалась 50 дней.

Однажды во время своей болезни Кирилл обратился к Мефо- дию с такими словами: «Вот, брат, — говорил он ему, — мы с тобой были как дружная пара волов, возделывающих одну ниву, и вот я падаю на борозде, окончив свой день. Я знаю, что ты

сильно возлюбил гору Олимп, но ради горы не думай ос- тавлять своего учения. Этим подвигом ты лучше можешь

достигнуть спасения». …Перед тем как опускать гроб, епископы сказали: «Откроем раку и посмотрим: не взято ли что-либо от святых мощей?» Но как ни старались, они не могли, по усмотре- нию Божию, открыть раку, и тогда святые мощи опустили по правую сторону алтаря в церкви святого Климента.


После этого старый враг и противник истины воздвиг против Мефодия моравского князя и немецких и латинских епископов этого края. Святой Мефодий был позван на совет, на котором ему предложили такой вопрос: «Зачем ты учишь в нашей облас- ти?» «Если бы я знал, — отвечал на это святой Мефодий,— что это ваша область, то я не учил бы здесь, но эта область принадле- жит святому Апостолу Петру. Если же вы ради ссоры и лихоим- ства будете поступать не по правилам, возбраняя проповедывать учение Божие, берегитесь, чтобы, когда будете пробивать желез- ную гору головною костью, не проломить свою голову».

«Говоря с гневом, — отвечали епископы, — ты сам на себя

накликаешь беду». «Я не стыжусь говорить истину и пред царя- ми, — отвечал святой Мефодий.— Вы же относительно меня, как хотите, так и поступайте. Я не лучше тех, которые за правду переносили многие мучения в этой жизни».

Много было произнесено речей на этом собрании, но сказать что-либо против Мефодия его противники не могли. Много гово- рили епископы относительно Мефодия. Наконец сослали его в Швабию, где содержали в темнице два с половиною года. В тем- нице немцы всячески издевались над св. Мефодием: не давали есть по несколько дней; когда была зима, они его, босого, с непок- рытою головою, выводили на тюремной двор, ставили на снегу и заставляли его так стоять на одном месте сутки, а то и больше. Они били даже святого Мефодия батогами. Но Господь сохранял и укреплял святого. Большое утешение доставляли святому его ученики, которые часто навещали его в темнице. Дошло известие о заключении святого Мефодия до папы. Узнав об этом, папа Иоанн VIII, преемник Адриана II, прислал проклятие на немец- ких епископов и запрещение совершать им литургию до тех пор, пока не освободят Мефодия. Тогда епископы освободили Мефо- дия, но сказали Коцелу, паннонскому князю: «Если ты возьмёшь к себе Мефодия, не считай нас за доброжелателей».

Однако сами эти епископы не избегли суда Божие и Апостола Петра. Четверо из них скоро умерли». «Папа Иоанн, желая в это время получить помощь против Сарацын от немецкого короля, принял сторону немецких священников и прислал в Моравию такое послание, которым запрещалась славянская служба и только было позволено говорить на славянском языке проповеди. Ме- фодий, прочитав сие послание, оказал: «Что же будет теперь? Будут люди приходить в церковь и стоять, ничего не понимая.

И позабудут учение Христово и воскреснут в Моравии язычес- кие обычаи. Нет, я не стану служить по латыни, это будет людям во вред». Немецкие священники донесли об этом

папе, и папа потребовал Мефодия в Рим. Святой Мефодий при- был в Рим и папа учредил над ним суд».


Великий день Кирилловой кончины — Каким приветствием сердечным и простым

Тысячелетней годовщины Святую память мы почтим?

Какими этот день запечатлеть словами, Как не словами, сказанными им,

Когда, прощаяся и с братом и с друзьями, Он нехотя свой прах тебе оставил, Рим...

Причастные его труду,

Чрез целый ряд веков, чрез столько поколений,

И мы, и мы его тянули борозду Среди соблазнов и сомнений.

И в свой черёд, как он, не довершив труда, И мы с неё сойдём, и, словеса святые

Его воспомянув, воскликнем мы тогда:

«Не изменяй себе, великая Россия! Не верь, не верь чужим, родимый край,

Их ложной мудрости иль наглым их обманам, И, как святой Кирилл, и ты не покидай

Великого служения славянам»... 1869. Фёдор Тютчев Лук.11:49-60,52 – «Потому и премудрость Божия сказала:

пошлю к ним пророков и Апостолов, и из них одних убьют, а других изгонят, да взыщется от рода сего кровь всех проро- ков, пролитая от создания мира… Горе вам, законникам, что вы взяли ключ разумения: сами не вошли, и входящим воспрепятствовали».

Многие мирские песни и стихи у духовного человека сами пе- рекладываются на возвышенный, а не на призёмлённый тон.


Минула страсть, и пыл её тревожный Уже не мучит сердца моего,

Но разлюбить тебя мне невозможно, Все, что не ты, – так суетно и ложно, Все, что не ты, – бесцветно и мертво.

Без повода и права негодуя,

Уж не кипит бунтующая кровь,

Но с пошлой жизнью слиться не могу я, Моя любовь, о друг, и не ревнуя, Осталась та же прежняя любовь.

Так от высот нахмуренной природы, С нависших скал сорвавшийся поток Из царства туч, грозы и непогоды

В простор степей выноси